# 1991-й

Анна Сергеевна Пирус

1991-й Объявили Рождество не рабочим днём! ... В "Комсомольской правде" рисунки: Горбачев стоит перед пустыми прилавками магазина, а на них только - серп и молот. ... Самое сильное чувство сейчас во мне - страх. Я боюсь, что вот-вот начнется голод, потому что с прилавков исчезли даже плавленые сырки, рыба и вместо неё - одна морская капуста в банках. ...Выступал Ельцин, разъясняя: по сколько соток земли можно давать каждому желающему. ... Избран первый Президент России! И это - Борис Николаевич Ельцин. ... Президент издал и указ: приостановить деятельность компартии, а Обкомы распустить. ... А на прилавках совсем пусто! Только - для смеха что ли? - на одном из них лежат пачки сухой горчицы и какие-то приправы. ... И становится страшно: а что же будет после Нового года, когда цены совсем отпустят?

Самое сильное чувство во мне - страх. Боюсь, что вот-вот начнется голод, потому что с прилавков вослед за яичками исчезли даже плавленые сырки и раздали талоны на продукты. На грубой оберточной бумаге крупненько так отпечатаны месяцы: справа темно-синий январь, левее серый февраль и рядом весенний светло-зеленый март, а месячная норма на человека такова: масла растительного пол литра; 1 кг. мяса или 800 грамм колбасы (какой выбор!); сахара 1 кг.; крупы 1; макаронов 500 грамм; масла сливочного 30, а еще табачных - изделий, спичек 5 коробков, бутылку водки. Веселись, народ, если повезет выкупить все это в течение месяца! Когда в магазине подходит очередь, продавцы ножницами вырезают наименования выданных продуктов, а корешки расфасовывают по полулитровым банкам, обвязывая их марлечкой... как будто на анализ берут. Оставлено в талонах место и для продуктов, которые... может быть!.. впишут, - радостная перспектива, так сказать, - но вот уже 22, а 'мясопродуктов' в своем магазине я еще и в глаза не видела, спичек, риса - тоже. Удалось, правда, взять сигареты, - ведь теперь они вроде валюты, - выменяю их на что-нибудь. Рождество впервые объявили не рабочим днем! Перед праздником съездила к маме, отвезла ей 'вкусненького', все у нее там прибрала, постирала белье, поэтому на душе спокойно. А к своему столу открыла законсервированного еще в ноябре гуся, испекла торт, а тут Глеб приехал из Орла с апельсинами и прибылью, - продал там свитер, который вывязала, - так что хо-орошо так посидели! А потом смотрели телевизор, - пели прекрасные хоры, играли оркестры, у наших икон горели свечи и на душе было так благостно и светло! Вчера вечером мы всё бегали от телевизора к приемнику и обратно. Дело в том, что накануне в Литве резко повысили цены на продукты и люди, подхватив это как повод к освобождению от власти коммунистов и СССР, вышли на улицу, а наши власти ввели войска и теперь штурмом взято здание телецентра, много раненых, 13 человек убито, убили и нашего солдата, сформирован комитет защиты. А наши высшие военные начальники Язов и Пуго, отвечая на вопросы журналистов ('Почему ввели войска?') все твердили: мы защищали Конституцию... так, мол, хотел народ Литвы... мы защищали законы Союза! Президент Горбачев вначале молчал, а сегодня вечером и он стал обвинять Литву в экстремизме, в попрании законов. Платон полностью на стороне Литвы, а я ворчу: - Нельзя было литовцам доводить дело до кровопролития, надо было продолжать бороться парламентским путем. И сегодня подсунула ему статью литовского писателя Витаутаса Питкявичуса 'Исповедь отступника' (Он стоял у истоков 'Саюдиса' - союза борьбы за освобождение от зависимости СССР), в которой пишет: 'Руководство 'Саюдиса' захватили демагоги, они просто надсмеялись над сутью движения... без малейшего зазрения совести они растолкали основателей 'Саюдиса' и из покорных себе состряпали свою 'Независимость'. Так что, победил известный парадокс: готовят революцию интеллигенты, совершают фанатики, а плодами пользуются разношерстные проходимцы'. Так вот, дала Платону эту статью, а он и не стал ее читать. А напрасно. Думаю, что и с ним такое же будет. Всё заметнее зажимают СМИ. Еще хранит относительную независимость центральная газета 'Комсомольская правда', а 'Радио России' сослали с 'Маяка' на третью кнопку, чтоб меньше народу слушало; с телеэфира снова сняли 'Взгляд' и все острые передачи, а до и после программы 'Время' крутят советские фильмы. Тоска. Платон итожит: - Да-а... Пропадем мы, видать, под диктатурой. Ни-ичего не удалось сделать! Выступал Ельцин по 'Радио России': правительство Союза не дает свободы российскому парламенту... Горбачев повернул вспять и идет не с народом, а против него! И предложил ему уйти в отставку. Что началось!.. В тот же день по телевидению вместо 'Новостей' дали запись с сессии Верховного Совета, на которой, как и в былые времена, колхозница, рабочий и ветеран клеймили Ельцина: предает, де, интересы народа!.. призвать к ответу! Подписался под 'заклеймить и призвать' и наш депутат в Верховном Совете Сыроваткво, - 'хороший человек', как говорил о нем Платон. Тошно. Одна радость: живет еще 'Радио России', живет и всё твердит, что пока ни избавимся от этой нечисти, называемой КПСС, ничто не изменится. Молодцы ребята! Но сколько продержатся? А Ельцин уже ездит по городам, ходит по заводам, беседует с рабочими, агитируя целыми предприятиями выходить из Союзного подчинения и становиться подданными России, а рабочие советуют: поезжайте Вы, мол, скорее назад, в Москву, а то пока вы ездите, Вас спихнут. И впрямь! 