# Смерть среди звезд

Максвелл Грант

Смерть среди звезд


Максвелл Грант


ГЛАВА I. СМЕРТЬ ВИТАЕТ В ВОЗДУХЕ.


Серебристый самолет висел высоко над Сьеррами, как парящая стрекоза. Казалось, что на этом этапе путешествия из Лос-Анджелеса к озеру Калада он всегда балансировал над горными вершинами. Друри, пилот, набирал высоту, прежде чем начать свое скольжение к сверкающей чаше воды, приютившейся среди вершин.


В самолете было три пассажира. Как и большинство посетителей озера Калада, они выбрали воздушное такси, предпочтя однодневную поездку по альпинистским дорогам, которые змеились через горные перевалы. Фактически, воздушное такси было тем стимулом, который сделал озеро Калада популярным курортом.


По воздуху озеро находилось в часе езды от Лос-Анджелеса; а вечное калифорнийское солнце плюс мастерство Друри гарантировали безопасное и комфортное путешествие.


Одной из пассажирок была девушка; инициалы "Л. М." на ее сумочке обозначали Лоис Мелвин. В данный момент сумочка была открыта, и в зеркале, которое Лоис достала из нее, было видно очень привлекательное лицо, которое почти не нуждалось в макияже, который наносила девушка.


Прозрачные карие глаза под тонко подведенными бровями; губы с естественным румянцем и дразнящей улыбкой; на фоне иссиня-черных волос - таковы были черты Лоис Мелвин. Они объединились, чтобы сформировать лицо, которым восхищалось большинство мужчин; но до сих пор очарование девушки не поколебало сдержанности других людей в самолете.


Лоис не была тщеславной, но она привыкла к поклонникам. Она была скорее озадачена, чем рассержена, когда посмотрела на других пассажиров. Обдумывая это, Лоис была скорее рада, что мужчина через проход не заметил ее.


Лоис знала его имя: Эдвард Баркла. Его не очень любили на озере Калада. Баркла был одним из незваных гостей, которым каким-то образом удалось купить участок земли на задворках недалеко от эксклюзивной колонии Калада. Но Лоис не испытывала к нему неприязни из-за этого. Она не принадлежала к богатому кругу; ее естественные симпатии переключились на группу Барклы. Но Баркла, как личность, был другим делом.


У него было лицо хорька с резко скошенным лбом, коварными глазами, ртом, который обнажал огромные уродливые зубы, когда он растягивал губы. Бледный цвет лица Барклы усугублял неприятную картину. Лоис всегда не нравилась его внешность, но в этой поездке он казался еще уродливее, чем когда-либо.


Причина заключалась в том, что Баркла провел час, бормоча что-то себе под нос и расплываясь в ухмылках, очень похожих на плотоядные. Если бы он знал, как гримаса на его лице работает против него самого, он мог бы быть более осторожным.


Его руки тоже были признаком отвратительного персонажа. Подергивание его неправильно сформированных пальцев с острыми ногтями напомнило Лоис о злобных когтях, вцепившихся в горло воображаемой жертвы.


Да, Лоис была рада, что Баркла не пытался завязать знакомство во время этого воздушного путешествия. Но ей бы очень хотелось поговорить с пассажиром, который сидел на одно место впереди.


Он был человеком достоинства; его лицо с ястребиными очертаниями было таким спокойным, что казалось почти маской. Его глаза, когда Лоис мельком взглянула в них, были спокойными, и ей почудилась пронзительная сила за их мягкостью. Человек с ястребиным лицом был незнакомцем; но Лоис узнала его имя, когда Друри обратился к нему в начале путешествия.


Его звали Ламонт Крэнстон; он прибыл из Гонолулу на клипере. Он посещал озеро Калада в качестве гостя Генри Денвуда, одного из богатых жителей.


Странный контраст: Баркла, гримасничающий, как обезьяна; Крэнстон, неподвижный, как каменный идол, - и все же каждый погружен в свои мысли. Не обращая внимания на этих двоих, Лоис посмотрела в переднюю часть компактного самолета и увидела Друри, занятого управлением. Пилот стоял спиной, но его действия указывали на то, что они были недалеко от посадочной площадки.


Лоис смотрела из окна каюты. Они были за горами. Внизу девушка увидела блеск озера Калада, похожего на сапфир, обрамляющий лесистые склоны. Середина озера представляла собой длинный, чистый участок, потому что оно было очень глубоким; но по краям были мысы и острова, которые образовывали бухты.


С такой высоты было трудно понять, что озеро имеет длину в несколько миль. Но Лоис часто путешествовала по нему с Найлзом Рандоном на его скоростном катере. Озеро, казалось, лениво качнулось вверх, когда Друри заложил вираж, и Лоис увидела множество ориентиров.


Она увидела Лоди Лодж, который выглядел как мексиканская гасиенда, перенесенная в лесную местность. Были видны и другие места, в том числе дом Рандона, который находился дальше по озеру. Лоис узнала Индиан-Рок, который служил пологим бастионом во внутренней части Индиан-Коув. Она заметила руины шахты "Пионер" на берегу другой бухты.


На дальнем конце озера виднелись белые здания Общественного центра, где располагалась посадочная площадка. Повезло, что на берегу был один участок ровной местности; в противном случае было бы трудно добраться до озера Калада по воздуху, поскольку высота препятствовала работе гидросамолетов.


Затем, когда корабль с грохотом пересекал середину озера, Лоис улыбнулась, увидев здание с каменными стенами, напоминающее средневековую башню.


Люди называли это место "Замком", и это была резиденция профессора Скорпио. Лоис запустила пальцы в сумочку и достала сложенный лист бумаги. Это был один из гороскопов Скорпиона, который он дал ей перед тем, как она покинула озеро Калада. Она не потрудилась прочитать это; возможно, чтение помогло бы скоротать последние несколько минут перед приземлением Друри.


Лоис развернула газету. Ее лоб сморщился, а глаза расширились. Она просматривала напечатанные заявления, которые на самом деле поразили ее. В таблице говорилось, что ее любимый цвет - оливково-зеленый, что оказалось правдой; что ее счастливым числом было шесть, что также было правдой, если учесть случаи, в которых фигурировало это число.


Затем, более крупным шрифтом, Лоис прочитала:


"Будьте осторожны в своих действиях в одиннадцатый день каждого месяца. В эти дни не совершайте опасных путешествий".


Лоис осенила мысль. Сегодня было одиннадцатое. Путешествие на самолете можно было рассматривать как опасное путешествие. Лоис действительно волновалась, когда смотрела на Друри; затем ее беспокойство исчезло.


Пилот, почти готовый к посадке, спокойно взял сигарету из свежей пачки, которую только что открыл.


Друри вставил сигарету в рот, готовый зажечь ее в тот момент, когда самолет приземлится и остановится. Для него это был ежедневный ритуал - готовиться к курению.


Друри, конечно, не волновался из-за рутинного маневра, который вот-вот должен был начаться. У Лоис не было причин для тревоги.


Девушка снова посмотрела в окно. Она могла видеть посадочную площадку почти внизу, с маленькими точками, изображающими людей, рядом с верандой главного общественного дома.


К причалу были причалены лодки, игрушечных размеров. И снова вся сцена изменилась, когда самолет накренился. Лоис наблюдала, как он выпрямляется.


Вместо этого появилось зрелище, которого девушка никогда раньше не наблюдала. Пейзаж внезапно закружился. Холмы, леса, озеро превратились во вращающуюся мешанину, которая превратилась в дневной кошмар. Сквозь это размытое сине-зеленое пятно Лоис могла разглядеть зазубренные точки горных вершин и белые полосы, когда перед ее взором вспыхнули здания общественного центра.


Правда, казалось, сама докричалась до Лоис. Вместо того, чтобы пойти на посадку, самолет вошел в штопор. Друри, всегда надежный пилот, потерял контроль над кораблем!


ВЦЕПИВШИСЬ в сиденье, Лоис посмотрела вперед. Она увидела Друри, склонившегося над управлением. Примерзла ли его рука к рычагу управления или нет, она не могла сказать, потому что другой мужчина закрывал весь обзор. Этим человеком был Крэнстон; пассажир с ястребиным лицом бросился вперед со своего места, чтобы схватить Друри за плечи.


Лоис закричала. Словно в ответ на ее призыв, другая фигура прыгнула к креслу пилота. Это был Баркла, несмотря на свирепое рычание, которое издал парень. Лоис была полностью в его пользу. Если бы Баркла только мог увезти Крэнстона подальше от Друри и позволить пилоту посадить корабль!


Озеро, земля и небо все еще были вовлечены в свой безумный водоворот, когда вращающийся самолет стремительно падал к земле. Наполовину оторвавшись от сиденья, Лоис упала вперед под собственным весом, когда Баркла сцепился с Крэнстоном. С яростью, которая соответствовала его обезьяньим манерам, Баркла оттащил Крэнстона от Друри; но его успех был недолгим. Лоис, налетев на пару, увидела удар кулака с силой забивателя свай.


Кулак принадлежал Крэнстону; его цель - подбородок Барклы. Удар смял Барклу; когда он распластался, ошеломленный, его лицо хорька приняло выражение искаженного удивления. Затем Лоис заменила его; она боролась с Крэнстоном. На мгновение она встретилась с горящими глазами с этого лица, похожего на маску; затем, как и Баркла, она растянулась в проходе.


Крэнстон просто отшвырнул девушку в сторону. То же самое он проделывал с Друри. Фигура пилота навалилась на Лоис, когда Крэнстон вжался в кресло за пультом управления. Откинув голову назад под весом Друри, Лоис посмотрела в лицо пилоту.


То, что она увидела, вызвало бы еще один крик, если бы ее губы были способны произнести его. Из всех ужасов в те быстротечные секунды этот вид Друри был худшим.


Лицо пилота не было человеческим. В нем был такой блеск, что по сравнению с хорьковой физиономией Барклы он казался добродушным.


Глаза Друри были широко раскрыты, выпученные, как стеклянные шарики. Черты его лица застыли в гротескном выражении, которое подошло бы демону. Его губы были приоткрыты, зубы плотно сжаты; между губ, словно в комическом рельефе, Лоис увидела незажженную сигарету, которую пилот положил туда несколько мгновений назад.


Затем, когда девушка яростно вцепилась в него когтями, тело Друри откатилось в сторону, на его ухмыляющемся лице появилась прощальная ухмылка, которую Лоис слишком хорошо поняла. Друри был мертв; мертв как камень. Он умер за пультом управления прежде, чем Крэнстон смог добраться до него.


Целью Крэнстона было захватить корабль: Баркла пытался остановить его. Лоис пришла тошнотворная мысль, что она, как дура, пыталась помочь не тому человеку!


Затем, когда девушка попыталась встать на ноги, она ударилась головой о сиденье, которое каким-то образом оказалось над ней. Она могла чувствовать головокружительное вращение самолета, когда погружалась в полубессознательное состояние, которое обещало милосердно притупить ее чувства перед грядущей катастрофой.


Самолет нырял вниз, вниз, вниз, к верной гибели; такова была полубессознательная мысль Лоис. Но было что-то еще, такое же странное, как внезапное вращение самолета, такое же странное, как вид искаженного лица Друри.


Это был звук, который провалился вместе с Лоис в черную и бездонную яму: тон зловещего смеха, которому, казалось, было суждено сопровождать ее в загробной жизни.


Веселье, которое могло слететь только с одной пары губ; губ Ламонта Крэнстона. Если бы Лоис Мелвин когда-нибудь слышала этот смех раньше, она бы осознала его полное значение.


Смех Тени!


ГЛАВА II. ЗВЕЗДЫ ПРЕДСКАЗЫВАЮТ.


Для толпы у общественного дома вида вращающегося самолета было достаточно, чтобы вызвать ужас. Они знали пилота, Друри, как человека абсолютной надежности. Ничто не могло побудить Друри разыграть трюк со своим самолетом; и все же казалось столь же невероятным, что пилот мог потерять управление непосредственно перед посадкой.


Из двух зол большинство зрителей выбрали меньшее. Они подумали, что Друри, должно быть, отступил от своих привычек и решил поразвлечь их. Некоторые даже посмеивались, когда вращающийся самолет сверкал на солнце; затем, внезапно, все звуки превратились в стоны.


Был поздний полдень; с земли солнце не было видно из-за горных вершин. Самолет беспрепятственно нырнул, пролетев место, где его коснулось солнце. Мощная пелена полумрака окутала его всепоглощающей пеленой, предвещавшей немедленное уничтожение.


Затем произошло чудо. Никто не помнил точных деталей тех захватывающих долей секунды, которые казались слишком короткими, чтобы любой пилот мог использовать их с пользой. Они могли слышать рев мотора, который сопровождал "джаггернаут" с неба; они могли видеть, как штопор расширялся по мере того, как злополучный самолет приближался к ним.


Но корчение, которое произвел корабль, было чем-то неописуемым. Его крыло создавало иллюзию переворачивания; его вираж превратился в свуп. Были люди, которые клялись, что почувствовали прикосновение пропеллера; другие свидетельствовали, что их коснулось скошенное крыло, когда они распластались на земле. Как бы то ни было, обреченный самолет мгновенно изменил свой статус.


Его погружение превратилось в первую стадию приземления в виде блина; сразу же после этого корабль начал набор высоты. Он закрыл вид на общественный дом, к которому направлялся; затем, подняв одно крыло, чтобы оторваться от крыши, самолет полностью развернулся и коснулся поверхности озера наклоненным крылом. Поднимаясь, он стабилизировался, нашел себя и совершил разумную посадку еще до того, как благоговейные зрители по-настоящему восстановили дыхание.


Первым, кто добрался до самолета, был мужчина крепкого телосложения, чье зрелое лицо выдавало его возраст - ему было чуть за тридцать. Он рывком открыл дверь, выставив квадратную челюсть в сторону прохода. Затем его глубокий тон стал успокаивающим, когда его сильные руки обхватили девушку, которая подползла к ним.


Этим человеком был Найлс Рандон. Другие прибывшие стояли поодаль, пока он помогал Лоис Мелвин выйти из самолета. Они могли видеть сочувствие в глазах Рандона, напряженное выражение его лица. Они услышали рыдания Лоис и уловили то, что она сказала. Но слова девушки были бессвязны. Она была благодарна за то, что осталась в живых, вот и все.


У двери лежал слабонервный мужчина, которого быстро вытащили из самолета. Люди тоже знали его и ожидали, что он будет пассажиром. Но Эдвард Баркла был слишком ошеломлен, чтобы помнить что-либо, кроме своей ноющей челюсти. Он огляделся вокруг, как будто ожидал увидеть мула, стоящего с готовым копытом.


Другие были в самолете и звали пилота. Некоторые были злы на Друри; другие предлагали поздравления. Все остановились с открытыми ртами, когда увидели, что пилот не Друри. Они отпрянули, весьма озадаченные, когда из самолета вышел пассажир с ястребиным лицом.


Тогда они поняли, что он был гостем, которого ожидал мистер Денвуд. Они подождали, пока молодой человек подошел, чтобы пожать прибывшим руку. Молодой человек был симпатичным парнем по имени Гарри Винсент, в настоящее время одним из гостей Денвуда.


Слушатели услышали, как Винсент спросил:


"Вы мистер Крэнстон?"


Пассажир с ястребиным лицом, который посадил самолет, кивнул.


"Вам лучше позаботиться о пилоте", - спокойно заметил Крэнстон. "Боюсь, что он мертв".


ИЗУМЛЕННЫЕ зрители вынесли тело Друри с корабля. Они уступили место врачу, одному из членов колонии Калада.


Доктор осмотрел тело, торжественно кивнул. Он отдал распоряжение вызвать окружного коронера. После того, как люди разошлись, врач изучил лицо Друри, затем что-то очень тихо пробормотал.


Дело выглядело как убийство, но доктор не был полностью уверен. Он не видел сигарету, выпавшую изо рта Друри, когда люди вытаскивали тело из самолета.


Случилось так, что Лоис упомянула о сигарете людям в общественном доме.


"Друри не мог ожидать сердечного приступа", - говорила девушка. "Ну, в какой-то момент он зажал сигарету между губами, а затем, когда я посмотрела снова, он обмяк за пультом управления".


"Я не поняла, что произошло". Ее тон был печальным, когда она повернулась к Крэнстону. "Когда я увидела, как ты схватил Друри, я подумала, что он все еще жив. Но этого не могло быть! Самолет уже начал вращение ".


Искренний тон Лоис вызвал понимающую улыбку Крэнстона. Другой мужчина поднялся со стула и, немного пошатываясь, подошел к нему, протягивая руку. Этим мужчиной был Эдвард Баркла.


"Мне жаль, мистер Крэнстон", - сказал Баркла. "Я совершил ту же ошибку, что и мисс Мелвин. Вот почему я ворвался так, как ворвался. Удар, который ты мне нанес, причинил боль", - он потирал челюсть, печально усмехаясь, - "но это было намного лучше, чем удар, который мы получили бы, если бы ты меня не ударил".


Когда двое мужчин пожали друг другу руки, Лоис почувствовала некоторую симпатию к Баркле. Лицо парня выглядело скорее бледным, чем одутловатым: его тон, хотя, вероятно, и натянутый, был несколько джентльменским.


Но, наблюдая, как Баркла покидает общественный дом, Лоис испытала возобновление своего прежнего недоверия. Она повернулась к Рандону, который стоял рядом с ней, и заговорила шепотом.


"Мне не нравится этот парень, Баркла", - сказала она. "Может быть, это глупо с моей стороны, Найлс, но я наблюдала за ним в самолете ..."


Рандон быстрым шепотом призвал к тишине. В общественный дом вошел еще один мужчина. Он был высоким, импозантной внешности и одет в костюм из белого льна. Летний наряд венчало бородатое лицо, темное, как и глубокие глаза, которые смотрели с него. Вместо обычной шляпы бородатый мужчина носил белый тюрбан, сверкающий большим рубином.


Прибывший был профессором Скорпио, мистиком, которого считали одним из основателей колонии Калада. Он прибыл на своей моторной лодке сразу после приземления самолета.


Профессор Скорпио столкнулся лицом к лицу с Лоис Мелвин.


"Я предупреждал тебя", - заговорил Скорпион замогильным тоном, который казался приглушенным его густой черной бородой. "Мой гороскоп сказал тебе, что путешествовать в этот день было бы неразумно".


"Я знаю", - призналась Лоис. "Но я не читала это, пока самолет почти не приземлился..."


"Что было бы слишком поздно", - вмешался Скорпион. "Ваша звезда", - он поднял указательный палец, - "предсказывала смерть! Я могу объяснить вашу удачу только силой какой-то промежуточной планеты ".


Оглядев группу, Скорпио обнаружил, что его впечатляющий взгляд встретился с глазами, такими же твердыми, как его собственные. Эти глаза принадлежали Крэнстону: они заставили профессора напрячься. Затем раздался спокойный тон Крэнстона.


"Возможно, это было влияние моей счастливой звезды", - торжественно произнес Крэнстон. "Очень авторитетные источники посоветовали мне всегда путешествовать одиннадцатого числа месяца".


Некоторые слушатели улыбнулись, почувствовав насмешку на счет Скорпиона. Но бородатый профессор доказал, что выдержал испытание.


"Такие вещи действительно случаются", - подтвердил он. "Я рассматриваю смерть Друри как достаточное доказательство моего пророчества о том, что мисс Мелвин будет угрожать опасность. Всем, - он обвел взглядом группу, - следует прислушаться к откровениям профессора Скорпио!"


Глаза КРЭНСТОНА наблюдали за другими лицами, когда профессор Скорпио уходил. Он отметил, что большинство присутствующих прислушались к словам и мудрости профессора Скорпио. Это точно соответствовало слухам, которые касались колонии на озере Калада.


Будучи Тенью, существом, которое расследовало необычное преступление, Ламонт Крэнстон слышал, что профессор Скорпио окружил себя множеством простофиль. Эта сцена была доказательством этого. И все же в группе были насмешники; одним из них был Найлс Рандон. Тень мог сказать это по улыбке, которой Рандон одарил Лоис Мелвин.


Но девушка не ответила на улыбку. Возможно, несколько дней назад она бы посмеялась над профессором Скорпио; но недавние события заставили ее задуматься.


Выглянув из дома общины, Тень увидела, как профессор Скорпио садится в моторную лодку, которую двое слуг загрузили коробками с припасами. Гарри Винсент добавил, что продовольственный отдел находится рядом с общественным домом; что все приходят туда за припасами.


"Лодка Денвуда ждет", - добавил Гарри. "Он ожидает нас прямо сейчас. Ему нужно многое вам рассказать, мистер


Крэнстон".


Они вышли из общественного дома, прошли мимо самолета Друри, где врач все еще ждал коронера. Лодка Денвуда ждала у причала, как и другие.


Тень видела, как Рандон и Лоис уходили с небольшой группой друзей. Но ни среди одной из групп, садившихся в лодки, не было никаких признаков Эдварда Баркла. Тень поинтересовалась, куда подевался пассажир самолета.


"У дороги", - объяснил Гарри, когда они сели в лодку Денвуда. "У Барклы нет собственности на берегу озера. Он живет в одной из задних хижин".


Они были в лодке; Гарри был за рулем. В отсутствие других людей Гарри больше не скрывал тот факт, что он был хорошо знаком с Ламонтом Крэнстоном. Вспомнив вопрос Тени, Гарри начал задаваться вопросом, действительно ли Баркла пошел по дороге. Когда лодка отчалила от причала, Гарри подумал о возможной связи между Барклой и погибшим пилотом Друри.


Будучи секретным агентом Тени, Гарри Винсент редко задавал вопросы своему начальнику. На этот раз он не мог сдержаться. Казалось, слишком многое поставлено на карту.


"Что насчет того сердечного приступа?" поинтересовался Гарри. "У Друри действительно был сердечный приступ? Или ты думаешь, что..."


Тень прервал. Его тон больше не был тоном Крэнстона. Его голос был шепотом; в нем слышалось зловещее шипение.


"Друри был убит!"


Это не было завершением незаконченного вопроса Гарри. Слова Тени были констатацией факта. Это означало, что о его присутствии на озере Калада было известно; что уже были приняты меры, чтобы положить конец его карьере, прежде чем он начал расследование таинственных преступлений, которые в последнее время беспокоили горную колонию.


Гарри смотрел прямо перед собой, направляя катер по темнеющей воде. В темноте впереди он мог представить картину из прошлого - пикирующий самолет, который только Тень могла спасти от разрушения.


Повезло, что убийца Друри не догадался, что Ламонт Крэнстон, иначе Тень, сам по себе был опытным летчиком. В противном случае могли быть приняты другие меры, чтобы предотвратить прибытие Тени на озеро Калада.


ЧЕРЕЗ узкий участок озера к причалу причаливала другая лодка. Это была лодка, на которой находились профессор Скорпио и слуги, погрузившие коробки. Тень потянулась за полевым биноклем, который лежал на сиденье рядом с Гарри.


Последние лучи солнечного света высвечивали причал Скорпиона более отчетливо, чем предполагал профессор. Подняв бинокль, Тень направила его на причал. Он увидел, как профессор Скорпио сошел с лодки и направился по тропинке к своему бунгало в лесу. Слуги последовали за ним, оставив коробки как были.


Все еще наблюдая, как его собственная лодка мчится вперед, Тень увидел, как зашевелились ящики. От них отделилась фигура, перекатилась к причалу и скорчилась там. Несколько мгновений спустя мерцающие огни бунгало возвестили, что безбилетник может следовать за ними. Когда скорчившийся мужчина поднялся, его лицо было хорошо видно в стекле.


Тень узнала Эдварда Барклу. Затем человек, пригнувшись, прокрался по тропинке. Баркла не пошел в свою каюту. У него была назначена встреча с профессором Скорпио.


Как и озеро, небо потемнело, когда Тень стояла на причале Денвуда, ожидая, когда Гарри пришвартует скоростной катер. Вдали, за линией горных вершин, Тень увидел блеск ранних вечерних звезд. Это зрелище напомнило ему профессора Скорпиона, бородатого пророка, который утверждал, что советуется со звездами при составлении своих предсказаний.


Согласно Скорпиону, звезды могли предсказывать. Возможно, бородатый профессор был прав. Ибо Тень, пристально вглядываясь, могла сама получить представление о будущем.


Тень предвидела, что на озере Калада должно произойти преступление; что смерть Друри была едва ли чем-то большим, чем началом отвратительной кампании. Преступление, которое может быть спрятано так же глубоко, как огромные глубины почерневшего озера.


Но это был не предел прогноза Тени. Каким бы глубоким ни было преступление, его можно раскрыть.


Тень уже получила определенные намеки, которые позже окажутся полезными.


Гарри Винсент, гребя от причального буя, услышал тихий шепот смеха Тени, доносящийся из темноты.


ГЛАВА III. НОЧЬ ПРЕСТУПЛЕНИЯ.


УЖИН закончился, и Генри Денвуд остался наедине со своим другом Ламонтом Крэнстоном. Сквозь сигарный дым Денвуд наблюдал за лицом своего гостя, и его бесстрастное выражение понравилось ему. Ибо Денвуд был совершенно уверен, что этот человек, называвший себя Ламонтом Крэнстоном, на самом деле был Тенью.


В свою очередь, Тень был вполне доволен Денвудом. Он знал Денвуда как человека абсолютной честности. Более того, Денвуд был в большом долгу перед Тенью.


Всего несколько лет назад Генри Денвуд был на грани позора и разорения. Мошенники не только пытались украсть его состояние; они планировали обвинить Денвуда в своих преступлениях - когда вмешалась Тень. (Город теней, Том. XXX, № 2.)


С тех пор Денвуд поклялся помогать Тени любым возможным способом. Здесь, на озере Калада, где он жил в комфортном уединении, Денвуд наблюдал за очередным ростом тонких преступлений, которые угрожали вырасти до огромных масштабов. Таким образом, он уведомил Тень посредством сообщения Крэнстону.


Не имея возможности прибыть немедленно, Тень заранее отправила Гарри Винсента. Его агент видел доказательства тех самых вещей, о которых сообщил Денвуд. В настоящее время Гарри нес вахту за пределами комнаты, где Денвуд и Крэнстон обсуждали ситуацию.


Добрый человек, седовласый и полный достоинства, Денвуд был из тех, кто часто слишком доверял людям.


Опыт научил его быть более осторожным; но он не извлек из этого достаточной выгоды. Сегодня вечером за ужином пропал один из слуг Денвуда вместе с деньгами, которые хранились в столе Денвуда.


Вот почему Тень выставил Гарри за пределы кабинета. Он был совершенно уверен, что пропавший вор подслушивал предыдущими вечерами, когда Денвуд разговаривал с Гарри.


До сих пор Тень не упоминал смерть Друри в терминах убийства. Он хотел сначала услышать историю Денвуда, и седовласый мужчина рассказывал ее. На столе была расстелена большая карта озера Калада: Денвуд показывал дома определенных жителей.


"Месяц назад, - заявил Денвуд, - дом Гиллеспи был ограблен. Изъятые облигации оценивались в пятьдесят тысяч долларов. Они удерживают секретаря Гиллеспи в Лос-Анджелесе, но я не думаю, что они смогут доказать преступление против него ".


В глазах Крэнстона, казалось, читался вопрос "почему". Денвуд объяснил причину.


"Секретарша отвезла половину облигаций в Лос-Анджелес, - сказал он, - и доставила их туда до того, как была обнаружена кража остальных. Ни один мошенник не передал бы одну партию в пятьдесят тысяч долларов, одновременно крадя другую."


Логика Денвуда была убедительной. Тень предложила ему продолжить свой рассказ.


"Следующее дело, - заявил Денвуд, - касается картин Джеймисона. Они были доставлены сюда самолетом.


Когда ящики открыли, картины пропали. Но их открыли только на следующий день после их прибытия. Никто не знает, что с ними случилось.


"Эти картины были оценены примерно в сто тысяч долларов. Так же, как и статуэтки Альбиона, которые были украдены следующими. Как ни странно, их витрина была прямо противоположна картинам Джеймисона. Mr.


Статуэтки были у Альбиона здесь, и он решил отослать их. Они были упакованы в сейф, и все это отправлено через горы, на грузовике, под надлежащей охраной.


"Когда сейф был открыт в доме Альбиона в Лос-Анджелесе, в нем были обнаружены блоки свинца вместо платиновых статуэток. Где и как произошло ограбление, остается загадкой. До сих пор новости об этом замалчивались, за исключением влиятельных членов этой колонии ".


Лицо КРЭНСТОНА было таким же бесстрастным, как и всегда, но Денвуд почувствовал живой интерес Тени.


Наклонившись вперед, Денвуд довел до конца самый важный момент.


"Было три важных вечера", - подчеркнул он. "Первый, когда секретарша Гиллеспи уехала в Лос-Анджелес. Следующий, когда прибыли картины Джеймисона. Последняя была ночью перед отправкой статуэток Альбиона. В каждую из этих ночей ...


"Профессор Скорпио провел лекцию, - вмешалась Тень, - по месту жительства указанных лиц".


Генри Денвуд улыбнулся.


"Я полагаю, что Винсент уже рассказал вам", - сказал он. "Итак, вот и вся история, мистер Крэнстон. Но Скорпион умен, чертовски умен! Против него нет ни малейших вещественных доказательств ".


"У него могли быть сообщники..."


"Возможно, его духи. Он выпускает их всякий раз, когда ему заблагорассудится. Люди подозревают, что они подделки, но это невозможно доказать. Кроме того, призраки всегда были на виду, как и профессор."


Наступила пауза. Взгляд Тени остановился на Денвуде; затем последовал вопрос:


"А как насчет вашего слуги, мистера Денвуда? Я имею в виду Горация, парня, который прогулял сегодня днем?"


"Мелочь", - ответил Денвуд. "У меня в ящике стола было меньше ста долларов. Гораций знал, что я намеревался его уволить. Он не мог быть замешан ни в чем более важном, даже с его подслушиванием...


Денвуд сделал паузу. Он рассматривал Горация, задаваясь вопросом, был ли этот человек важен. Что-то в манерах Крэнстона произвело впечатление на Денвуда. Он начал понимать, что у Тени может быть какой-то глубокий ответ на вопрос Горация. Он собирался спросить, когда его прервал стук в дверь.


Когда Денвуд приказал войти, Гарри ввел в комнату грузного мужчину. Денвуд был удивлен, увидев Клода Кирка, окружного шерифа, у которого на одном лацкане был значок, а на другом бедре - рукоятка пистолета. Когда Денвуд представил Крэнстона шерифу, Кирк быстро пожал руку и перешел к делу.


"Вы тот человек, с которым я хочу поговорить", - заявил шериф. "Это о Друри. Он был убит!"


Тень увидел волну неподдельного удивления, прокатившуюся по лицу Денвуда. Может быть, Денвуд начнет понимать Горация.


"Кто-то дал Друри пачку отравленных сигарет", - объяснил шериф. "Мы нашли одну из них в самолете; остальные в кармане Друри".


Денвуд увидел, как Крэнстон медленно кивнул.


