Холод Ольга : другие произведения.

Ледяное пламя. Искать и не найти. Черновик

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


Оценка: 8.81*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Итак последнее обновление в этом файле. Работу над черновиком я обрезаю на концовке предпоследней главы. По мере вычитки и большого количества исправлений и дополнений книга будет выкладываться в файле "Чистовик." по главам. В процессе изменения возможны сильные доработки сюжета и появление новых, ранее не заявленных, сцен. Не исключаю совершенно координальных перемен по ходу действия. Последняя глава и эпилог будут выложены после корректировки. Все приятного прочтения

  Пролог.
  Пламя в камине негромко потрескивало, стараясь не мешать разговору двух людей в небольшом, но довольно уютном зале.
  - Какая милая пара, не правда ли?- усмехнулась девушка, саркастически изогнув идеальную бровь.
  - Ты слишком завистлива, - одернул ее собеседник. - Когда же ты подавишься своей желчью?!
  Девушка проигнорировала замечание в свою сторону и с довольной улыбкой откинулась на спинку кожаного кресла, изящно покачивая ножкой.
  Между двумя креслами парил в воздухе стеклянный шар, от которого не отрывали взгляда оба спорщика. В шаре клубился синеватый дым, в завихреньях которого угадывались силуэты людей.
  Мужчина встряхнул головой, на миг оторвавшись от созерцания кристалла, оглядывая тяжелым взглядом темно карих глаз невинное личико девушки.
  -Что ты вновь задумала, Мириам? Я не позволю тебе вновь ломать чью-то жизнь! Смертные не виноваты в том, что тебе постоянно скучно.
  - Не твоё дело, Зарун! - фыркнула она, брезгливо сморщив носик. - Да и с каких пор ты заступаешься за этих людишек. Или забыл, как пару веков назад сам от скуки утопил целый остров?!
  -Это была вынужденная мера, они угрожали нашему благополучию, или ты забыла, что собой представляли атланты?
  Девушка закатила, аккуратно подведенные глазки.
  - А что тебе помешала уничтожить всех еще в Гипербареи? Я тебе говорила они много шума наделают, а что ответил ты: "Пусть живут, от пары выживших вреда не будет!" Ты ведь сам один из...
  - Ты забываешься Мириам! - возразил мужчина, но как то неуверенно. Слова богини покоробили его и заставили задуматься. На какое-то время в комнате воцарилась тишина, во время которой оба вновь вернулись к созерцанию магического шара.
  - И что ты хочешь с ними сделать? - спустя какое-то время поинтересовался Зарун.
  -Хочу проверить одну догадку...
  Изящная женская ручка совершила замысловатое движение в воздухе, и туман в шаре сгустился, принимая форму и обретая объем.
  - Мы же не можем позволить этой милашке поломать себе жизнь, связавшись с ненадежным индивидом. К тому же у меня уже пару веков в Ферине бедлам, нужно встряхнуть его, а то никак руки не доходят. Ты как, зайчик, со мной?
  - Зря ты это затеяла, - вздохнул мужчина, разглядывая в шаре невысокую девушку, старательно натягивающую белое борцовское кимоно. - Она не справится, я пас.
  - У-у-у, какой ты скучный, ну не справится, значит умрет, что такого-то... - Мириам осеклась и прикрыла рот ладошкой, поняв что перегнула палку. Она подняла глаза на мужчину и вздрогнула, поймав взгляд, бешено спокойный, но от этого еще более опасный.
  - Значит умрет? - переспросил мужчина и лицо его будто окаменело. - Значит ты так ценишь жизнь наших подопечных... Хорошо! - внезапно согласился Зарун и на губах его заиграла ослепительная улыбка, черты лица смягчились. Он даже откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.
  -Что? - не веря своему счастью переспросила девушка и подалась вперед, во все глаза рассматривая мужчину, будто он только что открыл новый элемент таблицы Менделеева. - Ты не шутишь? Ты согласен?
  - Конечно, - бог пожал плечами. - Не вижу причин, почему бы нам не поразвлечься, но... - он в миг напрягся. - играть будем по моим правилам.
  Девушка закусила губу, что-то подсчитывая в уме, но вот ее лицо озарилось улыбкой, и она кивнула. Зарун расслабился и протянул Мириам руку.
  - Договор? - спросил он.
  - Договор, - ответила она, пожав друг другу руки. Внезапно громыхнуло за окном.
  - Игра началась...
  
  1 глава.
  - Люлечка.
  От внезапного окрика я вздрогнула, тем самым уронив несколько верхних поленьев, которые несла в руках. Но промолчала.
  - Лялечка! - более настойчиво прозвучало со спины. Голос был приторно сладкий, аж зубы свело.
  "Не посмеют подойти," - подумала я, аккуратно сложив дрова возле крыльца на траву, и не спеша обернулась.
  Возле не высокого, и уже порядком покосившегося от времени забора стояли двое парней. Крупное телосложение, высокие, широкоплечие, одинаково белобрысые и неровно стриженные, в пестрых холщевых рубашках и такого же материала брюках, подпоясанных куском веревки - они представляли давно опостылевший дуэт известных лоботрясов, которые задирали всех и вся, но недавно они изменили своему принципу и с завидной регулярностью осаждали меня везде, где бы мне не встретили. Наверно именно по этой причине я редко выходила за пределы своих небольших владений. Да и владения мои ограничивались старенькой избушкой, маленьким палисадником, да парой фруктовых деревьев весьма непрезентабельного вида, но исправно плодоносивших, что меня бесконечно радовало. Жила я на отшибе, по - этому ни с кем особо не общалась, да и о чём я могла с ними говорить. Никого в деревне я не знала, кроме тётки молочницы, у которой периодически покупала молоко и творог, обменивая на них засолки, которые та очень любила, или нянчась с её потомством, когда ей это было нужно. Тётушка Ферия была единственная, кто не боялась меня.
  - Лия! - гаркнули громче, на этот раз без всякого пафоса. Я поморщилась и, бегло осмотрев посетителей, стала подбирать оброненные поленья, складывая их к остальным.
  - Ну, что за неприветливая бабёнка! Мы к ней можно сказать со всей душой, а она нос воротит! - вещал один из них во всю глотку.
  - Пущай воротит, со спины то оно поинтересней разглядывать. Оба глумливо заржали.
  "Чтоб вы гланды простудили, олухи," - хмуро подумала я, вновь поднимая дрова и поднимаясь по ступеням в дом.
  - Эй, а ну вернись! Мы еще все как следует не рассмотрели!
  - Уходите,- тихо ответила я. - Идите своей дорогой, мне и без вас проблем хватает.
  - Не хамила бы ты нам! Мы ведь и обидеться можем... - с угрозой произнес один из них.
  Я в это время поднялась на крыльцо и подцепила носком край не запертой двери и потянула на себя. Дверь скрипнула, а за моей спиной послышались хруст и грохот. Я бросила взгляд через плечо и вздрогнула. Одним пинком раскрыв калитку, от чего та рухнула о земь, ко мне бульдозером нёсся Гурл. Сын кузнеца всегда отличался дурными манерами и прославился излишней вспыльчивостью на всю округу. Когда его отцу предъявляли очередную претензию по поводу его потомка, тот только отшучивался и говорил, мол, что с него взять, взрывной характер от того, что он с огнем работает. Как характер связан с профессией, я не имела ни малейшего понятия, с учетом, что сам кузнец был спокоен как танк.
  -Я научу себя уважать, дрянь!
  - Стой, Гурл!- вслед за ним бежал его подпевала, хватая друга за руки и пытаясь остановить, но все безрезультатно.
  Парень несся на всех парах с налитыми кровью глазами. Я вскрикнула и отшатнулась, но уперлась в стену дома, отгородив себя от взбесившегося парня стопкой поленьев. Гурл в два прыжка оказался рядом со мной и отшвырнул дрова, которыми я закрывалась, в лицо дыхнули перегаром, и ароматом давно нечищеных зуб:
  - Что, теперь не такая смелая? Язык прикусила?- он гаденько хмыкнул.
  Я нервно сглотнула, и молила Бога, чтобы кто-нибудь оттащил от меня этого пьянчугу. Внутри меня закручивалась ледяная спираль страха, и это отнюдь не метафора. Легкая поземка покрыла часть стены, на которую я опиралась и поползла дальше, расширяясь. Я в ужасе почувствовала холод под лопатками и еще сильнее прижалась к стене, закрыв глаза.
  - Больше не тянет припираться?! А?! - вопил он, брызгая слюной.
  -Гурл, жабий сын!? Так вот где ты шляешься, сосунок! - Раздался остервенелый, немного истеричный голос за спиной сына кузнеца. Он вздрогнул и отшатнулся от меня.
  -Матушка,- проблеял он заискивающе, медленно поворачиваясь. Рядом с крыльцом стояла дородная женщина. Рукава серого платья закатаны почти по локоть, край подола заправлен за пояс. Тумбообразная фигура, опухшее раскрасневшееся от быстрой ходьбы лицо и почти заплывшие карие глаза. Что ж, помощь явилась весьма специфическая, в лице мачехи Гурла. Возле заборчика скромно топтался Фолт, второй детина, и тот самый подпевала. Видимо это он сбегал за Тариты, когда сам не смог справится с товарищем. Гурл видимо тоже это понял и злобно косил одним глазом на дружка, в то же время старательно изображая покорного ягненка перед своей Маман. Тарита резка схватила Гурла за ухо и потащила прочь от моего дома попутно ругаясь и причитая на все лады:
  - Сколько раз говорила не связываться с этой швалью! Как можно! Еще и напился, охломон! Она же дрянь позорная, а вдруг тебя кто с ней рядом увидел, ох и сраму бы было на всю деревню! Чего поперся к ней, кобель проклятый! Эка невесте твоей расскажу, что Матренка с тобой сделает?!
  Вопли и стенания Тариты становились все тише, а моё состояние все хуже. Я отлепилась от стены и на негнущихся ногах поплелась в дом. Как только за мной закрылась дверь, я сползла на пол, обхватила себя руками и зарыдала. В помещении резко похолодало, мельчайшие капли влаги начали замерзать, формируя небольшие кристаллики льда. Они неподвижно висели в воздухе, поблескивая гранями в лучах солнца, проникающих с улицы через открытое окно.
  -Почему? Почему я?! - раздался душераздирающий вопль, и льдинки как по команде начали свой танец. Ледяной град сплошной стеной окутал меня, рыдающую под защитой стихии, мной же созданной. Звук, похожий на вой раненого зверя заполнил все пространство, когда кристаллы достигли максимальной скорости. Приоткрытые ставни окон ходили ходуном, посуда попадала со стола, лавку отнесло к стене, дорожка, лежащая на полу, взмыла под потолок. А я все плакала, выплескивая в этот буран весь свой гнев, всю печаль, всю безысходность и страх.
  Когда силы стали покидать меня, а в душе поселилась пустота, мой ледяной кокон осыпался мелким крошевом. Я сжалась в комок на полу, мелко дрожа.
  - Мамочка, - прошептала я всхлипнув, - Папа, - еще тише. - Где вы, почему вас нет? Я одна, опять одна...
  