23 февраля премьер министр Павлов вдруг объявил: за три дня население должно обменять пятидесятирублевые и сотенные купюры, а делается это, мол, для того, 'чтобы накрыть теневую экономику'. И понесли в банки директора магазинов огромные суммы, причем, если раньше выручка у них была, к примеру, до двухсот тысяч за день, то теперь обменивали миллионами. Чем торговали? Ведь в магазины почти пустые! А по 'Радио России' говорили: те, из-за кого устраивали эту реформу, свои денежки давно пристроили, так что накрыла эта реформа нас, а некоторые старушки из-за того, что Павлов решил 'накрыть теневую экономику' поплатились жизнью, - задавили их в очередях возле сберкасс вместе с их 'похоронными' сотенными. Повезло! Хоть и отстояла длиннющую очередь, но теперь мы с подсолнечным маслом, которого полагается нам в квартал по пятьсот грамм на душу. Кстати, на базаре оно в три раза дороже, но я все же купила бутылку, чтобы попробовать настоящего, свеженького. Вкуснятина-а! 28 марта, в день открытия очередного съезда народных депутатов России, вдруг вышел указ о запрещении в Москве митингов и демонстраций. Но Мосгорисполком во главе с демократом Поповым разрешил. Тогда Президент СССР указом вывел московскую милицию из-под подчинения Москвы, и тут же всю столицу запрудили танки, бэтээры, солдаты, милиция. Горбачев объяснил: это, мол, только для поддержания порядка, а когда началась прямая трансляция и мы всей семьей уселись у телевизора, то у меня по спине забегали мурашки, - депутаты-то начали выступать против этого оцепления, съезд проголосовал за вывод войск... и что теперь будет? Но вечером Горбачев все же согласился убрать 'охрану'. Слава Богу! В 'Комсомольской правде' рисунки: Горбачев стоит перед пустыми прилавками магазина, а на них только - серп и молот. Или: бежит голый мужик и, воздев руки, кричит: 'Свободен!', а за ним летят атрибуты социализма: опять же - серп и молот. И подобных рисунков много теперь в центральных газетах. Приходили к Платону 'предприимчивые мужички', как сам назвал их, создавшие 'сексуальную газетенку' (опять же - его), - хотят они, чтобы взял он ее в свои руки и сделал 'печатной продукцией для интеллектуалов', и даже обещали создать при ней и издательство, где можно будет издавать все, что Платон сочтет нужным. Заманчивое предложение... Но мой воитель побаивается: а вдруг обманут? - Знаешь, я так устала от твоей вечной неустроенности, - только и сказала, - что лучше будет, если пойдешь к Артюхову, когда ваш 'верховный совет' утвердит его редактором. - Ну да, вроде бы собираются, - согласился. - Артюхов уже предлагал мне стать заместителем. - И ухмыльнулся: - Но я отказался. - Чего ж ты? -опешила. - А-а, впрягаться... Может, я еще писать роман начну. Помолчала, а потом все же сказала: - Зря ты... Отдавать газету в чьи-то руки? Едва ли Артюхов найдет журналиста лучше, чем ты. - Пока ничего не ответил. - Конечно, быть заместителем сложней, чем просто журналистом, но надо же кому-то... И снова ничего не ответил. 17 марта - всесоюзный референдум: 'за' или 'против' Союза ССР; 'за' или 'против' избрания Президента России, а сегодня на Кургане Бессмертия собралось на всероссийский митинг в поддержку демократов аж около двух тысяч человек! Плакаты весело трепещут на весеннем ветру: 'Горбачеву - нет! Ельцину - да!', 'Кровь Литвы на совести Горбачева!', 'Ельцину отступать некуда, за ним - Россия!', 'Долой монополию КПСС!', 'КПСС - к ответу!'. Выступал и Платон, хрипловатым голосом почти кричал: советовать, мол, не будет, за что голосовать, но: - Вот недавно съездил я в Белоруссию и привез оттуда целую сумку колбасы и мяса, а что это значит? - надрывает голос. - А то, что когда малая республика сама управляется, без указок сверху, то и живет богаче. Вот если бы и Россия жила одна, а не в этом огромном и неуправляемом Союзе, то, наверное, и у нас стало бы не хуже, чем в Белоруссии. 'Схватил аплодисмент'. По телевизору решили нас повеселить, - показывают американское 'Мапет-шоу'. Мелькают забавные куклы, потешаются друг над другом, смеются, а я смотрю на их возню и думаю: Господи, как же все это нам чуждо! А еще всё чаще и чаще видим на экране другие страны, народы, и снова, глядя на 'те' лица грущу: вот здоровые, умеющие работать и радоваться жизни люди! И завидую им, и хочу подражать, но не получается, - то, через что прошли мы, и то, в чем живем, сделало наши души больными. И больными неизлечимо. Ну да ладно, мы - уже почти прошлое, а вот дети наши?.. Господи, помоги им! Платон ходил в воскресенье на митинг партийцев, - решили они, так сказать, 'сомкнуть ряды и сплоченной колонной ударить' по хлипким демократам. - Ну и как? - спросила. - Около двух тысяч собралось! Орали, доказывали своё, нападали на нас! Мы же лозунги наши принесли, так некоторые бабы бросались на них, чтобы вырвать, - засмеялся. - Хотел и я выступить, чтобы перевоспитать их немного, но куда там! Слова не дали сказать... как, впрочем, и другим СОИвцам. Сижу, штопаю носки Глебу и Платону и смотрю последнюю серию австралийского фильма 'Все реки текут'. Первую серию смотрела одна, но потом подсели и дети. Ни событий в этом фильме ярких, ни крутых изломов судьбы героев, - просто Он и Она перевозят что-то, плавая туда и сюда на своем суденышке 'Филадельфия'. - Вот такие фильмы нам сейчас и нужны, - изрекает вдруг мой сын. - Какие 'такие'? - не поняла. - А чтоб работа была у каждого и терпение. - И что б не было излишнего накала страстей, - добавила и дочка. Вот так... А мы... а нам коммунисты вбивали в головы: 'Надо жить для блага людей!', 'Надо бороться за счастье всего человечества!' И оказалось, что дети хотят просто терпеливо работать, а не бороться. После того, как прикрыли (совсем ли?) 'Взгляд' и все прямые передачи на ТВ, из-за 'бугра' по радио 'Свобода' сообщили, что с нового канала ТСН уволили всех журналистов-демократов. И вот в такой, 'закрытой' обстановке, будет проходить референдум. Кстати, вопрос об избрании президента России был включен только по упорному настоянию российского парламента и в вчера снова выступал по радио Ельцин с пояснениями: все желающие должны получить землю обязательно до пятнадцатого апреля, чтобы можно было успеть что-то посадить; сколько соток можно давать каждому; если, мол, партократия будет препятствовать, то с ними будем разбираться по закону. Говорил и о референдуме, объясняя позицию российского парламента: если, мол, проголосуют люди 'за' российского президента, то он, конечно, выдвинет свою кандидатуру, но будет и альтернативная, - много, мол, людей в государстве, которые достойны этого, - и голосовать на этот раз будет весь народ, а не так, как при выборе союзного президента Горбачева. А у нас, на телевидении, рассказывал о референдуме депутат от области в Верховном Совете Сыроватков - 'хороший человек', и один из шести, кто подписался против Ельцина. Прилавки в магазинах совсем пусты. Правда, есть еще зеленые консервированные помидоры, щи в банках и только турецкий чай. Почему турецкий?.. А потому, что в газете промелькнула информация, что он, мол, отравлен и, значит, можно выбросить его народу, - китайский-то и цейлонский наши благодетели сами разопьют. Но появились в магазинах дорогие торты, лимонад. Чудо! А через два дня заживем мы еще и по новым ценам, так что, отстояв длиннющую очередь за хлебом, купив дорогой торт и попивая турецкий чай, будем ждать: а что они нам принесут, новые-то цены? Итак: сегодня 9 апреля и у нас - новые цены. 