# Приемная комиссия

Ксения Михайловна Борисова

Написано под впечатлением собственной работы в приемной комиссии. Основано на реальных событиях, но переиначено в фентэзи. :)

Приёмная комиссия, или Добро пожаловать в Институт Колдовства и Магии!


Шорх. Шурх. Шорх. Шурх.

Шорх...

Гул голосов постепенно становился всё громче и громче. Шуршали страницы дипломов, которые порхали вокруг, словно живые.

А ко мне тянулись руки, будто пытаясь разорвать меня, схватить за шиворот и разбить на тысячу неравных кусков. Тянулись руки, тыча мне в лицо заявления и дипломы всех мастей. И всё громче нарастал гул:

- Примите у нас документы!

С криком я проснулся. Прошёл только один, самый первый, день моей работы в приёмной комиссии родного института, а мне уже начали сниться кошмары.

Первый день моей работы выпал на последний день приёма заявлений на поступление в Институт Колдовства и Магии. Абитуриенты, видимо спавшие всю первую половину лета, внезапно очнулись и осадили в последний день представителей всех факультетов, даже самого непрестижного факультета шаманства. К секретарям боевого факультета пробиться было и вовсе невозможно. Да что там, даже меня, представителя факультета алхимии, стеной обступили желающие с заявлениями.

Разрывался, истошно звеня, магический шар дальнего сообщения - одно за другим поступали сообщения с одними и теми же вопросами: Когда зачисление? А мы к вам проходим?

Косяками летали бумажные журавлики из главной приёмной к секретарям факультетов - то были бесконечные записки о смене приоритетов от абитуриентов.

Этот дурдом продолжался до вечера. Последних поступающих пришлось выдворять с помощью големов, вежливо и корректно, естественно. И домой секретари уходили, постоянно оглядываясь.

Я же в свой первый день пришёл домой, еле передвигая ноги, не раздеваясь, упал на кровать и уснул мёртвым сном. И под утро мне приснился кошмар.


Следующие два рабочих дня были довольно тихими. Почти не звенел магический шар, над головами почти не порхали бумажные журавлики. Даже короткое дежурство в выходной не воспринималось совсем уж неподъёмным, за эти часы даже обещали заплатить отдельно. Так я почти примирился со своей работой в приёмной комиссии.

***

Как всегда по вечерам, я сидел на балконе, попивал чай с лимоном и мёдом, любуясь разгорающимся закатом.

Вдруг на горизонте появился маленький самолётик, засверкав в красновато-рыжих лучах заходящего солнца. Вдруг он подлетел близко-близко, что я смог разглядеть на его боку нарисованную эмблему королевской экспресс-почты. Самолётик затрясло, из хвоста его повалил дым и через мгновение он развалился прямо в воздухе. А на меня посыпались оригиналы дипломов...

С криком я проснулся. Моя каторга в приёмной комиссии продолжалась. Продолжались и кошмары, от которых я никак не мог отделаться ни сонными чарами, ни успокоительными сборами, которые стал пить перед сном.

Последний мой кошмар был навеян теми днями, когда абитуриенты, поступающие в магические ВУЗы, решали, куда им всё-таки отдать оригиналы своих документов. Всех секретарей опять осадили поступающие и их родители, туда-сюда сновали гонцы из главной приёмной, разнося присланные по почте дипломы. Опять истошно звенел магический шар, и кружили над головами бумажные журавлики...

Так продолжалось с неделю. И вот день "икс" настал. Зачисление.

Последний мой кошмар приснился мне аккурат накануне зачисления, в тот день, когда надо было подготовить все протоколы. Забаррикадировавшись папками с личными делами, мы со вторым секретарём алхимического факультета приступили к самому ответственному заданию, какое только было возможно при работе в приёмной комиссии.

Всё так же разрывался звоном магический шар, порхали журавлики. Не реагируя ни на что и скинув обязанность отвечать на звонки на аспиранта, мы, секретари, перебирая папку за папкой, составляли заветные списки. Магический самописец не успевал за диктовкой, фамилии и оценки так и сыпались, а число папок всё не убывало.

Наконец протокол был закончен, проверен и сдан в главную приёмную, а мы отправились по домам. На улице уже сгустились сумерки, я опять завалился спать, едва придя домой. Кошмар мне на это раз не приснился, что странно. Мои мучения на работе ещё были далеки от завершения. Ведь скоро должна прийти она. Вторая волна.

***


Утром следующего дня магические шары дальнего сообщения звенели, не смолкая ни на минуту. Первое зачисление прошло, но оставались ещё свободные места на каждом факультете, даже у непопулярных шаманов. Были они и на родном мне алхимическом, но всего по одному-два на каждом из профилей подготовки, которых всего четыре на нашем факультете. И звонили в приёмную комиссию возмущённые родители, зная, что свободные места есть.

- Почему вы не приняли моего Басю?! У него самый высокий балл в его школе! Да что там в школе, во всем городе нет никого лучше него! У него золотая медаль!

Мама умного Баси звонила нам с завидным упорством, уже не прося, требуя зачислить её гениального сына безо всяких конкурсов и экзаменов. После пятидесятого её звонка на нас уже сыпались проклятия, к счастью, не действующие через магический шар.

Кроме мамы Баси так же настойчиво звонила мама не менее умного Зоси:

- Почему вы сменили моему золотцу приоритет на платное?! А вдруг он пройдет на бюджет!

На бюджет Зося не прошёл. И лист в сотню претендентов перед ним на одно место, воистину, уважительная на то причина.

Были среди этого трезвона и звонки от адекватных, но волнующихся людей:

- А мы проходим к вам по второй волне? Есть у нас шансы на бюджет?

- А когда вторая волна? Как нам узнать зачислены мы или нет?

- А ещё не поздно принести вам оригинал и поступить платно?

Звенел магический шар, а мы, уже устав отвечать на все эти вопросы, составляли новый рейтинговый список и новый протокол...

***


Вторая волна прошла неожиданно тихо. Зачислили на Общую алхимию умного Басю с золотой медалью, и его мама звонила нам уже с благодарностями. Сделав финт ушами, отчислилась и ушла на престижный факультет магической экономики эльфийка Олесиниэль, освободив бюджетное место для Мури-Пузи, которая уже и не мечтала попасть на Прикладную алхимию. Вслед за Олесиниэль хотела сбежать ещё одна эльфийка, Николениэль, но тут уж наш многоуважаемый декан сумел подобрать нужные слова и убедил её учиться всё-таки на алхимическом.

Вторая волна прошла, а за ней и третья, когда мы зачисляли абитуриентов, поступающих на платное отделение. Неожиданно попросила отчислить себя с Общей алхимии красавица Галкелина. Девица умная во всех отношениях, но несколько ветреная, с её уходом проходной балл значительно понизился. Пришлось спешно зачислять на её место Щуг-Де"Ала, который на радостях сплясал ритуальный танец, наверняка подсмотренный у шаманов.

Постепенно воцарилось ленивое спокойствие, секретарей больше никто не осаждал и все отдались мирной бумажной работе, готовя личные дела поступивших к сдаче в архив.

Тишина. Только однажды заглянуло странное создание и спросило:

-- Вы не подскажите, приёмная комиссия бриологического факультета в какой аудитории?

Что это за наука такая, бриология, никто не знал, но где сидят секретари с этого факультета подсказали. Делать было уже нечего, сейфы и магические самописцы потихоньку уносились на свои места в деканаты. Шуршали последние протоколы, подписывались открытки и летели по адресам письма счастья, неся короткое сообщение:

- Добро пожаловать в Институт Колдовства и Магии!