"Я заметил сигарету", - заявил Тень своим спокойным тоном. "Друри открыл пачку и сунул незажженную сигарету в рот как раз перед тем, как потерять сознание. Должно быть, в нем содержался сильнейший яд ".


"Так и было", - настаивал шериф. "Спасибо за показания. Это подтверждает то, что рассказала нам мисс Мелвин. Но мы не выяснили, где Друри раздобыл пачку сигарет. Вы видели, чтобы он покупал что-нибудь в Лос-Анджелесе?"


Крэнстон покачал головой.


"Друри мог достать его здесь", - задумчиво произнес шериф. "Если бы это была его вторая пачка, он бы не открывал ее, пока не собирался возвращаться".


"Возможно, - спокойно предположил Крэнстон, - Баркла сможет сказать вам, где Друри раздобыл сигареты".


"Я хотел бы найти Барклу!" - бушевал шериф. "Его нет в его лачуге. Во-первых, я хотел бы знать, зачем он совершил эту поездку в Лос-Анджелес. Он уехал отсюда с Друри этим утром и вернулся сегодня днем.


"Если мы не найдем его в ближайшее время, я собираюсь прочесать леса в его поисках. Я расставил помощников на дорогах, так что он не сможет проехать этим путем. Что ж, еще раз спасибо, мистер Крэнстон. Может быть, я увижу тебя у мисс Лоди этим вечером ".


Уходя, шериф бросил мрачный взгляд на Денвуда. Это было связано с упоминанием мисс Лоди. Но так случилось, что Денвуд думал о Хорасе.


Как только шериф ушел, Денвуд поднялся на ноги.


"Наконец-то до меня дошло!" - воскликнул он Крэнстону. "Гораций слышал, как я разговаривал с Винсентом. "Мы упомянули ваше имя и тот факт, что вы придете. Гораций понял, насколько ты можешь быть важен, и передал сообщение дальше ".


"Ты попал в точку, Денвуд", - с улыбкой заметила Тень, - "и мы также можем предположить, почему Баркла отправился в Лос-Анджелес".


"Чтобы наблюдать за тобой?"


"Точно! Баркла работает с профессором Скорпио. Это его работа - проверять вновь прибывших на озеро Калада, когда Скорпио считает их важными".


"И смерть Друри! Это тоже было подстроено, чтобы самолет разбился, пока ты был пассажиром!"


"Именно." согласилась Тень. "На этой территории происходят вещи, которые не выдерживают напряжения внешнего расследования. Шериф Кирк не раскрыл их, но кто-то другой мог бы".


Денвуд сел. Вид открытого ящика стола напомнил ему о Горации. Он понял, что слуга инсценировал мелкое ограбление, чтобы скрыть свою более важную миссию: узнать факты, касающиеся как Винсента, так и Тени.


Затем раздался спокойный тон Крэнстона: "Шериф упомянул некую мисс Лоди..."


"Киноактриса", - добавил Денвуд. "Пола Лоди, которая живет в домике, похожем на съемочную площадку.


Этим вечером она и ее муж, Говард Кэррадон, устраивают вечеринку. Я полагаю, что там будут все ".


"И каждый, - предложила Тень, - должен включать профессора Скорпио".


Денвуд снова поднялся на ноги.


"Так и будет, клянусь Юпитером!" - воскликнул он. "Паула Лоди без ума от экстрасенсорных штучек! Изначально она приехала сюда, потому что это было любимое место Скорпиона. Да, профессор будет там, и более того, он даст одну из своих рекомендаций ".


Ламонт Крэнстон раскуривал новую сигару. Он выпустил длинную струю дыма и задумчиво уставился в облако, как профессор Скорпио мог бы изучать хрустальный шар.


"Иногда, - заметила Тень, - агенты прессы говорят правду. Если некоторые сообщения в новостях верны, я могу предвидеть, что мисс Пола Лоди будет украшена бриллиантами и другими драгоценностями стоимостью в несколько сотен тысяч долларов ".


"Она будет такой", - сказал Денвуд. "Паула Лоди всегда их носит. У нее нет никакого здравого смысла, но у ее мужа, Кэррадона, есть. Вы можете положиться на это: именно он попросил шерифа Кирка быть под рукой вместе с остальной частью колонии Калада ".


"Включая нас самих?"


Вместо ответа Денвуд шагнул к двери. Он попросил Гарри отвести катер от причального буя и подготовить его к причалу. Он мог подождать там, пока Гарри переоденется в вечерний костюм.


"Нас пригласили на вечеринку", - сказал Денвуд с улыбкой. "и я только что узнал, что мистер Крэнстон хотел бы пойти. У нас как раз будет время, чтобы прийти".


Пятнадцать минут спустя скоростной катер с тремя пассажирами на борту отчалил от причала, его прожектор высвечивал полосу вдоль трехмильного участка до гасиенды Лоди. На воде появились другие огни, обозначающие другие лодки, направляющиеся в тот же пункт назначения.


Казалось, всем не терпелось побывать у Лоди, где души умерших должны были стать душой вечеринки. Исследования профессора Скорпио пришлись по душе жителям колонии Калада.


Только несколько наиболее привилегированных персон, таких как Генри Денвуд, знали всю правду о случайных ограблениях, которые произошли одновременно с недавними публичными выступлениями Скорпиона.


То, что знал Денвуд, узнала и Тень. Возможно, Денвуд вместе с другими сомневался, что в этот раз произойдет еще одно ограбление. Подозрение пало на профессора Скорпио, даже несмотря на то, что факты оставались недоказанными. После трех ограблений, увенчанных убийством, даже самый нервный из суперкрутонов может посчитать разумным объявить короткую передышку.


Тень считал иначе. Он проанализировал случай профессора Скорпио и увидел возможности, о которых другие не догадывались. Уверенный в правильности своих предположений, Тень счел свое прибытие на озеро Калада наиболее своевременным.


На самом деле, он не мог выбрать лучшего времени. Это должна была быть еще одна преступная ночь!


ГЛАВА IV. РУКИ В ТЕМНОТЕ.


Гостиная гасиенды Лоди была переполнена. Все взгляды были прикованы к профессору Скорпио, когда бородатый мистик стоял перед небольшой нишей и произносил свою вступительную речь.


Скорпион был одет в длинную белую мантию, украшенную мистическими символами; на голове у него был тюрбан. Рядом с ним, выполненные по высоким металлическим стандартам, стояли два огромных факела, пока не зажженных.


Спокойный, осторожный в выборе слов, профессор излагал свое дело в очень определенных выражениях, предназначенных для тех, кто мог ему не доверять.


Скорпион описал себя как одного из первых жителей озера Калада. Он утверждал, что выбрал это место из-за его высоты; что оно соперничает по высоте с горной твердыней Гималаев в Индии, где обитало множество величайших мистиков.


Он напомнил своим слушателям, что они пришли сюда по собственному желанию, построив свои домики и бунгало на том, что по праву принадлежало ему. В течение нескольких лет они ценили поддержку Скорпиона, и вклад, который они ему делали, был вполне добровольным с их стороны и вполне удовлетворительным с его.


Речь Скорпиона, резюмированная в нескольких словах, означала, что он наработал хорошую репутацию и не хотел ее терять. Этот момент вызвал слабое подобие улыбки на губах одного слушателя, а именно Ламонта Крэнстона.


"Странные вещи происходили на этих высотах", - заключил Скорпион, понизив голос до замогильного тона. "Странные события происходят над мной, которые я не могу контролировать. Ответ, - он указал костлявым пальцем вверх, - могут дать только звезды!


"Кто я такой, чтобы отвечать за исчезновение объектов или даже людей? Кто я такой, чтобы объявлять себя хозяином жизни и смерти? Я могу предсказать будущее только через звезды; чтобы узнать прошлое, я завишу от духов".


Его заявления были отличным алиби. Упоминая об исчезающих предметах, Скорпио косвенно ссылался на украденные товары; под людьми он подразумевал таких людей, как слуга Денвуда, Гораций. Его разговор о жизни и смерти касался убийства Друри.


Затем, когда он зажигал восковую свечу, профессору Скорпио пришла в голову запоздалая мысль. Хитроумно он повернулся к своим слушателям и объявил:


"Среди вас есть те, кто может засвидетельствовать необычность этих гор. Те, кто видел мистическое озерное создание, которое безмолвно скользит в сердце ночи. Пусть те, кто боится, покинут это заколдованное царство; те, кто смел, могут остаться ".


Тень вопросительно взглянула на Денвуда и Гарри. Они предоставили информацию, которую забыли упомянуть. Это относилось к "существу", описанному Скорпионом.


"Вы слышали о Лох-Несском чудовище, - вполголоса произнес Денвуд. "Морской змей, которого видели на озере в Шотландии. Кто-то распустил похожие слухи здесь, о подобном существе, скользящем по воде поздно ночью ".


"Но никто не бывает на озере поздно ночью", - добавил Гарри шепотом, "если только они не возвращаются домой с вечеринки. Здесь они устраивают вечеринки, которые и есть вечеринки. Некоторые свидетели говорят, что видели двух монстров, что дает представление о том, чего стоят их слова ".


Эти побочные комментарии прозвучали, когда Скорпион зажигал факелы. Опять же, это был вопрос алиби.


Профессор Скорпио использовал местные слухи, чтобы подкрепить свои мистические заявления.


Оглядев комнату, Тень заметила другие лица. Присутствовало около тридцати человек; большинство из них, казалось, верили в профессора Скорпио. Из всей восхищенной толпы самой заметной была Паула Лоди, владелица гасиенды.


ПОЛА ЛОДИ была ярко выраженной блондинкой с большими глазами и обвисшим ртом. У нее было проникновенное выражение лица, которое вызывало настоящие слезы, когда она показывала его в кинофильмах. Проблема с Паулой заключалась в том, что в реальной жизни она выглядела старше и полнее, чем в кино.


Макияж мог бы помочь ей выглядеть моложе; но потребовались бы диета и физические упражнения, чтобы вернуть ей ту гладкость, которая сделала ее знаменитой.


Тем временем Паула, казалось, наслаждалась своим вынужденным отпуском. Она была одета в черное, потому что это был лучший цвет в качестве фона для ее драгоценностей.


Как и предполагал Денвуд, на ней были все ее драгоценности. Ее пальцы были украшены кольцами, запястья унизаны браслетами. На ней была бриллиантовая брошь и изумрудное ожерелье. Даже ее лодыжки были обвиты браслетами с драгоценными камнями.


Посмотрев через комнату, Тень увидела Лоис Мелвин. В отличие от знаменитой Полы Лоди, брюнетка была созданием простого, но действенного обаяния. Ей не нужны были драгоценности, чтобы подчеркнуть свою красоту. Ее подтянутая фигура казалась удивительно гибкой и стройной по сравнению с Паулой.


На лице Лоис появилось выражение сомнения. Она вспоминала гороскоп Скорпиона, задаваясь вопросом, сколько в нем правды. Она не хотела верить в способности профессора, но все же не могла объявить их полностью ложными. Что-то в этом роде она говорила Найлзу Рандону, который стоял рядом с ней.


Мужчина с квадратной челюстью пренебрежительно улыбнулся и заметил, что профессор Скорпио не более чем хороший отгадчик.


Очевидно, Рандону не нравился Scorpio, но он не горевал по этому поводу. Человеком, который действительно ненавидел Scorpio, был Говард Кэррадон, муж Полы Лоди. Сидя рядом с киноактрисой, Кэррадон демонстрировал сердитый взгляд на своем резком, но довольно красивом лице. Он выглядел готовым придушить Скорпиона в любой момент.


В углу стоял шериф Кирк. Он теребил свой значок и жевал зубочистку. Рядом с ним стоял наполовину наполненный стакан; шериф сделал из него большой глоток. Он, очевидно, решил, что ему нужно выпить, чтобы чувствовать себя трезвым в такой сумасшедшей сцене, как эта.


Горели факелы. Профессор Скорпио попросил погасить другие источники света. Слуга нажал на выключатели у двери, которая вела на веранду. Колеблющееся пламя освещало сцену, за исключением блеска перед группой. Блеск исходил от драгоценностей Пола Лоди.


"Вы должны немного отойти назад, мисс Лоди". - учтиво заявил Скорпион. "Нам нужен свет факелов: ничего больше".


Пола передвинула свой стул подальше в аудиторию. Блеск драгоценных камней уменьшился, что удовлетворило профессора. В толпе все стихло, когда Скорпион начал странное пение с низким голосом - призыв к мертвым.


Запустив руку под свой вечерний пиджак, Тень потянула вниз скрытую одежду. Это был черный плащ; из его складок вывалилась приплюснутая шляпа с опущенными полями. Хотя и Гарри, и Денвуд были так близко, что могли дотронуться до него, ни один из них не видел трансформации, в результате которой Ламонт Крэнстон превратился в Тень.


Причина была проста. Факелы Скорпиона были установлены высоко. Под ними были бронзовые диски, которые отбрасывали свет от пола. Пламя выглядело мощным, но одного взгляда на потолок было достаточно, чтобы понять, что оно отражает очень мало света.


Иногда фальшивые медиумы использовали красные лампочки для создания "освещенной" сцены. Красные лампочки были милым трюком, потому что они были ненамного лучше полной темноты. Но Scorpio справился с этим трюком лучше. Его мерцающие факелы, при всем их великолепии, были не ярче полудюжины свечей, и их сияние было аккуратно отклонено.


Одетый в черное, в широкополой шляпе, надвинутой на глаза, Тень крался по полу комнаты, подбираясь все ближе к консервам Скорпиона.


Профессор был виден, потому что его одежда была белой, и над бородой виднелась значительная часть его лица.


Он держался поближе к факелу, чтобы были видны его черты, усиливая впечатление, что сцена действительно была освещена.


Тень хотела добраться до ниши позади профессора. Когда он приблизился к ней, он услышал скрипящий звук с противоположной стороны. Кто-то еще вползал на сцену, такой же невидимый, как Тень.


Сделав паузу, Тень уставилась в пол.


Профессор Скорпио указал пальцем и издал драматический крик. Все глаза уставились вниз. На полу сверхъестественно появился диск света. Многие присутствующие женщины ахнули, когда светящийся круг увеличился.


ТЕНЬ распознала обман. Это была старая игра в материализацию. Человек, который прокрался из ниши, был одет в светящуюся мантию под темной тканью. Простое манипулирование тканью при ее снятии объясняло появление света.


Затем ткань полностью исчезла, но фигура по-прежнему казалась карликовой. Человек в светящемся одеянии присел на корточки, выполняя вращения перед профессором Скорпио. По мере того, как фигура поднималась дюйм за дюймом, создавалось впечатление, что она выросла. Затем, внезапно, она расширилась. В поле зрения появился полноценный дух.


Для Тени, знакомой с подобными махинациями, ведьмак выглядел определенно фальшивым. Марля, измазанная светящейся краской, была недостаточно хорошей маскировкой, чтобы обмануть опытный глаз. Но для других зрителей, большинство из которых находились дальше, чем Тень, зрелище было весьма впечатляющим.


"Дух", безусловно, знал свое дело. Он продолжал двигаться, придавая светящейся ткани мерцание, которое временами производило действительно призрачный эффект. Ведьмак был мужчиной; его голос, глубокий шепот, выдавал этот факт. Его лицо тоже было мужским, но это была маска, прикрепленная к светящемуся капюшону его мантии.


Для маски была причина. Это стало очевидным, когда ведьмак приблизился к Пауле Лоди. Увидев очертания фальшивого лица, актриса вскрикнула:


"Франсуа!"


Шум от других натурщиков рассказал остальное. Франсуа был первым мужем Полы, который отправился в страну духов после продолжительного запоя во времена Сухого закона. Профессор Скорпио снабдил своего сообщника маской, которая идеально напоминала покойного Франсуа.


"Возьми это!" Паула поднялась; ее руки блестели, когда она начала снимать кольца с пальцев.


"Возьми эти безделушки, Франсуа! Отнеси их обратно в страну духов..."


Профессор Скорпио громко возразил, бросаясь вперед. Хотя ему очень нравились драгоценные камни, он не хотел портить представление чем-то столь ощутимым, как подарок ведьмаку. Такой обман был устаревшим, когда присутствовали скептики.


Но Скорпион опоздал со своим возражением. Другой мужчина вмешался быстрее. Взмах руки отбросил Паулу назад в кресло; затем тот же мужчина прыгнул на ведьмака. Человеком, который разразил скандал, был Говард Кэррадон, живой муж Полы.


Увертывающийся "Франсуа" был недостаточно быстр, чтобы убежать от Кэррадона. Комната превратилась в бедлам, поскольку живой муж пытался задушить мертвого. Затем профессор Скорпио ввязался в драку, изо всех сил пытаясь оттащить Кэррадона от его драгоценного ведьмака.


Хотя Тень была достаточно близко, чтобы уладить драку, она позволила ей довести дело до конца, что произошло достаточно быстро. Призрак совершил еще одну трансформацию; он уменьшился в объединенной хватке Скорпиона и Кэррадона. Они боролись со сдувшимся призраком, потому что человеку в светящемся одеянии удалось выскользнуть из него.


Невидимый в темноте, парень нырнул в нишу; но Тень услышала, как он ушел. Раздался лязг откидной доски, хлопок, когда она вернулась на место.


Опять же, из-за криков никто не слышал звуков, кроме Тени. Он был на том месте в нише, где раздался грохот. Перекатившись на вопль, он почувствовал, как пол проваливается под его весом.


Затем, когда Тень начала свое падение к жилищу ушедшего ведьмака, он услышал крик из гостиной. Когда раздался крик, возвращаться было слишком поздно. Но Тень услышала слова, узнала их, вместе с голосом, который их произнес.


Крик исходил от Паулы Лоди:


"Мои драгоценности!"


ГЛАВА V. СКРЫТЫЙ ПОЛЕТ.


ГАРРИ ВИНСЕНТ был одним из первых, кто бросился на помощь Пауле Лоди. Он почти добрался до актрисы, когда его оттеснила в сторону толпа возбужденных людей, которые ломились сквозь темноту.


Большинство из них были просто взволнованы; но были и такие - сколько, Гарри не знал, - которые думали о драгоценностях Полы. Схватившись за руку, протянутую в его сторону, Гарри обнаружил, что она гладкая. Рука принадлежала Пауле; на ней не было браслетов. Кольца тоже отсутствовали на руке, которую Гарри удалось сжать.


Затем его хватка ослабла. Раздался грохот стула; еще один вопль, когда Пола отлетела назад. Летящая туфля попала Гарри в лицо. Мошенники перевернули Паулу и сорвали браслеты с ее лодыжек, бросив тапочки перед собой.


Это Паула, встав на четвереньки, подставила Гарри подножку, когда он пытался схватить людей в темноте.


За исключением расторопных рабочих, которые сняли драгоценности, Гарри был одним из немногих людей в комнате, который, казалось, знал, что все это значит. В одиночку он ничего не мог сделать. Слишком много людей преграждали ему путь, хотя они и не собирались его останавливать.


Раздавались крики о зажжении света. Беспорядочная масса воющего человечества кружилась к двери.


Внезапно зажегся свет, прижатый растрепанным мужчиной, который добрался до двери.


Гарри увидел Найлза Рандона, сильно потрепанного. Ему удалось сохранить рассудок, как и Гарри; но Рандон тоже столкнулся с трудностями.


Как и Генри Денвуд. Седовласый мужчина был распластан на том месте, где Гарри оставил его, под кучей барахтающихся людей.


Крукс начисто смел драгоценности Полы. Блондинка-актриса, шатаясь, поднималась на ноги, наполовину ошеломленная. Ее черное платье было изорвано в клочья и висело на одной бретельке. Бандиты все испортили, когда сорвали бриллиантовую брошь.


Когда из хаоса пришел порядок, Рандон дико указал от двери; его палец был направлен на профессора Скорпио, который все еще боролся с Говардом Кэррадоном. Крик Рандона был подхвачен другими, кто видел драку:


"Позовите профессора!"


Была веская причина поймать Скорпиона. Хотя профессор не похищал драгоценности лично, его можно было считать пойманным с другими товарами. Он и Кэррадон все еще сражались за остатки "ведьмака", которые при свете определенно выглядели как марля.


Однажды захваченный с таким товаром, Скорпион был бы заклеймен как самозванец. Профессор знал это и отчаянно боролся. Начав с него, вместе с другими, Гарри искал Тень. Не увидев никаких признаков Крэнстона, он решил, что его шеф отправился на другое задание.


Возможно, Тень отправилась за драгоценностями. Даже в погоне за Скорпионом Гарри понимал, что драгоценные камни были важнее профессора. Именно эта мысль руководила последующими действиями Гарри во время сцен, которые происходили с ошеломляющей скоростью.


Это началось с удачного прорыва для Скорпиона; первого из нескольких, которые выпали на долю профессора. Паула Лоди была опережена стремлением к Скорпиону. Она не схватилась за профессора; вместо этого она схватила Кэррадона.


Она кричала своему мужу, что ее драгоценности пропали. Кэррадон не заботился о драгоценностях так сильно, как о Пауле. Вид его жены в изорванных остатках ее черного платья заставил Каррадона обратиться к ее защите. Этот жест помог профессору Скорпио.


Завладев марлей одной рукой, профессор разжал кулак другой. Вместо того, чтобы Пола бросилась в объятия Кэррадона, он упал в ее.


Нанеся тот удар в челюсть Кэррадону, Скорпио подобрал темную ткань, которая шла в комплекте с марлей. Отпрыгнув в сторону, он схватил первое попавшееся оружие - один из горящих факелов.


Размахивая огненной дубинкой, Скорпио отбивался от нападавших, среди которых был Гарри, когда наступил второй перерыв. Снова в комнате погас свет; но не Рандоном или кем-либо еще в комнате. Никого не было у стены, когда погас свет. Кто-то внизу, в подвале, нажал главный выключатель.


В ОТЧАЯНИИ профессор Скорпио максимально воспользовался наступившей темнотой. Он швырнул пылающий факел в нишу, бросил марлю и темное покрывало вместе с ней. Он избавлялся от прошлых улик вместе с настоящими. Без факела в руке его нельзя было найти в толпе.


Тем не менее, побег Скорпиона все еще мог быть заблокирован и улики против него были восстановлены. Этому шансу помешал женский крик, раздавшийся рядом с окном. Кричавшей девушкой была Лоис Мелвин.


Когда свет в комнате был погашен, Лоис могла видеть сцену снаружи. Из окна она заметила прыгающие огни, направляющиеся в сторону озера; в свете звезд были видны фигуры снующих мужчин.


Девушка рассказала все, когда прокричала:


"Похитители драгоценностей! Вон они идут!"


Мгновенно профессор Скорпио был забыт. Дико кричащая толпа устремилась к двери веранды, и Гарри увлекли за собой. Он пошел добровольно, из-за своей общепринятой теории о том, что драгоценные камни важнее профессора.


Со стороны дока Лоди раздались выстрелы, когда преследователи появились на веранде. Это были предупредительные выстрелы; они выдавали убегающих преступников, но также указывали на то, что преследовать их будет опасно.


Шериф добрался до веранды; он нашел свой первый реальный шанс принять участие в драке. Вытащив пистолет, он ответил на огонь с берега.


Затем, у подножия ступенек веранды, шериф схватил двух ближайших к нему мужчин, которыми оказались Найлс Рандон и Гарри Винсент. Он говорил им организовать отдых и следовать его примеру, когда новые крики из дома заставили всех обернуться.


Гостиная была залита зловещим светом, гораздо большим, чем могли бы дать одни факелы. Пламя охватывало деревянную обшивку. создавая первоклассное пламя. О Круксе нужно было забыть, чтобы спасти гасиенду. Шериф указал назад, на дом, приказывая остальным тушить пожар, в то время как он продолжил погоню в одиночку.


Гарри и Рандон добрались до гостиной. Вся ниша была объята пламенем. Кэррадон, вскочив на ноги, кричал что-то о пожарном шланге в коридоре. Огонь можно было остановить до того, как он распространится, но альков и его внешняя стена наверняка сгорели.


Профессор Скорпио лежал на полу с одним открытым глазом. Он позволил ему закрыться, когда Гарри уставился в его сторону. Паула Лоди и несколько других женщин оттаскивали профессора от опасного места, все еще бормоча о своей вере в него. Мягкая улыбка появилась на бородатых губах.


Скорпион играл в почти безнадежную игру, и все же он выиграл. Его бросок факела был удачным трюком. Он мог бы легко оправдать это, заявив, что потерял факел в борьбе, в результате которой потерял сознание.


В нанесенном ущербе можно было бы обвинить нападавших, а не его самого.


Но ущерб был именно тем, чего хотел Скорпион.


Пламя уже поглотило одеяние духа и ткань, которой ведьмак прикрывал его.


Альков тоже рушился. Судя по обугленному полу и охваченной пламенем стене, никто не мог найти доказательств наличия люка, через который сбежал ведьмак.


Хитрый трюк - соорудить ловушку здесь, в доме Полы, во время ее отсутствия. Профессор устроил ее давным-давно, для случая, подобного этому вечеру. Его игра обернулась бумерангом, но ему удалось спасти ситуацию. Пламя уничтожало улики. Никто не мог заклеймить Скорпиона как абсолютного мошенника.


Что касается пропавших драгоценностей, Скорпион был чист на этот счет. Он не прикасался к драгоценностям Полы. Для Гарри Винсента ситуация была удручающей. Гарри чувствовал, что подвел Тень: но это было еще не все. Казалось, что Тень тоже потерпела неудачу.


На самом деле, исчезновение Тени со сцены придало очень зловещий оттенок. Это заставило Гарри забыть о пожаре и выйти на улицу, охваченный беспричинным страхом, что крукс утащил его шефа вместе с драгоценностями Лоди.


Это была ситуация, когда все казалось совершенно неправильным. Как Гарри себе это представлял, ограбление происходило в самом присутствии Тени: и это само по себе указывало на то, что произошло нечто худшее.


Другие могли беспокоиться о драгоценностях и огне: Гарри думал только о Тени, гадая, какая судьба его ожидает.


Тени не требовалось никаких угрызений совести, хотя Гарри этого и не знал. Тень выбрала свой собственный маршрут и доводила его до конца. Сочувствия больше всего заслуживали те, кого Тень могла встретить на своем пути.


ГЛАВА VI. ОЗЕРНОЕ ЧУДОВИЩЕ.


ТЕНЬ шла по следу призрака. Призрак, однако, оказался очень похожим на человека, совершенно запутавшимся в темноте. Призраком был Эдвард Баркла.


В подвале под гасиендой горело несколько ламп, когда Тень приземлилась там. По их свечению Тень заметила карабкающуюся фигуру, тянущуюся к главному выключателю, который управлял всем освещением в доме.


Одним коротким взглядом Тень узнала бледные черты лица Барклы, расплывшиеся в нетерпеливой, как у ласки, ухмылке. Затем наступила темнота, когда Баркла нажал на выключатель. После этого Тень продолжала идти по следу.


Крики сверху, удары по полу означали, что что-то происходило в гостиной, которую Тень так внезапно покинула. Но выстрелов не было. Казалось, что ничего меньшего, чем стрельба, было достаточно, чтобы потребовать помощи Тени. Поскольку бой был простой потасовкой, а бандиты превосходили числом, было лучше выследить Барклу.


Инструмент профессора многое мог рассказать под влиянием убеждения Тени. Насколько много - вопрос; но этого было бы достаточно, чтобы поимка Барклы стоила того. Баркла рассказал бы факты, которые профессор Скорпио упорно отрицал бы, если бы его спросили. Более того, Баркла раскрыл бы их без ведома Скорпио.


В такой игре, как эта, лучше всего было сначала атаковать слабые звенья. Как только они исчезнут, более сильные упадут под собственным весом. Вот почему Тень продолжал следовать по следу Барклы.


Слышимый в темноте, Баркла легко преследовался по его спотыканиям. Загадочной вещью была длина следа. Подвал казался абсолютным лабиринтом, почти бесконечным лабиринтом, пока Тень внезапно не осознала нелепую правду.


Он провел почти десять минут, следуя за Барклой по коридорам и обратно, просто потому, что парень заблудился в темноте!


После этого отставать было бесполезно. Продвигаясь вперед, Тень приблизился к своей добыче. С криками и ревом, доносившимися этажом выше, Баркла безумно хотел выбраться из подвала, который стал его самодельной ловушкой. Тень решила вывести его из игры - под прицелом автомата!


Последовал еще один спотык, за которым последовало падение. Баркла наткнулся на лестничный пролет, ведущий наверх. Тень почти настигла его, когда Баркла в полном отчаянии решил следовать своим недавно найденным маршрутом, куда бы он ни вел. Он устремился вверх со скоростью испуганного кролика.


Двигаясь быстро, Тень оказалась прямо за ним на вершине. У Барклы не было времени рывком открыть дверь, в которую он врезался; но Тени, в свою очередь, не хватило времени схватить Барклу.


Дверь была сорвана с другой стороны, когда Баркла хватался за ручку. Потеряв равновесие, Баркла вылетел в коридор, бешено протиснувшись мимо двух мужчин, которые начали спускаться в подвал.


Они были парой гостей, пришедших за огнетушителями из подвала. Хотя мерцание из гостиной указывало им направление, они не смогли увидеть Барклу из-за густого клубящегося дыма. Но они нашли Тень, когда Баркла подставил им подножку.


Сломя голову, пара бросилась вниз по ступенькам, налетев прямо на преследователя Барклы. С этого момента это было падение трех человек, причем Тень отбивал удары руками. В рассеивающемся дыму над лестницей появились другие лица, но темнота подвала компенсировала угасающий свет от огня в нише.


Вновь прибывшие могли слышать только крики акробатов, утверждавших, что они схватили одного из похитителей драгоценностей. Еще больше людей сбегали вниз по лестнице, навстречу грохоту, который они слышали внизу.


Тень использовал нападавших в качестве буферов в конце схватки. Оба продолжали сражаться, он швырнул одного противника в ящик для дров, другого - в открытый шкаф. Грохот падающих бревен, крушение полок, нагруженных консервами, были последствиями быстрых действий Тени.


Но путь Тени был заблокирован.


Неудача привела к нападению в направлении Тени, а не Барклы. Полдюжины человек спускались по лестнице, намереваясь схватить неизвестного мародера. На фоне последних отблесков угасающего огня Тень увидела их лица, среди них Гарри. Из темноты Тень издала странный смешок.


Веселье не несло в себе ни вызова, ни триумфа. Это был призрачный смех; тот, который хорошо бы подошел к предкам Скорпиона. За завершающим тоном скрывалась двойная цель. Тень хотела ввести в заблуждение этих пылких, но введенных в заблуждение нападавших - за одним исключением, а именно, Гарри Винсента.


Он знал, что Гарри узнает смех, несмотря на его маскировку, и будет действовать соответственно. Гарри узнал. Когда остальные бросились к Тени в темноте, Гарри был с ними. По неосторожности он начал ставить подножки своим спутникам. Помогло его сотрудничество.


Цепкие руки пропустили плащ Тени, когда она унеслась в темноту. Споткнувшись, они услышали свист; затем снова смех, из другой части подвала. Они распространялись, следовательно, Гарри больше ничем не мог помочь, но это не имело значения. Имело значение. Оказавшись вдали, Тень стала слишком неуловимой, чтобы ее можно было поймать.