'Всё по новому, да по новому, а когда же по-хорошему'? (Народная поговорка). Иду в магазин... Ура! Появились кое-какие продукты, но цены!.. Подскочили аж в два-три раза! Но зато вчера российское телевидение вышло с передачей, в которой участвовали и демократы, и коммунисты, - круглый стол, так сказать. И такого еще никогда не бывало, чтоб вот так, разные по убеждениям люди, - да в прямом эфире!.. А сегодня Ельцин на сессии Верховного Совета предложил создать такой же 'стол' и в правительстве. Чудо! Свершилось! С 16 апреля Платон работает во вновь созданной демократической газете 'Новые известия', и редактор - Валерий Степанович Артюхов. Смотрела на своего наконец-то востребованного!.. журналиста из окна, когда шел к дому, что напротив, - пока там разместилась их редакция, - и думала: неужто идет на службу, которая станет для него последней? До этого-то сколько ж мест сменил! Прямо - муж-шатун. Да, съезд депутатов России не только не 'сожрал' Ельцина, как надеялись коммуняки, но и проголосовал 'за' наделение его дополнительными полномочиями, когда тот попросил об этом в связи с чрезвычайным положением. И еще на этом же съезде назначили выборы президента России на июнь, так что теперь ждем: а что ж предпримет Ельцин за этот срок? Подтвердил Горбачев и постановление российского парламента о наделении всех желающих землей, но, похоже, колхозы против этого. Сегодня Платон ходил в Горисполком бороться за то, чтобы землю давали всем горожанам и поближе к Городу. В марте Михаил Сергеевич Горбачев издавал указ 'о запрещении митингов и демонстраций в Москве', но, похоже, что этот указ докатился и до периферии, - впервые не было у нас первого мая демонстрации! Правда, 'демонстрировали' себя коммунисты возле памятника 'вождя всемирного пролетариата товарища Ленина', - горланили, размахивали знаменами, но их праздник так и не вылился во всенародные ликование. Этот говорливый и обаятельный Артюхов... Вчера был у нас, и они с Платоном мечтали о том, какой станет их газета, какие книги будут выходить при ней, а потом пели мы под гитару. Голос-то у Валерия Степановича хороший, но до чего громкий! В 'застойные времена' работал он в Обкоме партии. - Грызся со всеми первыми секретарями: и с Построченковым, и с Сизенковым, и с Погожиным... Наверное, так и было, - публикации свои против коммунистов пишет эмоционально, 'со знанием материала', а в статье 'Наш пострел везде поспел' разбирал партаппарат по косточкам зло и ехидно. Мы - землевладельцы. Мне, как ветерану труда, дали аж пять соток земли, так что теперь не буду с завистью смотреть на те обкомовские дачи, что мелькают за окном троллейбуса, когда подъезжаю к телецентру. Дождалась: сегодня и мы с детьми идем к своему клочку земли. День пасмурный, но тихий и теплый. Бредем меж участков и ищем мой, долгожданный. Дети ворчат: лучше б, мол, дома остались! А мне... ах, как же отрадно видеть и эту даль с перелесками, и рощу, что напротив, и дачников, копающихся в земле. Ну, вот и он, мой двести тридцать четвертый! Подошли, остановились... И даже дети стояли возле и улыбались. Правда, вскорости ушли домой, а мы с Платоном до самого вечера сажали картошку, фасоль и мой митингующий демократ с какой-то удивительной охотой копал, скородил, размечал грядки. А потом сидели тут же, на траве, ели бутерброды с яичницей, пили чай из термоса... А рядом, через дорогу, свежо и ярко зеленела березовая рощица и пел-заливался жаворонок. Хорошо-то как было! Когда шли домой вдоль озимых, любовались уже цветущей земляникой, слушали соловья, а за рощицей садилось солнце, белые стволы берёз светились перламутром и Платон вдруг изрек: - Какой же хороший день мы сегодня прожили! У меня такое ощущение, словно отличную статью написал. А может, и не будет голода? В магазинах появились печенья в пачках, копченая мойва, молоко, сметана, замелькали плавленые сырки да и конфеты есть 'в свободной продаже', правда только 'сосульные', но все ж... И похож весь этот 'набор продуктов питания' на передачки, которые обычно носят в больницы. А, впрочем, ведь и мы теперь - под 'шоковой терапией', как пишут в газетах. И снова Платон приводил Артюхова. И снова радостно было смотреть на них, - открытых, возбужденных, смелых: еще бы, они одержали очередную победу! Ведь на сессии Горсовета первый секретарь Обкома Построченков хотел разнести их газету в пух и прах за то, что она 'не защищает интересы Партии', и чиновники, конечно, его поддержали бы единогласно, но Платон схитрил: - Если газета станет партийным органом, то часть подписчиков отойдет к 'Новому времени' Сомина. Устраивает вас такое? Нет? Ну, тогда... Это и остепенило партийцев, а Артюхов теперь всё повторял: 'Ну, спасибо, Платон Борисыч, спасибо. Выручил! А то я думал: всё, прикроют газету!' Показывали пресс-конференцию кандидатов в Президенты России. Аж шестеро набралось! Зрелище было непривычное и особенно был ярок Жириновский. - Здесь вопросы задавать буду я, а не пресса! - горячился. А когда из 'Независимой газеты' его спросили: не считает ли он, что идеология его партии фашистская, то он и вовсе потребовал, чтобы того журналиста вывели из зала, иначе он уйдет. Сегодня же смотрели Бориса Ельцина. Браво, Ельцин! Конкретен, обаятелен, открыт и верю ему до конца. Жванецкий, самый умный наш сатирик, как-то говорил: да, Ельцин доказал за