  Тёмноэльфийская столица - Нэром.
  Двое дроу шли по коридору, оживленно переговариваясь. Во дворце было сумрачно, поэтому к стене крепились магические огни, разгорающиеся, при приближении любого живого существа и гаснущие после ухода. Один из фонариков затрепетал и загорелся ярче, впуская в круг света двоих мужчин. Они остановились, каждый думая о своем. Белые, почти седые волосы, заостренные уши и темно серая кожа, являлись отличительной чертой их расы, были и более другие, но скрытые, не заметные глазу, такие как сила, выносливость, огромный магический потенциал. Но на этом их сходство заканчивалось. Один из них был выше и явно старше. С первого взгляда возраст эльфа нельзя определить, но сетка мелких морщин, вокруг глаз, цепкий и уверенный взгляд выдавали в нем немалую мудрость и жизненный опыт. Слегка сутулые плечи - будто его клонил к земле груз прожитых лет. Усталые, но не утратившие грации хищника движения. Всё это наводила на мысли о многих десятилетиях, а может и столетиях, которые видел этот эльф. Он потер переносицу, на мгновения прикрыв глаза, а потом вздохнул и обратился к молодому дроу:
  - Есть улучшения?
  Парнишка, а это было заметно, по резки нетерпеливым шажкам с ноги на ногу, по нахмуренному и озадаченному выражению лица, выдающим полнейшую неспособность к контролю над эмоциями. Все его мысли были крупными буквами написаны на лбу.
  - Мы...не...
  -Веди меня к Барелду,- перебил его старший.
  Парнишка изумленно распахнул глаза, отчего его зрачки вытянулись в тонкую линию.
  -Тебя же Барелд послал за мной? - усмехнулся Эльф, отчего еще четче стали видны морщинки вокруг глаз. Паренёк кивнул и, развернувшись, зашагал к боковой лестнице, изредка оборачиваясь, чтобы убедится, что его спутник следует за ним.
  Как только парень отвернулся, добродушное выражение сошло с лица Шалуа, как старая ненужная маска. Он хмурился, следуя за дроу, и все думал, думал и думал. Неужели Алагосу стало еще хуже. Уже несколько лет состояние его племянника оставляло желать лучшего.
   После очередного, возглавляемого им похода, Алагос вернулся сам не свой, но на это никто вначале не обратил внимания. "Капитан просто устал, ему нужно побыть одному," - твердили его солдаты, когда кто-то из их товарищей поднимал тему странностей начальства.
  Но чем больше времени проходило, тем больше ухудшалось состояние Алагоса. Он закрылся в своих покоях, ни с кем не общался, замкнулся в себе, стал отказываться от еды и целыми днями сидел у окна молча смотря в небо. Шалуа несколько раз пытался вывести племянника из этого состояния, устраивал балы, объявлял охоты и разные развлечения. Во время прихода родственника дроу оживал, поддерживал разговор и даже иногда улыбался, они обсуждали предстоящие мероприятия и он заверял дядю, что обязательно придет, и они повеселятся. Алагос и вправду посетил несколько балов и охоту, но вел он себя необычно замкнуто. Если с ним говорили, он отвечал, но если к нему никто не подходил, он стоял на одном месте, уставившись в одну точку. Спустя несколько месяцев Шалуа забил тревогу и отправил к племяннику лекарей и придворного мага. Тот повел себя более чем не обычно - Лагос впал в бешенство, он покалечил лекарей, уничтожил почти всю мебель в комнате и разрушил стену.
  Его Величество король Шалуа, а это именно о нем идет речь, как о венценосном дяде и опекуне Алагоса, прибыл на место происшествия, когда королевский маг уже успел обезвредить впавшего в ярость дроу, погрузив его в магический сон. Обследование спящего эльфа привело к неутешительным выводам - эльф уже несколько месяцев медленно сходил с ума. Тут же было проведено расследование, с целью установить причину случившегося. Но все сослуживцы только недоуменно пожимали плечами, ведь за последний год не произошло ничего такого, что могла нарушить душевного равновесия Алагоса. Королем овладела огромная печаль, ведь сумасшествие для эльфа это хуже смерти. Психические расстройства у этой расы затрагивают и магический аспект жизни, а главное уничтожает личность дроу, их воспоминания, и как следствия и саму душу. Лечение и вмешательство магов ни к чему не привели, Алагоса уже ничто не могло спасти. От некогда могучего воина, безупречного полководца и искусного чародея осталась лишь пустая безжизненная оболочка. Шалуа не мог даже помыслить о том, чтобы убить дроу, ведь у этой оболочки так или иначе было лицо его, погибшего давно брата, сам юноша был напоминанием о нем. Убить Алагоса, значило убить память о брате. Душевно больного эльфа поместили в отдельные покои, кормили, мыли, одевали и укладывали спать. Мужчина был ко всему безразличен и выполнял все, что ему говорили. Король иногда навещал его и говорил с ним, но в основном это был монолог, с бессловесной куклой. Каждый раз, уходя из покоев больного, король испытывал почти физическую боль, но все же раз за разом приходил, чтобы увидеть, поговорить. Надежда, надежда на чудо заставляла раз за разом всматриваться в мутные глаза, надеясь увидеть в нем знакомую давно, насмешку над глупым старым дядей...
  - Ваше Величество...- вывел из задумчивости голос того самого паренька - проводника. - Мы пришли.
  Король вздохнул и расправил плечи, кивнув мальченке. Тот поклонился и открыл дверь.
  Шалуа вошел в покои и тут же закашлялся, так как комната была заполнена дымом. "Дымом?"- удивился дроу, взмахнув рукой и произнеся несколько шипящих слов на древнеэльфийском. Дым рассеялся и перед королем предстала ужасная картина. Все, что находилось в комнате было сожжено дотла, посреди этой сплошной груды пепла стоял, качаясь из стороны в сторону Алагос, а возле стены сидели слегка подкопченные, но невредимые, королевский маг - Барелд и одна из служанок. Вокруг погорельцев потрескивал защитный экран, видимо маг успел накрыть себя и девушку, когда случилось... но что же случилось?
  Его величество перевел взгляд на Алагоса и в ужасе сделал шаг назад. Его племянник стоял и смотрел на дядю совершенно осознанным, правда слегка расфокусированным взглядом, будто на мгновение задумался. Его некогда белые как у всех дроу волосы с каждой секундой становились все темнее, наливаясь чернотой, тело начало обрастать мышцами, одрябшими во время болезни. Рот открылся в безмолвном крике, на лице отпечаталось выражение жуткой боли. Внезапно взгляд сфокусировался на лице Шалуа.
  -Должен найти... здесь...- прохрипел он каркающим, сорванным голосом. И тут же зеленые глаза закатились и Алагос рухнул на пол.
  -Что...что это было? - спросил король, не отводя взора от фигуры, лежащей у его ног.
  - Я засек в этом крыле огромный всплеск магии и примчался сюда. Когда я вбежал, вся комната полыхала, а Алагос раскачивался и все твердил что....
  Маг замолчал, оглянувшись на служанку, все еще прибывающую в шоке от увиденного. Король перевел взгляд на девушку, а потом кивнул Берелду.
  Тот пристальнее посмотрел на эльфийку и она потеряла сознание.
  - Позови стражу, пусть перенесут его в другие покои и отмоют,- приказал Шалуа.
  -Что им сказать?
  - Что хочешь, но о том, что здесь произошло должны знать только мы с тобой. Проследи, чтобы с Алагосом больше ничего не произошло, как приведут в порядок пошлешь за мной. Все ясно?
  - Да, Ваше Величество, - Берелд поклонился.
  Король направился к выходу, но у самой двери остановился и обратился к магу.
  - Скажи, Бер, душа вернулась?
  - Да, Шал, но вопрос, его ли?
  Шалуа дернул плечом и быстро вышел.
  
  Темно. Очень темно. Попыталась открыть глаза, но тьма не рассеялась, а наоборот сгустилась, заполняя собой все пространство. Я прислушалась, но, похоже, темнота скрадывала даже звуки. Ни шуршания, ни писка, ничего не нарушала давящей тишины.
  -Кто-нибудь! - хотела крикнуть я, но из сухого горла вырвался лишь каркающий хрип, но даже он быстро растворился, в воздухе, будто впитался в губку. Паника начала накрывать с головой, я шевельнулась, но стукнулась плечом, замахала руками - они уперлись во что-то, на ощупь каменное. Я запаниковала сильнее и начала ощупывать окружающее пространство. На такие телодвижение тело отозвалось невыносимой болью, а в кожу впились тысячи иголок, будто я отлежала себе все. Заскулив, как побитый щенок я замерла, пережидая приступ. Голова начала кружиться, как под водой, похоже, здесь мало воздуха, да и пахнет он сыростью и затхлостью.
  Внезапно откуда то полился яркий свет и я зажмурилась, а когда смогла открыть, разом заслезившиеся глаза, то просто онемела от ужаса. Я находилась...в гробу, каменном гробу...
  
  -Нееееееееет! - закричала я, резко сев. Комната ответила мне стрекотом цикад за окном и тихим посвистыванием ветра в печной трубе. - Это сон...
  Я вздохнула, на мгновение прикрыв глаза, но тут же открыла их вновь, чтобы удостоверится, что я действительно в своем домике, а не в том саркофаге, в котором очнулась несколько месяцев назад. И вправду, комната не исчезла и не растворилась миражом. Опрокинутая посуда, открытые настежь ставни окон, опрокинутые лавка и стол, дорожка, висящая на потолочной балке, и серебристый лунный свет, освещающий все это безобразие. Ну хоть истерика мне не приснилась, промелькнула неожиданная мысль и я с удивлением заметила, что лежу на полу, возле входной двери, а на стенах все еще видны влажные потеки, от растаявшей измороси, наколдованной мной.
  - Еще один такой срыв, и полы можно не мыть...да и стены тоже, - сказала я вслух, поднимаясь с пола. Тело ныло и болело, будто я не спала на полу, а весь день вагоны разгружала. Провела рукой по лицу и принялась собирать разбросанные вещи, кряхтя как столетняя бабка. Дойдя до стола я вздохнула, посуда вроде не побилась, хоть что-то радует. После вещей и скудной мебели, я принялась за дрова. Комната изрядно промерзла, не хватало еще заболеть. Поленья, как оказалось, отсырели и никак не хотели разгораться, злобно плюясь и шипя. Я раздосадовано выругалась и со злостью пнула печь. Не знаю к счастью ли, или к горю, но та устояла и даже не пошелохнулась, а вот моя нога пострадала знатно. Прыгая на одной ноге, я злобно материлась, вспоминая весь свой лексикон и недобрым словом поминая свою дурость. Нашла с чем тягаться на прочность, еще бы головой долбанулась, как в блокбастерах, вот бы сейчас звон стоял, церковный колокол позеленел бы от зависти. Выругавшись, я немного успокоилась, и направилась во двор, за сухой растопкой. Возле двери я остановилась и прислушалась. Но на улице, вроде, никого не было и, встряхнувшись, я вышла.
  Вечерний воздух был прохладен, но заметно теплее, чем в доме, поэтому я подперла бревнышком входную дверь, чтобы она не захлопнулась, пусть помещение проветрится. Порыв воздуха откинул прядь волос, с лица и наполнил легкие одуряющим запахом свежести и цветущего жасмина. Причем, наверняка, в этом мире и слыхом не слыхивали ни о каком жасмине, да и не цветет он в конце лета, но запах, запах напоминал мне именно об этом кустарнике. Я улыбнулась полной луне, не отрывая от нее восхищенного взгляда, какая же она здесь большая и красивая, как будто протянув руку, можно аккуратно провести по краю серебряного диска. Видимо услышав мои мысли, луна смущенно скрылась за небольшой тучкой, тем не менее, поглядывая на меня из-за ее края. Я засмеялась и погрозила ей пальцем...
  Вдалеке, в коровнике, замычала коровы. Ей в ответ где-то залаяла собака, и моё оцепенение как рукой сняло. Я оторвала взгляд от небосвода и оглядела бренную землю, ближайшее пространство которой сейчас напоминало поле боя. Калитка была полностью снесена с петель и сиротливо валялась недалеко от ворот, все пространство перед домом было вытоптано, причем не только людьми. Небольшая дорожка следов вела за дом. Я чуть не взвыла, понимая, что соседская живность наверняка уже разворошила все мои грядки. Быстро кинувшись по этим следам я выбежала на задний двор, где устроила небольшой огородик.
  - Ну что за бездушные создания?! Где их совесть?!
  Капуста была местами ободрана и поклевана, но кочаны, к счастью остались целы. Плачевнее обстояли дела с огурцами, листва и плети оказались целы, но эти сволочи надкусали все плоды, целыми остались только самые маленькие, а почва вокруг помидоров была вытоптана и взрыта.
  - Чтоб вы подавились моими овощами, чтоб вас пронесло, сволочи.
  Я повернулась спиной к грядкам, дабы не травить душу, ведь наверняка завтра, при свете дня я найду еще больше сюрпризов. От этой мысли я скрипнула зубами и потопала к сарайчику, где хранились дрова. Но я бы была не я, если бы на этом приключения кончились, по дороге к сараю я встретила прощальный подарок разорителей, а вернее я в него наступила. Моя левая нога поспешила выбраться из такого счастья, не предупредив правую и они разъехались в разные стороны. Со всего маху я шлепнулась на земь, аккурат рядом сюрпризом...да-а-а-а...
  "Похоже их все таки пронесло," - проскользнула в голове мыслишка, из за которой я нервно хихикнула, а за ней вторая, не менее дебильная: "Лучше б на грядку сразу гадили, так хоть польза бы была!"
  Я встала и отряхнулась, хмуро обошла "сюрприз" и пошла....но не далеко. Оказывается, на пути к цели меня ожидало целое минное поле, смотря на которое, я начала истерически ржать, похоже напугав филина в роще, который запнулся на середине ухуханья. Смотря на дорожку, у меня возникла странная ассоциация с шахматным полем, и закономерным вопросом: "Что делать?" Очень захотелось сгрести все это лопатой и отнести на порог хозяину этой скотины. Но вычислить виновника не представлялось возможным, если только не разнести сие богатство всем в деревне, кто обладает копытным и пернатым достояние. Я так и представила, как ношусь с лопатой по деревне, злорадно хихикая и принося навоз в каждый дом. Ни дать ни взять Дед Мороз....с лопатой...
  Похоже моё психическое состояние становится ужасным, оно и раньше не блистало великолепием, но по-моему скоро мне понадобится изба в желтых тонах и с мягкими стенами, или как у них тут выглядят псих больницы.
  Аккуратно лавируя между я без потерь добралась до сарая, выбрала поленья и в таком же темпе направилась обратно. Путь назад показался мне вечностью, так как обзор был закрыт, и пришлось ступать медленно и осторожно. После выхода из зоны опасности я почувствовала себя героем, прошедшим все круги ада, и вернувшись домой с победой. Дальше дело пошло веселее, я отнесла дрова, развела огонь в печи, закрыла ставни и села на лавку, устало облокотившись на стену. Пламя весело потрескивало, поедая сухие дрова и выпуская струйки дыма в печную трубу. Уже почти пол года прошло, с тех пор, как я оказалась в этом мире, а все никак не могу привыкнуть к тому, что каждый вечер коротаю только в присутствии огонька. Волна воспоминаний накрыла лавиной, погребая под тяжестью тоски и сожаления.
  