Даже его жуткий смех был неопределенным, вводящим в заблуждение. Казалось, он отдавался эхом с разных сторон. Выбирая свой собственный путь в темноте, Тени повезло больше, чем Баркле. Найдя окно в дальнем углу подвала, Тень распахнул его и пролез внутрь.


К тому времени кто-то нашел главный выключатель. Зажегся тусклый свет; мужчины заметили открытое окно и направились к нему. Обычно у них не было бы шансов настичь Тень, как только она ушла; но случилось так, что боец в плаще столкнулся с сопротивлением.


Через окно Тень заметила движущийся фонарик, торопливо пробиравшийся сквозь рощу огромных сосен. Зная, что свет означает Баркла, Тень поднялась, чтобы последовать за ним, когда ее перехватил человек.


Парень был коренастым и мускулистым. Он бросился из-за угла дома. У него было оружие в форме тяжелого молотка, которым он замахнулся на голову Тени.


Быстрая рука вынырнула из складок плаща, прихватив с собой пистолет. У Тени не было времени нащупать спусковой крючок автоматического оружия; он использовал пистолет для перекрестного парирования. Его стремительная рука просунула оружие между его уклоняющейся головой и опускающимся молотом, как раз вовремя, чтобы отразить удар.


Потеряв равновесие от удара, приземистый мужчина ударился плечом о стену дома. Отбросив пистолет, Тень поймала парня приемом джиу-джитсу; швырнула его, как человеческий таран, на первых людей, которые влезали через окно подвала. Вытянувшись обратно через отдушину, они потеряли шанс преследовать Тень.


И снова их добычей стал живой призрак, единственным признаком его ухода была жуткая, неуловимая насмешка, такая же жуткая, как вой невидимой банши.


Тем не менее промедление дорого обошлось. Баркла извлек из этого выгоду, как и Тень. Беглый мошенник сумел ускользнуть от своего преследователя в плаще, как узнала Тень, преодолев сотню ярдов среди сосен.


Больше не было никаких признаков фонарика Барклы; никаких потрескивающих звуков человека, продирающегося сквозь подлесок. Точно так же не было ни свечения от гасиенды, ни какого-либо рева огня. Пламя было потушено, здание спасено.


Перевалив через холм, Тень не могла видеть окон здания, которые теперь сияли восстановленным электрическим освещением.


ПОСКОЛЬКУ след Барклы затерялся где-то в лесу, Тень решил обойти стороной берег озера, где он мог бы предстать в образе Крэнстона и присоединиться к охоте на пропавших похитителей драгоценностей.


Другие уже приступили к выполнению этой миссии. Гарри Винсент оказался рядом с Говардом Кэррадоном, который указывал фонарем на узкую тропинку слева. Справа они могли слышать, как шериф кричал, что на скамье подсудимых никого нет.


"Сюда!" Кэррадон дернул Гарри за руку. "К старому эллингу! Вот где они могут быть спрятаны".


Кэррадон двинулся влево. Гарри остановился, понимая, что это может быть больше, чем работа двух человек. Он крикнул шерифу, чтобы тот направлялся к старому эллингу, и, наконец, получил ответ. К тому времени Каррадон и его фонарь скрылись из виду. Бредя по тропинке, Гарри увидел другие огни ближе к воде. Он закричал, и Найлс Рандон ответил на его зов.


"Найди Кэррадона!" - крикнул Гарри. "В старом лодочном сарае. Он один! У него могут быть неприятности ..."


Вмешался сам Каррадон. Его вопль был торжествующим; вместе с ним Гарри услышал треск, как будто старую дверь срывали с петель.


"Вот они! В лодочном сарае! Поторопитесь, ребята, пока они не смогли убежать!"


Свет Рандона прорезал полосу во тьме. Он осветил заброшенный эллинг, дверь которого была широко открыта.


В поле зрения появился Кэррадон, держа в одной руке свой собственный фонарик, в другой - сломанное весло для каноэ.


Он замахнулся импровизированным оружием на пару головорезов, которые бросились на него из лодочного сарая.


Мужчины сражались с Кэррадоном, когда Рандон добрался до них. Гарри оставалось пройти меньше ста футов, но земля была темной и каменистой. Однако он полагал, что Кэррадон и Рандон смогут продолжать бой в течение дюжины секунд, которые ему понадобятся, чтобы добраться до них. Но за этот короткий промежуток времени все пошло наперекосяк.


Один головорез вырвал весло у Каррадона. Гарри увидел, как оно качнулось в свете фонаря, и Рандон растянулся на земле. Фонарик выпал у него из руки и ударился о землю. Гарри мельком увидел грубоватого вида мужчин, заталкивающих Кэррадона в дверь эллинга. По тому, как Кэррадон скрылся из виду, было ясно, что его приняли в другие руки.


До сих пор Гарри не использовал пистолет, который носил с собой. Пришло время пустить его в ход. Рандон перекатился где-то на земле; Каррадон был в безопасности внутри эллинга. Надеясь поймать двух мошенников, которых он видел, Гарри выхватил пистолет и открыл огонь.


Мгновенно луч прожектора прочертил блестящую дорожку над дверью эллинга. Гарри оказался в ловушке луча; он стрелял вслепую по людям, которые использовали его в качестве мишени. Хотя земля была неровной, камни были слишком мелкими, чтобы обеспечить укрытие.


Распластавшись, Гарри услышал, как пули просвистели мимо и потрескали по дерну на склоне позади него. По близости этих пуль он мог догадаться, что следующие несколько найдут его, если его собственные удары не приведут к цели.


Затем, с фланга, раздался огонь другого орудия. Его удары были видны среди деревьев; вместе с дробью выстрелов послышался вызов в виде издевательского смеха Тени. Первая пуля отбросила прожектор вбок; следующая разбила его вдребезги.


Катаясь по земле, Гарри был в двойной безопасности. Враги потеряли его позицию в темноте; они не могли найти ее по следующим выстрелам Гарри, потому что у него ничего не осталось. Кроме того, они были заняты уничтожением Тени, худшей политики, которую они могли выбрать.


ТЕНЬ перемещалась, когда он стрелял: очереди его пистолета были бесполезны в качестве мишеней. Но мошенники не могли переместиться; они опустились ниже уровня двери эллинга и были зажаты там. Они думали, что их убежища было достаточно; но это доказало обратное.


Выбирая позицию, Тень обеспечивал точные выстрелы. Вой подсказал, что он ранил одного из стрелков. Затем, по приглушенному зову откуда-то из эллинга, мошенники отошли от двери. Снова поднявшись на ноги, Гарри, спотыкаясь, двинулся вперед; он был уверен, что слышал всплески, приближаясь к эллингу.


Огонь Тени закончился. Гарри встретил шериф и другие, которые бросились вдоль берега.


Мужчины поднимали Рандона на ноги. Схватившись одной рукой за голову, Рандон ошеломленно указал на эллинг.


"Они ударили меня!" - он сглотнул. "У них Каррадон... там! Помогите ему..."


Гарри уже был у лодочного сарая и махал рукой. К нему присоединились полдюжины мужчин с разнообразным оружием, от клюшек для гольфа до пустых огнетушителей. Они ворвались в сломанную дверь и резко остановились, уставившись на пустую полосу воды.


Эллинг был ничем иным, как причалом с навесом над ним. Не было места, где человек мог бы спрятаться, даже под настилом, потому что в нем виднелись большие щели там, где были оторваны старые доски.


Каррадон исчез; исчезли и его похитители, что было так удивительно, как будто их там вообще не было.


От разбитого прожектора провода тянулись к аккумуляторной батарее, которая стояла на настиле. Устройство было подстроено с помощью старого оборудования, оставленного в лодочном сарае, и это было единственным осязаемым доказательством того, что в этом месте были какие-то люди.


Почему воры похитили Говарда Кэррадона, было одной загадкой: как им это удалось, было другой.


Как и во всех тайнах, на проблему уходящих мошенников можно было найти ответ: но не Гарри Винсентом и не другими, кто прибыл после драки. Все они пришли с одной стороны; похитители Кэррадона мудро пошли другим путем. Один человек предвидел их маршрут: Тень.


Вместо того, чтобы направиться к лодочному сараю, он направился к берегу в сотне ярдов дальше и левее, намереваясь перехватить своих врагов. Но они бежали по воде, а не по суше, У кромки воды Тень заметила слабый плеск ряби, который другие не могли услышать.


Посмотрев на озеро, он заметил тусклое фосфоресцирование, удаляющееся с большой скоростью. Оно находилось вне пределов досягаемости оружия, и выстрелы скорее подстегнули бы его, чем остановили бегство. Наблюдая за течением этого тонкопенного следа, Тень различила плоскую фигуру, отдаленно напоминающую большую морскую свинью, рассекающую воду.


Это соответствовало описанию таинственного озерного монстра, упомянутого профессором Скорпио. Как и все утверждения профессора, это могло быть изменено.


То, что увидела Тень, было слишком своевременным путешествием к какому-то озерному мелкому существу. Это было рукотворное изобретение, унесшее Каррадона вместе с его похитителями, людьми, которые получили украденные драгоценности.


Не сводя глаз с белесых пятен, Тень проследил путь странного бесшумного судна далеко в озеро. Он сориентировался на горную вершину, которая оставляла зазубренный след в залитом звездным светом небе.


Шагая к лодочному сараю, где Гарри и остальные закончили свои поиски, Тень положил свой плащ и шляпу под удобную доску, чтобы забрать их позже.


Снова приняв облик Ламонта Крэнстона, Тень начала подниматься по склону к гасиенде, чтобы присоединиться к гостям Паулы Лоди и услышать их противоречивые версии того, как произошло преступление.


ГЛАВА VII. ПРОФЕССОР СКОРПИО ПРИНОСИТ ИЗВИНЕНИЯ.


ОДЕТЫЙ в безупречно чистое белье, профессор Скорпио сидел в кресле с глубокими подушками, его голова была покрыта белым. На нем не было тюрбана; его головной убор состоял из бинтов. Несмотря на свою черную бороду, профессор выглядел очень бледным, как будто все еще страдал от травм, полученных прошлой ночью.


Скорпион был в приемной причудливого дома, который он называл своим замком. Он принимал комитет богатых соседей, которые пришли выразить свое возмущение по поводу кражи драгоценностей Паулы Лоди и похищения ее мужа. К своему удивлению, они обнаружили, что Скорпион был возмущен не меньше их.


В комитет входили три человека: Генри Денвуд, Найлс Рандон и человек по имени Хьюго Грендейл. Денвуда выбрали, потому что он, как правило, нравился всем в колонии.


Рандон представлял группу, которая хотела действий; он был известен как человек, стремящийся к успеху, и был единственным человеком, которому действительно удалось противостоять похитителям Кэррадона.


Что касается Грендейла, то он был одним из самых богатых членов колонии Калада; поэтому его очень уважали в сообществе, где деньги имели наибольшее влияние. Более того, у Грендейла были властные манеры, которые сочетались с его крупным подбородком и густыми бровями. Он был как раз из тех, кто может иметь дело с таким мошенником, как Скорпион.


Комитет привел с собой еще двоих. Одним из них был Ламонт Крэнстон, приглашенный Денвудом, который почувствовал, что мнение новичка может породить новую точку зрения. Другим был шериф Кирк, вызванный Грендейлом, который хотел показать Скорпиону, что закон на стороне комитета.


"Никто не может сожалеть о событиях прошлой ночи больше, чем я", - вкрадчиво произнес Скорпион. "Мисс Лоди была одной из моих самых ценных клиенток. Меня огорчает, что она должна была понести финансовые потери ".


"Кажется, я понимаю", - прогремел Грендейл, вытянув вперед свое тяжелое лицо. "Вам не нравится, когда ваши клиенты теряют деньги или любые другие ценности, которые они могут вам передать".


"Совершенно верно!" - ответил Скорпион с усталой усмешкой. "Паула Лоди была одной из моих лучших покровительниц. Тебе не приходило в голову, - он мудро наклонил голову, - что она могла бы отдать мне свои драгоценности, в конце концов, в качестве платы за мои предки?


"Чушь собачья!"


Прежде чем гулкий тон Грендейла затих, Скорпион обвел комнату жестами. Помещение было украшено ценными гобеленами, лампами, украшенными драгоценными камнями, резьбой по нефриту и слоновой кости. Даже пол был покрыт редкими восточными коврами, такими толстыми, что они накладывались друг на друга.


"Все это, - вежливо заявил Скорпион, - дары тех, кто верит в звезды, и вести от духов, обитающих в потустороннем мире".


"Что клеймит тебя как мошенника!" - прогремел Грендейл. "Я изгоню тебя и всех тебе подобных из этой колонии!"


"Тогда начните с вашего собственного комитета". предложил Скорпион. "У вас неплохая репутация финансиста, мистер Грендейл. Так случилось, что я знаю подноготную этой истории; как вы скупали бесполезные земли, а затем направили ирригационные проекты в свое русло ".


"Если вы считаете, что я обманываю богатых, я могу только ответить, что вы обманули бедных. Что касается тебя, Рандон, - Скорпион повернулся к мужчине с квадратной челюстью, - ты достаточно молод, чтобы обладать состоянием, учитывая, что ты его не унаследовал. Я понимаю, что вы промоутер, который выводит на рынок новые изобретения.


Вы нашли это очень прибыльным бизнесом, не так ли?"


"Да. У меня есть, - горячо возразил Рандон, - потому что я делаю все возможное, чтобы обеспечить акционерам полную стоимость каждой новой компании, которую я создаю".


"Но некоторые из этих компаний прекратили свое существование..."


"Потому что никто не может гарантировать успех нового изобретения", - парировал Рандон. "Поскольку продвижение - это мой бизнес, я должен думать о собственной прибыли. Но я не могу всегда выбирать что-то надежное".


Профессор Скорпио хлопнул в ладоши. Появились двое смуглых мужчин; оба были высокими и очень худыми, одетыми в белое, как и их хозяин. Они были похожи на индусов.


"Подай прохладительные напитки, Чандра". - приказал Скорпион. "Иди в мой кабинет, Агбар, и принеси мне одну из астрологических карт под знаком Близнецов".


ЧАНДРА принесла напитки, которые Грендейл и Рандон приняли с опаской, как будто подозревали яд. Даже Денвуд был немного встревожен, пока не увидел, как Крэнстон улыбнулся и поднял свой бокал. К тому времени прибыл Агбар с астрологической картой, которая оказалась большим, красиво напечатанным листом.


"Для тебя, Рандон", - объявил Скорпион, протягивая таблицу с легким поклоном. "Так случилось, что твой день рождения приходится на 7 июня, который проходит под знаком Близнецов. Диаграмма показывает, что вы обладаете большими способностями спекулянта. Ваша опасность заключается в том, что вы предпринимаете слишком много предприятий одновременно.


"Близнецы умны", - глаза Скорпиона сузились в сторону Рандона, - "и очень агрессивны. Но они слишком много думают о своем собственном мнении. Когда они вмешиваются в дела других, - тон профессора понизился до замогильного, - они склонны навлекать беду на себя.


Гнев Рандона усилился.


"Если это угроза, Скорпион", - начал он, - "я предупреждаю тебя ..."


"Никаких предупреждений не требуется", - мягко вмешался Скорпион. "Я просто процитировал таблицу, которую вы держите в руке. Она была составлена задолго до того, как я встретил вас, Рандон. Помните, звезды никогда не подводят".


Следующее действие Рандона фактически подтвердило утверждение Скорпиона о том, что природа Близнецов двойственна. Внезапно усевшись в свое кресло, Рандон забыл о своем гневе и решил отнестись ко всему происходящему как к шутке.


"Звезды никогда не подводят", - засмеялся он. "Лед тоже. Хорошая работа, профессор. До сих пор вы нас разыгрывали.


Давайте вернемся к нашей настоящей цели. Вы говорите, что Паула Лоди в конце концов отдала бы вам свои драгоценности, если бы ей удалось их сохранить."


"Весьма вероятно", - кивнул Скорпион, - "и по ее собственной воле".


"Я полагаю, твоя точка зрения доказана", - с сожалением признал Рандон. "Паула даже начала отдавать некоторые из своих колец тому ведьмаку, которого ты продюсировал..."


Пауза Рандона обманула Скорпиона. Профессор подумал, что оратор закончил свое предложение; но это было не так. Рандон поднял свой бокал, чтобы усилить притворство; и этот умный штрих вызвал именно то, что он хотел, - торжествующую ухмылку из бороды Скорпиона. Как удар хлыстом, Рандон оборвал остальную часть своего заявления.


"...когда Кэррадон попытался остановить ее!" Отставив стакан, Рандон выставил вперед свою сильную челюсть, в то время как в его глазах горел обвиняющий огонь. "Это было камнем преткновения, Скорпион! Ты бы никогда не получил эти драгоценности от Полы; не тогда, когда Кэррадон был рядом!"


Скорпион начал яростно отрицать; но Рандон одержал верх.


"Вы даже позвонили фальшивому призраку первого мужа Полы", - продолжил Рандон, - "полагая, что это единственный способ нейтрализовать влияние Кэррадона. Но Кэррадон включил эту игру, как только увидел ее. Он схватил фальшивого призрака ".


"Именно тогда твои приятели похитили драгоценности. Вот почему они позже схватили Каррадона. Он знал, что призраком был чизкрот, а ты - притворщик. Но что еще более важно, он доказал, что не позволит своей жене оставаться одураченной ".


Полностью разгаданный Рандоном, Скорпион потерял голову. Он даже забыл о своей расслабленной позе, вскочив со стула. При свете Тень увидела крупинки пудры на бороде Скорпиона; он использовал ее, чтобы придать своему лицу бледный вид. Забыв о благоразумии, профессор разразился бы бурными заявлениями, признающими его настоящий рэкет, если бы в спор не вступил другой человек.


Перебил Грендейл. Желая доминировать в ситуации, большелобый финансист решил форсировать события и, тем самым, невольно помог Скорпиону.


Вскочив на ноги, Грендейл погрозил кулаком в бороду Скорпио; другой рукой подозвал шерифа.


"Этот человек - негодяй, шериф!" - взревел Грендейл. "Я требую его немедленного ареста! Действуйте немедленно, именем закона!"


Когда голос Грендейла заглушил голос Рандона, Скорпион пришел в себя, изменив свою защиту, чтобы встретить новый вызов.


"Мой арест?" спросил он. "На каком основании, мистер Грендейл?"


"По обвинению в мошенничестве", - парировал Грендейл. "Из-за фальшивого призрака, которого вы создали прошлой ночью".


"Какие у вас есть доказательства того, что призрак был ненастоящим?"


"Марля, о которой упоминал Рандон!"


Профессор Скорпио пожал плечами. Он оглядел комнату, как будто ожидая увидеть обрывки марли, украшающие люстру и другие приспособления. Он вопросительно взглянул на своих посетителей. Затем, когда рука шерифа сжала его плечо, Скорпио захохотал:


"Я не вижу марли. Я по-прежнему утверждаю, что мой призрак был реальным. Где ваши доказательства, которые могли бы доказать обратное?"


"Обыщите это место, шериф!" - приказал Грендейл. "Выверните его наизнанку. "Мы найдем доказательства обмана этого парня. Мы покажем ему улики!"


Губы СКОРПИОНА изогнулись в румяной улыбке сквозь бороду. Он ухмылялся, и на то были веские причины. Улики прошлой ночи были уничтожены и никогда не могли быть использованы против него.


Был еще один фактор, который распознала Тень. Хотя у Скорпиона, несомненно, были другие реквизиты, он, конечно, не стал бы хранить их там, где их обнаружил бы любой обычный поиск.


Профессор отмахнулся от руки шерифа, как от назойливой мухи. Снова приняв учтивый вид, он поклонился.


"Продолжайте", - начал он. "Пожалуйста, обыщите это помещение внутри и снаружи..."


Он сделал паузу. К счастью для Скорпиона, его борода скрыла изменение выражения лица. Он забыл кое-что очень важное. Факт был очевиден Тени, хотя ни Грендейл, ни шериф этого не заметили. Затем, вспомнив трюк Рандона, Скорпио добавил еще одно утверждение к своему незаконченному предложению.


"Внутри и снаружи", - повторил он, - "после того, как вы придете сюда с ордером на обыск! До тех пор, джентльмены, давайте отложим нашу дискуссию".


Скорпион хлопнул в ладоши, призывая индусов. Со множеством поклонов и любезностей слуги проводили посетителей к двери. Грендейл все еще пытался спорить, но Рандон продолжал подгонять его, настаивая на том, что дальнейшее пребывание здесь бесполезно, с чем Денвуд согласился, взглянув на Крэнстона.


Выйдя на улицу, они разделились. Рандон и Грендейл возвращались на лодке в Общественный центр, и шериф поехал с ними. До Грендейла начало доходить, что он разрушил усилия Рандона заставить Скорпиона раскрыть свои карты.


Денвуда тоже кое-что осенило, когда он и его друг Крэнстон сели в скоростной катер, который Гарри Винсент ждал у причала. Оглянувшись на Замок, Денвуд заметил:


"Скорпион допустил грубую ошибку, но его восстановление было умным. Он бы показал нам это место, если бы кое-что не вспомнил. Это не могли быть украденные товары; это то, чего он никогда бы не забыл. Интересно, что именно он спрятал ".


"Кое-что, что он нашел весьма полезным", - ответила Тень тоном Крэнстона, - "и что ему может понадобиться снова".


"Но что бы это могло быть?"


На замаскированных губах Тени появилась улыбка, когда он назвал ответ на вопрос Денвуда:


"Эдвард Баркла".


ГЛАВА VIII. ТРОПА СЛУЧАЯ.


ВЕРНУВШИСЬ в Денвудз Лодж, Тень подытожил ситуацию со Скорпионом в ее нынешнем виде, сделав это в спокойном, беспристрастном стиле, соответствующем манере Ламонта Крэнстона. Он сделал свое краткое изложение в интересах Гарри и Денвуда, в сотрудничестве которых он нуждался в раскрытии последовательности необычных преступлений.


Логика позиции Скорпиона была темой Тени. Бородатый профессор сказал правду, когда заявил, что богатые жители колонии Калада добровольно вливают наличные в его казну. Однако в оригинальной игре было два слабых места, и каждое зависело от другого. Тень подробно указала на них.


Первый вопрос заключался в том, как долго продлится рэкет в условиях растущей оппозиции; второй, как скоро Scorpio будет уличен в мошенничестве.


"Мы видели, что произошло прошлой ночью", - объяснила Тень. "Каррадон был готов на все, чтобы сразиться со Скорпионом. Но он действовал, руководствуясь яростью, а не мудростью. Он хотел остановить преступление, а не разоблачать его; но он почти добился и того, и другого ".


"Но что насчет Кэррадона?" с тревогой спросил Денвуд. "Он мертв или жив?"


"Вероятно, вполне живой".


"Но он может быть мертв! Не забывай, Крэнстон, Друри был убит в попытке убить тебя!"


Тень покачал головой.


"Главным преступлением является грабеж", - заявил он. "на массовой основе. Мы должны рассматривать все остальное как случайное. Я не был запланирован для убийства, Денвуд. Я был просто предназначен для устранения".


"Для устранения?"


"Да. Через смерть, потому что так случилось, что это был самый простой способ. Если бы самолет разбился, это назвали бы несчастным случаем. Но в случае Кэррадона похищение было проще. Если бы мошенникам было приказано убить его, они бы прикончили его пулями и оставили его тело в лодочном сарае ".


Логика произвела впечатление на Денвуда. Он начал понимать, что за преступлением стоит эффективность. Он также мог представить, что Каррадон или другие лица - фактически, кто угодно, кроме Тени, - могут быть более полезны мошенникам живыми, чем мертвыми.


"Обдумайте этот вопрос", - предложила Тень. "Почему Каррадон вообще был похищен?"


"Простой ответ", - ответил Денвуд. "Потому что он схватил поддельного призрака".


"Вовсе нет", - заявила Тень. "Скорпион уничтожил это конкретное доказательство. Кэррадона унесло, потому что он увидел так называемого озерного монстра и узнал, что на самом деле это лодка, используемая для перевозки краденых товаров ".


На лице Денвуда отразилось полное изумление. Он думал об озерном чудовище как о мифе; дикой мечте ошибающихся наблюдателей, о которой профессор Скорпио слышал и преувеличил. Никто, кроме Тени, не догадывался, что преступники сбежали по воде прошлой ночью. Все сходились на том, что они бежали через лес за эллингом.


Скорпион может говорить и будет говорить, - заверила Тень, - но не под действием грубого убеждения, используемого сегодня. Его нужно поставить перед фактами, которые мы можем получить через сообщника ".


"Такие, как Баркла?" переспросил Денвуд.


"Да", - ответила Тень. "Но Баркла сейчас со Скорпионом. Мы должны искать другого человека".


"Среди настоящих похитителей драгоценностей?"


"Нет. Они вошли в гостиную в темноте и вышли через дверь веранды, чтобы сбежать на лодке. Они не имели никакого отношения к акту с привидением. Но был человек, которого я встретил за окном подвала, у которого был молоток. Его задачей было заколотить ловушку снизу, после взрыва, но Скорпион вместо этого решил поджечь дом ".


"Один из индуистских слуг Скорпиона?"


Снова Тень ответила. Денвуд сделал слишком много неверных выводов. Тень объяснила, что он ходил сегодня к Скорпиону отчасти для того, чтобы проверить, как там слуги, о которых идет речь. Ни один из тощих индусов не мог быть человеком-молотом. Его телосложение было коренастым.


"По всей вероятности, - решила Тень, - этот человек был одним из слуг Лоди, посаженных туда Скорпионом. Один из твоих слуг предал тебя, Денвуд; следовательно, мы можем предположить, что в колонии есть и другие предатели. Я думаю, что мы с Винсентом зайдем в дом Лоди сегодня вечером."


ТЕНЬ закончил с загадочной улыбкой, которая указывала, что ему больше нечего сказать. Но Денвуд, рассматривая непроницаемые черты Крэнстона, решил, что есть еще много деталей, которые остались не упомянутыми.


До сумерек Тень работал за столом Денвуда, изучая места предыдущих ограблений и расспрашивая о слухах, которые касались озерного монстра.


Вспоминая эти слухи, Денвуд понял, что монстра видели по вечерам, когда профессор Скорпио давал показания, и, следовательно, он мог быть связан с преступлениями.


До сих пор подозрение пало только на Скорпиона, потому что позже он побывал в домах, где пропадали ценные вещи. Более того, Скорпион, несмотря на его мистические заявления, был осязаемой вещью, тогда как озерное чудовище обычно считалось воображаемым.


Со стороны Скорпиона было смело, решил Денвуд, открыто говорить о том, что видели в озере. Поскольку люди, бросавшие вызов Скорпиону, сомневались во всем, что он говорил, они, естественно, отвергали историю о монстре все больше и больше, каждый раз, когда Скорпион упоминал об этом.


К сумеркам карта Денвуда была испещрена линиями, главной основой которых были координаты, взятые Тенью на горном пике прошлой ночью. Линии были для Денвуда простым лабиринтом, но он чувствовал, что Тень выслеживала любопытных рукотворных существ, которые действительно скользили по озеру Калада в ночи, когда преступность была необузданной.


Вместе с Гарри Тень отправился в путь на скоростном катере, но когда они достигли пристани Лоди, они разделились.


Гарри пошел по тропинке к гасиенде, в то время как Тень кружила по лесу. Он хотел еще раз заглянуть в подвал, посмотреть, какие свидетельства он мог бы обнаружить о люке в обугленных остатках пола алькова.


Пола Лоди была в гостиной, в очень плаксивом настроении, но вполне довольная, потому что люди пришли навестить ее. Она говорила о Кэррадоне на одном дыхании, а о Скорпионе - на следующем. По оценке Полы, оба были "бедняжками", и она чувствовала, что в конце концов они поймут друг друга.


Она была уверена, что Кэррадон вернется, и надеялась, что Скорпион будет достаточно здоров, чтобы прочитать свою лекцию в Общественном центре, которая была запланирована на этот вечер. К сожалению, Паула не сможет поехать, но профессор Скорпио прислал гороскоп, чтобы подбодрить ее.


Среди присутствующих Гарри увидел Лоис Мелвин, на которую, к ее чести, плач Полы не произвел особого впечатления. Но Гарри больше интересовало наблюдение за слугами; и он заметил человека, которого искал, коренастого парня по имени Руфус.


Он был единственным, кто соответствовал описанию, данному Тенью; и его лицо было новым для Гарри. Очевидно, прошлой ночью Руфус держался на заднем плане, что еще больше идентифицировало его как человека-молота.


Прервав свой визит, Гарри спустился к причалу, но обнаружил, что катер пропал. Он услышал ее гудение на озере и понял, что Тень, не ожидавшая его так скоро, отправилась на экскурсию, закончив свой поход в подвал. Гарри решил подождать на причале.


Возвращение в гостиную Полы было бы предпочтительнее по причине, о которой Гарри не догадывался.


В этот момент Пола, в своей обычной взволнованной манере, передавала гороскоп Руфусу, говоря ему аккуратно убрать его.


Держа в руках распечатанный листок, Руфус остановился у камина; изучал гороскоп при свете поленьев.


Только Лоис заметила действия слуги. После того, как Пола отправила Руфуса с каким-то поручением, Лоис подошла к книжной полке, куда он засунул гороскоп, и достала его. Поскольку возле камина никого не было, девушка скопировала действия Руфуса, читая газету при свете камина. Она просмотрела один абзац: Обычная характеристика этого знака - средний рост, немногие люди выше пяти футов девяти дюймов. Им не подобает беспокоиться по пустякам: они должны следить за своими действиями и доверять друзьям, прежде чем принимать решения.


Бумага изменилась. Казалось, невидимая рука оставила на ней коричневые следы. Это было жутко, и Лоис чуть не выронила бумагу из дрожащих рук. Затем, успокоившись, она увидела, что знаки были числами, каждое из которых было вписано в слово.


Затем этот абзац гласил:


Американская (3) особенность этого si (10)gn - средний рост, немногие люди выше пяти футов ni (6)ne. Не мне (1) и не f(9)и не им (2) беспокоиться по пустякам: они должны (8) следить за своими действиями, (7) и (4) быть уверенными в друзьях, быть (5) предрасположенными к принятию решений.


Поочередно, от одного до десяти, слова складывались в сообщение:


Встречаемся в обычном месте до девяти и ждем знака.


Лоис отвернулась от камина. Подойдя к книжной полке, она снова взглянула на гороскоп. Коричневатые цифры исчезли с важного абзаца. Она узнала, что они были написаны симпатическими чернилами, которые появлялись при нагревании, но выцветали, когда бумага остывала.


Поспешно сунув газету туда, где она ее нашла, Лоис вышла на веранду как раз в тот момент, когда вернулся Руфус.


Лоис связала очевидное. Таблица принадлежала профессору Скорпио. Руфус держал ее у огня, чтобы прочесть.


Должна быть какая-то связь между Скорпионом и слугой Паулы. Что касается места встречи в записке, Лоис могла догадаться об этом: замок Скорпиона.