короткий срок, что он - человек дела, что он единственный по-настоящему русский среди всех шести кандидатов. А между тем в селах коммунисты обхаживают баб и мужиков, подкупая комбикормами и сахарным песком, чтобы голосовали за Рыжкова... за этого 'плачущего большевика', как его называют в прессе. Засадили мы наш клочок земли всем, чем успели, а раз засадили, надо поливать. Вот и ходит теперь Платон за водой по красивому березовому логу к поселку, и за двадцать минут приносит два ведра. Вчера упросила сына пойти с нами. Пошел, но всю дорогу канючил. Наконец, не выдержала: - Как тебе не стыдно! Сам бы предложил пойти с нами, помочь, а ты... Замолчал... А тут как раз тучка налетела, дождь пошел. Да сильный, косой! Выхватили мы клеёнки из рюкзака, натянули на спины, присели на межу. Гнулись на ветру березки, на меже дождь косил ярко-зеленый пырей, отмывались под сверкающим струями наши красивые дали, а я, любуясь ими, почти пела: Жить недолго молодым, скоро срок догонит, неразменным золотым покачусь в ладони. Потемнят меня ветра, дождиком окатит, а она... щедра, щедра! Надолго ли хватит? Потом снова засверкало всё под солнцем, сын ушел домой, а я ходила босиком по дороге и вычерпывала из луж воду, сливала в бачок... про запас, а когда чуть подсохло, высаживали с Платоном во влажную землю фасоль, рыхлили землю под яблонькой... А над нами пели-заливались жаворонки, и от их звеняще-радостных трелей как же благостно было вокруг!.. и на душе. Итак, сегодня, 12 июня 1991 года избран первый Президент России, и это - Борис Николаевич Ельцин. А избрали его вопреки воплям коммунистов, - он, де, один из главарей итальянской мафии! - а когда не пришел на 'круглый стол' ЦТ, то как же все пятеро претендентов поливали его грязью! Скоро наш первый Президент будет давать клятву перед российским парламентом, а пока... Пока отменил талоны на конфеты, яички, макароны, ячневую крупу, стиральные порошки. А коммунисты окрысились теперь и на Горбачева, а главное их обвинение: он, де, хочет развалить Союз, затеяв подписание в Ново-Огарево договора между республиками! Может, поэтому 'Вести' вчера закатили ему панегирик: Горбачев, де, буфер между коммунистами и демократами, о он безусловно гениальная личность хотя бы потому, что разрушил монополию партии. Вечером хор Союза архитекторов Москвы вдоль и поперек 'размазывал' коммунистов, Ленина, Маркса, идеи революции... Слушали мы, смеялись... и всё не верилось, что дожили до ТАКОГО! Пресса и телевидение опять пугают: голод!.. обязательно зимой будет голод! Ведь снова исчезли плавленые сырки, рыба и вместо нее - одна морская капуста в банках и сахарный песок, а водку выдают только по спискам и процедуру надо пройти такую: приходишь в магазин, регистрируешь свой талон, потом продавщицы выискивают твою фамилию в списке, ты расписываешься и только после этого идешь, получаешь. Но до сих пор я еще не отоварилась ею, а она - 'жидкая валюта'. К примеру: навоз на огород мужик привез нам за две бутылки, перевезти картошку с участка до дома будет стоить одну. А на рынке эта 'валюта' стоит в три раза дороже, так что надо почаще забегать в магазин, чтобы 'ухватить' ее. 16 августа из 'Вестей' узнали, что скоро будем жить не в СССР, а в ССГ - Союзе суверенных государств, но что это изменит в нашей жизни, - ни слова. Купила шесть пластмассовых канистриков по два с половиной литра каждый, а они очень хорошо втискиваются в наш большой рюкзак, и теперь, когда нужно что-либо полить, идем с ними, по пути в ручье набираем воды и по логу, через березнячёк, спешим к нашему участку. Вчера было жарища до самого вечера, но когда жара спала, как же не хотелось уходить! Упросила Платона еще раз сходить за водой, а сама с соседнего луга поднатаскала сена, настелила его в центре участка, а потом лежала и смотрела на белёсые облака... Может, счастье в том и есть, чтобы выращивать картошку и иногда вот так лежать на сене и любоваться облаками? Уже выкатывалась полная луна, когда по полевой дороге, по теплой земле, босиком, шли через ложок меж березок, а они в закатном солнце были такими объемными, перламутровыми! Потом из ручья Платон черпал воду чистую, прохладную, топтались в траве, отмывая ею ноги, и затемно, в наползающем из низины тумане, под огромной жёлтой луной, входили в заброшенный сад, через деревья которого уже мелькали огни троллейбусов. Платон вбегает в зал: - Переворот в стране! И снова - на кухню, к приемнику, из которого уже неслись призывы новой власти и нового президента СССР Янаяева. (Переворот ГКЧПистов 19 августа.) Повеяло холодом, стало сжиматься сердце... а потом и вовсе накрыл страх: что если сразу аресты начнутся? Включаю телевизор. И там призывы!.. Диктор закончил читать, смотрит мне в глаза и я читаю в них вопрос: ну, что, мол, делать будем? А потом на экране 'поплыли лебеди', - как всегда, во дни похорон очередного нашего правителя, начали показывать балет 'Лебединое озеро'. Платон уходит на работу. На всякий случай крещу его, прощаемся. Через час звоню в 'Новые известия' - никто не отвечает. Что, уже забрали? А еще через полчаса стучат в дверь. Дочка подкрадывается к глазку, смотрит, а я за ее спиной сжимаюсь от страха: - Кто? - Какой-то десантник. Все! Пришли и за сыном! Хорошо, что он в Карачеве! Нет, все равно не откроем! И снова дочка звонит в редакцию: - Где папа? Отвечает журналист Новиков: - В Облисполкоме. Вместе с Артюховым. Неужели вызвали туда, чтобы сразу двоих арестовать? Мечемся с дочкой по квартире: может, поехать в Карачев, предупредить Глеба? Хотя бы на неделю спрятать! И она уже собирается, уходит, предварительно выглянув в форточку: не дежурят ли десантники возле дома? Хватаю коротковолновый приемник, нахожу 'Свободу', - утром-то оттуда только и сообщили, что в Москве путч, а вот сейчас идет беседа с юристом Афанасьевым... И только в половине первого позвонил, наконец, Артюхов и сказал, что Платон все еще в Облисполкоме на заседании Президиума. Отлегло от сердца. А через час он пришел и рассказал: убеждал, мол, участников заседания не подчиняться решениям путчистов и