  Пять с половиной месяцев назад.
  -Я быстро, мне только денежку на телефон кинуть, и тут же вернусь, - Лешка чмокнул меня в щеку и скрылся в недрах магазина, оставив в одиночестве. В принципе в том, что он скоро вернется, я ни капли не сомневалась, он же не моя подружка, которая зайдя в магазин, будь то продуктовый или галантерейный могла накупить всякой всячины, в итоге забыв, зачем пришла. Наверно именно по этой причине я не стала заходить с ним, а то зависнем там на неопределенное время. Я, улыбаясь своим мыслям, покачалась на каблуках, с интересом осматривая прохожих. Ну что сказать, для марта жара была аномальной, как никак +15 это не хухры мухры, поэтому люди с радостью запихнули в дальний ящик свои пуховики и достали ветровки. Я не стала отставать: одела легкое пальто и осенние полусапожки, которые мой парень в шутку называл бульёнчиками. После этого мысли как всегда поплыли в другое русло, и на лицо наползла глупая улыбка (все-таки весна страшная сила). Лёшка. Кто бы мог подумать, а ведь еще пол года назад я была одна и думать не думала ни о каких парнях и отношениях, ну вернее сказать думала, но как таковое меня это не волновало. А тут на тебе, такое счастье привалило...не известно только за какие грехи. От этой мысли я хихикнула и украдкой огляделась, будто он мог подкрасться и прочитать мои мысли. Хотя в какой-то степени это могло быть правдой. Подкрасться он мог, ради забавы и напугать, что он кстати и делал, в первые месяцы нашего знакомства, но я перестала реагировать и он прекратил попытки довести меня до кондрашки. Однако целью пугания он назначил мою подругу Таньку, которую при первой встречи чуть заикой не оставил.
  Да и мысли он, по-моему, мог читать , а иначе как объяснить то, что ни с того ни с сего мы начинали одновременно писать друг другу в смс одно и тоже. Нас это очень забавляло. Да и понимали мы друг друга с полу слова, что было крайне не обычно, ведь меня и с десяти слов редко кто понимал. Но нам было взгляда достаточно, чтобы понять, кто из нас о чем подумал...
  Мои мысли прервал стук двери и я обернулась. Из магазина выходил Лешка, как всегда с улыбкой от уха до уха.
  -Положил?
  -Неа, там аппарат не работает,- он приобнял меня за талию и поцеловал.
  После небольшой паузы мы продолжили путь, в поисках работающего автомата.
  - О чем задумалась? - спросил он, все так же улыбаясь.
  - С чего взял?- задала я вопрос, отвечая улыбкой на улыбку.
  Он хитро прищурился и выдал:
  -Ты молчишь больше минуты....а ты ведь вообще редко молчишь, а тут так долго...
  Я надулась и показала ему кулак, это развеселило парня еще больше и он, не удержавшись, чмокнул меня в щеку. Ну не выносимый человек, и как на него можно обижаться.
  - Думаешь о том, какой я милый? - невинно поинтересовался он и глазками чпок-чпок.
  - Нет, думаю о том, что у тебя опять корона на нос сползла.
  -Ничего, - отмахнулся он,- Дальше не съедет, я ее ушами держу.
  Я засмеялась и Лешка подхватил мой смех. Бьюсь об заклад мы подумали об одной и том же, а вернее о нашем старосте, уши которого могли выдержать не одну корону...
  Мы подошли к аптеке, находившейся возле одного из корпусов нашего университета и где, как мне рассказала Люба, есть банкомат, деньги в котором можно положить без процентов.
  -Пойдешь?
  -Неа, - скорчила я жалобную рожицу, - ты же знаешь, там гематогенки, я же ведь не удержусь и куплю.
  Парень хмыкунул. Уж что, а о моей слабости к этим лакомствам он знал чуть ли не с самого нашего знакомства.
  -Жди, - и ушел.
  - Нет, я убегу в другой мир, - передразнила я его и показала язык закрытой двери. Винить меня в том, что я веду себя как ребенок, никто не станет, да и зачем, даже родители уже свыклись с моим ребяческим поведением. И все же я старалась не так сильно безобразничать в их окружении, но тут, рядом с любимым человеком могу я себе позволить перестать быть серьезной?! Полюбил, пусть терпит такой, какая есть!
  Какое-то у меня сегодня приподнятое настроение, подумала я, но тут вспомнила о завтрашней контрольной по интегралам и ушла в себя.
  -Тётенька, - бодро оповестил округу звонкий голосок.
  Я недоуменно огляделась, это я то тётенька?! Я сама еще только из дет сада. Возле меня стояла маленькая девчушка, на вид лет пять, со смешными косичками и в аккуратном синеньком пальто на больших пуговицах и в резиновых сапожках. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами, засунув указательный палец в рот. Я мысленно поумилялась, глядя на эту куколку, но на лице изобразила суровость, сдвинув брови:
  - Палец изо рта вытащи, а то стоматит будет.
  Девчушка испуганно спрятала руки за спину, заискивающе гладя на меня.
  -Тёть, а што такое штоматит?
  Ну что тут сказать, я с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться и продолжила поучать молодежь.
  - Это болячка такая, от того что ты руки грязные во рту держишь. Микробики маленькие тебя кусают за щечку.
  Она округлила глаза, а рот стал напоминать букву 0.
  - Тёть, я не хощю штоматит, не хощу миклобиков.
  Я поспешила исправить положение, а то сейчас расплачется. Мысленно обругав себя, за издевательство над ребенком, я присела на корточки, погладив девчушку по белобрысой макушке.
  - Ну ты чего, ты же ручки убрала? - она кивнула, показывая мне ладошки. - Ну вот, микробики не успели перебежать по ним.
  Её личико засветилось.
  -Плавда?
  -Плавда...тьфу ты, правда. Ну так все? Плакать не будешь?
  - Не буду, плавда плавда. И луки мыть буду, пелед тем, как в лот блать.
  Я от души захохотала. Малышка тоже заулыбалась, демонстрируя мне отсутствие одного из передних зубов.
  -Тёть, а вы плавда в длугой мил убезать хотите?
  Я немного опешила от такого вопроса, откуда она могла.... Я стукнула себя по лбу, ну я же только что сама Лёшке в след крикнула, наверно она услышала...
  -Ну да, а что тут такого, там наверно весело. Эльфы, драконы, гномы, магия, принцессы, - я щелкнула её по носу, она смешно фыркнула, и собралась опять взять руку в рот, но я напомнила про микробы, и она, тяжело вздохнув, сложила ручки на груди.
  -А вам што, шдешь плохо?
  -Да нет,- я побарабанила пальцами по губе. Девчушка внезапно схватила меня за руку и потянула вниз, да так, что я, сидящая на корточках, чуть не упала. - Ты чего?
  -У ваш штомотит будет, - обеспокоенно пролепетала она, а я почувствовала, что если не рассмеюсь, то лопну.
  - А жачем тогда в длугой мил? Ешли вам тут холошо?
  -Так приключения, злодеи разные, да и принца можно заарканить...
  -Он што, колова, штобы его алканить?- удивилась девочка, но в глазах вспыхнуло какое-то странное выражение, отчего мне резко стало не по себе, будто совсем не ребенок со мной сейчас разговаривает. Я резко встала и заозиралась, вспомнив один беспокоящий меня нюанс.
  - Где твои родители? Ты потерялась? - громко спросила я, попытавшись взять девочку за руку, но она отскочила с неожиданным проворством, ехидно улыбнувшись.
  -Мои родители слишком далеко, чтобы ты их нашла,- усмехнулась она, а у меня от ужаса волосы дыбом встали, так как мало того, что она перестала шепелявить, так еще и голос стал на пару октав ниже, это совсем не вязалось с ее детской внешностью.
  - Тогда я пойду, - я попятилась к входной двери и прижалась к ней спиной, не в силах оторвать взгляда от огромных, затягивающих глаз этого маленького ребенка. Порыв ветра растрепал ее волосы, которые стали длинной до земли и разметал их так, что они окружали фигурку девочки на подобии кокона. И из этого кокона на меня смотрели два ярка голубых глаза, которые стали заполнять собой весь мир. Голова начала кружится, а ноги подкосились. Я упала на колени, успев на автомате выставить руки вперед, к горлу подступил ком, начало жутко мутить, а глаза все увеличивались, и я начала терять сознание. Последнее, что я услышала, это мужской голос: "Достаточно, Мириам!" А дальше тьма, поглотившая мою боль.
  Темно. Очень темно. Попыталась открыть глаза, но тьма не рассеялась, а наоборот сгустилась, заполняя собой все пространство. Я прислушалась, но, похоже, темнота скрадывала даже звуки. Ни шуршания, ни писка, ничего не нарушала давящей тишины.
  -Кто-нибудь! - хотела крикнуть я, но из сухого горла вырвался лишь каркающий хрип, но даже он быстро растворился, в воздухе, будто впитался в губку. Паника начала накрывать с головой, я шевельнулась, но стукнулась плечом, замахала руками - они уперлись во что-то, на ощупь каменное. Я запаниковала сильнее и начала ощупывать окружающее пространство. На такие телодвижение тело отозвалось невыносимой болью, а в кожу впились тысячи иголок, будто я отлежала себе все. Заскулив, как побитый щенок я замерла, пережидая приступ. Голова начала кружиться, как под водой, похоже, здесь мало воздуха, да и пахнет он сыростью и затхлостью.
  Внезапно откуда то полился яркий свет и я зажмурилась, а когда смогла открыть, разом заслезившиеся глаза, то просто онемела от ужаса. Я находилась в гробу. Паника охватила меня и я закричала, не знаю сколько бы это продолжалось, неожиданно меня сковал холод. Холод проник до костей. Повинуясь внезапному порыву, я уперлась обеими руками в крышку и с шорохом вокруг моих ладоней начал расползаться лед, насквозь промораживая камень, отчего тот начал крошиться и трескаться. Еще мгновение, и на лицо посыпалась крупная крошка разрушающегося материала. И только тут я поняла, что творю, если крышка рассыплется, то вся куча земли, находящаяся сверху рухнет на меня. Паника достигла своего пика и воздух вокруг меня начал сгущаться, кислорода явно не хватало, а легкие начало покалывать.
  -Не-е-е-е-е-т, - закричала я и весь этот столб сжатого воздуха рванул вверх, вышибая каменную плиту вместе с землей и всем тем, что было еще на верху. Спасительная прохлада хлынула в мою тюрьму. Я сделала глубокий вздох и из глаз хлынули слезы. Я все еще не могла пошевелиться без боли. Голова кружилась, а все тело ломило и карежило, поэтому я, закрыв глаза, лежала и плакала, а сверху сыпались небольшие комья земли и серебристый диск луны поглядывал из-за края моей...могилы
  2 глава
  Хмурое вечернее небо, моросящий дождик, и раскисшая сельская дорога - не лучшие условия для конного путника, закутанного в плащ, ничуть ни спасающий от холодного, пронизывающего, ветра. А ведь уже почти конец весны, ненормальная погода для такого времени года, можно даже сказать аномальная.
  Лошадь фыркнула и застыла, завязнув копытами в месиве. Послышались ругательства, после которых путник выкрикнул какие-то странные слова, но их снес в сторону порыв ветра, лишая возможности услышать. Внезапно лошадь взмыла в воздух на высоту локтя от земли. Несчастное животное неистово заржало, выпучив от испуга глаза и начало брыкаться, потеряв опору. Всадник чуть не свалился с взбесившейся лошади, удержаться он смог, но контроль над заклятием был потерян. И животное и горе маг, с размаху упали в лужу. Поскольку высота была не большая, сильно они не пострадали, но мужчину обдало грязью с ног до головы. Громко ругаясь маг поднялся, сдернул седельные сумки и исчез в открывшемся перед ним зеве портала.
  Серая от грязи лошадь, поднялась на ноги, неловко скользя копытами. Когда она выпрямилась, то глумливо заржала, прижимая уши к голове, задрав морду к небу. Вздрогнув всем телом, тем самым очистив шкуру, что удивительно. И встав на дыбы, растворилась в вечерней мгле...
  - Господин волшебник? - удивленно воскликнул староста деревни, поспешно вскочив со своего места, отталкивая пышногрудую подавальщицу, сидевшую у него на коленях.
  В таверне стояла гробовая тишина, ведь всего несколько минут назад посреди помещения появился мокрый, явно не довольный жизнью маг, с двумя сумками за плечами.
  Мужчина откинул с лица капюшон, являя всем присутствующим лицо, при виде на которое, все попадали на колени, ибо в глазах мага пылал темный огонь. Некромантов все ненавидели, ибо страх в душах людей давно перемешался с осознанием, что без этих проклятых ведьмаков, им не жить. Нечисть с каждым годом, все сильнее буйствовала.
  Староста неловка согнулся в поклоне.
  - Господин маг...
  Мужчина пренебрежительно скривился, и направился к стойке.
  -Комнату, горячую ванну, и никто меня не должен беспокоить на протяжении нескольких часов.
  Он кинул пару монет перед ошарашенным и испуганным трактирщиком и направился к лестнице, ведущей на второй, жилой, этаж.
  