Спускаясь по тропинке, Лоис использовала фонарик, чтобы выбрать боковой маршрут. Это была малоиспользуемая тропинка вдоль воды, которая вела к Замку, расположенному почти в миле отсюда, на том же берегу озера. Лоис знала дорогу, была уверена, что сможет преодолеть ее за десять минут. Ей не придется беспокоиться о фонарике, подумала она, приближаясь к Замку.


С причала Гарри наблюдал, как тускнеет свет среди деревьев. Он не последовал за ней; вместо этого он прокрался к эллингу и достал свой собственный фонарик, намереваясь подать сигнал Тени, как только катер подойдет достаточно близко.


Подозревая, что человеком на тропинке была Лоис, Гарри время от времени бросал взгляды, чтобы убедиться, что никакого света не последовало за светом девушки. Он ничего не увидел; следовательно, рассудил, что на данный момент она в безопасности. Но Гарри не мог наблюдать за тем, что произошло на гасиенде Лоди.


Руфус остановился у книжной полки. Он заметил, что гороскоп повернут набок; вытянул его достаточно далеко, чтобы заметить тусклые коричневые пометки, которые должны были полностью поблекнуть несколько минут назад.


Незамеченный Паулой, слуга вошел в затемненную комнату, посмотрел в сторону замка Скорпио. Он уловил последние отблески фонарика Лоис.


Тихо закрыв дверь, Руфус бочком подошел к телефону и сделал быстрый звонок, говоря шепотом, который он ограничивал рупором. Он сообщил, что Лоис перехватила сообщение и направилась к Замку. Руфус закончил разговор низким смешком.


Было всего восемь часов, за час до назначенного времени встречи. Но встреча, и не обычная, должна была состояться до девяти.


Другие были бы немедленно в пути, чтобы справиться с этой чрезвычайной ситуацией. Если бы он мог уйти с удобством, Руфус намеревался присоединиться к ним. Их новой целью будет положить конец экспедиции Лоис, прежде чем она помешает предыдущим планам.


В этом случае Руфус был совершенно уверен, что ни он, ни его товарищи по преступлению не столкнутся с вмешательством Тени.


ГЛАВА IX. ДВОЙНОЙ ПОЛЕТ.


Когда Лоис приблизилась к причалу "Скорпио", на нем горели огни. Этот факт озадачил ее, потому что лунный свет высветил собственный скоростной катер профессора, пришвартованный у берега, и Лоис могла слышать плеск воды о его борта. Аппарат Профессора был маленьким и навороченным, пожалуй, самым быстрым на озере. Его подарила ему Паула.


Пробравшись поближе сквозь деревья, Лоис поняла, почему Скорпиону не нужна была его собственная лодка. У причала стоял компактный катер с кабиной; он обеспечивал освещение, которое заметила Лоис. Несколько верных учеников профессора пришли, чтобы отвести его на лекцию. Он стоял там в огромном тюрбане, с ним были два его индуса.


Лоис смотрела, как удаляющийся крейсер пыхтит. Она вспомнила, что лекция Скорпиона начинается в девять и займет не менее часа. Он не вернется до половины одиннадцатого, и его слуги тоже будут отсутствовать так долго.


Это было довольно загадочно, учитывая секретное сообщение, пришедшее к Пауле.


Внезапно у Лоис появился вероятный ответ.


Профессор Скорпио был под подозрением; его слуги тоже. Он мог опасаться, что за его замком следят. Если так, он совершил бы серьезную ошибку, встретившись со своими сообщниками. Но это не помешало бы им встретиться самостоятельно, по его приказу. Возможно, в Замке их ждали особые инструкции.


Это могло означать благоприятную возможность для Лоис. Имея в запасе почти полчаса, она могла войти в Замок; если она ничего не найдет, то сможет спрятаться и стать свидетелем предстоящей встречи. Обдумывая этот план, девушка поползла вверх по склону.


Лоис не торговалась с собственным воображением. На берегу урчание моторов, плеск озерной ряби были соприкосновением с жизнью. Все это ушло. Тишина в лесу была смертельной. Она чувствовала себя карликом рядом с гигантскими калифорнийскими соснами, возвышающимися над ней.


Замок вздыбился, как ожидающий монстр. Его каменная громада напоминала внезапно ожившего скорчившегося сфинкса, готового поглотить ее. Дрожа, Лоис потребовалось некоторое время, чтобы собраться с духом; затем она двинулась вперед, стараясь не пользоваться фонариком.


Парадная дверь показалась ей слишком внушительной. Обогнув Замок, она приблизилась к задней двери, ощупывая каменные стены, которые были липкими на ощупь. Ее голова задела деревянную полоску. Подняв руку, она обнаружила, что полоска была выступом маленького окна. Потрогав, она откинулась внутрь и вверх; что еще лучше, она была свободной!


Лоис остановилась достаточно надолго, чтобы убедиться, что никто не мог видеть, как она вошла. На ней было темно-синее платье; ее походные туфли на резиновой подошве тоже были темными, как и чулки. Помогли ее черные волосы; никто не смог бы увидеть ее лица, если бы она повернулась к окну.


Подтянувшись к высокому выступу, девушка просунула руки внутрь и распахнула створку. Ее петли скрипнули; затем Лоис ухватилась за подоконник изнутри. Она была на полпути к окну, когда ужас сковал ее.


В густом мраке той комнаты Лоис смотрела в лицо, которое смотрело на нее таким же окаменевшим взглядом, как и ее собственный!


Лицо было как мел, но оно не могло быть белее, чем у девушки. Стоя на подоконнике, Лоис чувствовала себя балансирующей между жизнью и смертью. Отважным движением онемевших пальцев она сделала выпад наружу, приземлившись на газон под окном.


Уходя, она мельком увидела другое лицо, отшатнувшееся вглубь комнаты. Это воспоминание спасло ей самообладание. Ужас, чем бы он ни был, боялся ее; следовательно, это не могло быть так ужасно, как выглядело.


Было ли это искусственным пугалом, помещенным туда Скорпионом, чтобы отпугивать грабителей? Предмет, приводимый в действие подъемом и опусканием створки, так что она выдвигалась вперед, а затем возвращалась обратно?


Возможно, все было проще. Это могло быть ее собственное отражение в зеркале, которое Скорпион установил внутри окна. И все же Лоис с трудом могла поверить, что ее воображение нарисовало ее собственное лицо таким же отвратительным, как тот облик, который она видела.


Удовлетворенная, однако, тем, что ответом был обман, она решила попробовать другой вход, на этот раз с помощью фонарика. Просунув руку в окно, она нажала на выключатель. Свет осветил маленькую квадратную комнату, пустую, если не считать койки в углу.


Никакого механического призрака; никакого зеркала. Но Лоис снова выскочила наружу. В той комнате что-то было; что-то живое. Возможно, человеческий ужас был напуган больше, чем она.


Лоис прислушалась. Она услышала, как оно крадется внутрь дома, по коридору. Оно двигалось к задней двери, мимо угла замка неправильной формы. Лоис могла слышать скрежет отодвигаемого засова; щелчок большой дверной ручки. Волна триумфа охватила девушку.


Ужас пытался сбежать от нее!


Лоис быстро завернула за угол, как раз в тот момент, когда дверь со скрипом отворилась. Она увидела вертикальный продолговатый силуэт черноты, затем белое лицо, которое сместилось наружу. Дверь со скрипом закрывалась, когда Лоис снова нажала на выключатель фонарика. Луч упал прямо на закрывающуюся дверь.


На фоне закрывающегося барьера. Лоис увидела бледное, изможденное лицо Эдварда Баркла!


Мужчина зарычал, в котором страх смешивался с вызовом. В бешенстве он метнул ракету в сторону Лоис. Это был большой шар, черный и вращающийся, который некоторые люди приняли бы за бомбу; но Лоис видела похожую штуку на одной из лекций Скорпиона.


Сфера была звездным глобусом, на котором были изображены созвездия, как на карте мира. Очевидно, Баркла прихватил ее как импровизированное оружие.


Отскочив от стены на приличном расстоянии от головы Лоис, глобус подпрыгнул с жестяным стуком и ударился о землю. К тому времени Баркла был в полном бегстве, продираясь сквозь подлесок, как обезумевший олень.


У Лоис не было возможности последовать за ним. Она погасила фонарик и прислушалась к его затихающим ударам.


Он держался глухих лесов, путешествуя так, как будто ожидал, что по его следу пойдет орда демонов.


Это была не только трусость со стороны Барклы, хотя Лоис этого не осознавала. Баркла просто подумал, что встретил живой призрак прошлой ночи; иначе говоря, Тень.


Что касается Лоис, она сама была изрядно напугана. Она бросилась бежать, но не последовала за Барклой. Ее ноги просто взяли себя в руки и выбрали самый легкий путь - мимо Замка и вниз по склону. Затем Лоис споткнулась, покатилась, к счастью, избежав столкновения с деревьями. Она оказалась, полуистерически смеясь, у кромки воды.


Звуки, доносящиеся с озера, отрезвили ее. Чувствуя себя в безопасности, она обдумала то, что узнала. В этом можно было быть уверенным: профессор Скорпио укрывал Эдварда Баркла, скрывающегося от правосудия. Баркла был одним из инструментов Скорпиона; вероятно, самым важным.


Не годилось оставаться здесь на встречу. Лоис нуждалась в помощи; единственным человеком, о котором она думала, был Найлс Рандон. Он был на другом берегу озера, в своем домике, ожидая друзей для игры в покер. Они всегда приходили в те ночи, когда Скорпион читал лекции, после того, как оставляли своих жен в доме общины.


Был способ добраться до Рандона на скоростном катере Скорпио. Лоис хорошо знала это судно; она водила его, когда оно принадлежало Пауле. У него не было замка зажигания, просто переключатель, который мог нажать любой.


Она лежала в ожидании примерно в двадцати ярдах от берега, брезент, уже снятый с кокпита и перекинутый через корму. Вероятно, Скорпио намеревался воспользоваться ею этим вечером, прежде чем за ним придет кают-компания.


Добравшись до причала, Лоис поискала гребную лодку и нашла ее, но она была прикована цепью и заперта. Был более быстрый и тихий способ добраться до спидстера: вплавь. Оказавшись в моторной лодке, Лоис могла вернуться и забрать свою одежду с конца причала.


Отсутствие темного платья не имело значения, потому что озеро, как и причал, было почти черным, и Лоис ожидала, что огни не встретятся ей на пути. Она чувствовала себя в полной безопасности, готовясь к заплыву, потому что было легко наблюдать за озером и следить, чтобы никто не приближался. Скоростной катер был всего в двадцати ярдах от нее; Лоис легко могла до него добраться.


Огни движущихся судов были далеко; фактически, ближайшее из таких судов стояло у причала Паулы Лоди, почти в миле отсюда. Лоис услышала, как его работающий на холостом ходу мотор заурчал громче, как раз когда она ныряла в воду.


С всплеском внезапно раздались крики с берега, совсем рядом. Вынырнув на поверхность, Лоис увидела, как луч фонарика скользнул со стороны замка Скорпио в сторону причала, который она только что покинула. Некоторые из мошенников прибыли на встречу!


Они мчались вдоль причала, в то время как Лоис быстрыми гребками направлялась к катеру. Приблизившись к лодке, девушка нырнула под воду, вынырнула и ухватилась за дальний борт лодки. Швартовный канат был под рукой; Лоис поработала над ним.


Она знала, что люди с фонариками заметили одежду, которую она оставила на причале; но она нырнула с конца и была уверена, что они сначала посмотрят в том направлении. Они не знали бы, что она свернула влево, когда начала свой заплыв.


Лодка, которая стояла в доке Лоди, пульсировала таким же образом, но прожектор на ней не горел. У Лоис все еще было преимущество темноты вокруг нее.


Двое мужчин рычали с палубы; Руфус и еще один. Они посветили фонариком прямо наружу; обманутые рябью, они подумали, что Лоис ушла под пирс, как ближайшее укрытие.


Их свет осветил катер, пока девушка отвязывала причальный канат с другой стороны; он снова отодвинулся. Они не думали, что Лоис могла так быстро добраться до лодки.


Затем веревка ослабла. Перекатившись через низкий борт, Лоис откинула защитный брезент и нажала на стартер. Судно пришло в движение. Послышалось рычание, когда появился свет. За кормой мужчины могли видеть гладкую спину и плечи Лоис, когда она присела за штурвал. Они выхватили револьверы и начали стрелять.


Пули рикошетили от воды, как камешки для прыжков. Руфус и его дружок надеялись объяснить убийство утверждением, что они предотвращали кражу лодки Скорпиона; но они и близко не подошли к тому, чтобы совершить убийство. Спидстер был стремительной штукой, когда он вылетел в озеро под умелым руководством Лоис.


Девушка знала лодку. Она повернула ее в одну сторону, затем в другую. Даже фонарик временно сбился с курса. Затем сбитые с толку стрелки заметили это и рванули с места, вне пределов досягаемости. За кормой длинная, тонкая рука девушки насмешливо помахала им.


Лоис не собиралась возвращаться на пристань. Брезентовый чехол мог компенсировать нехватку одежды, когда она доберется до Рандона. Чем скорее она доставит помощь, тем лучше. Хотя Баркла ушел, все еще могло быть время заманить Руфуса и еще кого-то в ловушку, если они были достаточно глупы, чтобы оставаться рядом с Замком слишком долго.


Возможно, именно плавание прояснило мысли Лоис. Во всяком случае, разум подсказывал девушке, что опасность ей не грозит. Мошенники могут водиться как на воде, так и на суше. Оглянувшись через плечо, Лоис увидела нечто, что подтвердило ее убеждение.


Скоростной катер причалил к причалу Замка со стороны дома Паулы Лоди. Это было то самое судно, которое Лоис видела, готовясь к своему заплыву. От этого исходили всплески - удары оружия. Глупые выстрелы, подумала Лоис, потому что она была далеко от цели.


Мигающий свет с причала исчез; большое судно, разворачиваясь, поворачивало вслед за лодкой Лоис. Его собственные огни тоже погасли, что навело Лоис на мысль, что люди на причале обменялись криками с теми, кто находился в преследующем судне, приказывая им продолжать погоню. Она не догадывалась, что они обменялись выстрелами, а не криками, в ущерб мужчинам на скамье подсудимых.


Лоис не нуждалась в свете. Она держала курс на затемненный участок берега, загнанный в угол через озеро; это отмечало местоположение хижины Рандона. Она была уверена, что сможет оторваться от корабля позади нее.


Она поискала другие лодки, увидела только одну, обозначенную крошечными пятнышками света.


Звук доносился из общественного дома, тихоходной лодки, на которой ехали друзья Рандона, а это означало, что, должно быть, было около девяти часов. Этой лодке потребовалось бы по меньшей мере двадцать минут, чтобы добраться до Рандона; Лоис могла бы добраться вдвое быстрее. Она снова вспомнила, что спидстер, в котором она была, был самой быстрой машиной на озере.


Не совсем. Был корабль, о котором Лоис не знала - крадущаяся, бесшумная штука, которая могла скользить по озеру, едва оставляя за собой волну, и развивать скорость, на которой это казалось чем-то иным, чем искусственным устройством.


Это было больше похоже на сказочное морское чудовище, буйствующее в водах озера Калада; полоса низкого строения, омываемая самой поверхностью, которую она разрезала. Возможно, призрак какого-нибудь доисторического обитателя из забытой эпохи.


И все же это было реально, этот чудовищный корабль, и он действительно был в поле зрения, если бы Лоис знала, где искать и как его обнаружить. Существо приближалось с другой стороны, приближаясь к катеру, как будто жадно стремясь поглотить его.


Таинственный корабль направлялся к замку Скорпиона, когда изменил направление; его скрытая команда напала на след Лоис. Только пенистая рябь показывала, что преступники снова были рядом, на этот раз стремясь помешать спасению до того, как Тень сможет прибыть!


ГЛАВА X. ВЫБОР ПРЕСТУПЛЕНИЯ.


Найлс Рандон, стоявший на берегу перед своей хижиной, услышал громкий рев заведенного мотора и посмотрел в сторону озера. Он ожидал гостей, но не на лодке, которая пришла с грохотом, похожим на барабанные перепонки.


Это не могла быть толпа из Общественного центра; они не должны были появиться какое-то время. Кроме того, у них была тяжелая лодка, и они были консервативны, настаивая на освещении.


У Рандона был шаткий причал, но он был далеко от него, и у него не было времени добраться до него. Существо, ревущее в его направлении, угрожало взобраться на низкий берег и разрушить хижину, которая находилась всего в дюжине ярдов позади. Рандон поспешно нашел свой фонарик и направил его в сторону озера.


Он увидел лодку и узнал ее: спидстер Скорпиона. Мотор мгновенно заглох; взвизгнул выхлоп, и тонкое суденышко действительно понеслось к пляжу. Затем, увлекаемая волнами позади, лодка резко села на мель. Ее пилот практически перемахнул через нос, чтобы приземлиться на песок.


Рандон уставился на фигуру, одетую в нечто, похожее на огромный домашний халат; затем он узнал в этом одеянии брезент с куском причального каната вместо пояса. Он узнал Лоис в создании в безумном стиле, когда она, спотыкаясь, приближалась к нему. Казалось, он подумал, что девушка пришла с маскарада.


"Юбка слишком длинная", - засмеялся Рандон. "Я думаю, несколько складок улучшили бы ..."


"Быстрее, Найлс!" Лоис серьезно сжимала его руку. "Ты должен выслушать! Они преследуют меня!


Они доставят неприятности нам обоим!"


Рандон услышал еще один грохот с озера. Он бросил быстрый взгляд на импровизированный наряд Лоис и повернул ее к хижине. Казалось, он понял многое из того, что произошло.


"Залезай туда", - сказал он ей. "Надень что-нибудь сухое. Старая одежда там - та, которую ты использовала для похода".


"Но ты не можешь оставаться здесь одна..."


"Я разберусь с этим, Лоис", - перебил Рандон. "Никто из "Скорпиона" не может причинить мне никаких неприятностей".


Лоис внезапно решила подчиниться. Она увидела, как Рандон потянулся к карману, и подумала, что у него пистолет.


Она не оглянулась, когда, спотыкаясь, направилась к хижине. Если бы она оглянулась, то увидела бы, что Рандон просто достал трубку.


Все это время Рандон смотрел на воду; его фонарик имел широкий радиус действия, и он увидел, что произошло очень близко к берегу. Он заметил скоростной катер Денвуда, описывающий широкую дугу к шаткому причалу. По какой-то причине он отклонился от курса Лоис.


Он снова качнулся назад, и Рандон понял почему. В кильватере скоростного катера что-то блеснуло; за блеском виднелась длинная полоса пены. Лодка сделала замечательный зигзаг между Лоис и каким-то судном, которое преследовало ее спидстер.


Умный маневр, и он оказался очень своевременным. В противном случае таинственный корабль перехватил бы Лоис до того, как она достигла берега. Затем Рандон подал сигнал; слишком поздно. Скоростной катер, снова развернувшись, чтобы отрезать путь странному судну, наткнулся на не нанесенную на карту отмель на некотором расстоянии от дока.


Раздался треск, когда нос корабля врезался в скрытые скалы; послышался затихающий хрип мотора. Но Рандон, в последний раз посветив фонариком, увидел фигуру у штурвала. Пилот скоростного катера добавил загадочности ситуации; заставил Рандона на мгновение забыть о другой водной штуке, которую он мельком увидел.


Пилот скоростного катера был одет в черный плащ; на голове у него была широкополая шляпа. Рандон больше не мог его видеть, потому что он выпрыгнул из разбитой лодки и добрался до берега мимо груды больших камней. Все, что успел заметить Рандон, был спутник пилота в плаще, мужчина в обычной одежде, который также спрятался за скалами.


Легкий стук донесся с противоположной стороны, рядом с причалом. Рандон выключил свет, чтобы прислушаться; затем прокрался в противоположном направлении. Услышав приближающиеся шаги, он отважился хрипло:


"Кто там?"


ЛОИС услышала зов из каюты, где она натягивала брюки и фланелевую рубашку. Она подошла к окну, откинула назад промокшие волосы и уставилась в темноту. Ей показалось, что она слышит бормотание за тем местом, где находился Рандон, но они ее не беспокоили. Она слышала, как катер разбился дальше по берегу.


Затем, когда Лоис наклонилась, чтобы завязать шнурки на своих кроссовках, она услышала крик Рандона;


"Лоис! Быстро! Принеси винтовку!"


Ружье Рандона висело над большим камином, и Лоис считала само собой разумеющимся, что оно заряжено. Сорвав его с вешалки, девушка бросилась к двери; она слышала, как Рандон пытается издать еще один вопль. Люди боролись на берегу возле маленького причала, а Рандон пытался вырваться, прорваться к хижине.


Лоис бросилась к группе. В этот момент из-за скалы на берегу блеснул фонарик.


С другого угла, особенно близко к кабине, донесся резкий смех, который, казалось, издевался над бойцами, которых показывала вспышка.


Там было полдюжины таких бойцов - грубоватого вида мужчин, которые пытались подавить удары Рандона. Они расплющили его, когда появился свет; услышав смех, они разбежались, оставив Рандона на четвереньках. Некоторые стреляли на свет; их пули просто колотили по камню. Другие пытались определить источник смеха.


Их насмешки помогли им. Он ответил на их огонь вместе с дальнейшими издевательствами. Его выстрелы были подобны ударам ножа; только защита деревьев спасла его пикирующих врагов. Они забирались на стволы огромных сосен, которых было много на этом берегу.


На пути света появилась фигура в плаще, пикирующая, как гигантская летучая мышь. Это был первый проблеск Тени Лоис и на какое-то время последний. Его движение было ложным маневром, чтобы заставить врагов переместиться. Они растягивались за деревьями, торопливо стреляя, когда Тень изменила свой поворот.


Он снова оказался в темноте и добрался до угла каюты раньше целящихся стрелков. Оттуда его пистолет выстрелил новыми ответными выстрелами, с результатами. Крукс вытянул шею слишком далеко, и Тень настигла парочку из них, даже не проверив, стреляют ли они из пистолетов. Он просто направил свои выстрелы в сторону деревьев, где, как он знал, они должны были быть.


Вопли раненых вызвали шквал огня со стороны остальных; не в сторону Тени, потому что они уклонялись от него, а в направлении света. На этот раз они покончили с этим, но при этом у них не было жертвы.


По приказу Тени Гарри Винсент просто установил фонарь на скале и нырнул прочь. Он уже делал обход, чтобы добраться до хижины с дальней стороны и присоединиться к Тени в укромном углу.


Появились новые доказательства стратегии Тени; то, о чем никто из врагов не догадывался. Его выстрелы были точными, с тщательно выверенными интервалами. Казалось, он был доволен тем, что преступники оставались там, где они были.


На самом деле, Гарри взял верх. В темноте Тень совершала быстрое, бесшумное путешествие за пределы каюты, чтобы напасть на врага с тыла.


Отрезанное от корабля, который они оставили в доке, все племя могло быть обращено в бегство. Тень действовала как команда из одного человека в игре, которая обещала полную зачистку. К сожалению, определенные обстоятельства сложились против него.


Сама того не желая, Лоис создала первое осложнение. Она подкрадывалась к тому месту, где лежал Рандон.


Он нашел свое собственное дерево, подальше от огненной дорожки. Он услышал шепот Лоис, взял винтовку, которую протянула ему девушка. Задыхаясь, он спросил:


"Ты его зарядил?"


Лоис подавила испуганное "Нет!", Она хотела прокрасться обратно в каюту; когда она двинулась, Рандон попытался последовать за ней, но откинулся назад со сдавленным стоном. Лоис решила не оставлять его даже для того, чтобы достать патроны, так как боялась, что он не сможет пользоваться винтовкой.


Под спазматические выстрелы из деревьев и хижины она прошептала, что произошло в замке Скорпиона. Она закончила этот краткий отчет, когда возникла следующая ситуация; та, которая самым серьезным образом подорвала планы Тени.


У самого берега послышалось пыхтение. Грохот орудий заглушил его приближение. Свет осветил всю переднюю часть кабины, гораздо более яркий, чем мог обеспечить любой фонарик. Это был прожектор моторной лодки, которая везла друзей Рандона из Общественного центра.


Рядом с причалом раздавались крики, сопровождаемые выстрелами. Сам причал был погружен во тьму, как и странное судно рядом с ним. В этой лодке находились два человека, остатки команды, которые сошли на берег. Они увидели Тень, надвигающуюся на их приятелей.


Быстрым вращением Тень открыл ответный огонь. Его выстрелы лязгнули о сталь - о низкую палубу имитационного озерного монстра. Времени на продолжение стрельбы в том направлении не было. Люди у деревьев тоже обернулись.


Они должны были быть урегулированы быстро.


Они услышали крик Рандона, обращенный к Лоис, отчаянный крик, вставленный в решающий момент:


"Возвращайся в хижину! Не дай им добраться до тебя!"


Но Лоис не слушала. Она попыталась утащить Рандона с собой. Преступники единодушно набросились на девушку, и не только для того, чтобы ее схватить. Они догадались, что если они соберутся вокруг Лоис и Рандона, Тень не сможет рисковать выстрелами в их направлении.


Они допустили одну ошибку. В спешке они не открыли огонь по Тени. Он воспользовался кратковременной передышкой. Полоса живой тьмы, он бросился к той же цели. Когда мошенники добрались до Лоис и Рандона, Тень был среди них.


Раздался лязг размахивающихся пистолетов. Тень начал это, и его противники, у которых немного не хватало патронов, ответили тем же. Навстречу вихрю устремился Гарри Винсент; из него вышла Лоис Мелвин. Заметив дротик Гарри, Тень освободил девушку и бросил ее своему агенту.


Лоис безвольно осела на руках Гарри. Она получила скользящий удар из пистолета. Гарри сбил ее с ног, отбросил за угол каюты, затем развернулся, чтобы помочь Тени. Гарри думал, что его роль должна была быть второстепенной; вместо этого она стала спасением. Если когда-либо Тени и требовалась помощь, то именно тогда.


Какой-то мошенник получил удачный выстрел из пистолета. Тень шаталась вслепую. Он врезался в дерево, но не смог даже ухватиться за него, чтобы укрыться за ним. Пара головорезов сплотилась, чтобы прицелиться во врага в плащах, который почти уничтожил их.


Гарри заполнил брешь самым яростным быстрым огнем, который он когда-либо открывал. Ему было наплевать на всех, включая Рандона, когда на карту была поставлена жизнь Тени. Гарри обрушил бы этот искренний шквал критики, даже если бы Лоис все еще была пленницей.


Он заряжал новое ружье, останавливая каждую отдачу нажатием на спусковой крючок. Его прицел был немного выше, но это все равно имело значение. Когда пули просвистели в нескольких дюймах над их головами, мошенники не остановились, чтобы поспорить.


Раненые теснили тех, кто целился в Тень; все они, шатаясь, уходили от яркого света прожектора.


Это был странный полет. Из шести человек двое были искалечены, еще пара находилась в полубессознательном состоянии от грохота орудий "Тени". На самом деле их двигала последняя пара, которая пыталась добить Тень. В общей массе был Рандон, беспомощно спотыкающийся, спотыкающийся о винтовку, которую он выронил из рук, когда двигался.


Если бы только люди с лодки, идущей из Общественного центра, направили свой прожектор на этих беглецов, была бы одержана полная победа. Вместо этого они вытащили лодку на берег рядом со спидстером, и все они столпились там по колено в воде. Они создали беспорядочную толпу, когда вышли на берег, лишив Гарри возможности стрелять дальше.


Увлекая Лоис за собой, Гарри добрался до Тени и обнаружил, что закутанный в плащ боец наполовину поднялся на ноги.


Несмотря на свое оцепенение, Тень каким-то образом разобрался в деле. Схватив Гарри, он указал на скоростной катер.


Они направились к ней, взяв Лоис с собой на борт. Увидев, как Тень с удвоенной силой поднимает пистолет, Гарри бросился к штурвалу.


Ему потребовалось слишком много секунд, чтобы освоиться с лодкой; когда он завел мотор, ему пришлось дать задний ход, чтобы выбраться из гравия там, где Лоис вытащила его на берег. К тому времени, как судно отчалило от берега, на причале раздавались крики людей: но это была не та толпа.


С помощью двух ожидавших их мужчин похитители Рандона забрались в таинственную лодку. Кричавшие мужчины были из Общественного центра, и они понятия не имели, что случилось с остальными. Так называемый озерный монстр, как всегда, плавно ускользнул.


Люди видели это и в другие ночи, но только тогда, когда прожекторы случайно выхватывали судно. Сегодня вечером единственный прожектор был направлен в сторону берега. Но со скоростного катера "Тени", когда он заходил в озеро, была видна полоса пены.


В голове у Тени прояснилось; его зрение было таким же острым, как всегда. Он увидел, что след безнадежен; другой корабль слишком долго преследовал его лодку. Но он мог отметить направление, в котором ушла удаляющаяся лодка - к острову дальше по озеру.


Лоис Мелвин не слышала приглушенного смеха, который издала Тень. Она была вялой и бесчувственной.


Только Гарри Винсент услышал это и понял.


Несмотря на побег, который удалось совершить мошенникам, Тень могла считать эту ночь выигрышем. Похищение Найлза Рандона, как и похищение Говарда Кэррадона, может быть аннулировано в надлежащее время.


Тень знала.


ГЛАВА XI. ПРОФЕССОР СОГЛАШАЕТСЯ.


Лоис проснулась на следующее утро с очень сильной головной болью. Она была в своем номере в Community Center lodge, маленькой гостинице, связанной с колонией Калада, и этот факт сильно озадачил ее. У нее было много смутных воспоминаний о предыдущей ночи, но она не могла вспомнить, как вошла в комнату.


Она пыталась отмахнуться от всего происходящего как от сна, когда случайно взглянула на одежду на стуле рядом с кроватью. Вместо своего темно-синего платья она увидела свой походный костюм.


Вся кошмарная последовательность событий отчетливо всплыла в памяти. Она вспомнила Паулу Лоди; причал в "Скорпио", где она оставила свою остальную одежду. Она вспомнила события у Рандона; наконец, она вспомнила возвращение сюда, в лодж. Она пожелала спокойной ночи нескольким друзьям, которые привезли ее обратно на скоростном катере Скорпиона.


Лоис была очень уставшей. Она спрашивала о Найлзе Рандоне, гадая, что с ним стало.


Это было единственное, чего она не могла вспомнить; и на ее вопросы не было ответов. Ее головная боль уменьшалась по мере того, как прояснялись воспоминания.


Желая узнать, что случилось с Найлзом, Лоис поспешно достала одежду из шкафа, оделась и спустилась вниз.


Люди ждали, чтобы увидеть ее, когда она вошла в столовую. Лоис знала двоих из них как членов комитета, к которому присоединился Найлс Рандон. Одним был Хьюго Грендейл, другим Генри Денвуд.


С Денвудом был человек, которого Лоис помнила еще лучше: Ламонт Крэнстон. Она улыбнулась, когда увидела его, чтобы показать, что все еще благодарна за его спасение в пикирующем самолете.