осудить их, но Президиум не вынес такого решения... но и не одобрил, а жителей области призвал хранить спокойствие. Рассказал всё это, пообедал и снова ушел, но часа в четыре опять забежал: ездил к Фетисову готовить к печати призыв Ельцина с согласия Артюхова, - решился все же тот дать его в утренней газете. Молодец Валентин Степанович! А путчисты уже издали указ о закрытии шестидесяти газет и радиостанции 'Эхо Москвы', в остальных же намерены посадить цензоров. Успеет ли проскочить в 'Новых известиях' призыв Ельцина? И утром, в семь часов, Платон побежал в киоск. Ура! Все же вышла их газета с призывом против путчистов! И только тут понемногу начал отпускать страх: значит, что-то у новой власти не сработало, раз не начали закручивать гайки сразу. Но вечером... Если в дневных 'Новостях' еще были репортажи о событиях в Москве, - народ вокруг танков у Дома Советов, - то теперь программа 'Время' была еще 'та'! И стало опять зябко. Ну, а в среду, в три часа дня, при очень плохом приеме 'Свободы', все же расслышала: 'Только что поступило радостное сообщение: путчисты прорываются в лимузинах в аэропорт Шереметьево'. Господи, слава тебе! Вечером прибежал Платон, схватил кусок сала, бутылку водки: - Отметим победу в редакции! А по телевизору уже шла трансляция Чрезвычайной сессии Верховного Совета. 2010-й Краткая хроника тех событий: 19-е августа. Арест Горбачева на даче в Фаросе и объявление по радио и ТВ, что Президент болен и теперь временным президентом становится Янаев. В Москву вводятся войска. Ельцин дает пресс-конференцию против ГКЧП, а к обеду, с танка, выступает на площади и объявляет флагом России триколор. Люди начинают строить баррикады. Бурбулис выступает по радио с обращением к войскам, чтобы танки вернулись в свои части, но перед рассветом двадцать первого, сопротивляясь их передвижению, трое парней попадают под гусеницы. Волнение усиливается, на площади уже более двухсот тысяч. Собирается Парламент, Ельцин критикует Горбачева и объявляет о приостановке деятельности Российской компартии. 1991-й Наконец-то у нас в стране нет Центрального Комитета партии! Выступил Михаил Сергеевич Горбачев и, сложив с себя обязанности главы этого коммунистического органа, распустил его. И произошло это 24 августа. Теперь Сомин у нас не работает, - сумел все же создать свою собственную газету, - и называется она 'Новое время'. В первом номере на первой странице - портреты его и команды, под ними - кредо каждого журналиста, и пишут о СПИДе в области, о Чернобыльской беде, о том, как партаппаратчики распределяют машины между собой. Такая степень правды и у нас? Появился рекламный плакат газеты у гостиницы: 'Читайте первую независимую газету 'Новое время!' Но провисел только один день. Сорвали. Прихожу домой. Платон протягивает газету: - Вот, почитай... 'Новое время'. И читаю после ужина: на первой странице заголовки 'Школа самоубийц в Городе', 'Забастовка в колонии', а чуть ниже - фотография покосившейся избы 'Хижина тети Маши' и текст под ней: живет, мол, старушка с дочкой и внучкой вот в такой развалюшке, которая и зиму едва ли простоит. И еще: хроника, письма в редакцию, реклама, 'дайджест' и дальше: 'Тот, кто с верой по жизни шагает' - о том, какие и кому переданы за последнее время церкви и 'Как уничтожали Свенский монастырь'. Да, темы необычны, смелы для советского человека. - Все же молодцы они... независимые журналисты! - кричу Платону в другую комнату. - Набирают силу. Ничего не ответил мой... всё же зависимый журналист. Зачастую не хватает сил душевных смотреть телевизор, - мрак бес-про-свет-ный! Думаешь: ну вот, путч раздавили и теперь повернём к лучшему; ну вот, пройдет очередная сессия ВС и что-то изменится; ну вот, договор республик о новом экономическом объединении подпишут и... Ан, ничего не меняется! Несется к пропасти экономика, вылупляющихся фермеров давят колхозы, а 'на местах' у руководства по-прежнему те, кто приветствовал путчистов. Да понимаю я, понимаю: где же взять новых, демократичных и умных людей, если годы революции и социализма выкосили генофонд России? И все же... И еще часто думаю: а, может, прав Китай, что начал с экономики, а не с идеологии? А потом: но это ж Китай! Там люди еще не разучились работать, а мы... А мы и не хотели уметь... на помещиков-то? Зато болтать - хлебом не корми. Максим Горький правильно понял душу русского человека: не главное для нас деньги, а надо еще чего-то! Поэтому и устраивали купцы дебоши, спивались, спускали свои состояния. Вон, Савва Морозов... меценат, промышленник, а ведь тоже тосковал, метался, пока не застрелился... или застрелили? Господи, неужели это - в каждом из нас? А если так, то никогда не догнать нам ни японцев, ни американцев. Зараза лени и тоски, - как в сказке: 'Пойди туда, сам не знаю куда, принеси то, сам не знаю, что', - у нас в крови. Но как же хочу ошибиться в этом! Мы вырыли свою картошку! Утром было пасмурно, холодно, а потом еще и дождь заморосил, но когда пришли на участок, перестал. Начали копать, - задул ветерок, потом солнышко засверкало и так здорово работалось! Так что привезли мы нашу родненькую домой на 'Рафике', за бутылку водки с шиком, и вчера весь день сушили во дворе. Сушили и радовались: своя картошечка-то!.. не помрём с голоду! Платон пришел на обед, сидит и ест щи: - Ходят среди журналистов слухи, что в дни путча в КГБ список на аресты демократов составлялся, - проглотил, пригладил усы. - И как ты думаешь: с чьей помощью? - Нет, не знаю 'с чьей'. - А с помощью коллег из 'Рабочего', и самого главного из них - редактора этого 'коммунистического органа' Кузнецова, который никогда и не скрывал, что он - гэбист. - Ну что ж, впервой им, что ль? Лозунг 'Кто не с нами, тот против нас' кто первым провозгласил? Нет, он не помнит, но что 'не впервой', так это, точно, и рассказал: в день путча в начале десятого к их редакции подъезжал автобус с задернутыми занавесками, долго стоял возле входа, никто из него не вышел и журналисты предположили, что автобус этот - из КГБ... за ними, мол, и только ждёт команды сверху. Но её не последовало