  - Туточки оно, господин хороший, никуды не убежало. Да и куды денется, я все водичкой святой смочил... - тараторил без остановки ночной сторож кладбища. Сухонький старичок неопределенного возраста, с козлиной бородкой и по-деревенски наивными глазами. Его спутник кутался в тяжелый плащ и хмурился, пропуская все слова сопровождающего мимо ушей. Он слишком устал, чтобы придавать значение предрассудкам старика, который не может определить ни одного из видов нечисти и чешет всех под одну гребенку. Каждый раз, в каждом поселке одно и то же: "Проблемы есть?". И в ответ: "Как не быть, Господин, упыри лютуют!"
  Упыри, упыри, упыри...во всем всегда виноваты они, с учетом, что уже лет триста никто не видел ни одного упыря. Слишком снизился процент рождаемости (а следовательно и смертности) сильных магов, которые после смерти могли бы стать упырями. Ведь, по сути, только маг с достаточной силой становился после смерти этим видом нечисти, и при условии, что умер он насильственной смертью. Среди представителей других рас было огромное множество сильных чародеев, и насильственных смертей хватало, но нелюди, по какой-то причине, не становились упырями. Не было ни одного случая таких метаморфоз...
  -....вот он где, упырь проклятущий, живехонек! - радостно запрыгал старичок на краю вырытой ямы, потрясая кулаками.
  Маг закатил глаза и хотел фыркнуть, но вместо этого подошел к могиле и застыл ошарашенный.
  На дне деревянного гроба лежала девушка, свернувшись в комочек. Её лицо было бледным, а на щеках были видны дорожки от слез. Темно фиолетовое пальто, необычного фасона, на пару тонов ярче берет и синяя сумка, которую она прижимала к груди. Мужчина перешел на магическое зрение и ахнул, отшатнувшись от могилы. На мгновение он ослеп от ярко белого цвета ауры существа, лежащего в земле. Когда глаза немого адаптировались, маг с удивлением отметил, что никогда в жизни не видел столь странного рисунка ауры ни у одного известного ему существа. Единственное, что было более менее ясно: девушка жива и относительно здорова, не считая эмоционального истощения. А так же она спала, как бы дико это не звучало, и, кажется, ничто не могло ее разбудить...
  -Что скажите, господин волшебник? Упырь, да? - сторож стоял под боком, вытянув шею. Он сделал неосторожный шаг вперед и с криком, чуть не упал вниз, но мужчина схватил его за воротник и без видимых усилий вытянул. Мужичок закашлялся, но вскоре оправился и начал громко и от души благодарить доброго Господина, за спасение. Тот лишь поморщился и вздрогнул, обратив все свое внимание на могилу и ее "обитательницу".
  Девушка широко распахнула глаза...
  
  - Ах, как я её,- по комнате разнесся заливистый женский смех...
  
  Я испуганно дернулась, ударившись затылком, и немедленно проснулась. Дрова в печи давно прогорели, только в глубине тлели несколько угольков. Вздохнув, я встала с лавки, на которой уснула, и не спеша выпрямилась. Спина все-таки затекла, негоже спать в сидячем положении. Подкинув несколько не крупных дровишек, я полезла на печку, собираясь вновь уснуть, так как до восхода еще имелось время. Укрывшись тяжелым тулупом и немного повозившись, я легла на спину и уперлась взглядом в потолочные балки. Сон как на зло не шел, да и кошмар никак не хотел выветриваться из головы, оставляя после себя привкус горечи и болезненной утраты родных людей. Не в силах уснут я встала на четвереньки и под грудой мешков, лежащих у меня в головах, выудила сверток, бережно обернутый в ткань и перевиты бечевкой. Осторожно распутав узлы, я отложила обертку и в моих руках осталась сумка, обычная дамская сумочка, которая попала вместе со мной во всю эту историю.
  -Кто бы мог подумать, что я буду так счастлива видеть кожзам, - усмехнулась я, расстегивая молнию. Обычно в моей сумочке царил такой бардак, что кроме меня там сам черт голову сломит, только не в этот раз. Слишком дорога мне стала в этом мире каждая мелочь, напоминающая о моем родном. Я нащупала в темноте небольшой боковой кармашек и выудила из него плоский предмет. Привычным жестом надавила на боковую кнопку. Телефон в моей руке завибрировал и высветил приветственную надпись. Я включала его очень редко, так как само собой у меня не имелось ни малейшей возможности зарядить его. Уровень зарядки стабильно показывал 70 %, чему я искренне была рада. На экране появилась надпись, извещавшая меня о том, что сеть не найдена.
  Наверное я начала сходить с ума, так как расхохоталась и объяснила своему телефону, что очень бы удивилась, если бы он ловил сеть в другом мире. Надпись обижено моргнула и исчезла, предоставляя взору рабочий стол. Я не теряя времени открыла галерею и начала просматривать фотографии. Забавные кадры моей прошлой жизни на мгновение вернули меня в семью, к моей привычной жизни. Я до последнего листочка на заднем плане помнила все фото, но родные лица манили к себе. Вот в камеру укоризненно смотрит мама, застигнутая мной за прополкой грядок, а вот младший брат беззубо улыбается, показывая язык. Я невольно рассмеялась, открыв бабушкино фото, она стояла уперев руки в боки и улыбалась, позже, вспомнилось мне, она не раз просила удалить компрометирующие фото, которые я так и не удалила.
  Кадры все мелькали, подруги, пейзажи, даже конспекты по математике, засорявшие память. Когда фото закончились, я зашла в папку "Видео", не в силах вынырнуть из дурмана.
  В папке оказалось всего три видео, самое большое из которых длилось 11 секунд. Я дражащей рукой нажала "воспроизвести" и затихла. Это было на стадионе...
  После авто школы Леша зашел за мной и мы отправились гулять. От нечего делать пошли на стадион, находившийся по близости. Добравшись до детской площадки мы дурачились, толкались и дразнились, в общем вели себя как подростки, да в сущности мы и есть подростки, разве двадцать лет это взрослые люди?. В конечном итоге он подхватил меня на руки и посадил на качели, а сам с видом маньяка направился к турникам. Никогда не понимала мании парней к турникам а качалкам, нет ну правда! Оценив наметанным взглядом широкие плечи своего ненаглядного, я решила что ему хватит, а то скоро будет спина как двуспальная кровать. Леша подпрыгнул и ухватился за перекладину. Пока я с интересом наблюдала за его подтягиваниями, то как то поздновато до меня дошло, что такое надо запечатлеть. Я достала телефон и включила режим видео. К сожалению пока я ковырялась, он почти закончил подход, поэтому семисекундный ролик успел снять, как парень спрыгивает с турника, разворачивается ко мне, замечает наставленный на меня объектив и с улыбкой, направляется ко мне, желая отомстЕть! Последнее, что попадает в кадр, это его ладонь, закрывающая объектив и мой обреченный вздох: "Щас бить будут".
   После просмотра видео я выключила телефон, убрала его в сумку и спрятала свое сокровище. Вновь закутавшись в тулуп, я накрылась с головой, желая выкинуть сцену, вспомнившуюся мне.
  ...теплые руки на талии и биение родного сердца в груди любимого, к которой я прижалась щекой. Шуршание травы и мигающий уличный... вздох...Люблю тебя, родной...Балбесина моя, и я тебя очень...
  Я уткнулась носом в пахнущую шерстью овчину и уснула...
  
  
  Тёмноэльфийская столица - Нэром. Три года назад.
  Звон разбитого стекла и полу стон полу вздох. Шалуа ненавидяще посмотрел на разбитый хрустальный бокал под ногой, выпавший из его рук.
  -Что на этот раз? Жертвы есть?
  Служанка безмолвно кивнула и взглядом попросила следовать за собой. Король переступил через темно красное пятно, расползающееся на ворсе светлого ковра.
  Уже на входе в подземелье его нос ощутил отвратительный запах паленой плоти, и, недопустимо для этикета, быстро побежал вниз. Да и какой, к демонам этикет, когда речь идет о его людях?!
  Запах усилился и возле одной из камер мужчина остановился, увидев в коридоре труп дроу с обугленным лицом и мельтешащих возле него магов. Ярость вперемешку с ужасом застлали лицо владыки, когда он размашистым шагом зашел в раскрытую дверь камеры.
  -Ваше величество,- поклонился Берелд, стоящий возле двери.
  -Как это произошло? Он же изолирован ото всех, ты же сам ставил защиту! - властным тоном, в котором проскальзывали истеричные нотки, спросил Шалуа.
  Алагос, прикованный кандалами к стене, был без сознания. После того памятного воскрешения разума, Шалуа возрадовался как никогда. В сердце его появилась надежда, которая расцветала с каждым днем, и счастью не было предела, когда он наблюдал за выздоравливающим племянником, который, к сожалению, пока большее время проводил спящим.
  Придворные лекари и маги ни на мгновение не отходили от принца, ежеминутно контролируя его состояние. Они удивленно разводили руками и пожимали плечами, не имея ни малейшего понятия, как к принцу вернулся разум.
  Спустя несколько недель Алагос впервые пришел в себя и лекари разрешили навестить больного. Счастью короля не было предела...
  
  -Мальчик мой, как ты себя чувствуешь? - поинтересовался Шалуа, устраиваясь в небольшом кресле возле кровати.
  Дроу повернул голову в сторону говорившего и несколько раз недоуменно моргнул:
  - Хорошо, только слабость во всем теле. Долго я спал?
  -Не долго, мальчик мой, ты еще успеешь встать на ноги до начала осени. Ты что-нибудь помнишь о своей болезни?
  - Нет, - коротко ответил Алагос и устремил свой взгляд в потолок. Повисла тишина. - Я устал, Ваше Величество... - спустя какое-то время прошептал больной, не отрываясь от изучения потолочных лепнин.
  - Конечно, отдыхай. Я приду позже...
  Король не спеша вышел из покоев, прикрыв за собой дверь. В коридоре его ждал Маг. Он стоял, облокотившись на стену и устало прикрыв глаза. Когда за Шалуа закрылась дверь, Берелд спросил, не размыкая век:
  - Что ты думаешь?
  - Ничего, все образуется, - но голос предательски дрогнул, выдавая сомнения.
  - Что тебя тревожит, друг? Твой племянник жив и почти здоров!
  - Конечно, все отлично, только....
  -Только что?
  Шалуа растерянно посмотрел на Берелда.
  - Он не обращался ко мне "Ваше Величество" с пяти лет....
  
  - Судя по тому, что мне удалось пока узнать. Охранник услышал шум в камере, открыл смотровое окно и в него ударил поток огня, метавшийся в помещении и не находивший выхода. Мои чары сработали, изолировав ее от выхода пламени наружу, но про смотровое окно мы... мы это не учли. Что послужило толчком к воспламенению принца, мы пока не знаем.
  - Где я? - нарушил их разговор слабый шепот.
  Оба мужчины вздрогнули и устремили взгляд на принца. Тот слабо шевельнулся, отчего кандалы негромко звякнули, соприкоснувшись со стеной. Несколько мгновений прошли в тишине, прежде чем Алагос поднял глаза на стоящих перед ним дроу. Зеленые глаза сфокусировались на лице Мага. Он разлепил растрескавшиеся от жары губы и спросил хриплым голосом:
  - Где она?
  Мужчины застыли в недоумении, не совсем понимая смысла вопроса. Король пришел в себя первым. Он посчитал, что Алагос говорит о Эстель, своей тёти, заменившей ему мать, после смерти родителей.
  - Её здесь нет, Алагос!
  Взгляд переметнулся к королю. Лицо принца исказила гримаса боли и отчаянья. В мгновение ока метал его оков раскалился до бела, и тяжелыми каплями стек на пол, высвобождая руки пленника. Все его тело охватило пламя, сжигая одежду и воспламеняя волосы. Нечеловеческой силы взрыв раскидал мужчин в разные стороны. Король ударился спиной о стену, но вмиг оказался вновь на ногах, убирая остатки изодранного силового щита, которые успел выставить за секунду то катастрофы. Он нашел глазами друга и облегченно вздохнул, отметив, что тот так же успел прикрыться. Он с ужасом смотрел на огромный факел, пылающий там, где еще недавно сидел его племянник.
  - Мы найдем её! - не зная зачем крикнул дроу, стараясь перекрыть рев, бушующего пламени.
  И внезапно все стихло. Огонь погас так же быстро как и разгорелся. Алагос сидел неподвижно в центре черной воронки и внимательно вглядывался в лицо своего родственника, недоверчиво склонив на бок голову с остатками опаленных волос, которые сгорели почти под корень.
  - Мы найдем её! - уже тверже произнес король и увидел, как на лице парня появилось облегчение, после чего он дернулся и потерял сознание. От хоть и небольшого, но падения, пленника спас Берелд, успевший подхватить его за плечи и неторопливо опустив на каменный пол темницы. После этого он обеспокоенно оглянулся на короля.
  - Он расплавил амарил, Шалуа.
  Тот посмотрел на друга и его коснулось липкое прикосновение страха. Амарил - металл, не поддающийся влиянию магии и блокирующий ее у всех без исключения представителей рас.
  