Они хотели услышать ее историю, и Лоис рассказала ее в мельчайших подробностях, вплоть до того момента, когда она и Рандон боролись в руках похитителей. Грендейл и Денвуд ушли, чтобы сделать телефонные звонки; повернувшись к Крэнстону, Лоис с тревогой спросила:


"Что насчет Найлза? Он..."


"Он в полной безопасности", - спокойно вмешался Крэнстон. "В такой же безопасности, как Говард Кэррадон".


"Вы имеете в виду, что Найлса тоже похитили?"


"Да. Вместо тебя".


Лоис вздрогнула. Спокойный взгляд Крэнстона придал ей уверенности. Как ни странно, с появлением Крэнстона тревоги, казалось, прекратились; возможно, потому, что Лоис все еще помнила удивительное завершение полета на самолете. Она хотела расспросить его подробнее, но к тому времени вернулись Денвуд и Грендейл.


"Мы проверили Руфуса", - объявил Грендейл. "Парень сбежал. Но Пола дает гороскоп шерифу. Мы встретимся с ним у Скорпиона".


Бородатый профессор принял их очень радушно в своей приемной в Замке. Невзгоды, казалось, добавили обходительности Скорпиону. Казалось, он был весьма заинтригован гороскопом, который принес шериф. Он проверил секретные чернила на разогреве в электрическом тостере.


"Довольно мило со стороны Руфуса и его друга, - сказал Скорпион. - перехватили мои записки к Пауле Лоди и оформили их как секретные сообщения. Разве вы не говорили, что с Руфусом был приятель", - профессор повернулся к Лоис, - "когда он стрелял в вас с моего причала?"


Лоис кивнула.


"Спасибо", - поклонился Скорпион. "Шериф, я снимаю все обвинения с мисс Мелвин за кражу моей скоростной лодки. Учитывая ее затруднительное положение, я рад, что лодка была доступна".


Настала очередь шерифа бушевать вместе с Грендейлом. Даже Денвуд выглядел раздраженным; но Крэнстон, казалось, отнесся к ситуации довольно легкомысленно.


"У вас нет доказательств, - напомнил Скорпион, - что я пометил сообщение в гороскопе. Говоря о гороскопах, у меня есть один для вас, мисс Мелвин. Более полное, чем я дарил тебе раньше. Твой день рождения 10 сентября. Я прав?"


"Ты знал это раньше".


"Полагаю, что да". Скорпион отверг этот факт, пожав плечами. "Но этот гороскоп", - он передал Лоис сложенный листок бумаги, - "касается, в частности, брака. Как вы, вероятно, знаете, ваш знак - Дева".


Лоис кивнула.


"Никто, рожденный под знаком Девы, - предупредил Скорпион, - никогда не должен жениться на человеке в Близнецах; и так случилось, - он погладил свою черную бороду, - что Близнецы - знак Найлза Рандона".


При всем его притворстве, у Скорпиона были моменты, когда он казался совершенно искренним. Это был один из них.


Его слова произвели впечатление на Лоис. Иногда она задавалась вопросом о Найлзе - действительно ли она влюблена в него. Несмотря на это, у девушки были сомнения.


Но остальные не думали о Рандоне в эмоциональном плане. Упоминание Скорпио о пропавшем мужчине вызвало у Хьюго Грендейла новый приступ гнева.


"Я понимаю ваш намек", - начал Грендейл. "С Рандоном что-то случилось с момента его похищения: он мертв..."


"Нет, нет", - перебил Скорпион. "И он, и Каррадон живы и здоровы. Чандра", - он наклонился вперед, чтобы позвать слугу, - "принеси мне те записи, которые мы нашли здесь".


Чандра принес записки. Они были подлинными, подписанными пропавшими людьми, хотя, очевидно, были написаны под давлением. Оба были похожи друг на друга, в них говорилось, что их похитители готовы рассмотреть переговоры об их освобождении.


"Это самая смелая вещь, о которой я когда-либо слышал!" - воскликнул Грендейл в полном изумлении. "Представьте себе это! Похититель лично передает свои записки с требованием выкупа! Это то, что ты делаешь, Скорпион".


"Вовсе нет", - возразил Скорпион. "Как я и говорил. Я нашел записи здесь. Я подумал, что, весьма вероятно, - его тон был проницательным, - кто-то из вас получил известие о том, что они были отправлены мне. Вместо того, чтобы ставить себя в ложное положение. Я передаю их шерифу. Я также чувствовал, что в любом случае вы почувствовали бы облегчение, узнав, что пропавшие люди в безопасности ".


"В безопасности?" - спросил Грендейл. "Где?"


"Я не знаю". Скорпион с сожалением пожал плечами. "Кстати, вы нашли какие-нибудь следы Барклы?" Когда вы это сделаете, я хотел бы выдвинуть против него обвинения из-за его насильственного проникновения сюда. Я совершенно уверен, что мисс Мелвин даст показания против него, поскольку именно она видела, как он убегал из этого дома ".


Для "чистой наглости" профессор Скорпио был превыше всего. Его учтивое извлечение обстоятельств для собственного удобства было замечательным даже для Тени. Будучи Крэнстоном, Тень общался со многими людьми, которые пытались скрыть мошенничество, но ни один из них не подошел к Скорпиону. У бородатого профессора был способ смешивать факты с баснями, которому никто не мог подражать.


Убедившись в правильности своих слов, он поднялся со стула, чтобы завершить интервью. Учтиво он напоминал всем, что накануне вечером, во время волнений, он читал лекцию; что его слуги-индусы были с ним и также могут быть освобождены от какой-либо вины за то, что произошло.


Изумленный шериф попытался прекратить, предъявив ордер на обыск, но Грендейл прорычал, чтобы он убрал его. Не было смысла обыскивать замок Скорпиона сегодня, утверждал Грендейл; не теперь, когда Баркла ушел.


Когда Скорпион улыбнулся им, провожая до двери, Грендейл бросил на него прощальный сердитый взгляд, не более того. Денвуд поймал взгляд из Тени и выступил от имени комитета.


"Кстати, профессор", - объявил Денвуд. "Мы с нетерпением ждем вашего следующего исследования".


Обеспокоенный взгляд промелькнул на Скорпионе. Грендейл проявил внезапный интерес.


"Где это будет?" требовательно спросил он. "И когда?"


"В твоем доме, Грендейл", - улыбнулся Денвуд. "Завтра вечером. Миссис Грендейл устроила это довольно давно".


"При сложившихся обстоятельствах, - поспешно начал Скорпион, - я вполне готов отказаться..."


"Вовсе нет", - перебил Грендейл с сухим смешком, уловив намек Денвуда. "Я буду очень рад видеть вас с нами, профессор".


"И духи тоже", - добавил Денвуд. "Они никогда не подводят вас, не так ли, профессор Скорпио?"


Его глаза метались, Скорпион, наконец, сфокусировал свой взгляд на Тени. Он пытался уловить какие-то намеки на мысли, скрывающиеся за бесстрастным лицом Крэнстона. Всегда хороший угадчик, Скорпион был совершенно уверен, что за предложенным планом стоит его бесстрастный посетитель. Но Скорпион был достаточно умен, чтобы демонстрировать внешнее самообладание.


"Духи появятся", - заверил он. "Подобно звездам, они никогда не подводили меня".


К тому времени, как отправляющиеся достигли пристани, шериф Кирк захотел вернуться в Замок. Он заявил, что может уладить дело, арестовав профессора Скорпио. Грендейл и Денвуд утверждали обратное, но потребовалась Тень, чтобы убедить шерифа в том, что выжидательная политика была лучшей.


"Величайшее одолжение, которое вы могли бы оказать Скорпиону", - произнесла Тень в спокойном, убедительном стиле Крэнстона,


"означало бы арестовать его. Профессору может нравиться его замок, но он предпочел бы вашу тюрьму, шериф, на следующие несколько дней. Тогда он не смог бы дать интервью у Грендейла ".


"Но он сказал, что отдаст это..."


"Он пытался выбраться из этого", - вмешалась Тень. "Скажите мне, шериф, вы верите в привидения?"


"Конечно, нет!"


"Но ты видел такую у Паулы Лоди".


"Подделка!" Шериф мудро кивнул. "Призраком был Баркла, загримированный под Франсуа, первого мужа мисс Лоди. Он умный актер, этот Баркла. Мы знаем, что он работал со Скорпионом, хотя его сторонники этого не признают ".


"Возможно, ты сможешь доказать это завтра ночью".


Идея пришлась шерифу по душе. Даже остальные только сейчас осознали всю важность плана, вдохновленного Тенью.


Операция Скорпиона была бы провальной, если бы не появился призрак. Такая неудача не просто означала бы, что он мошенник; она практически доказала бы это. Если призрак действительно прибудет, захват согласованной группой будет означать поимку. Баркла был бы найден без дальнейших поисков.


Все были полны энтузиазма, когда отплывали на своей лодке. Шериф искал предложения на завтрашний вечер.


Грендейл предпочитал быстрые действия, как только призрак должен был появиться. Денвуд, снова взяв пример с Тени, утверждал, что было бы предпочтительнее проявлять больше сдержанности. Шериф согласился, что было бы лучше заманить Барклу в ловушку после того, как он закончит свое перевоплощение в привидение. Он посмотрел на Крэнстона в поисках одобрения.


Естественно, Тень согласился, поскольку это была действительно его собственная идея. Он сказал, что было бы разумно дать Скорпиону свободу действий, иначе профессор предупредил бы Барклу, считая пустую атаку меньшей опасностью. Также было возможно, что Скорпион найдет какой-нибудь способ перехитрить своих противников, если они начнут действовать слишком рано.


Окончательно успокоившись, Грендейл проворчал, соглашаясь с остальными. Затем, поразмыслив, решил:


"Да, лучше дать Скорпиону клюнуть на приманку. У меня тоже есть кое-что в моем сейфе. Коммунальные акции стоимостью около пятидесяти тысяч долларов, о которых Скорпион, возможно, слышал. Но я не буду беспокоиться; никто из моих слуг не знает комбинации."


"Я никогда не доверяю своим слугам слишком сильно", - он посмотрел на Денвуда, - "как вы поступили с тем парнем Горацием. Что касается моих гостей, они всегда хорошего сорта. Завтра нога Скорпиона впервые ступит в мой дом. Я бы никогда не пригласил этого негодяя, - Грендейл нахмурился, - если бы моя жена не настояла на этом. Она была так увлечена этой ерундой, что мне пришлось ей потакать ".


Упоминание Грендейлом сейфа и его содержимого было новым моментом, который пришелся Тени по вкусу. Взгляд Ламонта Крэнстона был отстраненным, как будто он смотрел в будущее. Губы сложились в едва заметную улыбку, вместо шепчущего смеха.


Дела складывались лучше, чем ожидала Тень. Завтрашняя ночь предоставляла двойную возможность. На карту было поставлено нечто большее, чем репутация Скорпиона как создателя привидений. Преступление тоже было бы перспективой.


Тайна предыдущих ограблений, загадка озерного монстра, даже возвращение исчезнувшего богатства - все было бы возможно. На карту было поставлено нечто большее, чем простое разоблачение мошенника. Тень могла предвидеть, что мастер-мошенник попадется в ловушку!


В стальных глазах Тени был понимающий блеск, когда они оглянулись на далекий замок Скорпиона, простое серое пятно среди деревьев.


ГЛАВА XII. СКРЫВАЮЩИЕСЯ НОЧЬЮ.


В тот день Ламонт Крэнстон и Гарри Винсент отправились в путешествие по озеру на изящном скоростном катере, который Гарри приобрел в Общественном центре. Пока они ехали, Гарри повторил некоторые детали, которые он услышал в общественном доме.


Шериф получил известие из Лос-Анджелеса. Тамошняя полиция не нашла никаких зацепок к отравленным сигаретам, которые дал Друри. Они были уверены, что их, должно быть, подбросили в карман летчика перед тем, как он покинул Лейк-Калада.


Были также подробности, касающиеся предыдущих ограблений, и все указывало на то, что преступления произошли на озере Калада, а не где-либо еще.


Секретарь Гиллеспи, человек по имени Тюдор, должен был быть освобожден, с него была снята любая вина в краже облигаций.


Картины Джеймисона были отправлены в озеро в целости и сохранности; следовательно, они не могли быть украдены заранее. Тщательная проверка доказала, что статуэтки Альбиона не могли быть вывезены при транспортировке после того, как они покинули озеро Калада.


Такие сообщения не вызвали удивления. Ограбление драгоценностей Лоди, совершенное в присутствии половины колонии Калада, убедило всех, что предыдущие преступления были местными.


Проанализировав скудные факты, Тень решила, что Гарри должен отправиться в Лос-Анджелес, связаться с Тюдором и вернуть его на озеро Калада, на случай, если оправданный секретарь завтра может оказаться полезным. Он сказал Гарри сесть на вечерний самолет-такси до Лос-Анджелеса.


Уже почти стемнело, когда Тень провел лодку по каналу у острова, ведущему в Индиан-Коув. Обогнув поворот, они увидели Индиан-Рок, внушительный гранитный вал, миниатюрную копию монументальных скал, которые можно было увидеть в парке Йосемити.


Поднимаясь отвесно на двести футов, Индиан-Рок был обрывист с обеих сторон; но он был отмечен заметными изъянами. Среди этих правильных трещин Гарри увидел одну, которая простиралась, как грубая арка, у кромки воды, но она была слишком низкой, чтобы лодка могла пройти.


Кроме того, основание скалы выглядело недостижимым из-за зазубренных кусков камня, которые усеивали воду.


Эти каменные заграждения, очевидно, откололись от скалы в какую-то прошлую эпоху.


Когда они выходили из бухты, Тень замедлил ход лодки, чтобы изучить карту Денвуда. Гарри заметил, что это было меньше похоже на лабиринт, чем раньше. Тень пометил это место своими собственными линиями наблюдения, стерев некоторые из наиболее сомнительных.


С помощью системы триангуляции он выбрал район возле Индиан-Коув в качестве вероятного места назначения любопытного озерного монстра. Дважды увидев курс этого корабля, Тень сузил круг своих поисков.


Однако была еще одна бухта, которая примыкала к этой, за выступом земли под названием Пайни-Хед. Она также находилась в районе, выбранном Тенью, и бухта служила причалом для старой шахты "Пионер".


Тень скользнула в бухту, позволив лодке, пыхтя, причалить к остаткам старого сгоревшего причала. Здесь царил густой мрак; Гарри, карабкавшийся по причалу, чтобы привязать лодку, не почувствовал вокруг себя никакого движения.


Внезапно его ткнули дулом пистолета. Он увидел ощетинившиеся стволы винтовок, решительные лица позади себя. Голоса приказывали ему "поднять их"; и он услышал один крик: "Мы поймали его!"


Гарри вскинул руки. Его правая поднялась от бедра, доставая автоматический пистолет, когда он отворачивался от винтовок. Раздался треск одной винтовки: ответный выстрел из автоматического оружия Гарри. Но ни одна пуля не подействовала!


Длинноствольные пистолеты были отброшены в сторону. Гарри, когда он стрелял, получил удар сбоку рукой, который послал его выстрел мимо цели. Размах отбросил его назад в лодку. На причале он мог видеть, как трое мужчин растянулись на земле, их винтовки стучали по обугленным бревнам, когда они пали под ударами голых рук одинокого нападавшего.


Тень!


Он выпрыгнул из лодки в момент конфликта и взял управление на себя в роли Крэнстона. Один стрелок с плеском упал в воду; другой приземлился головой вперед в лодку вместе с Гарри. Третий, которого привели в чувство руки, державшие его за шиворот, узнал лицо своего шейкера и сделал глоток вместе с остальными:


"Это мистер Крэнстон!"


ЭТО были помощники шерифа, охотившиеся за Барклой и пропавшими слугами, такими как Гораций и Руфус. Они приняли Гарри за Барклу, думая, что пропавший мошенник выбрал это уединенное место высадки. Умение Тени прекращать драку оказалось столь же полезным, как и его способности в длительном сражении.


Его быстрое и своевременное вмешательство спасло жизнь Гарри, а также одному или нескольким помощникам шерифа.


Прибыли новые люди, среди них шериф. Крэнстону были немедленно переданы поздравления с остановкой боя по ошибке. Шериф прибыл обыскать старую шахту "Пионер" на случай, если Баркла использовал ее как убежище. Он пригласил новичков присоединиться к вечеринке. Крэнстон согласился; но Гарри пришлось уехать, чтобы успеть на свой самолет.


Оставшись один в лодке, Гарри заглушил мотор, приближаясь к месту, где стояла хижина Рандона, которая находилась на пути к концу озера. Он хотел посмотреть, что сделали с разбитым кораблем, принадлежащим Денвуду; сегодня были посланы рабочие, чтобы поднять его со скал.


Гарри выбрал шаткий причал Рандона в качестве ориентира и подъехал поближе к нему. Что-то, что он увидел, заставило его заглушить мотор и затормозить.


К пирсу Рандона была привязана другая лодка; это был спидстер Скорпиона!


На мгновение Гарри подумал, что Лоис пришла сюда; затем он вспомнил, что девушка вернула позаимствованную лодку Скорпиону. Выйдя на берег, Гарри увидел мерцающий свет из каюты Рандона и подкрался поближе. Через щель, где драпированное одеяло не смогло прикрыть край окна, он посмотрел на двух мужчин: профессора Скорпио и Эдварда Баркла.


Это было умно, эти двое встретились здесь. Вероятно, Скорпион заслуживал похвалы за идею; но Баркла получил главную выгоду. Пропавший мошенник использовал хижину Рандона как свое убежище и выбрал идеальное место.


После похищения Рандона у кого-либо не было причин приходить сюда. Это было последнее место, где шериф стал бы искать Барклу. Скорпион, мастер в искусстве алиби, счел более безопасным навестить Барклу, чем допустить, чтобы к нему навестил разыскиваемый человек.


Скорпион открывал завернутый пакет. Гарри увидел свернутую марлю, проволочную маску. Там были бутылочки, которые выглядели так, как будто в них была краска; коробка, которая, похоже, была набором для макияжа. Гарри мог слышать слова Скорпиона, мурлыкающие и успокаивающие:


"Это будет легко, Баркла. Менее рискованно, чем оставаться здесь. События приведут меня в чувство и дадут им столько пищи для размышлений, что они забудут тебя. Это будет самое грандиозное, что мы когда-либо устраивали ".


Отрицательные покачивания головой Барклы ослабли. Он повернулся к столу, взял фотографию Найлза Рандона и уставился на нее.


"Но если Рандон когда-нибудь вернется..."


"Он этого не сделает", - вмешался Скорпион уверенным тоном. "Если мы выложимся на сто процентов, мы сможем оставить Рандона там, где он есть. Я буду держать их в ежовых рукавицах, Баркла, пока ты будешь входить и выходить ".


Последовал кивок от Барклы. Все закончилось, когда он склонил голову набок, беспокойно уставившись на окна. Он пробормотал что-то о том, что в лесу безопаснее, чем в хижине, с чем Скорпион согласился. Они направились к двери, Баркла нес сверток.


Гарри добрался до пирса, оттолкнул лодку и поплыл в озеро. Он слышал звуки на берегу; он лежал неподвижно, чтобы Скорпион и Баркла не услышали его. Темнота сгущалась, особенно над водой.


Со своего наблюдательного пункта Гарри едва смог разглядеть Скорпиона, когда профессор вышел на причал и в одиночку сел в свой катер.


Скорпион тоже дрейфовал, прежде чем завести мотор. По мере того, как спидстер удалялся от берега, Скорпион увеличивал скорость. Это позволило Гарри безопасно тронуться в путь, но он очень быстро заглушил мотор. Ему показалось, что он услышал, как спидстер Скорпиона замедлил ход, как будто профессор уловил звуки позади него.


ВМЕСТО того, чтобы идти прямо в Общественный центр, Гарри свернул к Денвуду. Там он схватил кое-какую одежду и положил ее в сумку.


Оставив закодированное сообщение для Тени, Гарри сказал Денвуду, что отправляется в Лос-Анджелес, и поспешил на пристань. Спидстера Скорпиона не было видно; профессор, должно быть, вернулся в Замок.


Глядя на почерневшее озеро, Гарри подозрительно уставился на все, что напоминало пену.


Даже всплески рыбы привлекли его внимание. Он вспоминал таинственное судно, которое также бороздило эти воды, задаваясь вопросом, было ли оно поблизости этим вечером.


Гарри забыл об озерном чудовище, думая о Скорпионе. Удовлетворенный тем, что озеро было таким спокойным, каким казалось, Гарри отправился в путь.


С точки зрения Денвуда, маршрут вблизи берега был лучшим из-за мелководья. Гарри был уверен, что миновал опасное место, когда почувствовал, как задрожал нос его лодки. Он налетел на что-то слишком близко, чтобы свет прожектора мог его разглядеть, потому что Гарри использовал высокий фокус.


Это была отмель, и странная, потому что лодка, казалось, взбиралась по ней, когда Гарри заглушил мотор.


Это была не отмель, это был остров! К этому удивлению Гарри понял, что оно движется. Прежде чем он смог прийти к дальнейшему выводу, мускулистые руки опустились на него. Повернувшись, слишком поздно, чтобы сопротивляться, Гарри увидел, что не наткнулся ни на отмель, ни на остров.


Он налетел на озерное чудовище; притаившееся в темноте странное судно скользнуло вперед, когда лодка Гарри врезалась в него. Это было так же хитро, как крокодил, изображающий из себя бревно, а затем возвращающийся к жизни. Длинный склон палубы тонкого суденышка скользнул под лодку Гарри, чтобы поднять ее из воды!


Мужчины выходили из крошечной кабины; когда двое втащили Гарри в свое судно, третий перекатился в лодку Гарри и добавил веса с противоположной стороны.


Руки заломлены за спину, горло наполовину сдавлено, Гарри предпринял последнюю борьбу, сильно пиная ногами.


Как раз в тот момент, когда он пытался освободиться, тяжелый мягкий предмет ударил его за ухом.


Ошеломленный, Гарри беспомощно осел. Двое мужчин потянули его за собой вниз; натянули над их головами раздвижной капюшон с крошечным целлулоидным окошком. Был небольшой толчок, когда таинственный корабль повернул назад; затем он заскользил в озеро. Человек, который захватил лодку Гарри, продолжил движение к Общественному центру.


На шахте "Пионер" поиски оказались безрезультатными. Пройдя по старым шахтам с фонариками, поисковики остановились на месте, где в полости осел большой кусок бесполезной руды. Блокирующий камень был слишком глубоко заложен, чтобы они могли его вытащить.


"Баркла не мог вытащить этот кусок", - сказал шериф, когда они покидали шахту. "В любом случае, мистер


Крэнстон, я так же рад, что мы его не нашли ".


"Из-за грядущей катастрофы?"


"Вот и все". Шериф кивнул. "Мне нравится ваша идея арестовать Скорпио и Барклу вместе. Но я подумал, что они насторожатся, если узнают, что мы больше не охотимся. Поэтому я подумал, что лучше занять мальчиков ".


Тень похвалил шерифа за его предусмотрительность. Встретившись с остальными, они разделились на группы.


Возле озера толпа разделилась. Они приплыли на двух лодках, которые оставили в разных местах.


Каждая команда думала, что услужливый мистер Крэнстон возвращается с другой. Обе были неправы.


Из-под обугленного причала Тень подобрал шляпу и плащ, которые Гарри оставил там для него.


Полностью закутанный в черное, он использовал складки плаща, чтобы скрыть свет крошечного фонарика, когда выбирал собственный курс вдоль берега.


Это был всего лишь короткий путь, вдоль изгиба Пайни-Хед, к каналу между этим мысом и островом. Канал, о котором шла речь, был входом в Индиан-Коув.


Тень ожидал легкой ряби со стороны залива; но он время от времени поглядывал в сторону озера. Внезапно он заметил полосу пены на почерневшей воде, услышал легкий плеск маленьких волн. Он цеплялся за куст на скалистом берегу прямо над каналом, когда тонкая стальная штуковина проскользнула через крошечную бухту.


Перекатившись, Тень приземлилась на длинную спину металлического существа. Его пальцы впились в заклепки; туфли с мягкими носками позволяли ему держаться за носки. Высокая и сухая, но с волнами, вздымающимися за его плечами, Тень цеплялась за озерное чудовище, когда оно набирало скорость.


Тварь пронеслась через бухту, затем замедлила ход. Все еще оседлав ее, Тень проверила хитрый канал, который она выбрала среди каменистых нагромождений. У этого корабля было два винта, и они позволяли ему резко поворачиваться. Он нашел курс, которого ранее ни Тень, ни Гарри не заметили. Но Тень подозревала о таком направлении.


Впереди маячила сплошная чернота - вершины Индиан-Рока. Там был разрыв: похожая на арку расщелина у линии воды. Длинный низкий корпус был спроектирован так, чтобы проходить под ним с зазором всего в несколько дюймов. Для Тени этого тоже было недостаточно, но замедленное приближение дало ему время вытянуть руку с кормы и ухватиться за камень наверху.


Его потрескавшаяся поверхность дала ему опору; он нашел ее как раз в тот момент, когда падал назад. Стальной монстр исчез из-под него, под той самой скалой, за которую цеплялась Тень. Качнувшись вбок, следователь в плаще нашел точку опоры и начал ползти вверх по скале.


Вскоре Тень достигла узкой расщелины; когда обломок камня проскользнул через трещину, он услышал, как он упал в воду внизу. Это открытие было из тех, которые пригодятся позже; в настоящее время Тень хотела просто достичь твердой почвы.


Отклонение в сторону привело его на территорию, обозначавшую край большой гранитной скалы. Оттуда он добрался до леса.


Это будет долгое путешествие по суше, обратно в какое-нибудь место, где Тень сможет найти лодку; но у него было столько времени, сколько он хотел. Его работа на сегодня была закончена, согласно его расчетам. Над озером Тень увидела поднимающиеся огни самолета-такси, направляющегося в сторону Лос-Анджелеса.


В темноте раздался приглушенный смех, означавший, что Тень думал, что все хорошо. Поскольку он верил, что его агент, Гарри Винсент, был в безопасности на борту этого самолета, совершающего ночной рейс в город.


Тень сочла хорошей политикой позволить мошенникам из "озерного монстра" вернуться на свою базу невредимыми.


Тень должен был изменить это мнение позже, когда собранные по кусочкам факты подскажут ему, что Гарри был пленником на таинственном корабле, в то время как сам Тень находился на палубе в качестве невидимого пассажира!


ГЛАВА XIII. МЕСТА ТЬМЫ.


КОГДА Гарри Винсент проснулся, он мог вспомнить длинную череду странных кошмаров, перемежающихся тьмой и светом. Он слышал голоса, некоторые уродливые, другие дружелюбные, но ни один из них не вывел его из комы до настоящего момента.


Медленно открыв глаза, Гарри увидел двух мужчин, стоящих с фонарем над койкой, на которой он лежал. Он узнал их; одним был Гораций, хитрый слуга, который обманул Денвуда; другим был пропавший мужчина из "Паулы Лоди", крепыш Руфус.


"Он придет в себя", - прорычал Гораций, имея в виду Гарри. "Оставь его лежать. Нам нужно отправляться к Грендейлу".


"Пока нет", - ответил Руфус. "Но мы можем с таким же успехом позволить другим симпам поработать над этим парнем. Давай."


Руфус повесил фонарь на крюк. Двое мужчин вышли. Гарри слабо попытался подняться; откинулся назад, когда дверь комнаты открылась. Полуприкрыв глаза, он увидел входящую еще одну пару. Они пришли неохотно, под дулом пистолета: Говард Кэррадон и Найлс Рандон.


Оба выглядели потрепанными. Кэррадон, который отсутствовал дольше, остро нуждался в бритье, в то время как Рандон демонстрировал последствия своей тяжелой борьбы по окровавленной повязке, обернутой вокруг его головы. Двое подошли к Гарри, затем осторожно оглянулись на охранника, который стоял в дверном проеме.


Гарри открыл глаза. Кэррадон и Рандон нетерпеливо приподняли его и протерли лицо губкой из удобного ведра для воды. Они задавали вопросы, встревоженно, нетерпеливо. Сначала Гарри искоса посмотрел на охранника в дверном проеме; затем он увидел, как его товарищи по заключению горько улыбнулись.


"Ничто из того, что вы можете нам рассказать, не повредит", - сказал Каррадон. "Эти ребята знают все, что происходит".


"Но они сказали нам очень мало", - добавил Рандон. "Мы хотели бы узнать многое. Они доставили эти записки?"


Гарри кивнул, затем заметил: "За Скорпиона".


Оба мужчины выглядели озадаченными. Когда Гарри объяснил, как Скорпион заявил о полной невиновности, пара разозлилась. Именно Кэррадон высказал свое мнение.


"Ну и наглость у него!" Кэррадон бушевал. "Я бы никогда в это не поверил! Но это действительно похоже на Скорпиона - отправлять записки самому себе!"


"Скорпион был здесь?" - спросил Гарри.


"Нет", - ответил Каррадон. "Руфус сказал нам, что писать. Спорить было бесполезно. Мы знали, что заметки расскажут людям, что мы живы".


"Он, вероятно, заставит тебя написать следующий", - добавил Рандон. "Затем он отправит его Скорпиону на том сумасшедшем корабле, которым пользуется банч, на котором работает его банд".


Гарри покачал головой.


"Это не будет доставлено сегодня вечером, - сказал он, - если только это не принесет ведьмак. Скорпион устраивает шоу у Грендейла".


Рандон щелкнул пальцами и повернулся к Каррадону.


"Вот почему Барклы не было поблизости!" воскликнул он. "Мы подумали, что он был ручным ведьмаком Скорпиона. Он понадобится у Грендейла".


Дальнейший разговор был прерван приходом Руфуса. Впервые Гарри заметил, что у Руфуса было перевязанное плечо. Одна из пуль Тени, очевидно, задела его во время мимолетной схватки в доке Замка двумя ночами ранее.


Рывком подняв Гарри на ноги, Руфус поставил его в ряд с Кэррадоном и Рандоном. Всех троих вровень повели по проходу, спускающемуся по естественным ступеням в скале. Руфус последовал за ней с фонарем; они подошли к ряду трещин в стене. В каждой щели были металлические ворота."


Троих поместили в их импровизированные камеры, где их ждали раскладушки. Они находились на некотором расстоянии друг от друга, но все слышали, как Руфус щелкнул замками на других камерах. Затем парень зарычал:


"Сегодня вечером никакой болтовни. У тебя было достаточно времени, чтобы поговорить. Любой парень, который откроет рот, получит еще один шлепок по затылку. Если ты не можешь заснуть, мы покажем тебе, как это делается!"


БЕЗ фонаря в коридоре камеры стало абсолютно темно. Лежа на своей койке, Гарри почти мог представить, что находится в огромной пещере, а не в крошечной расщелине в скале, где он слышал легкое шевеление остальных: темнота, казалось, раздражала их. Наконец, они успокоились. Но темнота не беспокоила Гарри. Ему это скорее нравилось.