и он часа через два уехал. Может, так оно и было. Радовались: в магазинах-то костюмы появились, пальто, брюки! Ан, нет: снова на витринах только сумочки из клеенки, дешевая бижутерия, расчески и прочая мелочь, а из ювелирного исчезают украшения даже из полудрагоценных камней. И это значит: люди вкладывают деньги, напуганные - в который раз! - тем, что 'отпускают, размораживают цены'. Стало хуже и с продуктами, появились объявления о нормах отпуска. Роятся люди и у булочных, потому что 'в руки дают' только по буханке хлеба да по два рожка... а в Карачеве уже недели три хлеб привозят к готовой очереди, как в послевоенные годы. Поддалась и я панике: запаслась подсолнечным маслом - аж десять литров купила на базаре! - и пятью килограммами сала. Надолго ли хватит? Но все же спокойней на душе. А из других республик... или уже государств?.. в Россию потянулись граждане бывшего Союза. Дело в том, что в каждом 'суверенном' скоро появится своя валюта, а куда девать рубли? Вот и едут к нам, и скупают на рубли всё, что еще осталось, ну а если ничего не находят, то кладут в сберкассы. В Ставропольском крае - вчера информация по 'Маяку' прошла, - столько кавказцев понаехало покупать сертификаты на миллионы рублей!.. И в очереди за ними стоят по месяцу. Правда, Россия пробует кое-как защищаться и на границе с Прибалтикой установили таможенные посты, но все это похоже на беспомощный вскрик. А Иосифу Сталину (которого вынесли из мавзолея и захоронили под Кремлевской стеной еще при Никите Хрущеве в октябре шестьдесят первого) несут и несут охапками цветы. А Ленина в мавзолее день и ночь охраняют 'свои люди', так что хотя головы 'руководящей и направляющей' уже давно в могилах, но сама она еще жива! И только ждет своего часа. 2010-й В тот год за весну Виктор и мама заработали кое-что на парниках и я посоветовала им положить эти деньги на сберкнижку, но мама все сопротивлялась: - Не-е, не верю государству! Обязательно какую-нибудь чертовшыну выдумують, чтоб надуть. Что, поможить оно таким-то, как я? Да никогда! Но все же вскоре перестраивающееся государство 'изыскало средства', чтобы помочь таким, разуверившимся в нём, как мама, - стали выплачивать минимальную пенсию. Конечно, прожить на нее было невозможно, но на хлеб и подсолнечное масло хватало. Во всяком случае, я никогда не слышала от мамы: вот, мол, мало платят, - наверное, для нее было важнее другое: государство признало и ее своим равноправным членом и, поверив ему, все деньги, что скопила 'про черный день', положила на сберкнижку. Но в период 'размораживания цен' началась 'галопирующая инфляция', магазины стремительно стали опустошаться, и я все уговаривала ее: - Мама, сними деньги! Хоть что-нибудь на них купите. Пропадут же! Нет, брат только посмеивался, а она смотрела на меня как-то странно и молчала. И те три тысячи, которые они доверили государству, - а на них тогда можно было купить пять холодильников, которые еще оставались в карачевском магазине, - вскоре полетели в пучину 'развивающихся рыночных отношений'. Но странно: не слышала я от мамы упреков в адрес Ельцина, Гайдара, а как-то даже сказала: 'Ну что ж, стерпим и это... Только б коммунисты не вернулися!' 1991-й Теперь Платон все чаще и чаще ворчит на Артюхова: - Нет, ни-ичего с ним не поделаешь! Как привык в Обкоме ничего не делать, а только болтать, так и теперь, в газете... А дело в том, что редакция сэкономила сто тонн бумаги. Ну и прекрасно! Почему бы не издать хорошие книги? Ан, нет, Валерий Степанович хочет отказаться от неё в пользу поэта Поскова, - то-то уже 'перестроился' и, пользуясь появившейся относительной свободой, издает бульварные книжонки. Вот мой муж и ведет наступление на своего редактора, чтобы и им издать что-либо при своих 'Новых известиях', - о чем, кстати, мечтал и Артюхов при открытии газеты, - пишет ему объяснительные 'бумаги': 'Он же привык верить только бумагам!' И уламывает своего редактора уже недели две, но удастся ли? Сомневаюсь. И снова обсуждают условия Союзного договора руководители государств. А мне иногда думается: а кто ж теперь будет подписывать этот Союзный договор? Ельцин или Горбачев? Ведь их противостояние явно и именно Российский президент грозит руководителям: 'Если не подпишите договор, то в ближайшее время будете валютой расплачиваться с Россией за нефть и электричество!' А между тем и в самой России хотят отделиться в суверенные республики буряты, татары, ингуши... Ох, и что будет дальше? Уже две недели мой сын-студент в колхозе 'наполняет закрома Родины'. Хотели их оставить еще недели на две, но он взбаламутил студентов и они уехали. - Вот исключат тебя из института, - квохтаю. - Не исключат, - успокаивает, - другие группы тоже уехали. А вчера ездил он в Орел на толкучку продавать туфли, которые купил по-дешевке. И продал!.. Продал и тринадцать пар колготок, которые с Галей еще летом перекрасили в черный цвет и попробовали 'торгануть', но тогда купили только одну пару, а вот теперь: - Прямо размели! - сидит на диване и подсчитывает выручку. Так что мои детки с 'наваром'. Рады, конечно, а я... Пусть привыкают крутиться. Если все же Россия 'станет на рельсы рыночной экономики', то предпринимательство - их будущее. Поистине сегодня, 13 октября, знаменательный день! Ельцин подписал указ об учреждении дня памяти жертв политических репрессий. Сколько их было? Мы еще не знаем. Но по телевизору все чаще упоминают о расстрелянных и погибших в лагерях по приговору 'троек'. И будут ли памятники им? Но пока единственный 'воздвиг' Александр Исаевич Солженицын, выброшенный из страны и всё еще живущий в Америке, написав 'Архипелаг ГУЛАГ'. 