  
  После полудня я уже была собрана в дорогу и сидела на крыльце своего домика, прикрыв глаза и подставив лицо теплому солнышку. Сопровождающие должны были прибыть с минуты на минуту.
  Когда я появилась в этом мире, то нашел меня один из местных магов, выполняющих поручение в деревне поблизости. Меня достали из гроба, отвели в деревню, отпоили успокоительным отваром и стали расспрашивать как и почему я оказалась на кладбище. С перепугу я взяла и выложила и про свой мир, и про непонятную встречу с девочкой и про то, что проснулась под землёй в каменном саркофаге. О последствиях подумала уже после того, как закончила рассказ и очень испугалась... но оказывается зря. Жечь меня никто не стал, осиновый кол в сердце вбивать тоже не стали и даже в дом скорби не отдали. Как поведал мне Маг, в их мире такие как я, попаданцы, не в новинку. Только на это время в их мире живут трое иномирян. Двое ушли к представителям других рас, и один пожилой мужчина работает в столице человеческого королевства придворным поваром. К тому же каждый попаданец здесь был на вес золота, так как у них есть какое-то древнее пророчество, осуществить которое сможет, цитирую "родившийся не под нашем солнцем". Поэтому всех "приезжих" проверяли на годность к этому предсказанию. Не подошедших тихонько отбраковывали, предоставляя выбор: или идешь изведывать другие земли( для этого тебя соберут в дорогу, а дальше сам живи как живется), или остаешься в королевстве, в котором появился при этом получаешь гражданство, место жительств и небольшое ежемесячное содержание на первое время, пока не устроишься. Выслушав все подробности, я разрыдалась. Сердобольные посетители таверны, в которую меня привели, отправили спать.
  Утром я проснулась еще более уставшая, чем ложилась вечером. Внизу за небольшим столиком меня ждал Дамиан. Как вы уже догадались Дамианом зовут того мага, который вытащил меня из могилы и теперь тащил на закланье своему начальству. В принципе он оказался добрым парнем с любопытным взглядом темно карих глаз и интересными взглядами на жизнь. Мы разговорились за завтраком в таверне. Он рассказал про свой мир, свою страну и, как водится, про свою жизнь. В пять лет в нем проснулся дар и родители (отец был кузнецом, а мать белошвейкой), отвезли мальчика к местному магу. Тот подтвердил одаренность парня и связался с советом. Спустя несколько дней приехал гонец и забрал маленького Дамиана в академию магов. Академии были при каждом дворе, в каждом королевстве и у каждой расы. Люди придерживались нейтралитета и не вступали в конфликты с чужаками, поэтому между школами даже существовала система обмена студентами на несколько семестров. Маги очень ценились, поэтому сословное деление их не касалось. У них своя мораль, свои законы, свои правила. После окончания академии маги разбредались кто куда. У тех кого дар был сильным нанимали на работу влиятельные люди, кто был послабее становился деревенским магом или уходил в горы, выбирая стезю отшельника...
  Честно говоря я очень удивилась разговорчивости некроманта, который вчера показался мне очень серьезным и немного чопорным. Когда я озвучила свои мысли ему, он задорно подмигнул мне и сказал загадочным голосом, что работа у него мол такая, имидж держать надо. На вопрос, почему он рассказывает мне все это, он пожал плечами и сказал, что не видит ничего плохого в том, чтобы поделится со мной интересными историями, но в ответ потребовал интересных историй о моем мире. Я обозвала его лисой, на что опять удостоилась пожатием плеч и хитрой улыбки. Поверить безоговорочно я ему не могла, так как не знала ничего не о ни о нем, ни о его мире. Может он хочет ко мне в доверие втереться. Но тем не менее рассказала ему много о своем мире, в этом проблемы не было. Я не видела вреда в том, что мальчик узнает о лампочках и обогревателях...
  Мы пробыли в деревне еще три дня, за это время я подружилась с местными жителями Прилесов (так называлась это селение), они дали мне прозвище "Упырик", и отблагодарили мага за спасение деревни от меня, снабдив меня же широкими штанами, цветастой юбкой, двумя рубашками и удобными сапогами. На удивленное восклицание мага и попытки отбрыкаться от подарочков, дородная жена трактирщика погрозила Дамиану половником и зычно пробасила: "Нечего, Господин маг, негоже Упырику босиком ходить, вдруг простудится!" Спорить с ней не стал никто, а я лишь подхихикивала, глядя на побледневшего Великого мага, перепугано следившего за грозным оружием в виде поварешки.
  Провожать нас собрались все обитатели Прилесов. На краю деревни, где Дамиан собрался открывать портал, сердобольные хозяева махали нам рукой, украдкой вытирая слезы, и желали удачного пути.
  
  -Я не знал, что ты так реагируешь на пространственные переходы, - каялся Дамиан, подовая мне бурдюк с холодной водой. Я с благодарностью сделала глоток и слабо улыбнулась.
  - Ничего, я тоже не знала. Раньше меня только на машинах укачивала, на иномарках особенно.
  - А что такое машина? - спросил некромант, принимая обратно свою собственность.
  Я задумчиво почесала кончик носа и задумалась...Как объяснить средневековому магу что такое машина. Но слова на ум пришли быстро:
  -У вас кареты или повозки есть?
  Маг кивнул с интересом ожидая пояснений.
  - Ну вот. Машина - это повозка, только в нее лошадей не запрягают, а она сама движется! Магическая повозка...
  - А что такое иномарка?
  Я страдальчески поморщилась, от одного упоминания этого вида транспорта вновь подкатила тошнота. Пришлось делать глубокий вдох.
  - Ее другие расы делают! - выдала я и сама удивилась тому, что сказала и ведь не слова не соврала.
  Дамиан тяжело вздохнул и понимающе покивал, после чего уточнил:
  - Нелюди делают, на ходу, наверняка, разваливается? Они только красивые делают, а пользы фью... - маг небрежно махнул, как бы говоря: "Плавали, знаем" .
  Меня накрыл дикий приступ хохота, я схватилась за живот и согнулась пополам. Нет, ну надо же, он бы запад еще орками назвал. Маг похлопал глазами, улыбнулся краешками губ и подхватил мою сумку. Ловким движением закинул на плечо и постучал пальцем по голове.
  - Больше не тошнит? А то мы раньше чем нужно из-за тебя вышли из портала, а второго стационарного у меня нет... так что нам придется пешком идти.
  Смех как перекрыли. Я заискивающе посмотрела в лицо магу и шаркнула ножкой, застенчиво заложив руки за спину...
  - Прости, хочешь я тебя понесу?
  Дамиан рассмеялся и потопал по тропинке вверх. Когда я очухалась, то с места рванула за ним, не желая оставаться одной.
  - О чем задумалась, Рика? - прервал мои размышления насмешливый голос. Я открыла глаза и увидела возле калитки небольшой отряд, состоящий из семи конных воинов.
  - Язык проглотила? - все с той же интонацией спросил мужчина, сидящий на серенькой лошадке, меланхолично, жующей росшую возле забора крапиву.
  -Дамик?! - взвизгнула я, кинувшись встречать свой почетный эскорт. Мужчина легко слез с лошади и задорно улыбаясь, подхватил на руки визжащее нечто, на третьей скорости летящее на него.
  - Давно не виделись, нечисть живучая.
  Меня аккуратно поставили на землю и потрепали по итак лохматой голове. Я лишь улыбалась и рассматривала своего приятеля. Не виделись мы с ним с тех пор, как меня сюда поселили, а времени прошел уже почти два года. Каждые три месяца за мной приезжал вот такой вот небольшой отряд и отвозил на пару дней в столицу, а после привозил обратно, и жизнь шла своим чередом. Но впервые за это время Дамиан приехал с моими сопровождающими. Обычно присылали мага по имени Лонус. Довольно таки неприятный старичок с нездоровым блеском в глазах, смотрящих на меня с интересом профессора-экспериментатора (как на крысу лабораторную). И называл меня соответственно - Мышка.
  - Тебе нездоровится? - поинтересовалась я, склонив голову на бок и пристально рассматривая своего друга.
   Дамиан выгляди уставшим: он похудел, под глазами залегли тени, а кожа отсвечивала желтоватым. 'Как после долгой болезни'- от чего-то подумалось мне. Он лишь вздохнул и пожал плечами, при этом невинно улыбаясь, как бы говоря мне: 'Может и приболел, да кого это волнует'. Я понимающе улыбнулась и перевела тему в более спокойное русло:
  -Мы как в этот раз? На иномарке или на отечественной?
  Сопровождающие удивленно переглядывались, недовольно бухтя себе под нос. Они то не понимали о чем мы. А после нашего первого перемещения и моего рассказа про машины мы не сговариваясь обозвали порталы иномарками, а более традиционные средства перемещения - отечественными. Дамиан, не обратил никакого внимания на ропщущих соглядатаев, он лишь устало потер висок и виновато глянул на меня. Я скорбно вздохнула и мысленно попрощалась со своим завтраком, так как стало понятно - сегодня мы идем порталами.
  Подобрав с земли две небольшие домотканые сумки со своим имуществом, я вымученно улыбнулась и пошла к Дамиану. Он передал вещи одному из мужчин и подсадил меня в седло, а сам сел за моей спиной.
  Неспешным шагом мы двинулись прочь от деревни. Поддавшись минутному порыву, я обернулась и помахала рукой своей избушке, мысленно пообещав вернуться.
  - Не ерзай, а то свалишься, - буркнул Дамик, заставляя лошадь ускорить бег.
  Я нахмурилась, терзаемая неясной тревогой. Сопровождающих у моих ворот было семь вместе с Дамианом, а сейчас за нами едут только пять...
  
   3 глава.
  Как только мы вышли из портала и я более менее пришла в себя, Дамиан заставил меня перекусить, ибо не пристало мне такой зелененькой и малахольной появляться в столице, а то за утопленницу примут. Пока я с трудом снабжала свой протестующий организм куском хлеба с сыром, то автоматически пересчитала наших молчаливых спутников. Их оказалось ровно шесть. Ну что ж, похоже столько времени без умственной нагрузки дали о себе знать, даже считать разучилась. Наскоро дожевав импровизированный бутерброд, я отпила глоток воды из экспроприированной у Дамиана фляжки и вернула ее на родину. "Родина", молча жующая свой паек, выглядела еще более зеленой, чем я пару минут назад, поэтому мне показалось, что привал был устроен в первую очередь для него.
  - Живой? - уточнила я, отряхиваясь от хлебных крошек.
  Маг хмуро глянул на меня, но ничего не ответил, продолжая жевать. Я закатила глаза и пригрозила подморозить ему зад, если он не перестанет вести себя как бяка. Ну, подумаешь, стало мне плохо в портале, ну кто знал, что все так получится. И ему полезно, лишний повод помыться. На мои грозные фразы он лишь махнул рукой и прошипел что-то типо: "Некоторых ненормальных даже могила не исправила". Я пожала плечами и полезла в седло. После этого он скорбно вздохнул и полез следом.
  До столицы мы добирались несколько часов. За это время я успела: отсидеть себе все, что только можно, поймать сползающего с лошади мага и в конечном счете просто привязала его к себе куском бечевки, заменяющим мне пояс для штанов. Я жутко нервничала и всерьез опасалась за здоровье своего сопровождающего, но он положил мне голову на плече и засопел. Фыркнув, я отобрала у него поводья. Мало того петляли по дороге как пьяные трактористы, нарезая серпантины, так еще отстали, на что эти громилы никак не отреагировали, продолжая свой путь. Либо они были уверенны, что мы их догоним, либо им было на все по барабану. Меня не прельщала перспектива потеряться в лесу без еды и воды. Был конечно вариант съесть Дамика, но у него был такой вид... в общем мертвечиной не питаюсь, я же не некромант. Та самая флегматичная лошадка никак не реагировала на мои попытки "завести" данное средство передвижения и прибавить "газку".
  - А как с ручника снять? - спросила я мага, потормошив его немного, потыкав локтем себе за спину.
  - Есть больше надо, а то в постели колешься всеми выступающими частями, суповой набор, - важно пробухтел он, не просыпаясь.
  Я обижено засопела и сильнее стукнула пятками по бокам животного. Лошадка, видимо приняв мои слабые пятки за муху, резко стеганула хвостом, весомо стеганув меня по ляжке. Честно говоря, такое ощущение, что ездовое животное это я, так как подстегивать собрались меня. Еще немного поборовшись с животиной я попыталась призвать подвластную мне стихию, но вокруг не всколыхнулось не капельки воздуха, не появилось ни одной снежинки. Полный штиль. Меня это очень взбесило, поэтому я попыталась докричаться, до изрядно опережающих нас мужчин.
  Или луна сегодня была в нужном созвездии, или лимит сюрпризов был на сегодня исчерпан, но один из молчаливых сопровождающих развернулся и подъехал к нам.
  - Чего кричала? - спросил он, на мгновение вынырнув из под капюшона. Огромным усилием воли я заставила себя не вздрогнуть. Лицо мужчины было испещрено огромным количеством шрамов, до такой степени, что черты самого лица вообще не угадывались. На шее же виднелся металлический ошейник.
  - Чего кричала? - вновь спросил охранник, надвинув капюшон еще сильнее.
  Я вопросительно посмотрела на него, еще не в полной мере осознавая, о чем он спрашивает. Но вспомнив, зачем звала, я улыбнулась этому человеку:
  - У меня лошадь не слушается.
  Пару минут он молчал, а потом все так же не проронив ни слова отобрал у меня поводья, привязал их к луке своего седла и пришпорил своего коня. От резкого толчка у меня клацнули зубы, и, похоже, мозг так же со щелчком включился, поэтому, стряхнув наваждение, я вцепилась обеими рука в луку седла и закусила губу. Дамиан никогда не ускорял бег животных, потому что знал о том, что попутчица плохо держалась в седле. Теперь же лошади перешли в галоп и щадить меня никто не собирался. Кто будет думать обо мне, раз уж сама попросила помощи, теперь терпеть. Вот уж точно... от добра добра не ищут....
  