У Гарри сильно болела голова; даже кратковременный проблеск света причинял боль его глазам. Кроме того, он мог хорошо соображать в темноте. Он понял, что его полубессознательное состояние продержало его целый день. Снова наступила ночь, и скоро должно было наступить время для выступления Скорпиона. Время, когда Тень планировала большой сюрприз для искусного профессора и его инструмента, Барклы.


Остальные тоже будут там - Руфус, Гораций и еще несколько слуг, которые сбежали из колонии Калада под давлением обстоятельств.


Они были бы не всеми; это странное логово, где бы оно ни находилось, все это время было заселено скрытыми работниками, участвовавшими в нечестной игре. Но все еще может быть шанс для выяснения отношений - со стороны Тени.


Гарри не беспокоился о своем шефе, даже когда оппозиция была многочисленной. Но он предвидел одно серьезное препятствие. Тень зависела от возвращения Гарри на озеро Калада. Какими бы ни были его планы, Тени придется изменить их в последний момент.


Это была не из приятных перспектив, учитывая, что не было никого другого, кто мог бы выполнить все обязанности, которые Тень ожидала от Гарри.


На другом берегу озера, у Денвуда, Тень обдумывал именно этот фактор, сидя за столом в кабинете. Тень прочитала записку Гарри, написанную специальными выцветшими чернилами, которые Тень и его агенты всегда использовали в переписке.


Тень прочитал это тем утром и, таким образом, получил некоторую очень полезную информацию, доказывающую перспективу, которую он считал вероятной. Весь день Тень ожидал возвращения Гарри, поскольку Денвуд был уверен, что агент успел на последний самолет.


Но Гарри не вернулся. Дневной самолет из Лос-Анджелеса уже был здесь, и Гарри должен был быть на нем. Вспоминая возвращение таинственного корабля в Индиан-Коув, Тень мог слишком хорошо представить, что случилось с его агентом.


Арендованная лодка вернулась в Общественный центр, но никто не помнил, что Гарри доставил ее лично. Также никто не был уверен, что он был среди полудюжины пассажиров, которые сели на самолет до Лос-Анджелеса.


Раздался стук в дверь кабинета. Это был Денвуд, готовый отправиться к Грендейлу. С одной из приветливых улыбок Крэнстона Тень направился к нанятой лодке, которая ждала у причала. На его скрытом маской лице не отразилось ни малейшего беспокойства, которое он на самом деле испытывал.


Импульс побудил Тень немедленно отправиться в логово под Индиан-Рок; там разобраться с мошенниками. Но он сопротивлялся своему желанию поспешить на помощь Гарри. Если все еще жив, Гарри будет в безопасности до тех пор, пока позже.


Более того, если бы анализ Тенью криминальной ситуации был абсолютно точным, у Гарри или любого другого заключенного была бы очень веская причина оставаться в живых.


На причале Грендейла была толпа. Все просили приглашения на сегодняшний вечер, большинство из них надеялись стать свидетелями провала со стороны профессора Скорпио.


Перекинув через руку темную одежду, Тень пропустил остальных вперед, включая Денвуда. Сойдя с тропы, он потерял облик Крэнстона, когда облачился в черное.


БУДУЧИ Тенью, окутанным порождением мрака, следователь в плаще сделал крюк в сторону искусно построенного домика Грендейла и нашел окно в подвале, через которое можно было войти.


Люди шерифа охраняли помещение, но они держались опушки леса, образуя полукруг у воды. Они не должны были приближаться, пока не получат сигнал из здания.


Освещая фонариком крошечные точки в подвале, Тень искал какой-нибудь скрытый проход на этаж выше. До сих пор Скорпион сохранял главный секрет своих исследований, а именно, что он обманул каждый дом в колонии Калада, чтобы поддельные призраки могли входить и выходить, когда им удобно.


У Лоди игра пошла плохо, но зажигательная работа профессора исправила трюк с нишей. Однако здесь, у Грендейла, Тень ожидал более умной настройки.


С Руфусом под рукой, готовым исполнить обязанности молота, Скорпион прошлой ночью рискнул сорваться с цепи. У него не было сообщника среди слуг Грендейла, насколько Тень смогла выяснить.


Проходя мимо перегородки в подвале, Тень заметил, что она установлена под небольшим углом. Мгновенно он попробовал ее и обнаружил, что она слегка сдвигается под давлением. Сверху была широкая плита, вставленная в каменную кладку. Тень шепотом рассмеялась. Сдвиг перегородки оставил эту плиту полностью свободной.


Вернув перегородку на место, Тень переместилась обратно к окну. Он знал, почему перегородка была немного сдвинута; из-за случайных приступов немоты у Барклы. Парень сильно ошибся у Лоди, когда не смог найти выход из подвала.


Достигнув земли, Тень образовала черное пятно на боковой стене ложи, когда он заглянул в большую комнату, где должна была состояться церемония. Профессор Скорпио, ухмыляясь в бороду, позволил себя обыскать. Пока что было доказано, что в его рукавах нет привидений.


"Благодарю вас, джентльмены", - объявил Скорпион с саркастическим поклоном. "Вот мой тюрбан; вы тоже можете осмотреть его. Тем временем, вы можете вернуть мои часы, бумажник и прочий хлам ".


Тень увидела предметы, которые были возвращены Скорпиону. Профессор стоял перед огромным камином, который не был зажжен, потому что заседание должно было проходить в темноте. Анализируя различные аспекты ситуации, Тень сделала дальнейшие наблюдения.


Он увидел сейф в нише, довольно удаленной от Скорпиона. Он наблюдал, как слуги-индусы вынимали лампочки из розеток, чтобы никто не мог нажать на выключатель в неподходящий момент. Они вкручивали красные лампочки в настенные кронштейны: профессору такой свет не помешал бы.


Все обычные лампочки погасли, кроме одной. Взяв стул, профессор Скорпио обвел жестом круг.


"Меня обыскивали", - сказал он группе. "Итак, прежде чем мы начнем, я прошу о той же привилегии. Мои слуги заберут у вас все фонарики".


Послышался ропот; некоторые разногласия по поводу того факта, что индусы вообще присутствовали. Скорпион согласился, что их можно поместить в другую комнату, под наблюдение комитета. Они ушли, прихватив с собой фонарики. Скорпион приказал запереть дверь, а ключ принести ему.


Генри Денвуд стоял у открытого окна. Он наблюдал, как Скорпион шагает к последнему свету.


Профессор вынул лампочку, и осталось только красное свечение от настенных кронштейнов. Скорпион, одетый в белое, был смутно виден; Денвуд услышал, как звякнула лампочка, когда профессор бросил ее возле камина.


Затем, в этой жуткой обстановке, Денвуд услышал, как Скорпио интонирует:


"Скоро появятся духи; нет, немедленно! На меня снизошло психическое настроение ..."


Гул превратился в бормотание; одновременно нечто, похожее на привидение, начало плавать рядом со Скорпионом, медленно увеличиваясь, но проявляясь так внезапно, что Денвуд ахнул вместе с остальными.


Но Денвуд, несмотря на свое очарование, внезапно почувствовал руку, которая схватила его за плечо. Прикосновение заставило его вздрогнуть. Это заставило его похолодеть, с ощущением настоящего холода, которое заставило Денвуда очень нервничать, пока он не почувствовал, что держит в руке фонарик. Это пришло из внешней темноты, но не из эфирного пространства. Свет фонарика проникал через открытое окно.


То же самое сделал голос, который прошептал рядом с ухом Денвуда; тон, который мог слышать только седовласый мужчина:


"Будь готов! Ты узнаешь, когда".


Голос Тени! Денвуд мрачно устроился в кресле, сжимая драгоценный фонарик, приготовившись к роли, которую ему предстояло сыграть в поимке профессора Скорпио.


ГЛАВА XIV. СРЕДИ ПРИЗРАКОВ.


Похожий на РЕБЕНКА призрак колебался рядом с профессором Скорпио, кланяясь изумленным сидящим. Скорпион прекратил свой лепет, чтобы дух-полувзрослый мог говорить. Оно бормотало слова фальцетом, но не представилось.


Тень знала источник этого мнимого призрака; что он мог исчезнуть так же быстро, как и появился, не оставив никаких улик. Голос принадлежал просто Скорпиону, что создавало эффект чревовещания в темноте. Профессор проверял свою аудиторию. Если бы люди попытались схватить младенца-призрака, они не поймали бы ничего, кроме разреженного воздуха.


Дух говорил, что ему придется уйти, но что скоро он вернется. Какой-то другой дух хотел выступить. Испытание Скорпиона сработало; он намеревался вернуть крошечного ведьмака, чтобы прикрыть отлет полноразмерного призрака, точно так же, как он использовал его сейчас в качестве предварительной меры предосторожности.


Вполне удовлетворенный такой ситуацией, Тень прислушался к внешним звукам. Он услышал их - легкий плеск волн у берега, затем крадущийся звук среди деревьев. Он проследил путь к окну подвала; тот, который колебался. С соседних направлений послышались другие удары.


Последний взгляд в окно. Маленький эльф уменьшился, затем снова появился. Он радостно лепетал фальцетом Скорпиона, застенчиво решив еще немного поболтать с "миди", как он любил называть бородатого профессора.


Когда эта штука наконец исчезла, вернулся собственный голос Скорпиона. Тоном, похожим на транс, он попросил кого-нибудь назвать призрака, которого они хотели бы видеть. Паула Лоди горячо говорила из круга:


"Франсуа..."


Послышалось жужжание. Пола ахнула. Ее голос звучал так, как будто она откликнулась этим именем по договоренности со Scorpio. Возможно, так оно и было; возможно, профессор знал, как будет работать разум Полы. Во всяком случае, она изменила свою просьбу так безупречно, как если бы Скорпион подал ей сигнал.


"Нет, нет!" - воскликнула Паула. "Я хочу... Говарда!"


Жужжание стало громче. Скорпион заставил его замолчать.


"Говард Кэррадон все еще среди живых", - объявил он впечатляющим монотонным голосом. "Но есть другой, который, возможно, отправился в мир за пределами ..."


Тень двигалась к подвалу; его собственное окно было далеко от тех, откуда он мог слышать легкие скрипы. Следовательно, Тень не видела последовавших событий, но он мог представить их.


Под красными огнями закрутился светящийся круг; он закружился возле Скорпиона и быстро рос. Это был старый трюк тайного прибытия, поднимающего черную ткань, но этот притворный дух развивался гораздо быстрее, чем обычно. Человек, игравший роль призрака, хотел довести дело до конца.


Когда появилось лицо, зрители пришли в ужас. Лицо светилось болезненно-зеленым цветом, но его можно было различить как знакомое, хотя его контур казался деформированным.


Лицо Найлза Рандона!


"У меня есть сообщение", - голос был таким же глубоким, как у Рандона, но более резким, - "сообщение для Лоис Мелвин!"


"Это не Найлс!" - донесся ответ Лоис из круга. "Я уверена, что это не так! Это уловка", - ее голос окреп, - "и неудачная! Если ты Найлз", - она вскочила на ноги, обращаясь к призраку, - "У меня к тебе вопрос!"


Призрак исчез слишком быстро. Профессор Скорпио вставлял резкие замечания. Он знал, что ведьмак все еще рядом, но другие этого не знали. Ему предстояло заполнить брешь.


"Нам нужен покой", - предписал он. "Возможно, дух вернется. Недавно ушедшие на более высокий план редко способны легко развиваться или долго оставаться среди нас. Будьте терпеливы, мисс Мелвин".


С этими словами Скорпион перешел на бормотание, не различимое ни для кого в круге. Они предназначались только призраку. Про себя он критиковал Барклу за то, что тот неаккуратно перевоплотился и сыграл слишком сильно. Затем:


"Если вы зададите мне этот вопрос, мисс Мелвин, я заставлю духа вернуться". Скорпион горячо умолял. "Сначала вы должны задать простой вопрос. Возможно, мы сможем позволить другим позже ".


Лоис попросила духа назвать день, когда она была в Лос-Анджелесе. Она была готова сыграть в игру так, как хотел Скорпион, уверенная, что сможет повлиять на ситуацию позже. Скорпион попросил дух вернуться и ответить.


Сначала она не появлялась. Профессор казался довольно довольным. Он говорил вкрадчивым тоном. Наконец, застенчивый призрак проявил себя вихрем. Показалось лицо Рандона, его выражение было немного искажено: в попытке смягчить тон, его голос сказал.


"Вторник".


"Вторник подходит", - начал Скорпион. "А теперь, мисс Мелвин..."


"Еще один вопрос", - огрызнулась Лоис. "Чья фотография на задней панели моих наручных часов?"


Дух говорил сам за себя. "Мое собственное изображение", - осторожно начал он. "Когда я был в своей земной форме. Форма..."


"Белого пуделя?" Сладко осведомилась Лоис: "Кто откликался на имя Альфонс?"


Фальшивый призрак исчез так внезапно, что большинство сидящих могли догадаться, что на него набросили тряпку. Скорпион кричал над бедламом, пытаясь переломить ситуацию в свою пользу. Он услышал крики об "обмане" и принял вызов.


"Да, обман!" - закричал он,


"Обман со стороны мисс Мелвин, которая изменила фотографию в этих часах! Всем молчать!"


Раздавались крики: "Верните ведьмака!"


"Я верну призрака", - пообещал Скорпион, - "как только будут восстановлены надлежащие условия".


Крики стихли. Тень мог слышать, как они стихают с того места, где он ждал внизу, у перегородки в подвале. Настил был широко распахнут; Тень нашел его таким по возвращении. Прислушавшись, он услышал легкий щелчок, плита наверху задвигалась в темноте.


Что-то с шлепком приземлилось рядом с Тенью. Оно не стало ждать, чтобы вернуть перегородку на место; съежившись, оно начало ощупью пробираться сквозь темноту. Тень протянула руку в перчатке к верху перегородки, затем ухватилась за край отверстия.


Две секунды спустя он сидел на корточках в большом камине, наполовину задвинув его раздвижное основание. Стянув с руки перчатку, Тень прикладывал большой и указательный пальцы к двум крошечным губкам, которые были у него на ладони в другой перчатке, наблюдая за попытками профессора Скорпио завершить исследование.


Скорпион возвращал призрака, но не того, кого следовало. То, что снова появилось в поле зрения, было светящейся формой духа-младенца.


Муттерс сказал, что это не удовлетворило натурщиков; и Скорпион пытался успокоить их, послав ведьмака над их головами, очевидно, вне всякого возможного контроля с его стороны.


Быстро подобравшись к занятому профессору, Тень протянул руку к бороде мошенника и щелкнул большим и указательным пальцами. Результат был более поразительным, чем все, что производил Скорпион.


Химикаты, которые были на губках, взорвались с ослепительной вспышкой; они вызвали звук громче, резче пистолетного выстрела. Этот взрыв из ниоткуда буквально ошеломил профессора. Он отшатнулся назад с диким криком. Парящий призрак подпрыгнул к потолку.


Денвуд, хотя и был поражен так же, как и остальные, знал, что это был его намек. Когда поднялся новый бедлам, он нажал на выключатель фонарика, направив широкий луч в направлении Скорпиона. Внезапный свет застал Скорпиона с товаром.


Профессор держал в руках тянущийся стержень - длинную полую телескопическую трубку, которая тянулась от его губ.


В конце был плавающий ребенок-призрак.


Стержень был очень тонким и искусно сконструированным. Это было продолжение, извлеченное изнутри его больших золотых часов, когда он потянул за стержень.


Наполненные шелком, похожим на воздушный шар, часы вызвали панику, когда Скорпион вылетел через трубу. Корпус часов был открыт на конце тянущегося стержня, и он надул "призрак" своим дыханием.


В настоящее время форма часов была опущена, потому что у Скорпиона не осталось дыхания. Он позволил наклониться футляру для часов, и светящийся шелк соскользнул с края, вместо того чтобы вернуться на свое место.


Дюжина рук схватила Скорпиона. Тени среди них не было. Он добрался до окна и перепрыгнул через подоконник. Люди кричали со всех сторон; это были помощники шерифа, приближающиеся, потому что им показалось, что они услышали выстрел.


Скорпион должен был пасть жертвой толпы, которая схватила его, даже несмотря на то, что некоторые схватились за тянущийся жезл и его поддельного призрака, а не за профессора. Но Скорпион услышал крик, который довел его до безумия. Человеком, который кричал, был Грендейл.


Финансист указывал на свой сейф; его дверца была широко открыта, содержимое разбросано. Среди беспорядка Грендейл не увидел никаких признаков определенного свертка, которым он дорожил.


"Мои запасы!" - взвыл он. "Их забрал большой призрак!"


Потеряв халат и тюрбан, Скорпион вырвался на свободу. Тощая фигура без верхней одежды, обезумевший профессор нырнул к основанию камина, который, как он увидел, был наполовину открыт; прошел сквозь него в том виде, в каком он был, и приземлился в подвале.


Подпрыгнув, он подтянулся к перегородке и захлопнул плиту. Рывком установив перегородку на место, он заблокировал преследователей.


Снаружи заговорил пистолет Тени. Он стрелял в полдюжины мужчин, которые открыли огонь по помощникам шерифа. На улице было темно, и когда помощник шерифа схватил фигуру, которая попалась ему на пути, темная ткань упала достаточно далеко, чтобы показать призрачное лицо Рандона.


Помощник шерифа отступил. Очень плотный призрак, тварь сильным ударом отправила помощника шерифа дальше.


Завернувшись в ткань, призрак скрылся из виду прежде, чем Тень смогла открыть по нему огонь.


Почти сразу же светящееся лицо появилось снова, на этот раз в дюжине ярдов от нас, в группе мошенников, которые колотили помощников шерифа. Люди из дома кричали: "Хватайте призрака!", и помощники шерифа подчинились. Раздались выстрелы, когда преступники бросились наутек, оставив светящегося бойца бороться в одиночестве.


Призрак осел. Свет фонарика осветил его лицо. Оно было похоже на лицо Рандона, пока кто-то не сорвал тонкую металлическую маску. Внизу помощники шерифа увидели черты человека, за которым они долго охотились: умирающее лицо Эдварда Баркла.


Мошенники тоже умирали, но некоторые разбились в сторону берега. Их на мгновение спасли крики из дома, призывавшие помощников шерифа отправиться за Скорпионом, который скрылся в лесу. Некоторые откликнулись, начав запоздалую погоню, поскольку обезумевший профессор слишком долго оттягивал старт.


Другие, однако, услышали грохот на берегу и направились туда. Они тоже слышали выстрелы и звонкий смех Тени. Но когда они достигли берега озера, сопровождаемые прибывшими из дома, они остановились, сбитые с толку.


Мошенники исчезли; исчезла и Тень. Слабый плеск воды никогда не смог бы вовремя навести их на след. Потребовалось что-то более слышимое, чтобы добиться столь необходимого результата. Она пришла, этот необходимый знак.


Смех Тени!


Странная насмешка прозвучала из почерневшей воды. Мгновенно огни метнулись к ней. Они увидели Тень, тех людей на берегу, когда он поднялся с поверхности воды, маня их. Он был уже в сотне ярдов от нас, быстро перемещаясь, но яркий свет, к которому он призывал, показал то, что он хотел увидеть.


Это был озерный монстр, впервые обнаруженный как низкорасположенное летающее судно, блестящее при достаточном освещении. Они не могли потерять его, если бы преследовали на этот раз. Ибо на борту этой штуковины находился посторонний пассажир, неизвестный истощенному экипажу внутри нее.


Наполовину пригнувшись, Тень летел на странном корабле, все еще посылая в ответ жуткий смех, который послужит ориентиром, если огни потеряют из виду корабль, на который он поднялся!


От причала Грендейла уже отчаливал скоростной катер, доказывая, что один человек добрался туда.


Воодушевленные случаем, два десятка человек поспешили к другим лодкам. Казалось, сам причал взревел, когда флотилия тронулась.


Длинная процессия отправилась в величайшую водную гонку, которую когда-либо знало озеро Калада. Тень, хотя и скрылась из виду, все еще манила к себе; не жестом, а своим смехом, который доносил свое повторяющееся веселье издалека!


ГЛАВА XV. ТРОЙНОЕ СПАСЕНИЕ.


Озерный монстр достиг своего убежища. Он выбирал сложный канал среди каменной блокады, которая окружала основание Индиан-Рок. Сзади, у входа в бухту, Тень могла видеть преследующее судно.


Некоторые потеряли след, потому что ближайшая лодка прошла мимо канала Индиан-Коув и свернула в бухту у шахты "Пионер", другие последовали за ней.


Только около половины пилотов допустили эту ошибку; остальные, правильно ориентируясь по отдаленному смеху Тени, достигли Индиан-Коув. Оттуда доносилось эхо; насмешливые нотки Тени отражались от холмов. Казалось, это влекло их к конечной цели - огромной скале, которая образовывала внутреннюю опору Индиан-Коув.


Смех резко оборвался. Стальное существо, на котором ехала Тень, пробиралось под естественной аркой под Индиан-Рок. Его обитатели, уютно устроившиеся в своей герметичной кабине, понятия не имели, что Тень была на верхней палубе. На самом деле, его не было, когда корабль миновал арку.


Не имея разрешения, Тень скользнула за корму и тянулась за рулем, который проходил между двумя пропеллерами. Вдали от вращающихся лопастей он держал голову над водой, пока его тащили в пространство под скалой.


Лодка задела выступ, который служил ей пирсом. Люди выбрались из своего судна и включили фонарики. Лучи осветили естественную пещеру с расщелиной в скале впереди, очевидно, вход в логово, поскольку расщелина образовывала проход в нескольких футах над уровнем воды.


Они включали огни на лодке, чтобы вытащить искалеченных членов группы. Тень увидела хмурое лицо Руфуса, услышала, как он обращается к другому мужчине как "Гораций". Эти двое не пострадали, как и третий человек; но на трех, которых они привезли с катера "курьез", были видны следы от пуль.


Таким образом, Тень насчитал шестерых вернувшихся. Он подсчитал, что четверо пали в битве, в которой он принял сторону депутатов, и были оставлены мертвыми на берегу у Грендейла вместе с Барклой.


Пока раненым помогали выбраться из стального озерного монстра, Тень получила хороший обзор корабля. Его мотор все еще работал со вздыхающим шипением.


Тень заметила низкие выступы, похожие на вентиляторы, перед кабиной пилота и поняла их назначение.


Это были воздухозаборники, всасывающие воздух в скрытое устройство, которое разделяло составные элементы. Аналогично, вдоль ватерлинии возле носа лодки были клапаны, которые забирали воду. Рядом с кормой из отверстий поднимались пузырьки, образуя пенистый след, который "Тень" видела в другие ночи.


Тень вспомнила историю о сумасшедшем изобретателе, ныне покойном, который утверждал, что создал паровой двигатель, в котором кислород из воздуха смешивался с водой, образуя взрывоопасную химическую комбинацию, Н2О2. В подобном изобретении сомневались на том основании, что аппарат был бы крайне маловероятен.


Очевидно, это сработало, поскольку этот корабль соответствовал сюжету. В сигарообразном корпусе озерного монстра размещалась плавучая лаборатория, которая могла смешивать воздух и воду в испаряющееся топливо. Каким бы сложным ни был механизм, однажды заработав, он мог продолжать работу почти бесконечно, а двигатель обладал дополнительными качествами, о которых не говорил его изобретатель: скоростью и бесшумностью.


Преступники приобрели его, использовав устройство для своих собственных целей. Уверенные, что таинственный корабль никогда не будет признан судном, они скрывали свою игру до тех пор, пока Тень не прибыла на озеро Калада. Даже сейчас они считали себя в безопасности, здесь, в своем подземном логове.


ДВИГАЯСЬ позади людей с фонарями, Тень продвигался к расщелине в скалах. Его движение было медленным, потому что он был насквозь мокрым и должен был избегать хлюпающих звуков. Он хотел проникнуть в само логово до того, как появятся мошенники.


Глубоко в расколе Тень обнаружил, что его путь преграждает огромная металлическая дверь с большой замочной скважиной. Пули могли бы разрушить этот замок, но для этого потребовалась бы целая очередь; и звуки были бы слышны с другой стороны. Тень решила, что было бы лучше последовать за Руфусом и остальными до конца.


Вытащив пистолет из водонепроницаемой кобуры, Тень начал возвращаться по своим следам. Когда он приблизился к водянистому своду, где был пришвартован озерный монстр, он обнаружил, что опоздал. Руфус и остальные шли вдоль посадочной скалы, мигая перед собой фарами.


Поддерживая одного из раненых приятелей, Руфус показывал большой ключ. Это, плюс тот факт, что Руфус не вышел вперед один, чтобы оказать помощь раненым, указывало на то, что все мошенники отправились в ночную экспедицию.


Если бы Тень разнес дверь пулями, он не вызвал бы сопротивления изнутри. Но этот курс стал слишком опасным, поскольку Руфус и остальные направлялись сюда. Единственное, что нужно было сделать, это сначала разобраться с мошенниками.


Тень дала им шанс на жизнь.


Его смех внезапно разнесся по сводчатому залу, неземной по своей резкости. Казалось, что это насмешливый голос из могилы, в обстановке, вполне подходящей для этого.


Стены, купол, даже поверхность воды уловили насмешку и отбросили ее назад. Возможно, это был смех гладкого озерного монстра, поскольку эхо не позволяло определить местонахождение.


Тень ожидал ужаса от мошенников. Они не догадаются, что он прошел мимо них на лодке. По правилам, они должны были выбрать канал под аркой как место происхождения смеха и повернуться в этом направлении. Однажды рассеявшись, ожидая битвы с тыла, они были бы безвредны.


Но головорезы увидели Тень.


Руфус, пытаясь вывернуться в поисках укрытия, был схвачен своим раненым приятелем, который хотел погасить свет. В ходе борьбы они, пошатываясь, направились к расщелине, где стояла Тень. Луч повернулся к воину в черном плаще; Гораций издал крик, который сообщил остальным, где таится реальная опасность.


Даже раненые проявили проворство, когда весь экипаж нырнул за укрытие из камней, доставая свои пистолеты. Они стреляли с неистовой решимостью, когда Тень развернулся в поисках собственного укрытия.


Руфус был достаточно быстр, чтобы добраться до самого края расщелины. Он крикнул остальным, чтобы они помогли ему поймать Тень.


Позади, у металлической двери, Тень наносил удары, которые удерживали преступников на месте. Его огонь был спазматическим. Он знал, что столкнется с нехваткой пуль, если эта драка продолжится. Огни исчезли: выезжать навстречу вражеским стрелкам было бы опасно, за исключением самого крайнего средства.


Они копировали действия Тени, делая свои выстрелы случайными, уверенные, что их враг в плащах упадет, если попытается протиснуться через расщелину. Но их огонь подобрался бы ближе в тот момент, когда Тень перестала бы отвечать на него. По этой причине он не мог тратить время на то, чтобы взорвать прочный замок двери позади себя.


Тень был пойман в ловушку; но мошенники не догадывались, почему он позволил себе это.


Полдюжины лодок достигли каменного пролива, который выходил на Индиан-Рок. Пассажиры этих лодок могли слышать глухие выстрелы. Они тоже могли определить ее местонахождение, поскольку она исходила из самой могучей скалы.


Прерывистые отблески света исходили из арки у линии воды.


Люди направляли свои лодки к этой бухте, используя прожекторы для изучения входа. Их проблема заключалась в том, как пройти; ни одна из их лодок не была достаточно низкой.


Среди прибывших судов был скоростной катер Скорпиона. Лоис увидела его в доке и воспользовалась им, чтобы присоединиться к погоне с Денвудом в качестве пассажира.


Другие лодки теснились по каменистому каналу к скале; благодаря этой задержке Лоис и Денвуд смогли помочь Тени. Они увидели то, от чего он зависел.


Отраженные выстрелы больше не были видны на арке у ватерлинии из-за прожекторов. Но Лоис и Денвуд увидели те же знаки выше, из трещины, которую больше никто не заметил. Они что-то крикнули лодкам впереди; когда услужливый прожектор повернулся к ним, Лоис указала вверх.


В течение следующих пяти минут мужчины были заняты тем, что карабкались к расщелине, на которую указала девушка. Все это время с определенной периодичностью доносились приглушенные выстрелы. Мошенники продолжали свою политику истощения Тени; он позволял им продолжать, уверенный, что это приведет к их собственной катастрофе.


Наступила катастрофа. Головорезы внезапно услышали выстрелы с нового направления. Обернувшись, они увидели, как из щели в переднем куполе хранилища выстрелили пистолеты. Люди заметили их сверкающие пушки и открыли по ним заградительный огонь.


Мошенникам грозила опасность истощения боеприпасов. Пули стучали по камням вокруг них. У них был только один выход: напасть на Тень.


Они пришли в массовом порядке, раненые вместе с остальными. Затем все, пошатываясь, снова выбрались наружу, встреченные огнем, который был быстрее их собственного. Они бросали оружие; некоторые, спотыкаясь, падали в воду, отчаянно пытаясь добраться до своего единственного убежища - пришвартованного корабля.


Слишком поздно. Всплески возле арки говорили о том, что люди выпали из расщелины наверху. Зажглись фонарики, когда вновь прибывшие обнаружили выступ, который образовывал берег. У мошенников, уже искалеченных, не было ни единого шанса против этого нападения. Прибыли ожидаемые сторонники Тени.


Добравшись до металлической двери, Тень использовал оставшиеся пули, чтобы разрушить замок. Их было недостаточно; он постоянно колотил прикладом автоматического оружия, чтобы завершить работу. Спешка больше не была нужна; тем не менее, Тень всегда считала минуты. Он потратил по меньшей мере дюжину с того момента, как прибыл на борт "озерного монстра".


Пройдя через дверь, Тень следовал по проходам со своим фонариком. Он столкнулся с другими барьерами, установленными в узких местах, но они были сравнительно непрочными. Достигнув квадратной комнаты, Тень увидел пролет грубо вырубленных ступеней. Он позвал снизу.


Ему ответил крик; он узнал голос Гарри. К нему присоединился другой голос; Тень мог слышать скрежет дверей, когда он бросился вниз по ступенькам.


Затем грохот усилился; третий голос добавил свой рев. Он был громче остальных, потому что доносился из ближайшей камеры; там свет Тени показал Найлза Рандона.


Разбив запертые ворота своим тяжелым автоматом, Тень перешел к следующему. Он быстро покончил с этим и нанес удар по третьему. Рандон, спотыкаясь, поднимался по ступенькам, за ним Гарри и, наконец, Кэррадон, когда Тень развернулась.


С высоты лестницы он увидел колеблющийся огонек фонарика. Крикнув спасенным людям, чтобы они остерегались нападения, Тень ускорилась, чтобы догнать их. Он услышал крики, когда достиг верха лестницы.


Его фонарик высветил последнего из мошенников, которые противостояли ему у лодки.


Это был Руфус. Несмотря на ранение, парень хорошо избегал пуль. Он тащился по коридорам; в квадратной комнате он дергал за цепь, вделанную в стену, рыча, что принесет смерть всем.


Найлс Рандон боролся с ним, но его хватка на руке Руфуса только усилила хватку парня.