2010-й И до сих пор еще точно не знают: сколько их было, погибших в годы репрессий? Но на 2010-й год - около 27 миллионов. И в том числе - 5 (или 8?.. еще считают) раскулаченных и высланных в Сибирь крестьянских семей, в которых две трети были старики и дети. 1991-й Как-то на прошлой неделе приняла на работе такой звонок: 'Передайте Жучкову, что мы не смогли оставить ему Пастернака, а вот Розанова... Так что если хочет, то пусть приезжает и забирает'. И выяснилось: поступило в магазин несколько экземпляров двухтомника Бориса Пастернака, но все пошли по спискам Обкома, а вот Розанов партийцев не заинтересовал и поэтому... Рассказала своему коллеге Павловскому, а он: - Ох, болваны! Хватают книги, а ведь все равно читать не будут! Тут же сидел редактор Андрей Ануфриев и, гру-устно так улыбнувшись, произнес: - И самое страшное, что и раньше травили, не издавали ни Ахматову, ни Цветаеву, ни Пастернака, а теперь хотя и издают, но все равно прячут у себя. Все правда... А я воспользовалась возможностью и попросила Жукова: если, мол, Вам не нужен Розанов, возьмите для меня. Чудо! Наконец-то издали хотя бы одного русского философа, так что если не 'спрятанного по спискам' не возьмёт и Жучков, то будем читать. 2010-й Что-то вроде справки. Национализация книг большевиками началась еще с двадцать первого года. Тогда разоренному государству потребовались деньги и издали указ, по которому частному лицу разрешалось иметь не более 500 книг, а остальные надо было сдать. Таким образом, только в 23-м году в Питере было конфисковано и продано за границу по дешевке (один доллар за книгу) 5 миллионов книг. А в 28-м государство вообще монополизировало распродажу ценностей, в том числе и книг, Политбюро снова издало указ: создаваемые 'тройки' имели право приходить в музеи, библиотеки и реквизировать самые ценные книги, которые опять же по дешевке продавались за рубеж, - за один 28 год за границу было продано 4 миллиона книг. И такая распродажа продолжалась вплоть до 34 года, ну а потом... Потом 'в свободной продаже' появлялись Горький, Маяковский, Бабаевский и прочие авторы, которые 'правдиво освещали завоевания революции', а такие как Ахматова, Волошин, Брюсов, Ходасевич, Олеша, Бабель, Пастернак, которого когда-то, на съезде писателей, первый секретарь комсомола страны Семичасный клеймил: 'Пастернак - паршивая овца! Мы не можем дышать с ним одним воздухом. Даже свинья не гадит на том месте, на котором ест, а Пастернак... Вон его из страны!' В общем те, кто 'клеветал', иногда тоже издавались, но малыми тиражами и распределялись меж своими, 'партийными товарищами'. Но всё же какая-то часть подобной литературы проскальзывала в магазины, и вот как же радостно было найти вдруг эти редкие книги! И еще в Клубе Промкооперации по субботам собирались книголюбы и обменивались тем, что смогли достать, а как-то из Москвы привез мне Платон томик Максимилиана Волошина, заплатив за него пятую часть своей зарплаты. 1991-й Сегодня, 6 ноября года вышел Указ Ельцина 'О запрещении деятельности КПСС и Компартии РСФСР на территории Российской Федерации'. 'Великая и направляющая' перестанет существовать? Нет, не укладывается в голове! Неужели Партия, сумевшая победить в кровавой Гражданской войне, провести страшную коллективизацию, уничтожив крестьян, организовать 'голодомор', унесший миллионы жизней молча, не сопротивляясь, уйти из власти?! Страшно. А вдруг восстанут верные бойцы 'за благо народное', которые обещали, что 'как один умрём в борьбе за это'? Сходили на огород, поработали там в последний раз а этом сезоне с 'приятцей'. Пришли, выпили по рюмке водки за окончание полевых работ, закусили сальцем с горчичкой, овощной икрой, помидорчиками, огурчиками... - И все овощи - со своего огорода! - радовался Платон. А сегодня, в день 'великого праздника Октября', пошел он на Площадь Ленина 'посмотреть на коммуняк' и что-то уж очень скоро возвратился. - Ну, жена, - слышу прямо с порога, - говори Богу спасибо, что муж живым вернулся, - раздевается, вешает пальто. - Видать собрались коммуняки, разъярённые указом Ельцина об их запрещении... Как полезли на меня, как замахали руками! Да в глаза растопыренными пальцами тычут, в плечо толкают! Кричу им: 'Что ж вы это делаете! Что ж вы это... как уголовники какие?' А они... - Давно не видела таким своего воителя! - И ведь стоял, ни слова не говорил, а узнали, - расшнуровывает ботинки, ставит под вешалку. - Не думал, что так популярен среди этой гнили. И пришлось мне в этот 'светлый праздник' поднести ему в утешение стопку водки, чтобы сошла в его душу благодать прощения. Вопреки коммунистам, которых в Верховном совете большинство, Ельцин назначил при премьере правительства Силаеве вице-премьером Егора Гайдара. Что мы знаем о нём? В газетах пишут: он - коммунист, возглавляет институт экономической политики, изучал реформы в других странах. Настораживает, конечно, что опять - коммунист, но ведь и среди них были умные люди, так что остается только надеяться: свои знания реализует мудро. Ни пера, ни пуха, вице-премьер! В 'Новых известиях' Артюхов напечатал свою статью 'Миллион за предательство' сразу после того, как 'Рабочий' открестился от своего учредителя Обкома КПСС сразу же, на другой день, как только его закрыли и здание опечатали. Свершилось! И вот стоит теперь наш 'белый дом' тихий и безлюдный, с темными провалами окон... но все еще под красным флагом, и не верится: неужели такая силища сдалась?! Уничтожить столько миллионов жизней, чтобы утвердиться во власти и сдать ее без боя?! Нежданно-негаданно заявился Володин... Мрачный, осунувшийся. - Чего такой? - спросила. Махнул рукой, прошел на кухню. Но когда выпили за убиенных революцией, ожил и стал прежним Володиным. Ну, как же! Говорили-то о том, что в стране делается. И говорили громко, крикливо, забывая о еде, а когда наспорились, как раз начался концерт Бориса Штоколова и все перебрались на диван, слушали, блаженствовали... Ну и все, ну и хватит бы! Такой отрадной, казалось бы, встреча получилась! Ан нет, снова заспорили о путях России, о программе возрождения '500 дней'... - Ну что ты понимаешь в ней! - горячился Платон. - Будет она работать, не будет? Ты же не экономист, не практик. Обиделся: - Но имею же я право рассуждать... - Но ты же в газеты пишешь, а это - большая разница, - прижал его Платон к борту. В общем, опять завелись. А утром Платон говорит мне: - Неприятно мне что-то от вчерашних разговоров... - Что неприятно? - не поняла. - А то неприятно, что все эти наши споры... как политический онанизм. - Да-а, - согласилась... и так же думаю сейчас. Володин считает себя правым рассуждать о мерах правительства в экономике, о путях развития России, а вот Лев Гумилев - смотрела вчера его интервью по телевизору, - который в тысячу раз образованнее и умнее нас, даже и не пытается этого делать. 