  Сколько раз я бы не приезжала в этот город, а все равно каждый раз дух захватывает. Все-таки в излишней скромности и посредственности архитекторов данного жилого комплекса не упрекнуть.
  Огромный, словно скала, и такой же неприступный город, обнесенный каменной стеной, ширина которой три человеческих роста, а уж высота... К тому же здесь присутствовал глубокий ров, кольцом опоясывающий весь город. Сама столица казалась игрушечной, если бы не подавляла так своим величием и грандиозностью строений. Храмы, парки, дворцы и множество изумительных особняков, принадлежащих, несомненно, знати и приближенным к королевской семье. Все было настолько прекрасно и захватывающе, что становилось тошно. Да-да, именно тошно. Как бы не был изумителен сам город, это было лишь верхушкой айсберга. И я совершенно не утрирую...
  Под столицей человеческого королевства находился подземный город, предназначенный для проживания бедняков, крестьян и обслуги. Не многие жители этого мира могли похвастаться тем, что живут на поверхности, в деревнях и селах. Низы жили там, где как и считали правители, им самое место - внизу. Все это, а так же то, что почти все человеческие города построены таким образом, я узнала от Дамиана и дворцовой прислуги, с которой общалась с момента первого появления в замке. В Теневые или как их тут называют - Обратные - города я ни разу не попадала, да и не было у меня желания. Судя по тем же слухам, Обратное было чудовищным, неприветливым и мрачным местом, где не каждый мог выжить. Правительство не особо контролировало жизнь под землёй, вернее даже не так. Оно АБСОЛЮТНО контролировало жизнь этих людей. У всех входов и выходов дежурили маги и отряды специально обученных людей. При попытке восстания или угрозе благополучия Верхнего города, заваливались все пути в нижний и открывались шлюзы, которые позволяли воде из рва беспрепятственно затопить весь Обратный. Поэтому надобности в том, чтобы вмешиваться в жизнь низов вышестоящие не видели. Существовал обмен товарами между двумя городами и на этом все...
  В этот, как и во множество других, раз нас пропустили без вопросов. Возле ворот я растолкала Дамиана, и он показал стражникам какую-то грамоту, после чего с нас даже не принимая пошлину, впустили в тщательно охраняемую столицу.
  Не говоря ни слова провожатые, вместо того чтобы ехать по главной дороге, свернули в какой-то переулок и, все еще таща нас на буксире, принялись петлять по городу.
  От долгой быстрой езды у меня затекла спина и свело ноги, поэтому, как только удалось расслабиться, я чуть не застонала в голос. Прогулка на лошадях - увлекательно и просто? Плюньте три раза в лобик тому, кто это сказал или написал в ваших любимых фэнтези книжках с элементами приключения, юмора и любовного романа. Скажу точно: верховая прогулка - ни разу не увлекательное занятие, особенно если не умеешь ездить на лошади, или же если эта прогулка длится не более 30 минут.
  Сзади дернулся проснувшийся спутник и, видимо, выпрямился в седле, отчего меня резко дернуло назад. Я бы зашипела от боли в нога, если бы веревка не натянулась до предела, выбиваю воздух из легких.
  - Ой, а это что? - послышался удивленный голос сзади. - Рика, ты зачем нас связала.
  Он быстрым движение развязал узел и ко мне вернулась возможность дышать. И тут уж я не сдержалась, обложив его со всей широтой русской души. Дамик выглянул из-за моего плеча, удивленно разглядывая рассерженное лицо. Я мимоходом отметила, что он выглядел уже значительно лучше, по крайней мере цвет лица вышел из разряда: "Труп обыкновенный - запах соответствующий". Пару минут посверлив меня взглядом, он расхохотался, а я еще больше надулась и запыхтела рассерженным ежиком. Нет, ну кто так делает? Она заботилась, переживала, а он ржет как конь. Мысленно дав себе обещание не разговаривать с ним ближайшие несколько часов, я вновь вцепилась в луку седла, и до самого замка молча считала многострадальной пятой точкой каждую выбоину на дороге.
  Петляли мы не меньше часа, за это время Дамиан успел отобрать поводья у ведущих нас мужчин, поговорить с ними о чем-то важном и довести меня до белого каления. Нет ну надо же, кто мог знать, что связывают у них только брачующихся и только на церемонии в церкви. Оставшееся время он зудел что- то о том, что еще слишком молод для женитьбы, и что любит меня, но как сестру и т.д. и т.п. Воздух вокруг меня искрился, а лошадиная шкура покрывалась позёмкой, превращая и без того серую лошадку в полностью белую.
  Вот таким интересным составом мы подъехали к черному входу во дворец. Каждый раз мы приезжали именно сюда, так что парадный вход я видела, только когда Дамиан в мое первое появление здесь провел ознакомительную экскурсию. Он показал мне чудесный сад, величественные кованные ворота с позолоченными ажурными створками, предназначенными скорее для украшения, чем для охраны частной собственности. Ко всей этой роскоши я прониклась симпатией, но никак не уважением. Все это было красивым, но исключительно как экспонаты в музее или тот же Зимний Дворец в Петербурге, но жить там...бррр...
  - Маська, тащи сюда свою задницу....
  - Рузен, мне нужна корзина...
  - Куда поросенок делся?!
  Вопли, шум, гам, крики и звон посуды - все то, что сопровождает и знаменует большое скопление прислуги на относительно небольшом участке скотного двора. Внутренний двор замка мне очень нравился, он чем-то отдаленно напоминал мне суету в школьной столовой еще тогда... в другой жизни...
  Я настолько задумалась, рассматривая гоняющуюся за громко визжащим поросенком девчонку с топором на перевес, что не заметила, как меня сняли с лошади и сунули в руки мои сумки с вещами. Переведя взгляд на стоящего напротив меня мага, я поняла, что, похоже, он мне что-то говорил, причем не один раз.
  - Что? - спросила я.
  Дамиан вздохнул, будто я кара всей его жизни и повторил медленно и чуть ли не по слогам:
  - Я говорю, что ненадолго отлучусь, а ты пока иди в ту комнату, что и всегда. Через пару часов за тобой пришлют. Сама найдешь покои? - дождавшись моего отрицательного мотания головой, парень закатил глаза и отдал безмолвный приказ одному из шести мужчин. Вперед вышел тот, чье лицо было изуродовано шрамами. Он кивнул магу и развернувшись, тяжелым шагом направился ко входу во дворец. Я проводила его взглядом, но тут ойкнула и побежала следом, чтобы не потеряться в хитросплетении многочисленных дворцовых коридорах...
  
  ***
  - Почему так долго, Дамиан? - поинтересовался собеседник, слегка повернув голову в сторону вновь пришедшего. Высокий статный мужчина неопределенного возраста с укором глянул на склонившегося в поклоне молодого мага.
  - Прошу прощения, мастер. Возникли некоторые сложности.
  "Мастер" кивком разрешил выпрямится и указал на увитую плющом лавку, стоящую напротив. Сам глава ордена предпочитал вырезанное из дуба кресло, украшенное резьбой и обитое красным бархатом. Оно было, несомненно, удобнее гранитной глыбы, из которой была выточена скамья. Впрочем, его собеседник не видел особой разницы, с комфортом устроившись на "глыбе", со вздохом облегчения вытянув ноги, обутые в припорошенные пылью сапоги.
  На мгновение в беседке воцарилась тишина, нарушаемая пением птиц и стрекотом насекомых. Мужчина, а именно глава Ордена Магов лорд Рематиан, прищурил серые глаза, неспешно отпивая обжигающий ароматный напиток из хрупкой фарфоровой чашки. Он лениво разглядывал некроманта, блаженствующего в тени.
  - И? - нарушил тишину мастер.
  Дамиан вздрогнул и маска благодушия глиняным крошевом осыпалась к его ногам:
  - Кто-то пытался перехватить портал.
  - И? - вновь повторил собеседник, делая глоток, не отрывая пристального взгляда от парня.
  - Похоже это были эльфы...
  - Похоже? - смоляная бровь выгнулась. Дамиан сглотнул и поспешил оправдаться:
  - Вмешательство было настолько быстрым, что я сумел лишь уловить чужое присутствие, а дальше пришлось все силы вложить в стабилизацию, иначе не известно, куда бы нас выкинуло. Поскольку я выложился в ноль, то пришлось задержаться для пополнения...
  Маг замолчал, повинуясь жестам старшего. Тот неспешно оставил кружку и поправил складки темно синей мантии. Дамиан нервно переводил взгляд с рук наставника на его лицо.
  - Девчонка здесь?
  Младший кивнул:
  - Я полностью втерся к ней в доверие. На нее нельзя давить, так как стихия нестабильна и напрямую зависит от эмоционального состояния носителя. Мои осведомители в той деревне зафиксировали как минимум двадцать семь крупных выбросов силы за эти три месяца. Что в почти в четыре раза больше, чем в предыдущий период. Судя по тому, что и мощность возросла, девушка полностью переродилась и вскоре даже ограничители не смогут ее сдерживать. Можно конечно понаставить ментальных блоков, но для этого понадобится, чтобы она хотя бы две недели провела в замке в своем истинном облике, и то я не уверен в успехе.
  Мастер задумчиво постукивал пальцами по подлокотнику.
  - Дом?
  - Дом сожгли, деревню уничтожили, всех людей убили, - отчитался маг и с облегчением заметил, как смягчились черты лица собеседника. Однозначно сегодня хороший день, раз гроза миновала можно и немного расслабится.
  - Прекрасно, - заключил глава Ордена и усмехнулся. - Чем меньше людей знают, что у нас есть элементаль, тем лучше. А сейчас проведи обряд осушения, пока она не выморозила все вокруг. И сообщи "приятную" новость.
  - Я все сделаю, отец.
  Дамиан поклонился и удалился. А Рематиан задумчиво посмотрел на чайник с остывшим напитком и нахмурился. Не обученный элементаль это и проблема и подарок. Стихия не терпит повелителей и командиров, поэтому за последние несколько веков в мире появились лишь два таких чуда, но они были недоступны. А тут такой сюрприз. Маг усмехнулся. Чем меньше повелительница стихии знает о своей силе, тем меньше будет зазнаваться. А так можно сыграть на ее неведении и убедить в том, что дар опасен и ужасен, если не уметь его контролировать. Все скалывается просто изумительно. Сын прав: день сегодня и вправду неплох.
  ***
  Я догнала своего провожающего только через несколько пролетов. Вот ведь- идет вроде медленно, а фиг догонишь.
  - А почему у тебя ошейник? - этот вопрос крутился у меня в голове еще с того момента, как я увидела на широкой шее полоску блестящего металла, но не было возможности задать его. Мужчина не ответил, а вместо этого прибавил шаг. Я не отставала, хотя понимала, что любопытство может быть наказуемо. Допрашиваем вновь промолчал, однако снова ускорившись.
  - Подожди, - крикнула я, бегом нагоняя мужчину. Внезапно он остановился, отчего я, только набравшая скорость, впечаталась ему в спину. - Ой, больно, - пискнула я.
  Сопровождающий толкнул ближайшую дверь и отошёл, пропуская меня, но я не пошевелилась. Мне было, отчего-то, важно услышать ответ на свой вопрос.
  - Почему на тебе ошейник? - вновь спросила я, протянув руку к блестящему металлу. Мужчина замер, наблюдая взглядом как я, завороженная блеском, прикоснулась к гладко отполированной пластине. Послышался треск и под моими пальцами пошла трещина. Я испуганно отшатнулась. Мой "подопытный" удивленно смотрел на то, как с его шеи соскальзывают осколки. Он моргнул, приходя в себя, и подхватил развалившиеся части ошейника. Ни минуты не колеблясь он сунул их в карман куртки и поднял на меня глаза.
  - Прости, - испуганно прохрипела я, невольно делая шаг назад.
  - Шрам, - неожиданно произнес мой собеседник.
  - Что? - удивленно переспросила я.
  - Я - Шрам, - повторил мужчина, указывая на себя.
  Недоуменно склонив голову на бок, я ответно представилась:
   - Рика.
  - Еще сможешь так сделать? - спросил он с каким-то странным блеском в глазах, указывая взглядом на свой карман. - Сможешь еще снять?
  - Ошейник? - он кивнул. - Не знаю, я нечаянно. Прости. Я скажу Дамиану, и он заменит.
  Глаза мужчины гневно сузились, и он сделал шаг ко мне с перекошенным лицом. Я взвизгнула и захлопнула перед ним дверь. Было глупо надеяться на то, что какая-то деревяшка остановит такого верзилу, но тело среагировало быстрее моего разума. Зазор между дверью и стеной внезапно начал зарастать огромной коркой льда. Округленными от удивления глазами я наблюдала за тем, как стихия непроизвольно защищает меня от вторжения. С обратной стороны послышалось шевеление и кто-то, а я даже не сомневалась кто, налег на дверь, стараясь ее открыть. Лед треснул и начал крошится, внутри все замерло от ужаса, но к моему облегчению дверь не поддалась и на месте осыпавшихся кусков тут же возникали новые, покрывая деревянную поверхность толстым слоем замерзшей воды, причем не только на месте стыка но и по всему периметру двери, даже перекидываясь на стену. Послышался удар и громкое рычание. Лед вздрогнул, а я шлепнулась на пол и отползла подальше. По моему телу прошла судорога, и с той стороны послышался возглас и громкие ругательства, потом быстрый топот удаляющихся шагов.
   Я сидела, не двигаясь и прислушиваясь. Когда никто больше не стал ломиться в комнату, я не сдержала вздоха облегчения и откинулась на спину, однако затылком ударилась обо что-то и тут же передумала разваливаться на полу. Меня все еще потряхивало от пережитого, но я нашла в себе силы подняться и оглядеться. Это была моя комната. Каждый раз, приезжая, меня размещали здесь и похоже ни разу не убирались. Помещение было небольшим: в нем было место для односпальной кровати, стоящей у стены, и вешалки, прибитой напротив кровати. Не густо, но мне здесь нравилось, особенно радовало огромное, почти во всю стену, окно. Подняв с пола сумку, я положила ее на кровать, а сама присела рядом, опасливо поглядывая на сверкающий панцирь льда. Тот переливался всеми цветами радуги, и заговорчески поблёскивал совершенно не собираясь таять или плавится под лучами летнего солнца. Я устало потерла лицо и вновь взглянула на стену, но "глюк" так и не исчез. Покачав головой, я полезла разбирать свое имущество. Нужно было переодеться после дороги, да и придут скоро, к обряду нужно подготовится... Достав из поклажи свободную темно-серую рубашку и синюю юбку, я наскоро переоделась и затянула пояс. Как раз когда я вновь влезала в сапоги снаружи послышался шум.
  - Рика! Рика, ты в порядке?! Открой пожалуйста! Рика!!!
  Голос Дамиана я узнала, маг видимо был напуган, раз так надрывался. Я подошла к двери и постучала по ледяной корке. С другой стороны замерли.
  - Рика?
  -Я тут, Дамиан. Не могу открыть, тут все льдом заросло! - крикнула я в ответ.
  - Как?!
  - Я откуда знаю, ну, получилось так. Вытащи меня!
  - Как ты себе это представляешь? - спросил Дамик, после минутной паузы.
  - Что значит как?! Ты же маг, ну так колдони что-нибудь! - я гневно стукнула кулаком по двери и тут же взвыла, отбив руку. Снаружи заорали и Дамиан выругался.
  - Не трогай лед!
  Баюкая ушибленную конечность, я злобно зыркнула на преграду, будто это она сама на меня кинулась и руку травмировала. И тут же в ответ на мои мысли за стенкой возобновилась ругань.
   - Рика, упыря тебе в печенку, даже не думай ни о чем членовредительском! Отойди окну и сиди не рыпайся! Сейчас я тебя достану!
  Я послушно села на край кровати и стала ждать. Минут пятнадцать ничего не происходило, а потом стена рядом с дверью завибрировала и пошла трещинами. Еще мгновение и каменная кладка с грохотом обвалилась, представляя моему взору взлохмаченного и пыльного некроманта.
  Я от греха подальше отодвинулась подальше и поинтересовалась:
  - А тебя мама не учила, что без спроса нельзя входить в комнату к даме?
  Парень растерянно похлопал глазами, но придя в себя злобно оскалился и с вытянутыми вперед руками двинулся ко мне.
  - Упырик, я убью тебя!
  Но добраться он до меня не смог. Я даже не успела испугаться, как передо мной взметнулся снежный вихрь, и отбросил Дамиана к стене, смачно об нее припечатав. Быстро вскочив на ноги, я кинулась к другу.
  - Ты чего? - спросил он с обидой, потирая ушибленный затылок.
  - А чего вы все руки тянете? Или я внезапно красотой неземной заболела, что мужики на меня кидаются с завидной регулярностью? - я шмыгнула носом и села на пол рядом с магом.
  Тот обиженно сопел, щупая шишку на голове, но недолго думая подполз на четвереньках к двери и прислонился затылком ко льду. Он блаженно вздохнул и прикрыл глаза. Я же подтянула колени к груди и устроила на них голову.
  - А ты чего стену крушил? Чего дверь не подогрел, там бы все и расплавилось?
  Парень приоткрыл один глаз и укоризненно на меня посмотрел.
  - Ри, во-первых, я не маг огня. Я некромант, следовательно, работаю с неживой материей. А во-вторых, твой лед магией не растопишь, он не хочет топиться.
  