Несмотря на слабость после заключения, Гарри и Кэррадон сумели придать вес Рандону.


Руфус осел, когда Рандон потащил его вниз. Но цепь дернули, и это привело к мгновенному результату. Откуда-то из глубин донесся приглушенный эхом взрыв.


Стены комнаты, казалось, покачнулись, в то время как Тень разбрасывала других людей, катя их к внешнему проходу. Титанический треск говорил о том, что в слоистом граните ломаются выступы.


Раздавался грохот, когда каменные обломки осыпались, но все это доносилось откуда-то снизу. Наконец, эхо прекратилось, оставив квадратную комнату нетронутой.


Когда спасенные люди направлялись к выходу по коридору, Тень заглянула в камеру внизу. Она тоже была цела, за исключением самого глубокого конца. Там каменные глыбы осели. Очевидно, заряд взрывчатки был зарыт намного дальше этого места. Руфус рассчитывал на полное разрушение подземного логова; но заряда оказалось недостаточно. Ущерб был сравнительно небольшим.


Тень доставила не только спасенных людей; он тоже был в безопасности. Только один человек скончался от взрыва; сам Руфус.


Найлс Рандон ударил негодяя головой о камень. Уже будучи серьезно раненым, Руфус не смог ни отразить удар, ни пережить его. Он был мертв, когда Тень увидела его при свете фонарика. Смех бойца в плаще был торжественным, безрадостным, очень похожим на похоронный звон.


Когда Тень добрался до внешнего прохода, он обнаружил, что спасенные люди, спотыкаясь, приближаются к людям, в которых они узнали друзей. Рандон потерял равновесие, соскользнул с уступа и погрузился по плечо в воду, прежде чем его подхватили чьи-то руки. Гарри схватили до того, как он совершил аналогичную ошибку.


Эти двое рассказывали свою историю, как и Каррадон. Тень скользнула в затемненную нишу, когда люди прошли через подземные переходы и охотились за украденными товарами. Другие отвели Гарри, Кэррадона и Рандона к лодкам.


Некоторые рассматривали странного озерного монстра, когда Тень прошла мимо них на заднем плане.


Вместо того, чтобы использовать веревки, которые свисали с более высокой расщелины, Тень выбрался наружу, бесшумно проплыв под аркой.


Он поднимался, никем не замеченный, среди каменных нагромождений, когда услышал впереди возбужденный разговор.


Только что прибыл катер из Общественного центра, доставивший новости о профессоре Скорпио. Главный обманщик совершил дерзкий побег. Он появился на посадочной площадке в одежде большого размера и с дробовиком, который он украл из какой-то хижины.


Двумя дулями своего двуствольного оружия Скорпио заставил нового пилота сесть с ним в самолет, пообещав парню такую же смерть, какую получил Друри, если тот откажется помочь в побеге. Когда в последний раз видели, огни самолета мерцали за горным перевалом, унося Скорпиона в безопасное место.


Некоторым людям, слушавшим эти новости, также показалось, что они слышали жуткий звук, очень похожий на шепчущий смех, доносившийся из темноты у подножия Индиан-Рок.


Тень не была недовольна побегом Скорпиона; совсем наоборот. Отъезд профессора оставил дело открытым, обещая окончательное решение всех вопросов, возникших в результате преступления.


ГЛАВА XVI. ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ВЕРИЛ.


В течение следующих нескольких дней было раскрыто достаточно загадок, чтобы удовлетворить большинство членов колонии Калада. Все дело было сенсационным от начала до конца: профессора Скорпио заклеймили как мошенника, а также изгоя. Его безрассудство было его собственным актом прекращения прибыльного рэкета, обратившись к преступлению ради более крупных ставок.


Поиски Замка принесли много открытий; среди них секретные картотеки, спрятанные в стенах, в которых содержались доказательства давней игры Скорпиона. Он владел большим количеством земли вокруг озера Калада, в основном по доверенности. Он продавал собственность нужным людям, а именно тем, кто попадался на его уловки с привидениями.


Частью его игры был подкуп слуг. С их помощью он собрал большое количество ценной информации, которую передавал своим клиентам в виде астрологических показаний, сообщений на грифельной доске и высказываний материализовавшихся духов.


Позже лишь нескольких таких слуг использовали для совершения преступлений, и им разрешили присоединиться к банде жестоких мошенников, расквартированных под Индиан-Роком.


Остальным все еще доверяли их работодатели; когда имена таких слуг были найдены в файлах Скорпиона, преступники не выдержали и сознались.


Они рассказали, как их подкупали, часто ничтожными суммами. В этом смысле Скорпион был умен; оказавшись у него под каблуком, он напугал своих игроков и заставил их продолжать игру.


Любопытно, что большинство из них действительно верили, что профессор обладает какой-то оккультной силой, поскольку он рассказывал им о себе вещи, которые их поразили.


Им и в голову не приходило, что так много людей занимались рэкетом; что у Скорпиона было несколько слуг, шпионящих за остальными.


Очень хитрый джентльмен, профессор Скорпио, и его козырем в рукаве был Эдвард Баркла.


Все улики свидетельствовали о том, что Баркла один выдавал себя за духов. Таким образом, Скорпион держал многих своих шпионов в замешательстве относительно работы с призраками. Его индусы тоже, очевидно, помогли ему в некоторых важных деталях, о которых другие его шпионы знали мало.


Больше всего признавшихся слуг поразило озерное чудовище. Они действительно верили, что это было какое-то странное существо.


Баркла был мертв: как и все мошенники, использовавшие таинственную лодку. Следовательно, единственными близкими связями со Скорпионом были слуги-индусы. Но они поклялись, что были связаны только с призрачным рэкетом, а не с грабежами и убийствами. Они придерживались этой истории так упорно, что все им поверили.


Как и предвидела Тень, дело осталось открытым.


Не удалось обнаружить ни малейшего следа каких-либо украденных вещей. Замок был практически разнесен на куски; каждая щель в логове под Индиан-Рок была тщательно обыскана, но безрезультатно.


У Гиллеспи все еще не было его облигаций, у Джеймисона - его картин. Статуэтки Альбиона не были обнаружены; драгоценности Паулы Лоди все еще сверкали, но где, никто не знал.


Вдобавок ко всему Хьюго Грендейл лишился своих акций в ту самую ночь, когда преступники встретили свое водяное Ватерлоо в бою с Тенью.


Профессор Скорпио тоже пропал без вести. Он заставил пилота самолета посадить его на безлюдном поле, куда Скорпио забрал старый автомобиль из заброшенного ангара. Профессор приготовил все для личного бегства, когда потребуется.


Было признано, что он, должно быть, заранее отправил украденные товары и прихватил с собой вещи из магазина Грендейла, когда совершал свой собственный отъезд.


ВСЕ это было предметом обсуждения ближе к вечеру в Денвудс Лодж. Денвуда, которого уважали все в колонии, попросили выступить в качестве председателя на очень важном собрании.


Присутствовали жертвы недавних ограблений: Гиллеспи, Джеймисон, Альбион и Грендейл. Пола Лоди отсутствовала, но ее представлял ее муж Говард Кэррадон. Он также принадлежал к другой группе: тем троим, которых спасла Тень.


Гарри Винсент и Найлс Рандон давали те же старые показания относительно их пребывания в подземной камере. Кэррадон тоже повторил это. Они все согласились, что видели преступность изнутри, но так мало, что не могли представить никаких фактов, ведущих к обнаружению украденных товаров.


Разговор перешел к Тени. Люди хотели знать, кто он такой, как он столь многого достиг.


Казалось, никто не мог ответить, даже Ламонт Крэнстон, которого пригласили на встречу по просьбе Денвуда.


Все время встречи Крэнстон был на заднем плане, его лицо оставалось бесстрастным, за исключением тех случаев, когда гудение прибывающего самолета-такси над озером напомнило ему о его собственной посадке в Каладе. Затем губы Крэнстона слабо улыбнулись.


Собрание закончилось полным разочарованием, когда Грендейл сердито хлопнул ладонью по столу.


"Вот мы и здесь", - прогремел он, - "самые богатые люди на озере, все жертвы профессора Скорпио. Я бы заплатил что угодно, чтобы привлечь этого негодяя к ответственности! Никто в этой колонии не сможет выложить больше денег, чем я, если мы предложим вознаграждение ".


Остальные выглядели раздраженными хвастовством Грендейла. Они посмотрели на Денвуда, который улыбкой смягчил ситуацию. Затем, повернувшись к Грендейлу, Денвуд спросил:


"Ты забыл Перси Клермонта?"


Простое упоминание этого имени вызвало гнев Грендейла.


"Этот трясущийся дурак!" - бушевал он. "Старина Клермонт, может быть, и стоит миллионы, но он заработал свои деньги не своими мозгами. Да ведь он был прямо на вершине списка неудачников Скорпиона!"


Тень вспомнила имя Клермонта. Файлы Скорпиона содержали множество данных о Клермонте, как и утверждал Грендейл. Несмотря на то, что Клермонт был чрезвычайно богат, он жил скромно, когда приехал на озеро Калада; ему принадлежало небольшое бунгало, которое выглядело карликом на огромной территории у озера, которую оно занимало.


Клермонт был в Нью-Йорке все время, пока происходили неприятности со "Скорпионом". Никто не знал, когда он вернется на озеро Калада. Его визиты были сравнительно редкими и обычно краткими. Если бы Денвуд не упомянул его имя, чтобы тактично справиться с неприятной ситуацией, о Клермонте вообще бы не вспомнили.


Другие, очевидно, согласились с кратким изложением Грендейлом Клермонта, поскольку улыбнулись. Грендейл собирался расширить свои взгляды на дряхлого мультимиллионера, когда в дверь постучал слуга. В ответ на вызов Денвуда слуга объявил о посетителе:


"Мистер Клермонт".


Удивленные взгляды сменились улыбками, когда все поняли, что Клермонт, должно быть, прилетел дневным самолетом. Посмотрев в сторону Тени, Гарри увидел проблеск интереса на обычно неподвижном лице Крэнстона.


Гарри знал, что его шеф намеревался обсудить новые аспекты дела Скорпиона после того, как все остальные закончат свое слово. Но с прибытием Клермонта Тень решил подождать.


КОГДА он вошел, Перси Клермонт в точности соответствовал описанию Грендейла. Он действительно выглядел дряхлым. Он был иссохшим, на его лице с острым подбородком и крошечными глазами. Его суховатые губы подергивались; его лысая голова блестела, как полированный мрамор, над тонкими прядями седоватых волос. Его крошечные глазки были острыми, когда смотрели сквозь очки в большой оправе.


Клермонт был сутуловат; он ковылял, опираясь на толстую трость, которая по сравнению с ним делала его сгорбленную фигуру хрупкой. Но он был бдителен и активен, что и доказал с момента своего появления.


Положив на стол Денвуда небольшой сверток, Клермонт скорчил гримасу, глядя на группу, затем потребовал хихикающим тоном:


"Что это я слышал о профессоре Скорпио? Почему вы прогнали его? Покажите мне людей, которые преследовали его. Черт возьми!" - он оперся о стол, чтобы взмахнуть своей тяжелой тростью. - "Я проломлю им головы за них!"


"Никто не преследовал Скорпиона", - спокойно заверил Денвуд. "Если бы вы были здесь, Клермонт, вы бы согласились с нами, что Скорпион - негодяй, который заслуживает всего наказания, которое только может назначить ему закон".


Клермонт бросил на Денвуда насмешливый взгляд, как будто жалел его. Снова опираясь на трость, иссохший мужчина указал другой рукой вверх, вытянув костлявый указательный палец. Его крошечные глазки заблестели.


"Моя звезда находится на подъеме", - заявил он. "Это день, которого я так долго ждал - когда профессор Скорпио пообещал раскрыть будущее, которое все еще ожидает меня! Только этим вечером я смогу узнать ответ, который лежит на небесах".


Искоса взглянув на Крэнстона, Денвуд уловил кивок. Денвуд мягко поинтересовался:


"Ты ожидаешь, что Скорпион посетит тебя сегодня вечером?"


"Я верю", - отрезал Клермонт, - "и все эти разговоры о воровстве - чушь собачья! Скорпиону не нужно было воровать. Он знает, что я держу свои обещания. Я сказал ему, что в обмен на его чрезвычайно важное сообщение я передам ему - это!"


Его костлявые руки разорвали упаковку, и Клермонт показал пачку банкнот. Верхняя купюра была номиналом в тысячу долларов. Как и остальные, когда Клермонт пересчитывал их, посмеиваясь каждый раз, когда облизывал большой палец.


В той пачке тысячедолларовых банкнот было ровно двести пятьдесят банкнот. Перси Клермонт, эксцентричный миллионер, привез четверть миллиона долларов на озеро Калада в качестве личного подарка профессору Скорпио!


На глазах у безмолвных свидетелей Клермонт снова собрал наличные и сунул пакет под мышку. Он заковылял к двери; взявшись за ручку, он повернулся, чтобы помахать тростью.


"Как и звезды, - кудахтал он, - Скорпион не подведет меня. Но у меня есть предупреждение, к которому каждый из вас должен прислушаться.


Моя собственность принадлежит мне. Я не потерплю никаких посягательств. Я повторяю, что Скорпион слишком много поставил на карту, - он указал на пачку денег у себя под мышкой, - чтобы прибегнуть к криминальным занятиям".


"Я предоставил вам доказательство честности Скорпиона. Я ожидаю, что вы докажете свою собственную, держась подальше - все вы - от моих консервов. Добрый день, джентльмены", - тон Клермонта был сухо саркастичным, когда он произносил этот термин, - "и если вы не можете решить свои нынешние проблемы, я советую вам обратиться к звездам!"


Дверь закрылась под протяжный треск Клермонта. Сидевшая в тишине группа услышала, как хлопнула входная дверь.


Они все еще молчали, когда с причала Денвуда донесся шум мотора. Краткий визит Перси Клермонта, человека, который все еще верил в профессора Скорпио, заставил их усомниться в собственных чувствах.


Казалось, что только спокойные глаза Крэнстона понимали, пока Тень изучал озадаченные лица вокруг него.


ГЛАВА XVII. ВНЕ ЗАКОНА.


УВИДЕТЬ - значит поверить.


Возможно, это правило не применялось в случае с делами Скорпиона, поскольку они проходили в темноте; но это, безусловно, было справедливо в отношении Перси Клермонта и его денег.


Здесь, в кабинете Денвуда, находилось более полудюжины человек, которые могли засвидетельствовать под присягой, что эксцентричный миллионер привез двести пятьдесят тысяч долларов на озеро Калада. Заявление Клермонта о том, что деньги предназначались Скорпиону, может показаться странным, но не более, чем тот факт, что он принес сами наличные.


Допустив, что ситуация была именно такой, как ее описал Клермонт, комитет приступил к обсуждению важного момента, а именно аргумента Клермонта о том, что Скорпион не стал бы мошенничать, когда знал, что может получить четверть миллиона долларов, не прибегая к преступлению.


Первым заговорил Грендейл. Он попытался отшутиться от вопроса о деньгах, настаивая на том, что Скорпион заработал на преступлениях больше, чем мог бы в противном случае. Но Джеймисон, Альбион и другие жертвы ограблений покачали головами.


В совокупности их потери могут составить более четверти миллиона, но не наличными. Аргумент Клермонта все еще оставался в силе. Тем не менее, она должна была быть разрушена, как Тень могла судить по ходу разговора. Именно Кэррадон нашел ответ.


"Я понял!" - воскликнул он. "Это снова Скорпион, исполнитель алиби. Парень настолько нечестен, что не может придумать ничего путного. Когда ему попадается что-нибудь законное, он пытается придумать, как он может использовать это, чтобы прикрыть что-то еще.


"Предположим, у нас не было на него всех данных. Предположим, он все еще был в своем Замке, под подозрением самого серьезного рода, но без каких-либо полностью доказанных доказательств. Какой была бы наша реакция после того, что нам только что сказал Клермонт? Ну, мы бы пошли повидаться со Скорпионом и извинились за то, что когда-либо подозревали его в преступлении!"


Анализ Кэррадона вызвал всеобщее одобрение. Он идеально соответствовал действиям Scorpio с самого начала.


Прибытие Клермонта можно было рассматривать как козырную карту Скорпиона. Никто больше не задавался вопросом, почему профессор так нагло выжидал событий.


Найлс Рандон продолжил с того места, на котором остановился Говард Кэррадон.


"А как насчет сегодняшнего вечера?" неожиданно спросил Рандон. "Ты собираешься стоять в стороне и позволить Скорпиону выкрутиться с чем-то другим?"


Некоторые слушатели были озадачены. Рандон рассмеялся.


"Вы же не думаете, что профессор откажется от наличных Клермонта, не так ли?" - продолжил Рандон. "Кэррадон прав; эта сделка - алиби Скорпио. Но это также его шанс более чем удвоить добычу здесь, на озере Калада ".


Вокруг группы пронесся гул. Генри Денвуд посмотрел в сторону Ламонта Крэнстона. Он уловил легчайший кивок.


"Клермонт должен быть предупрежден", - решил Денвуд. "Немедленно".


Заявление вызвало насмешливые смешки, которые переросли в искренний смех, причем громче всех гремел Грендейл.


"Предупредите Клермонта!" - высказался Грендейл. "Да ведь он предупредил нас! Любой, кто вмешается в его дела, вероятно, получит заряд пуль из мушкетона или любого другого вида оружия, которое есть у этого старого скряги дома.


"Я никогда не видел, чтобы это подводило. Люди, которые могут выжимать из людей гроши и превращать их в миллионы, всегда быстрее всех передают свое богатство ловким охотникам за приданым".


Остальные, казалось, согласились, за исключением Крэнстона. Тень чувствовала, что в случае с Грендейлом это правило неприменимо. Финансист был первоклассным сокамерником, но он никогда ни к кому не проявлял открытости или великодушия.


Все это, однако, не входило в основную тему. Вопрос заключался в следующем: посетит ли Скорпион Клермонт?


Ответ был единогласным "да". Что вызвало другой вопрос: что комитет мог с этим поделать?


Денвуд предложил вызвать шерифа, но его предложение было быстро отклонено. Если бы шериф Кирк согласился зайти в "Клермонт", было предрешено, что Скорпион не появится. С другой стороны, если бы шериф знал, что добровольцы едут к Клермонту вопреки желанию старого чудака, он, вероятно, использовал бы свой авторитет, чтобы предотвратить подобную экспедицию.


Грендейл подвел итог, высказав первое действительно разумное предложение, которое он сделал в тот день.


"Мы должны справиться с этим сами, - решительно заявил он, - и сделать это вне закона".


Чем больше группа размышляла над этим, тем больше это казалось оправданным. На самом деле, несколько других были готовы выдвинуть то же самое предложение. Спорными были два момента: права собственности Клермонта и поиски Скорпиона. Денвуд счел ситуацию аналогичной предыдущей.


"Когда мы хотели Барклу, - напомнил он, - мы позволили Scorpio пройти испытание, зная, что Баркла обязательно придет. У нас были люди в ближайшее время, которые приблизились и предотвратили отъезд Барклы. В этом случае мы знаем, что Скорпион посетит Клермонт. Возможно, наш прежний метод снова сработает ".


Говоря это, Денвуд посмотрел на Крэнстона. Он знал, что именно Тень, а не помощники шерифа, обеспечили успех в ночь убийства. Он был уверен, что Тень снова начнет действовать, этим вечером.


"Превосходно, Денвуд!" согласился Грендейл. "Мы поймали Барклу с товаром - этими жуткими одеждами, которые он носил. Мы получим Скорпиона с товаром в виде денег Клермонта ".


"Вовсе нет, - ответил Денвуд, - потому что деньги будут добровольным подарком. Скорпиона заберут из-за его прошлых преступлений. Даже если это произойдет на территории Клермонта, я думаю, похитители будут оправданы ".


ВСЕ были полны энтузиазма, но Тень мог предвидеть внезапное охлаждение. Он слегка улыбался, когда это произошло.


Когда Кэррадон предложил им сформировать отряд для поимки Скорпиона, все одобрили это, но никто не хотел быть включенным, даже сам Кэррадон. Он опередил остальных в этом предложении, очевидно, для того, чтобы отказаться от него.


"Вперед, джентльмены!" - воскликнул Каррадон. "Вы все большие неудачники. Разве вы не готовы рискнуть, чтобы вернуть свои потери?"


Очевидно, это было не так. Грендейл утверждал, что они уже потеряли достаточно. Гиллеспи, Джеймисон и Альбион согласились с ним. Насмешливо Грендейл потребовал:


"Почему бы тебе не уйти, Кэррадон? Ты тоже неудачник".


"Нет, нет", - улыбнулся Каррадон. "Пола - неудачница. Это были ее драгоценности. Я ничего не потерял".


"Тогда рискни", - торжествующе парировал Грендейл. "В любом случае, тебе нужно свести счеты со Скорпионом.


Он запер тебя на несколько дней под землей."


Каррадон указал на Рандона и Гарри, сказал: "Они тоже были пленниками".


"Тогда почему бы вам всем не отправиться туда?" парировал Грендейл. "Вы все в одной лодке". Он усмехнулся, чувствуя, что пошутил. "Все в одной лодке, вот и все! Плывите на лодке вместе, к Клермонту сегодня вечером".


Никто не рассмеялся над самооцененной шуткой Грендейла. Лицо Кэррадона посерьезнело при воспоминании о его заключении под Индиан-Роком. Посмотрев на Рандона, Каррадон увидел выражение, совпадающее с его собственным. Оба посмотрели на Гарри Винсента. Он тоже был серьезен, но его глаза смотрели куда-то в сторону.


Гарри ожидал вспышки от Тени.


"Я пойду", - внезапно решил Каррадон. "Кто-то должен растопить лед, и, похоже, я оправдан".


"Что ставит меня в известность", - заявил Рандон. "Я уже попадал в беду раньше, вместе с Кэррадоном, и мы оба выбрались из нее. Я соглашусь с тобой, Говард".


Гарри уловил блеск в глазах Крэнстона, в то время как Кэррадон и Рандон пожимали друг другу руки, чтобы заключить сделку. Когда пара повернулась к Гарри, он прямо встретил их совместный взгляд и сказал:


"Вы можете рассчитывать на меня".


Грендейл вскочил на ноги, тепло похлопывая по плечам отважную троицу. Он слегка поморщился, когда Альбион добавил к одобрению, сказав, что он и другие проигравшие, в том числе Грендейл, будут оспаривать любой судебный процесс, который Клермонт может возбудить против нарушителей.


Суматоха переросла в дискуссию между тремя добровольцами. Они решили, что отправятся из Общественного центра в сумерках, используя каноэ, чтобы добраться до собственности Клермонта, которая находилась всего в миле от отеля. Водный маршрут был предпочтительнее, поскольку заповедники Клермонта были окружены частоколом, пересечь который могло быть проблематично.


"Если Скорпион придет по воде, - заявил Рандон, - мы, вероятно, услышим его. Но у меня такое предчувствие, что он воспользуется лесом".


"Тогда нам придется приблизиться к бунгало", - вставил Каррадон. "Если мы не услышим, как Скорпио перелезает через забор, мы наверняка узнаем, когда он войдет в дом".


"Забор - это большое подспорье", - добавил Рандон. "Это значит, что мы загоняем Скорпиона в угол, когда он уходит".


"За исключением набережной", - напомнил Кэррадон. "У Клермонта довольно широкое пространство".


Обсуждаемый вопрос обеспокоил слушателей. Рисуя вид на озеро у Клермонта, они также вспомнили побег Скорпиона предыдущей ночью, когда профессор превратился из мистика в мантии в гибкого бегуна по пересеченной местности.


Они также помнили, что Скорпион вырвался более чем из рук троих мужчин, которые схватили его.


Физически бродяга был таким же скользким, как и умственно.


"Нам придется привлечь шерифа, - уныло решил Рандон, - и кучу помощников шерифа. Но если бы мы только могли удерживать их на расстоянии, пока они нам не понадобятся! Кто-то должен с этим справиться".


РАНДОН посмотрел на Грендейла и других финансовых воротил. Они, в свою очередь, обратились к Денвуду, который медленно покачал головой. Он сомневался, что сможет справиться с этим делом сам; и было трудно выбрать кого-то из других. Кто бы ни был выбран, он не мог позволить себе оплошать; и было слишком вероятно, что этот человек так и сделает.


Однако они переговаривались между собой, и взгляды их обратились к человеку, который до сих пор был немногим больше зрителя: Ламонту Крэнстону. Он внезапно стал всеобщим выбором по очень разумной причине. Шериф Кирк был высокого мнения о Крэнстоне и искренне высказал это. Он считал Крэнстона самым быстрым мыслителем, которого он когда-либо встречал, из-за эпизода на шахте "Пионер". Помощникам шерифа Крэнстон тоже нравился, потому что он спас жизни нескольким из них во время их ошибочного столкновения с Гарри Винсентом.


Уловив жужжащие слова, Денвуд взглянул на своего друга и получил кивок Тени.


Денвуд положил конец дискуссии.


"Мы все пришли к единому мнению", - заявил он. "Шериф ценит мнение Крэнстона и будет следовать его предложениям до предела. Он также знает, что Крэнстон посетил малоизвестные участки озера и может найти ключ к Скорпиону, если профессор вернется через горный перевал и останется скрываться где-нибудь поблизости.


"Я полагаю, зная Крэнстона так, как знаю его я", - Денвуд старался говорить как можно более небрежным тоном, - "что он сможет держать шерифа в полном удовлетворении, но в неведении о реальных событиях, пока не придет время действовать. Есть только один вопрос, и только Крэнстон может ответить на него: примет ли он это задание?"


Глаза с надеждой обратились к Тени. Они увидели бесстрастное лицо Крэнстона Лайта с выражением, казалось, настоящего энтузиазма.


"Джентльмены", - последовал спокойный ответ, - "Я буду рад выполнить интригующую задачу, которую вы предлагаете".


Только Гарри Винсент, долгое время находившийся на службе у Тени, мог почувствовать насмешку, стоящую за этим принятием. Он был уверен, что Тень внутренне смеялась; позже, возможно, Гарри узнает почему.


В настоящее время только Тень знала!


ГЛАВА XVIII. ОБЩАЯ ЦЕЛЬ.


Они обедали в общественной ложе - Гарри, Кэррадон и Рандон. Лоис Мелвин была за их столом, потому что ее присутствие, естественно, ожидалось. По обоюдному согласию они посвятили девушку в свои тайны, настолько, чтобы обуздать ее любопытство.


Лоис можно было доверять в том, что она не проболтается, и она была не из тех, кто суетится из-за того, что кто-то рискует. Проблема заключалась в том, что Гарри должен был предвидеть. Вкратце проинформированная о том, что должно было произойти, Лоис захотела присоединиться.


Никакие доводы не убедили бы ее в обратном. Рандон вполголоса вспылил, а в глазах Лоис вспыхнул гнев.


"Скорпион был прав в одном", - сказала она ему. "Близнецы не гармонируют с Девой. Ты подстраиваешь факты под свои желания, Найлс; в то время как я хочу только то, что факты позволяют мне иметь."


"И как это применимо в данном случае?" - прорычал Рандон.


"Совершенно определенно", - твердо ответила Лоис. "Ты хочешь заманить Скорпиона в ловушку, и ты убедил своих друзей думать, что вы трое сможете это сделать".


"Это была идея Каррадона..."


"И твоя собственная тоже, Найлс", - перебила Лоис. "У тебя есть как хорошие стороны, так и недостатки. Ты щедр, даже чрезмерно, когда отдаешь должное другим. Но вы не придерживаетесь фактов. Вы трое - последние, кого следовало выбрать для этой работы ".


"Почему?"


"Потому что Скорпион обманул всех вас и в придачу захватил в плен. Каждый из вас продемонстрировал только одну способность - умение попадать в ловушку".


Глаза Рандона вспыхнули яростью. Кэррадон выглядел очень раздраженным. Но Гарри ослабил напряжение смешком, сказав остальным:


"Лоис права".


"Возможно", - сказал Рандон, вновь обретая спокойствие. "Но сегодня нас трое".


"Что не меняет дела, - сладко ответила Лоис. "Что тебе нужно, так это кого-то, кого Скорпион не сможет поймать".


"Ты сам, я полагаю".


"Вот именно!" - возразила Лоис. "Вспомни, и ты вспомнишь, что я единственный человек, которому удалось ускользнуть от группы Скорпиона. Уже почти стемнело", - она посмотрела в окно, - "так что я пойду и переоденусь в свой походный костюм. Встретимся в каноэ".


Она посмотрела на Гарри и Кэррадона, когда они выходили из столовой. Оба выглядели сомневающимися, но ни один из них не мог найти веской причины, почему девушке не следует сопровождать их. Казалось, что люди Девы были непобедимы, когда дело доходило до логических аргументов.


Рандон должен был подкинуть идею, если бы смог найти способ, и Рандон быстро соображал. Смеясь, Лоис сказала, что он демонстрирует изобретательность Близнецов; но она напомнила ему, что это спортивное предложение, которое также должно понравиться людям, рожденным под знаком Близнецов.


Рандон остановился у стола клерка, задерживаясь, наблюдая, как шериф Кирк входит в вестибюль и входит в телефонную будку. Он прошептал остальным:


"Это звонит Денвуд, просит Кирка приехать и поговорить с Крэнстоном".


"Что означает, что пора начинать", - проанализировала Лоис. "Я пойду наверх и переоденусь".


"Подожди!"


Рандон повернулся к клерку, попросил его передать колоду карт, которая лежала возле телефонного коммутатора. Подойдя к столу у лестницы, Рандон разложил колоду перед Лоис.


"Мы сделаем это спортивным предложением", - решил он. "Возьми любую карту, какую захочешь, и отнеси ее к себе в комнату. Если выпадет низкая карта, ты можешь надеть походный костюм и присоединиться к нам в каноэ ".


"А если она высокая?"


"Ты должна лечь в постель и оставаться там, в качестве урока тому, что Девы не должны вмешиваться в дела других людей".


Лоис подсчитала, затем спросила, как высоко поднялись младшие карты.


"Я буду щедр, как обычно", - признал Рандон. "Я дам тебе от двойки до восьмерки, что составляет больше половины пакета".


Лоис вытащила карту и, прижав ее к талии, начала подниматься по лестнице. Добравшись до своей комнаты, она начала переодеваться в походную одежду, уверенная, что удача ей улыбнется. В последний момент она перевернула карту лицевой стороной вверх.


Это был валет, старшая карта.


Лоис сердито швырнула открытку на пол, а вместе с ней и свой походный костюм. Вместо этого она взяла пижаму, закончила раздеваться и бросилась в постель. Она угрюмо решила, что люди ее знака не были хорошими неудачниками.


Она пожалела, что приняла это предложение. К этому времени каноэ уже отчалило, и в обычных условиях она бы забыла об этом. Вместо этого она могла бы пойти в местное кино, как это делали все остальные, судя по голосам и смеху, которые она слышала с пирса, и по темнеющей земле за окном.