'Это - вопросы не моей компетенции', - ответил, когда журналисты спросили об этом. И все же не Горбачев, а Ельцин собрал президентов Украины, Белоруссии и они подписали договор о Содружестве Независимых Государств. Валюта на этих территориях должна остаться единой, границы - тоже, да и реформы начнут осуществлять вместе, так что 8 декабря сего, 91 года, в Беловежской пуще 'Союз нерушимый республик свободных' перестал существовать и 'де-юре'. Но Президент СССР Горбачев заявил: не правомерно, мол, это Беловежское соглашение!.. зря затеяли! А как мы к этому факту относимся? А так: перестал существовать Союз, так перестал... 'Баба с возу - коню легче'. Россия и без республик необъятна... может, меньше добра российского и денег будет уплывать в другие республики и нам больше достанется? Принёс мне вчера Жучков томик Василия Васильевича Розанова, и сегодня прочитала: 'Русское хвастовство, прикинувшееся добродетелью, и русская лень, собравшаяся 'перевернуть мир' - это и есть русская революция'. Господи! Ну, почему именно России было суждено попробовать осуществить эту 'изнурительную мечту'? Запад грозится не иметь с нами никаких дел хотя бы потому, что не ясно: кто ж будет теперь отдавать долги? Одна Россия? И за весь Союз?.. Вот и пытается Михаил Сергеевич Горбачев хотя бы из-за этого 'сгруить', как говорит мама, оставшиеся республики в Союз, а они, имея право на независимость, прописанное в Конституции СССР, кричат: мы теперь независимые... мы теперь не отдадим ракеты, оружие... мы выпустим свои деньги... создадим свои армии! И уже в Чечено-Ингушетии Дудаев, бывший летчик, объявил себя президентом и российское правительство заявило: это, мол, незаконно! А он незаконными - действия России. Тогда послали туда самолеты с внутренними войсками, а Дудаев - опять: они, де, уже окружены нашими войсками и мы оставим их у себя. И вот теперь на границе с Краснодаром чеченцы нападают на казаков, захватывают их в заложники, уводят скот. А тут еще Ельцин и новый премьер Гайдар пообещали 'отпустить, разморозить цены, начать приватизацию' и, значит, партийные коршуны, близко сидящие у 'пирога' России, начнут расклёвывать страну по кусочкам. И кажется мне, что от всего этого полетят демократы в пропасть, - назвал же экс-премьер Силаев новое правительство 'правительством камикадзе'! Мороженую мойву расхватывают в очередь, стремительно растут цены на базаре... И становится страшно: а что же будет после Нового года, когда цены разморозят? Но ладно, пусть размораживают, пусть отпускают, - им виднее! - но не сожрут ли эти отпущенные и мороженую мойву? Высказала свои страхи Платону, а он заверил: - Не сожрут... Появятся продукты, непременно появятся. И откуда такая уверенность? Но дай-то Бог! 25 декабря по телевидению выступил Михаил Сергеевич Горбачев и сложил с себя полномочия расползшегося по швам Союза. Жалко, конечно жалко Михаил Сергеевича! Но что ж делать? Думаю, что СССР распался бы и без Беловежского соглашения, ибо невозможно удержать республики, почуявшие свободу и по законам СССР имеющие право выхода из него, невозможно вернуть их назад в стойло, как ни уговаривай их Михаил Сергеич. 2010-й По каналу 'Культура' в передаче 'Что делать' участвовал Горбачёв и на вопрос ведущего Третьякова: 'Возможно ли было при распаде Союза сохранить хотя бы 'малый' Союз из славянских республик России, Украины и Белоруссии', Михаил Сергеевич ответил: да, такая возможность была, но Ельцин пошел на разрыв с ним, стал мстить ему, ('Он мстительный был! Я его знаю!'), и он, мол, до сих пор жалеет, что в свое время защитил его, не выгнав из ЦК КПСС. А вечером прочитала у Василия Васильевича Розанова: 'У русских нет сознания своих предков и нет сознания своего потомства... От этого - наш нигилизм: 'до нас ничего важного не было'. И нигилизм наш постоянно радикален: 'мы построим все сначала'. И еще: 'Как раковая опухоль растет и все прорывает собою, все разрушает, - и сосет силы организма, и нет сил остановить её, - так и социализм. Это - изнурительная мечта, неосуществимая, безнадежная, но которая вбирает в себя все живые силы. Она завораживает несчастных и тащит на виселицу, - именно мечта о счастье, а не работа для счастья.... Государства основаны на терпении, а революции - на энтузиазме. Воображать легче, чем работать: вот происхождение социализма (по крайней мере, ленивого русского социализма)'. 1991-й Накануне Нового года всё кружил и кружил снежок, к вечеру подморозило. Со двора Платон принёс несколько еловых веток, дочка поставила их в напольную вазу, повесила игрушки, и получилось даже красиво! Теперь дети накрывают на стол, а я сижу в уголке дивана, пишу эти строки и мне не хочется даже пошевелиться! - устала от хлопотни на кухне. Да, все же здорово, что за полтора месяца до Нового года удалось-таки кое-чего натаскать, - даже перед голодной Россией неудобно! Вчера-то захожу в магазин, а на прилавках - ни-хре-на! Совсем пусто, только - для смеха что ли? - на одном лежат пачки сухой горчицы, еще какие-то приправы да мороженое фруктовое, - на десерт? Ближе к полуночи выпили за прошедший год, встретили Новый. Наш старенький телевизор работал хорошо и шел совсем неплохой концерт. Ну, что еще человеку надо? Да и утро вспыхнуло за окном с чистым, еще не истоптанным снежком. С час бродила по деревенским улочкам Макаронки с моим черным котом Найсом за пазухой. 'Жизнь прекрасна!' Кажется, так называется итальянский о-отличный фильм.

------------------------------------------------------------------------

Дорогой читатель!

Приглашаю Вас на свой сайт, где кроме текстов, есть много моих фото пейзажей. Веб-адрес для поисковых систем - - http://galinasafonova-pirus.ru


'Как мы ПЕРЕСТРОЙКА-вались' (1987-2000 годы) можно скачать на samlib.ru.