  - С неживой материей? А лед что, живой? - я нахмурилась скептически глядя на друга.
  Тот, даже не думая смущаться, кивнул, чем заставил мои брови уползти куда-то в район затылка.
  - Твой да, живой. Да еще на мысли похоже реагирует. Скажи, радость моя, блондинистая. Ты о чем думала?
  - В каком смысле? - спросила я, не понимая к чему он клонит.
  - Говорю, чуть не мотылька из меня не сделала. Я, значит, к двери подхожу, а из пола начали огромные сосульки вырастать. Чуть насквозь не прошили, еле увернулся. И то новую мантию мне разодрали, - он с обидой продемонстрировал мне разодранный рукав.
  Я нервно хихикнула и, закрыв лицо руками, истерично рассмеялась, вздрагивая всем телом.
  - Эй, Упырик, ты чего? А? Ну, не переживай, у меня еще мантия есть, - друг подсел поближе и обнял за плечи, успокаивающе гладя по голове. От этих прикосновений смех сменился плачем. Вот так и сидели: я, орошая слезами изодранную "новую" мантию, и Дамиан, терпеливо переживающей женскую истерику. Когда слезы закончились, меня отвлек вопрос некроманта:
  - Ри, а так всегда, когда ты плачешь?
  Я оторвалась от плеча друга, борясь с искушением высморкаться в мантию. А что, она все равно уже испортилась. Пришлось подавить в себе сей нелицеприятный порыв и оглядеться. Вокруг было все как всегда, если не принимать во внимание то, что сидели мы по пояс в сугробе. И когда только успел, подумала я, и перевела взгляд на друга. Тот увлеченно рассматривал деревянную дверь, освобожденную от оков мерзлоты.
  - Ты как плакать начала, лед крошится начал. А когда весь раскрошился начал вокруг нас вращаться. Это всегда так?
  Кивнув, я вздохнула. Что тут еще скажешь?
  - Так, давай ка уйдем отсюда, пока ты еще чего-нибудь не сморозила, - парень хрипло рассмеялся над своими словами и поднялся из сугроба, подняв в воздух тучу снежинок. Я чихнула и тех в воздухе стало еще больше. С усмешкой глядя, на то, как я с остервенением тру глаза, Дамиан протянул руку и рывком поднял меня с пола. Убедившись в том, что я могу стоять без посторонней помощи, он подошел и без труда открыл дверь. Потом с задумчивым видом закрыл и вновь открыл, и так несколько раз. Открыв дверь в последний раз, он отошел в сторону:
   - Я думал провести обряд завтра, но видимо придется сегодня в целях безопасности. Ты готова?
  Пожав плечами я одернула рубашку и потрясла на себе юбку, очищая от снега.
  - А что, делать - то все равно нечего.
  Парень хмыкнул и галантно поклонился.
  - Только после вас.
  - Пижон, - хмыкнула я, выходя из комнаты.
  ***
  - Сто пятьдесят один, сто пятьдесят два, - уныло считала я, переставляя ноги. Считать ступеньки было необходимо хотя бы затем, чтобы знать, сколько еще осталось впереди.
  Я прислонилась к стене, тяжко вздыхая. Дамиан остановился и обернулся, вопросительно выгнув бровь.
  - Ты чего встала?
  - Тяжело-о-о, - проскулила, изображая умирающего лебедя. Однако актерским талантом я никогда не славилась, поэтому была похожа скорее на дохнущего гуся.
  - Так мы прошли всего ничего, - он хмыкнул, демонстрируя полное отсутствие отдышки. От такой радостной улыбки захотелось приморозить его к стене или превратить лестницу в горку и спустить вниз. Но, видимо, лимит чудес на сегодня был окончен, поэтому я поднялась еще на одну ступеньку и вздохнула так горько и тоскливо, что казалось и гора разжалобится. Но этот прохиндей закатил глаза и потопал дальше.
   Пришлось, охая и ахая, как столетняя бабушка, ползти за ним. Не то, что мне было совсем так уж плохо, просто, когда ему надоест слушать моё нытьё, он воспользуется левитацией, чтобы дотащить меня до верха. А левитация это почти полет, которым я так часто грезила... Невесомый порыв ветерка толкнуло меня под колени, и я вскрикнула, почувствовав, что падаю. Упасть мне не дали. Я приземлилась на что-то пружинящее и подскочила, когда это что-то прогнулась и подбросило меня. Не веря своим глазам, я радостно заозиралась. Подо мной ничего не было, только воздух, сжатый до такого состояния, что его стало видно.
  - Так и будешь на мне всю жизнь ездить, захребетница... - беззлобно ворчал Дамик, поднимаясь по лестнице вверх. Платформа уплотненного воздуха дернулась подо мной и поползла за своим создателем. А я, скрестив ноги по-турецки под огромной юбкой, сидела и глупо улыбаясь от уха до уха. Лица Дамиана я не видела, но клянусь его же ушами, он был рад не меньше меня. Еще бы. Как он сам мне рассказывал, эта самое простое в магии, а именно левитация и каждый дипломированный специалист владеет этим умением в совершенстве. Так что моему другу ничего не стоит вот так вот нести мое тщедушное тельце, зато сколько восторгов это вызывает у одной маленькой меня. Столько счастья, что я даже привезла с собой его любимое варенье из вишни без косточек. Я конечно не думала, что он приедет за мной в этот раз, но баночку захватила в надежде передать через Лонуса...
  - Дамик, а я тебе варенье привезла. Воздух подо мной дрогнул и поплыл, от чего я начала проваливаться, но маг мигом взял себя в руки и вновь уплотнил разбегающийся воздух.
  - Ты чего, не рад что ли? - обиделась я, восстанавливая равновесие.
  - А банка большая? - послышался заискивающий голосок. Я расхохоталась, чуть не бухнувшись со своего насеста.
  - Большая, большая! Вот домой поедим я тебе вареников налеплю, - пообещала я, отсмеявшись. Однако рано я обрадовалась, воздух вновь начал распадаться. - Ну, Дамик! Ты чего, убить меня решил, давай лучше сама пойду. А то на радостях с лестницы меня спустишь и не заметишь.
  Маг все-таки взял себя в руки и до места назначения меня транспортировали в целости и сохранности. Но как только я увидела знакомую дверь, сразу захотелось убежать отсюда подальше. Увидев моё кислое выражение лица, Дамиан потрепал меня по голове и подтолкнул к двери, попутно напоминая, как это необходимо и т.д. От его нравоучений свело зубы. Да знаю я, что надо, но легче-то от этого не становится. Со вздохом я вошла в небольшую комнату без окон и без какой-либо мебели и повернулась к выходу, с грустью наблюдая за закрывающейся дверью, в которую эта противозина помахала мне ручкой. Как только дверь закрылась, в комнате стало очень темно. Скрестив ноги, я уселась прямо на пол, ожидая начала ритуала, который должен на ближайшие три месяца обеспечить мне нормальное существование в кругу себе подобных без риска покалечить кого-нибудь большой сосулькой. Ждать пришлось недолго, я только начала клевать носом, как смотровое окошко приоткрылось и суровый голос снаружи попросил меня подойти. Я поднялась с пола, на ходу отстегивая кожаные наручи, которые закрывали мои запястья. Передав их в окошко я ненадолго залюбовалась тонкими цепочками из металла, которые приветливо позвякивали на моих руках. Опять таки выполняя указания 'голоса', я просунула руки в отверстие и зажмурила глаза.
   Как только чьи-то руки сдернули с меня ограничители, тьма затопила сознание, а в голове взорвался фонтан боли. Все тело напряглось и выгнулось дугой, выпуская на волю стихию, запертую во мне магами. Я будто стала живым туннелем, из которого с ревом вырывалась метель, царапая меня льдинками и вымораживая все тепло, еще сохранившееся в душе.
  Все кончилось так же быстро, как и началось. Сознание покинуло меня, и я рухнула на пол.
  В себя приходила долго, меня трясло и знобило. Глаза не хотели открываться, а тело отказывалось слушаться. Поэтому прейдя в сознание, я еще какое-то время просто лежала, пытаясь успокоится и заставить себя шевелится. Все-таки такой всплеск магии - это шок для организма.
  Наверно стоит объяснить, что происходит... Как только меня привезли в город впервые, то сразу потащили к их артефакту. Артефакт, кстати, являлся огромным минералом молочного цвета и слабо светился, когда рядом кто-то находился. Впихнув меня в комнату, ничего не разъяснив, все кто был в это время во дворце столпились у входа и смотрели на меня. От такого внимания я стушевалась, не зная, куда себя деть. Немного пораскинув мозгами, приблизилась к камешку, заполнявшему всё пространство, и до коснулась до него. Вспышки или фейерверка не последовало, что меня безмерно огорчило. Вместо этого камень мигнул и покрылся толстенной коркой льда, почти заглушившей его свечение. Ой, что тут началось! Маги бегали вокруг, сокрушенно подвывая и дергая на себе волосы. Слуги мельтешили туда-сюда, выполняя противоречивые приказы магов. Кто орал, что нужна горячая вода, кто вопил, что это убьет артефакт. В общем, поднялся галдеж, который перерос в дебаты. Меня в процессе размораживания достояния страны чуть не затоптали, но Дамик, схватив за руку и выдернув из всей этой канители. Потащил куда-то по коридору, не переставая матерится так, что у меня чуть уши в трубочку не свернулись. Он притащил меня в комнату и велел ждать его там. Позже, когда артефакт растопили и помыли, маги успокоились, за мной пришел хмурый маг и отвел на совет. Там маги долго меня разглядывали и проводили допрос. Я тогда очень испугалась, что меня казнят, за то, что произошло, но когда оказалось, что бить не будут, я немного расслабилась и даже вроде отвечала на вопросы. В итоге собрания выяснилось, что я какое-то странное и редкое существо, повелевающее стихией, но ничего не смыслящее в этом.
  Хотели обучить, но ничего не вышло. Моя сила категорически противилась любому контролю, что извне, что изнутри. Меня посчитали опасной для общества. Одели на руки ограничители из амарилла, спрятали это безобразие под кожаными наручами и успокоились. Тот выбор, который предоставлялся каждому попаданцу на мне, как говорится, сделал ноги. В замке оставлять меня не стали. Вместо этого выделили домик и первовременное содержание. Но случилось непредвиденное... Спустя неделю после моего заселения произошел первый инцидент. В тот день я никак не могла открыть дверь в подвал и, расстроившись, выморозила все пространство на лигу вокруг. В том числе и поля с пшеницей и прочий урожай во всей деревне. Тогда меня впервые поволокли на костер. Испугалась я только тогда, когда староста деревни поджег хворост, разложенный вокруг, привязанной к столбу, меня. Страх был настолько силен, что ограничители рассыпались в прах, а все мои эмоции выплеснулись наружу. Тот день без содрогания не могу вспоминать до сих пор. Тогда я впервые по-настоящему осознала, что опасна для окружающих и поклялась себе во что бы то ни стало подавить силу, чтобы такого больше никогда не происходило. Испуганные лица людей, которых я превратила в живые статуи, до конца дней будут преследовать меня до конца дней. В той деревне не выжил никто, даже пламя моего костра замерзло. На магический всплеск явились маги и были шокированы. Так состоялся мой второй визит в человеческую столицу. После этого случая маги стали осторожнее: амарилла на мне стало больше, к тому же они 'прописали' мне процедуру дренажирования силы, которую, кстати сказать, я только что и пережила.
  Когда дыхание относительно восстановилось, а к измученному телу вернулась подвижность, я перекатилась на бок и не спеша села. То, что творилось в комнате, напоминало скорее морозильную камеру холодильника, чем небольшое помещение в башне. С потолка свисали сосульки, стены поблескивали, как тщательно натертое зеркало, а на полу шуршал белоснежный ковер из снега. Опираясь на руки, я встала на четвереньки, а после приняла вертикальное положение, слегка покачнувшись. Накатила волна слабости, заставляя облокотиться на стену. Отступив, непродолжительный откат более не возвращался. Я повернулась лицом к стене и оглядела себя в мутной поверхности льда. Увиденное, заставило меня отшатнуться, до боли прикусив губу, чтобы не закричать.
  Из глубины самодельного зеркала не меня смотрело чудовище, по чьей-то прихоти принявшее форму человека. Первое, что бросалось в глаза, была совершенно белая кожа с каким-то голубоватым оттенком, казавшаяся прозрачной. Сквозь нее можно было беспрепятственно разглядеть синеватые дорожки вен. По всему телу то там, то тут виднелись странные сероватые ошметки, похожие на старую облезлую кожу. Один из таких 'лоскутов' я поддела ногтем и он отслоился. С отвращением я принялась отдирать от себя сморщенную кожу, замерев на мгновение, чтобы рассмотреть посиневшие, как после зимней прогулки, ногти, которые немного отросли и заострились. При дальнейшем исследовании то же самое обнаружилось и на ногах, что привело меня в тихую ярость. Можно подумать, что теперь я помесь полярного медведя и обезьяны, осталось для полноты картины покрыться белым мехом. Пристальнее рассмотрев себя в зеркале я истерично расхохоталась. Мои светло русые, коротко отстриженные волосы стали седыми и торчали в разные стороны, а между прядями забился снег, даже не думавший таять. Губы белые, как после потери крови, глаза залила яркая голубизна, занимавшая все пространство, тем самым лишив и зрачка, и радужки, и белка. Один сплошной голубой омут, приковывающий к себе внимание, заставлял ежиться от страха. Тихо охнув, я прикрыла рот рукой и отошла от стены. Это было уже слишком для моей психики. В верхней и нижней челюсти ощущались клыки, существенно выпирающие из общего состава зубов, я провела по ним языком, с садистской усмешкой отмечая, что он раздвоенный как у змеи. Последней каплей стало то, что вся я была покрыта едва заметными волнистыми линиями, будто раньше на их месте была чешуя, но на теле так и не нашлось ни одной чешуйки. От получившегося в общем счете образа мне хотелось выть и кидаться тем, что попадется под руки. Одно дело читать про таких 'красавцев' в книге и завидовать необычной внешности главных героинь, превращенных в полу драконов или вампиров, или еще чего похуже. Но совершенно другое - видеть себя такой, понимать, что выйдя из комнаты я не встречу ни понимания, ни поддержки, а только страх, ненависть и отвращение. А как может быть иначе? Я сама относилась до недавнего времени к тому типу людей, которым любое отклонение от нормы было не то что ненавистно, скорее просто неприятно. И все же...
  Я зло встряхнула головой, освобождаю шевелюру от нежданного украшения в виде снега, и направилась к двери. Но тут возникла еще одна проблема: дверь была начисто заморожена, плавно переходя в стену.
  - Да что это такое?! - рыкнула я, понимая, что сейчас расплачусь от злости и обиды. - У меня же есть сила! Так почему она против меня?!
  Никакого отклика не последовало, чуда не совершилось, и дверь волшебным образом не разморозилась. Сердито топнув ногой, я неожиданно по щиколотку провалилась в пол. От шока я даже не сообразила, что подо мной что-то хрустит и осыпается. Подергав застрявшую конечность, я добилась только того, что нога соскользнула еще глубже, и не найдя под собой опоры, я рухнула на колени. Пол тем временем заскрипел и вместе со мной полетел куда-то вниз. Лететь пришлось недолго. Оказывается, во время ритуала я настолько заморозила окружающее пространство, что промерзла каменная кладка и от нагрузки просто-напросто раскрошилась.
  Приземление вышло не совсем удачным. Я упала на ту самую поврежденную ногу, отбив себе при приземлении копчик, и от неожиданности прикусила клыками язык. Злобно ругаясь про себя опрокинулась на спину и приготовилась помереть прямо здесь.
  