Вместо этого она отправила себя спать на закате, вытянув не ту карту. Это было бы ужасным испытанием - часами лежать без сна, прислушиваясь ко всему веселому в Общественном центре. Но люди-Девы всегда соблюдали свои соглашения, точно так же, как они плакали над пролитым молоком.


Они тоже анализировали, как сказала Лоис, особенно когда им больше нечего было делать. Вскоре она начала задаваться вопросом, почему Рандон сказал ей отнести карточку наверх, прежде чем она на нее посмотрит. Остальные тоже должны были это увидеть, чтобы знать, стоит ли им ждать в каноэ.


Выбравшись из постели, Лоис надела тапочки и халат; позвонив портье, она попросила его прислать колоду карт, которую позаимствовал Рандон.


Прибыла колода. Закрыв дверь, Лоис рассмотрела карты при свете настольной лампы. Ее губы сжались от гнева. Это было именно то, чего она ожидала; Рандон зашел в своей изобретательности слишком далеко. Это была колода для игры в пинокль из сорока восьми карт; в ней не было карты ниже девятки!


Гости на веранде были внезапно потревожены дождем открыток, которые посыпались из окна второго этажа. Подхваченный пронизывающим ветерком, набор pinochle был разбросан по всей лужайке в знак отношения Лоис к нему.


Взбаламученная тем же бризом поверхность озера Калада катила волны к берегу Клермонта, замедляя продвижение каноэ.


Гарри и двое его спутников согласились держаться берега очень близко, и это было трудно, учитывая неспокойную воду, которая часто угрожала слишком рано выбросить их судно на берег.


Кэррадон ворчал по этому поводу, утверждая, что они, возможно, опоздали поймать Скорпиона, но Рандон успокоил его. Профессор не мог подойти к "Клермонту" при дневном свете; поэтому, в лучшем случае, он все еще был бы в пути.


По мнению Рандона, волны помогли делу. Для Крэнстона они стали бы оправданием держать лодки шерифа подальше от берега Клермонта.


Причалив к каноэ недалеко от пристани Клермонта, трое мужчин двинулись вдоль обсаженного деревьями фасада, ориентируясь по звездному свету, который сменил послесвечение над горами.


Убедившись, что здесь не было других лодок, они рассредоточились, прокладывая себе путь к бунгало далеко позади по пологому склону.


Здание выглядело очень маленьким с воды из-за окружавшего его обширного леса, но его раскинувшиеся очертания увеличивались с близкого расстояния. Очевидно, Клермонт строил с большим размахом, чем предполагало большинство людей; но никто из его соседей никогда не навещал его, чтобы узнать, на что похоже его жилище.


Сойдясь возле веранды, которая выступала из фасада бунгало, трое мужчин вели негромкий разговор.


Рандон указал на озеро, черное за колеблющимися деревьями, на маленькие огоньки, усеявшие воду.


"Лодки шерифа", - сказал он вполголоса. "Крэнстон держит их подальше".


Послышались отзвуки работающего мотора флотилии. Одна группа огней направилась вниз по озеру; вскоре за ней последовала другая. Рандон тихо усмехнулся.


"Он тоже дает им от ворот поворот", - сказал он. "Хороший трюк, заставить их бросить якорь у этого берега как бы случайно. Если Скорпион увидит эти огни, он не заподозрит беды. Они очень аккуратно редеют".


НА самом деле, Тень поддерживала движение лодок, к большому удивлению шерифа Кирка, который задавался вопросом, что было на уме у Крэнстона. У шерифа было много причин для недоумения, потому что его вообще не было ни в одной из моторных лодок.


Вместе с Крэнстоном шериф плыл в очень странном суденышке, которое покачивалось, как лодочка, на черных волнах. Эта штука была большой и круглой, как огромная автомобильная шина, а ее дно представляло собой не что иное, как тонкий слой резины.


Тень накачал эту резиновую лодку насосом, прикрепленным к мотору. Они с шерифом оставили несколько оставшихся лодок из флотилии, стоявшей на якоре, и плыли в направлении пристани Клермонта. Шериф отметил, что Крэнстон управлял судном с помощью короткого весла.


Он также заметил, что стенки резинового гнезда были простеганы, но не понял, что они состояли из отсеков. В этих потайных карманах хранилось обличье, которое предпочитала Тень, - черный плащ, шляпа и перчатки, которые могли сделать его невидимым, когда он достигнет берега.


Они добрались до причала. Резиновая лодка не издавала ни звука, когда скользила по земле. Единственным шумом был тихий шелест ветвей деревьев высоко вверху. Затем шериф вполголоса произнес:


"Скажите! Это док Клермонта. Сегодня появился старина. Он немного беспокоится о том, что люди им пользуются ".


"В таком случае, - последовало спокойное предложение Крэнстона, - мы можем сойти на берег".


Шериф сошел на берег и почесывал затылок, когда к нему присоединился Крэнстон.


"Клермонту бы это тоже не понравилось".


"Вероятно, он будет разгуливать где-то поблизости, шериф?"


"Не он", - возразил Кирк. "Свежий воздух отравляет это старое ископаемое. Он будет в своем бунгало, возможно, с зажженным камином".


"Если бунгало находится выше по склону, - решила Тень в неторопливой манере Крэнстона, - то это было бы как раз то место, с которого мы могли бы должным образом наблюдать за лодками".


"Но если Клермонт услышит нас..."


"Ты можешь сказать ему, почему мы здесь. Как шериф, ты обладаешь необходимыми полномочиями. Но если мы поднимемся осторожно, без огней, Клермонт нас не увидит и не услышит".


Шериф не был проинформирован об угрозах Клермонта в адрес посетителей этой ночью. Он просто считал Клермонта старым ворчуном, который прислушается к голосу разума после того, как скажет свое слово. Вместе с Крэнстоном, который тщательно прикрывал фонарик чем-то, что висело у него на руке, шериф направился к бунгало.


На полпути шериф резко остановился и схватил Крэнстона за руку, но не за ту, в которой был плащ.


"Слышишь это?" - прошептал он.


Тень услышал это - отдаленный лязг, закончившийся легким скрежетом. Он притворился, что не знает причины; так шериф объяснил это.


"Вдоль границы участка есть забор из штакетника. Кто-то перелезает через него, Крэнстон!"


Готовый отбросить осторожность, шериф вытащил пистолет и фонарик. Тень остановила его, шепнув предупреждение на ухо шерифу.


"Было бы лучше подойти к бунгало", - посоветовала Тень. "Я слышал, что Перси Клермонт ожидает посетителя этим вечером".


"Посетитель?" - раздался повторенный эхом шепот шерифа. "Кто бы это мог быть?"


Время уверток прошло. Посреди этой странной, шепчущей тьмы Тень произнесла два слова, которые сказали шерифу все, что ему было нужно. Достаточно, чтобы побудить шерифа к любым действиям, которые мог бы предложить Крэнстон.


Спокойные слова Тени были:


"Профессор Скорпион!"


ГЛАВА XIX. СЛЕД СМЕРТИ.


Трое мужчин в хижине услышали легкий лязг ограды. Рандон, всегда изобретательный, первым предложил план, который соответствовал ситуации.


"Мы должны перекрыть все двери", - сказал он остальным. "Тот из нас, кто увидит, как входит Скорпион, должен сообщить остальным. Вероятно, он выйдет тем же путем, каким входил".


Пробравшись на крыльцо, Рандон попробовал открыть входную дверь и прошептал остальным:


"Она заперта, но, возможно, у Скорпиона есть ключ. Я останусь здесь, пока ты выберешь другие места".


Сбоку Гарри и Кэррадон нашли еще одну дверь. Она была заперта, но Кэррадон прикрыл ее, в то время как Гарри прошел в тыл. Найдя заднюю дверь, агент Тени попробовал ее открыть и обнаружил, что она тоже была заперта.


Отступив назад, Гарри ждал. Прикинув расстояние до боковой ограды, он решил, что Скорпион очень скоро доберется до бунгало.


Затем изнутри дома Гарри услышал легкий скрип. Он решил, что они, должно быть, означают Клермонт, поскольку был уверен, что богатый отшельник был дома, хотя "авантюристы" не видели огней.


Скрипы распространялись устрашающе, почти как у одного из призраков Скорпиона. Гарри показалось, что он слышал их из двух разных помещений.


Возможно, это было его воображение. Было доказано, что люди, видевшие двух озерных чудовищ, видели одно и то же дважды, но были одурачены его скоростью. Также был спор о времени поимки Барклы; помощники шерифа утверждали, что заметили подпрыгивающего призрака возле одной стороны дома Грендейла, в то время как остальные наблюдали за Барклой с другой стороны.


Но насчет скрипов ошибки не было. На мгновение Гарри услышал оба аппарата одновременно; понял, что в доме, должно быть, двое мужчин. Вероятно, была четвертая дверь или удобное окно, через которое прокрался Скорпион. Профессор встречался с Перси Клермонтом.


Отойдя подальше, Гарри решил найти место входа и доложить Рандону и Каррадону. Не успел он пройти и дюжины шагов, как скрипы в помещении прекратились. Их заменили другие знаки. События, которые произошли с пугающей внезапностью.


Сквозь затененное окно пробился свет. В высоком голосе Клермонта внезапно послышалось хихиканье. Звуки потасовки, сопровождаемые тяжелым ударом дубинки, которая, должно быть, была тростью Клермонта.


Затем раздался торжествующий крик голосом, который Гарри знал слишком хорошо: тон профессора Скорпио!


В ответ на этот крик раздались два выстрела из револьвера, раздались дробные звуки, от которых, казалось, задрожала атмосфера. Прежде чем он смог добраться до двери, Гарри услышал треск другого барьера; затем ужасающий грохот, когда целое окно было вырвано из рамы.


Фигура быстро выскочила из-за стены дома. Гарри бросился за ней, крича остальным. Кэррадон покинул дверь, за которой наблюдал, и присоединился к погоне. Они услышали голос Рандона, задыхающийся, но громкий, из окна:


"Это Скорпион! Достань его!"


Двое других - шериф и Крэнстон - входили в парадную дверь. Услышав их, Рандон, пошатываясь, направился к ним и съежился. Он ткнул пальцем в сторону освещенной комнаты. Его слова были прерывистыми.


"Скорпион... зашел спереди!" Рандон судорожно сглотнул, прижал руку к разорванному воротнику.


"Я... Я последовал за ним. У него был ключ. Не стал бы набрасываться на него ... собирался забрать остальных... только он получил Клермонта. Там!"


Снаружи донеслись крики, свидетельствующие о том, что Гарри и Кэррадон все еще преследуют свою добычу. Внезапно Гарри закричал; дважды рявкнул пистолет. Вместе с эхом они могли слышать сердитое рычание Каррадона.


"Скорпион пошел в ту сторону", - задыхаясь, сказал Рандон, указывая на окно. "Может быть... может быть, они не смогли его поймать".


Шериф поколебался, посмотрел на Крэнстона.


"Ты присмотришь за Клермонтом", - сказала ему Тень, указывая на стонущую фигуру у стола в освещенной комнате.


"Я пойду по тропе".


ЭТО действительно был след. Вдоль коридора к окну лежало с полдюжины банкнот, все номиналом в тысячу долларов. Перепрыгивая через подоконник, Тень осветила его фонарик, когда он ударился о землю, и увидела еще больше денег, беспорядочно разбросанных впереди.


Одна трепещущая банкнота остановилась у дерева в двадцати ярдах от нас, но за этим местом направление изменилось.


Гарри и Кэррадон стояли у кромки воды с фонариками. С озера приближались лодки, рассредоточиваясь, чтобы контролировать берег. Полицейские услышали стрельбу; они восприняли это как сигнал от шерифа.


Тень остановился за окном и погасил свой фонарик. Его смех, низкий и понимающий, казалось, сливался с шепотом раскачиваемых ветром деревьев.


В освещенной комнате шериф склонился над распростертым телом Клермонта. Иссохший миллионер слабо таращился своими крошечными глазками, похожими на бусинки, сквозь толстые очки. Его длинная челюсть слабо дернулась. Шериф Кирк мог видеть похожие на когти движения длинных костлявых пальцев. Это был смертельный выпад.


Рандон вползал из холла. Слабым голосом он указал на умирающего мужчину. К нему вернулось дыхание, и Рандон смог сообщить подробности.


"Клермонт пытается рассказать вам, что произошло", - сказал Рандон. "Он пообещал эти деньги Скорпиону, но профессор слишком жаждал их получить. Клермонт замахнулся на него тростью..."


Сломанная трость лежала рядом со столом, на котором виднелась большая вмятина от удара, который Клермонт предназначил Скорпиону. Но не поэтому шериф Кирк жестом попросил Рандона замолчать. Случилось так, что Клермонту удалось заговорить.


Слова пришли с предсмертным кашлем; тон был настолько натянутым, что это было не более чем карканье.


"Он... выстрелил... в меня..."


Костлявая рука поднялась; она опустилась, ее дрожащий палец указывал вдоль пола в сторону двери.


Из горла Клермонта вырвался хрип, его последний.


"Да, Скорпион застрелил Клермонта", - кивнул Рандон. "С порога, как он и сказал. Он бы тоже застрелил меня, когда я набросился на него, только он убрал свой пистолет, чтобы забрать деньги. Однако он схватил меня за шею и швырял достаточно долго, чтобы я вылетел через окно. Он потерял часть денег, когда уходил."


Шериф стоял, глядя на тело Клермонта, заметил два пулевых отверстия, которые портили рубашку старика спереди. Он повернулся к Рандону, который потирал голову сбоку, бормоча, что ударился о стену, когда Скорпион отшвырнул его.


"Скорпион не дал бедняге ни единого шанса", - с горечью проворчал шериф. "Стрелял из дверного проема, вот так - почему дистанция была всего около шести футов!"


"Вот-вот", - начал Рандон, поворачиваясь к дверному проему, как и шериф. "Он был прямо там ..."


Рандон остановился, его рот и глаза были широко открыты, как у шерифа. Они были поражены даже больше, чем если бы увидели профессора Скорпио. Ибо на пороге стояла фигура; незнакомая, более таинственная, чем когда-либо был Скорпион, даже в своих индуистских одеждах.


Это была фигура в черном плаще; очертания ночи, вышедшей на свет. Странная фигура, о которой упоминали умирающие преступники и спасенные заключенные, но которую никто не видел более чем смутно. Это был боец, который так много сделал для подавления преступности на озере Калада.


Тень!


Не было никакой возможности идентифицировать его как Крэнстона. Воротник плаща был поднят, поля широкополой шляпы опущены настолько эффектно, что скрывали все черты лица одетого в черное борца с преступностью, за исключением горящих глаз.


Сферы, которые, казалось, горели жаждой мести, эти глаза обратились к фигуре на полу. В Перси Клермонте Тень увидела человека, который не должен был умирать; и все же странный, дрожащий смех, сорвавшийся с невидимых губ, был смехом удовлетворения.


Прикованные к месту, Рандон и шериф следили за Тенью глазами, как будто его приближающаяся фигура притягивала их взгляды. Он прошел между ними, приблизился к телу Клермонта и уставился на костлявое, высохшее лицо. Руки Тени были сложены на груди под плащом. Он вытянул руку, указывая тонким пальцем в перчатке.


"Эти очки, шериф", - произнесла Тень свистящим тоном, "отмечают Клермонта как человека с очень исключительным зрением".


Шериф Кирк стряхнул с себя оцепенение. Слышать, как это порождение тьмы обращается к нему так фамильярно, было так же удивительно, как встреча с настоящим призраком. Довольно оцепенев, Кирк приблизился к телу. Он обрел свой голос.


"Плохое зрение", - поправил он. Затем поспешно: "Не то чтобы я хотел спорить. Но очки толстые, как у лупы".


"Они не увеличивают", - сказала Тень. "Они уменьшают. Эти очки - часть маскировки".


Наклонившись, Тень сорвала очки. Глаза под стеклами расширились, как и их глазницы. Вместо крошечных бусин глаза были большими и сверкающими; их сила была очевидна, несмотря на смертельный блеск, который застилал их.


Глаза Клермонта тоже казались шире расставленными, когда он снял очки.


Шерифу было интересно, где он видел эти глаза раньше, когда он заметил, что рука Тени двигалась между лицом мертвеца и светом.


Рука остановилась, отбрасывая тень, которая скрывала длинную челюсть чернотой, которая внезапно напомнила шерифу бороду. Из горла Кирка вырвалось изумленное восклицание.


"Профессор Скорпион!"


Как раз в тот момент, когда шериф закричал, Тень развернулась. Другая его рука выскользнула из-под плаща, размахивая автоматом. Дуло оружия накрыло Рандона, когда парень прыгнул к двери.


Развернувшись в полную силу, Рандон замер.


Он наполовину выхватил револьвер; из пачки, которую он засунул глубоко под пальто, медленными порханиями сыпались тысячедолларовые купюры. Он был пойман с доказательствами преступления на себе, неспособный сделать еще один шаг.


Смех Тени сказал Рандону то, о чем он узнал слишком поздно: только один человек догадался о двойной личности профессора Скорпио и Перси Клермонта. Этим человеком была Тень. Поскольку Скорпион был и убийцей, и жертвой, по заявлению Рандона было ясно, что сам Рандон был главным исполнителем преступления.


Суперкрут, который руководил преступными схемами на озере Калада, Найлс Рандон, раскрыл всю свою игру, убив своего живого алиби, профессора Скорпио!


ГЛАВА XX. ПОСЛЕДНИЙ ПОЛЕТ.


УВЕРЕННО, тоном, который, казалось, пульсировал эхом из прошлого, Тень рассказывала правду о преступлениях Рандона, так ясно, что каждое слово доходило до шерифа Кирка. Рандон, преступник, стоял и слушал, в то время как деньги порхали, создавая небольшую горку богатства у его ног.


"Теперь, когда невиновность Скорпиона доказана, - заговорила Тень, - моей задачей было выбрать виновного среди других. Невиновность Скорпиона была доказана с самого начала. Факты говорили о том, что он не был убийцей Друри ".


Глаза Рандона на самом деле выпучились, когда он услышал откровение, которое доказывало раннее знание Тени.


"Умно с твоей стороны, Рандон, - заявила Тень, - добиваться смерти беспокойного мистера Крэнстона.


И умно, что ты добровольно пожертвовал жизнью Лоис Мелвин, девушки, которую, как ты утверждал, любил, чтобы укрепить свое собственное алиби."


"Но вы забыли еще одного пассажира на борту этого корабля: Эдварда Баркла. Вы знали, что Баркла был сообщником Скорпио; но вам не приходило в голову, что Баркла, по логике вещей, бросил бы Скорпио, если бы профессор попытался разбить самолет."


Это пришло в голову Рандону, когда он слушал; но идея пришла слишком поздно. Шериф понимающе хмыкнул, в котором слышался упрек самому себе. Он понял, что Скорпио никогда не смог бы удовлетворительно объяснить этот эпизод Баркле.


И профессор, и его звездный сообщник знали, что за этим стоял кто-то другой; по всей вероятности, они подозревали Рандона, но держали это при себе.


Были и другие, кто слышал осуждение Тени. Гарри Винсент и Говард Кэррадон появились в коридоре, ведя с собой Лоис Мелвин. Она была тем человеком, которого они преследовали возле бунгало. Ее походная одежда сформировала ее нынешний наряд; она была порвана во время перелезания через частоколы.


Слова Тени продолжали завораживать его слушателей. Вкратце, он прослеживал обстоятельства, которые показали, насколько простым было преступление, хотя и казалось сложным.


Скорпион был по уши в рэкете с привидениями. Он подкупил многих слуг, обманул многие дома ради своих услуг. Поступая таким образом, он сделал себя идеальной мишенью для интригана более умного, чем он сам: Найлза Рандона.


Занимаясь криминалом по-крупному, Рандон выкупил несколько самых способных инструментов Scorpio, чтобы работать с его скрытой командой. Он собрал таинственную лодку, чертежи которой были украдены у сумасшедшего изобретателя, чтобы обеспечить свой криминальный успех.


Тень раскрыла самую сильную часть игры Рандона. Это был его трюк - устраивать преступления только в те ночи, когда Скорпион давал показания. Рандон бросал подозрение на человека, который не мог предотвратить это, учитывая, что сам Скорпион занимался незаконным рэкетом!


Прежние ограбления были простыми. У Полы Лоди, где требовались быстрые действия, Рандон и еще несколько человек из его группы сняли драгоценности с актрисы, выбросив добычу через дверь веранды, пока все охотились за призраком.


Дерзкий поступок, но он сильно осложнил положение Скорпиона и Барклы. Чтобы скрыть свою игру, убегающие мошенники были вынуждены взять с собой Каррадона, потому что он видел озерное чудовище, укрытое в эллинге, и узнал в нем что-то вроде водного судна.


"Ты был готов к этому, Рандон", - обвинила Тень. "Даже твои собственные люди не знали, что ты был человеком, стоящим за преступлением. Некоторые из них, как Руфус, действительно верили, что работают на Скорпиона. Вы поощряли эту идею, используя гороскопы для отправки своих секретных сообщений.


"Они следовали за формой, когда похитили тебя возле твоей собственной каюты, потому что ты тоже видел таинственный корабль, хотя Лоис этого не видела. Но ты подумал обо всем, Рандон, - в зловещем смехе Тени прозвучала ирония, - даже о том, чтобы спрятать ключи в камерах под Индиан-Роком!"


ЭТО было то, что поразило Кэррадона и Гарри. Они поняли, что они, как товарищи по заключению, дали показания, что Рандон был с ними в ночь, когда были украдены акции Грендейла.


Это было ограбление, с которым мог справиться только Рандон, как внезапно понял Гарри. Тень пришел к этому событию, описав его как поединок умов между Скорпионом и Рандоном.


"Скорпион знал, что ты придумываешь алиби", - сказала Тень Рандону. "Чтобы все испортить, он сказал Баркле выдать себя за тебя в момент убийства. Если бы ты вернулся позже живым, это очень затруднило бы объяснение происходящего.


"Ты встретил этого человека, Рандон, придя лично. Ты был призраком, который вошел; ты знал комбинацию сейфа Грендейла, как и многие из его друзей, и ограбил его во время твоего краткого перерыва в исчезновении."


С порога Лоис не смогла подавить восклицание:


"Но я не думал, что призрак был Найлзом! Он не ответил на мой вопрос".


"Потому что он намеренно неумело выдавал себя". объяснила Тень. "Его люди уже захватили Барклу и были готовы бросить его под огонь пушек. Рандон хотел, чтобы Баркла взял всю вину на себя - что Баркла и сделал ".


В последних словах Тени была насмешка, говорящая о том, что он разгадал двойную игру. Гарри вспомнил разговор двух призраков той ночью возле "Грендейла". На самом деле их было двое, но один сбежал.


Рандон добрался до спрятанного скоростного катера, того самого, который привел ложную погоню в бухту, когда другие преследовали озерного монстра.


Тень перевела почти печальный взгляд на тело Скорпиона. Мертвец был негодяем; в какой-то мере он способствовал убийству, продолжая свою тайную дуэль с Рандоном. Смерть Скорпиона не была потерей для человечества; тем не менее, Скорпион заслуживал похвалы за схему, с помощью которой он позже способствовал поимке Рандона.


Пока Тень искал способ возложить всю вину на Рандона, Скорпион вернулся на озеро Калада в роли Перси Клермонта. Он действительно сбрил бороду, как, очевидно, часто делал раньше, чтобы нанести один из своих случайных визитов в Клермонт.


Скорпион принес деньги в качестве приманки для Рандона. Он был уверен, что Рандон не знал другой личности Клермонта. Только Тень догадался об этом; возможно, потому, что он никогда раньше не встречался с Клермонтом и ориентировался исключительно на Скорпиона. Маскировка была почти идеальной, ловушка превосходной.


Будучи Клермонтом, Скорпио ожидал, что Рандон ударит его тростью и разоблачит его как мошенника. Позже увядший мистер Клермонт мог бы вернуться как профессор Скорпио. Но Рандон выиграл физическую дуэль, нанеся точный удар, когда ему удалось наполовину увернуться от сильно замахнувшейся трости.


Именно Лоис выдвинула последнее обвинение, протиснувшись вперед в комнату. Ее ужас перед Рандоном перерос в негодование, особенно из-за того, что он втянул ее в финальную игру.


"Ты думал, что доберешься сюда раньше Скорпиона". - воскликнула девушка. "Ты хотел убить Клермонта и оставить ложный след. Но кто-то должен был рыскать поблизости, чтобы отвлечь остальных. Ты не привез бы меня в каноэ, но ты нашел способ заставить меня добраться по суше. Ты знал, что я разгадаю твою уловку и буду достаточно зол, чтобы отправиться в путь в одиночку!"


Наклонившись, девушка подобрала груду тысячедолларовых банкнот, которые рассыпались у ног Рандона. Она намеревалась передать их шерифу, затем выйти и подобрать те, что были в холле, плюс те, которые Рандон выбросил из окна, чтобы бриз мог продолжить ложный след.


ВИД денег, больше, чем обвинения, толкнул Рандона на отчаянный шаг. Схватив Лоис, он развернул девушку между собой и пистолетом Тени; бросился к двери, таща ее за собой. Его револьвер пропал; поэтому Гарри и Кэррадон попытались схватить его, Рандон вырвался.


На этот раз настоящий след оставила Лоис. Рандон заглушал ее крики, направляясь к озеру, но девушка позволила деньгам рассыпаться позади нее.


Приближаясь с фонариками, Гарри и Кэррадон заметили развевающиеся банкноты, когда они кричали помощникам шерифа, чтобы они увели Рандона и его заключенного.


Тень выбрала более короткий маршрут, через окно, разбитое ранее Рандоном. Он слышал, как Рандон пытался завести катер; послышались звуки борьбы, когда Лоис пыталась остановить его. Затем сильный всплеск, когда Лоис упала за борт. Рандон выбрал единственный способ освободиться от сопротивляющейся девушки.


Скоростной катер отчалил. Тень прыгнула на борт другого, и Гарри прыгнул вместе с ним. Они видели, как Лоис выбиралась обратно на берег; она кричала, что вернет деньги, если они разберутся с Рандоном. Погоня шла полным ходом, поскольку помощники шерифа добрались до других лодок и следовали примеру Тени.


Рандон направился туда, куда ожидала Тень, - к своей каюте. Добравшись до нее, он схватил свою винтовку и пачку патронов, найдя их в темноте. Затем на него упал круг фонариков. Пораженный Рандон чуть не выронил винтовку.


Все вокруг него было плодами прежних ограблений: облигации, картины, статуэтки, драгоценности и акции. Люди с фонарями были помощниками шерифа. Тень ранее отправила за ними целую лодку с инструкциями покопаться под хижиной и вытащить все, что они найдут. Они собрали всю добычу Рандона.


Снаружи прекратившийся шум скоростного катера сообщил о прибытии Тени. Дико размахивая винтовкой, Рандон вырвался из круга помощников шерифа. Каким-то образом сумев избежать их быстрого обстрела, он скрылся в глухом лесу.


На ходу он заряжал винтовку, потому что время от времени стрелял в них в ответ. Но они продолжали преследование, достаточно близко, чтобы постоянно идти по его следу.


След привел к шахте "Пионер". Рандон исчез из виду. Когда помощники шерифа догнали его, шериф был там, чтобы остановить их. Он присоединился к Гарри и Тени; трио прибыло сюда по воде.


Тень вела нас вниз, в шахту.


В самой глубокой яме мерцал свет. Там Рандон с помощью винтовки поднимал утопленный камень, который шериф и его люди когда-то проигнорировали. В своих отчаянных попытках Рандон повредил ствол винтовки.


"Его путь к пещере", - прошептала Тень шерифу. "Он, должно быть, держал этот большой камень незакрепленным, за исключением тех случаев, когда был с другой стороны; тогда он мог позволить ему осесть".


Шериф понял. Камень можно было легко поднять давлением снизу. Но Рандон вышел не этим путем, когда в последний раз пользовался своим потайным ходом. На самом деле, было маловероятно, что переход принесет ему какую-то пользу в данном случае.


Фактически помогая умирающей руке Руфуса, тогда, под скалой, Рандон взорвал большую часть прохода, чтобы перекрыть секретный маршрут, с помощью которого ему удалось остаться пленником и все еще быть на свободе.


Даже мошенники были одурачены этим обманом.


Руфус действительно думал, что цепь, за которую он ухватился, взорвет все пещерообразные глубины, поскольку сообщения Рандона своим инструментам утверждали, что это произойдет. В настоящее время Рандон, как и Руфус, делал ставку на безнадежное дело.


По крайней мере, так казалось, пока Рандон титаническим усилием не высвободил камень. Он откатил его в сторону и, извиваясь, спустился в полость. Они услышали, как он грохочет внизу. Затем вместе со светом появились его голова и плечи.


Луч его фонарика осветил другую руку. В ней был предмет в форме бомбы. Он искал его, а не выход. Помня, что пытался сделать Руфус, Рандон рассчитывал забрать Тень и других с собой в глубокую и вечную могилу. Но он не ожидал, что Тень появится так скоро.


Свет РАНДОНА очертил фигуру в черном плаще прежде, чем мошенник поднял округлый предмет в другой руке. В отчаянии Рандон попытался сделать свой бросок, но грохот выстрела остановил его. Казалось, он застыл в своей яме.


Отдачей Тень закружилась; он отбросил Гарри и шерифа назад по проходу. Раздался вой, когда раненое тело Рандона рухнуло вниз, а вместе с ним погас свет и бомба. После нескольких мгновений нескончаемого ожидания бегущие люди услышали мощный взрыв бомбы.


Выстрел Тени отозвался громким эхом. Этот выстрел фактически опередил воздух. Земля дрожала; массы руды рушились; стены старой шахты танцевали, когда Тень бросила своих спутников между ними.


Ограничив взрыв нижней ямой, Тень выиграла моменты, которые оказались жизненно важными. Опережая оглушительный, нарастающий рев, он и сопровождавшие его люди нырнули на землю, прежде чем подземная лавина смогла настичь их.


В результате взрыва была найдена только одна жертва - человек, ответственный за это. Найлс Рандон, лидер и единственный выживший из преступной группировки, закончил свою карьеру, разнеся себя на атомы и похоронив свои разбросанные останки под тоннами обломков камня.


Из внешней тьмы донесся дрожащий смех, который, казалось, подхватил отголоски взрыва и добавил нотку триумфа к их затихающему эху. Те, кто слышал его, узнали смех Тени.


Позже ветер утих, поверхность озера Калада была неподвижна. Воды преступления успокоились; но в их черноте отражались два мерцающих огонька, красный и зеленый, которые, казалось, скользили по огромным глубинам.


Сами огни были высоко вверху; они исходили от ночного самолета, направлявшегося в Лос-Анджелес. Среди пассажиров были двое, которые оглянулись, когда самолет накренился, чтобы в последний раз взглянуть на озеро Калада.


Ламонт Крэнстон и его друг Гарри Винсент закончили свою пьесу с Генри Денвудом. Они могли считать свою работу завершенной.


Какими бы черными ни были воды, они больше не таили преступлений. Зло ушло с озера Калада, изгнанное Тенью!


КОНЕЦ.