   4 глава.
  
  Темноэльфийская столица Нэром. Несколько часов назад.
  Дроу медленно застегивал маленькие пуговицы на темно зеленом сюртуке, отделанном серебряной нитью, которая лениво скользила по краю, образуя изящный узор на груди и рукавах. Закончив с пуговицами, мужчина поправил манжеты, вдел изумрудные запонки, и устало оглядел себя в золоченом зеркале. Замшевый костюм элегантно подчеркивал все достоинства молодого тренированного тела: широкие плечи, узкие бедра и крепкие длинные ноги, сильные руки с мозолистыми ладонями, которые не пристало иметь эльфу благородного происхождения.
  Мужчина провел рукой по подбородку, задумчиво изучая свое лицо в отражении. Тяжелые, но правильные черты до сих пор пугали своей непривычность. Хищный излом бровей, прямой нос с легкой горбинкой, пухлые губы, изогнутые в ироничной улыбке, и немного раскосые глаза теплого малахитового цвета с золотым "солнцем" на радужке. И самая возмутительная часть тела - заостренные к верху уши.
  - Прелестно, - хмыкнул дроу, обнажая небольшие клыки, прячущиеся под верхней губой.
  Раздался стук в дверь, заставив эльфа оторваться от созерцания собственной внешности.
  -Войдите.
  В дверях появился один из охранников, склонившись в приветственном поклоне.
  - Ваше высочество, вас ждут.
  -Свободен, - небрежно махнул рукой дроу. Охранник послушно удалился.
  Устало проведя по короткому ежику черных волос, которые, казалось, до сих пор сохранили запах гари, Его высочество принц Алагос поправил перевязь меча на бедре и не спеша направился на встречу с неизбежным.
  Неизбежным, как это ни странно являлся не бой с чудовищем, и не свидание с орком, а всего на всего бал, устроенный в честь двухлетней годовщины выздоровления племянника короля.
  - Что-то ты кислый, Ал, - ехидным голосом пропел дроу, выходя из-за поворота.
  - Ах вот и ты, венценосный павлин, а ты разве не должен был уже быть на празднике? - скучающем голосом поинтересовался Алагос.
  Кронпринц поморщился, подстраиваясь под темп шагов кузена.
  - Да я опоздал, и подумал, что подожду тебя, осла неблагодарного. Добрый день, миледи, прекрасно выглядите, - приветливо улыбнулся мужчина, кивая, мимо проходящей даме.
  - С чего я должен прикрывать твою пока еще не коронованную задницу? - поинтересовался "осел", так же мило "скалясь" в сторону проходящх.
  - Бутылка Сибивеллы 1746 года.
  - Две, и рассказ о том, где тебя носило, - ухмыльнулся Алагос, останавливаясь перед высокими дверьми из темной сосны.
  - Три так три, - поморщился Эридиан, подавая знак слугам.
  Ал сцедил смешок в кулак, делая морду кирпичом. Кронпринц хмыкнул, копирую выражение лица брата.
  За дверьми прозвучали фанфары и резные створки распахнулись, заставляя на миг зажмурится от яркого света, хлынувшего из зала.
  - Его Высосечство кронпринц Эридианʼ аль Самин и Его Высочество Алагосʼэль Бэлкроу.
  - Ни пуха ни пера, братец, - шепнул ʼаль Самин, спускаясь по мраморной лестнице.
  - Кто первый уснет в салате, тот выгуливает завтра леди Бриану, - в том же тоне ответил ʼэль Бэлкроу.
  - Готовь затычки для ушей и поводок.
  - Да ты нарываешься, как я погляжу...
  
  ***
  - Милорд, - донеслось из-за спины. - Вам нездоровится?
  Алагос почувствовал, что что-то не так, еще четверть часа назад, но не придал этому значение, списав все на шалости алкоголя. Но чем больше времени проходило, тем сильнее нарастал звон в ушах, а комната плыла перед глазами. Извинившись перед дамой, танец с которой он неожиданно прервал, дроу вышел на один из многочисленных балконов и вдохнул полной грудью свежий ночной воздух. Ему немного полегчало, что не могло не радовать. Все эти праздники, танцы, жеманные улыбки и великосветские речи набили оскомину, но данное королю обещание не позволяло удалиться с праздника, послав всех к чертям, и закрыться с Эридианом в покоях, прихватив бутылочку вина... Король Шалуа, даже в мыслях Алагос не мог назвать его дядей, хотя в их венах несомненно текла одна и та же кровь. Мужчина печально улыбнулся, устремив невидящий взор куда-то вдаль. Уже два года с тех пор, как он пришел в себя и начал свою игру. Два года обмана, лукавства, интриг и учебы. Он учился жить в этом мире, в этом теле, в окружении этих незнакомых людей, которые по идее должны быть ему друзьями, родственниками да и просто знакомыми. Как удобно было все списать на амнезию после болезни, прямо как в мексиканском сериале... Внезапно в виски будто вонзилась игла, а тело напряглось в ожидании удара.
  ...тьма затопила сознание, а в голове взорвался фонтан боли. Все тело напряглось и выгнулось дугой, выпуская на волю стихию, запертую во мне магами. Я будто стала живым туннелем, из которого с ревом вырывалась метель, царапая меня льдинками и вымораживая все тепло, еще сохранившееся в душе...
  Судорожно хватая ртом воздух, Алагос уперся руками в перила балкона и тяжело дышал, пытаясь прийти в себя после того, что произошло, пот градом тек по лицу, а горло саднило, будто это он кричал, под напором яростной стихии, а не Она.
  - Алагос! - послышался взволнованный голос за спиной. - Мальчик мой, ты в порядке?
  - Да дядя, все нормально, - ответил Ал, восстанавливая дыхание. - Просто я похоже переусердствовал с выпивкой на голодный желудок.
  - Да вы, вашество, как-никак в кисейные барышни заделались, - хмыкнул, Эридиан, появляясь за плечом отца.
  - Похоже, Ваше Высочество, забыли одеть накопители...- многозначительно протянул Барелд, задумчиво разглядывающий носы своих сапог.
  - Все сбежались, - как можно веселее рассмеялся виновник сборища. - Нормально все со мной, чай не сахарный, не растаю.
  
  ***
   К сожалению или к радости, уж не знаю, но помереть спокойно мне не дали, мало того, даже помочь пытались, но я все мужественно вытерпела.
  Когда послышался грохот, в комнату наверху ввалился перепуганный Дамик. Незадачливый маг поскользнулся на ледяном полу и свалился аккурат прямо на меня, благополучно встретив на своем пути пресловутую дыру. Ругались мы оба долго, изощренно и со вкусом, поминая чью-то родню, и пару раз ответственно проехавшись по, непосредственно, друг другу. Я выдохлась первой, признавая пальму первенства за умудренным жизнью (в основном кабакского или уличного происхождения) мага. Тот посквернословил еще какое-то время, но вскоре подозрительно затих и даже перестал лягаться коленями и локтями (он бы меня еще за нос укусил ей Богу). Я подергала его за волосы, но он промолчал, лишь горестно вздохнул, устраиваясь поудобнее. Моя поврежденная нога не выдержала такого издевательства, и я взвыла, как укушенная за хвост корова. Не оценив мои вокальные данные, Дамиан испуганно шарахнулся, скатываясь с моего порядком помятого тела.
  - Ты свинья, Дамик!
  "Свинья" виновато опустила плечи и повернулась ко мне. Узрев мой дивный новый облик, он отшатнулся. Это отрезвило и я резко села, стараясь не смотреть в сторону мага, чтобы не видеть ужаса и отвращения в глазах друга. Я конечно подозревала, что так и будет, но одно дело знать, а другое видеть собственными глазами, как еще недавний, единственный близкий человек, шугается от тебя как от чумной. Криво усмехнувшись, я продемонстрировала клыки, и для пущего эффекта потелепала раздвоенным языком, чем вызвала внезапный приступ икоты.
  - Што, нравитщя? - прошипела я как можно старательней шипилявя. Маг отрицательно покачал головой, разглядывая меня с интересом потологоанатома.
  - Тебя можно в стан врага отправлять, для устрашения. Прости, Рика, я не от страха, я от неожиданности отшатнулся. Ты не подумай, я и страшнее видел людей...То есть я не это имел в виду, ты не страшная, просто...Только не плач, пожалуйста, я уже дважды замерзал за сегодня. Чего это я дурак?! Эй, а что смешного?!
  Я облегченно хохотала, наблюдая за растерянным Дамиком, который старался скорчить серьезную физиономию. У него ничего не получилось, поэтому вскоре мы смеялись вдвоем. Отсмеявшись я глянула на потолок и задумчиво почесала кончик носа.
  - Слушай, а у меня из содержания за погром не вычтут?
  Маг проследил за моим взглядом и присвистнул:
  - Неа, ну может назначат общественные работы. Так сказать на благо короля и королевства.
  - Кем я могу работать? Пугалом? Могу еще холодильником. Постою пару минут в комнате и можно месяц хранить скоропортящиеся продукты. Дамиан подполз ко мне и положил руку на плечо, заглянув в глаза.
  - Ты не переживай, мы с этим разберемся, - он ободряюще улыбнулся и помог подняться. Однако нога решила по-своему. С противным щелчком она подвернулась, и я вновь сползла, подхваченная другом под руки.
  - Ты самое неуклюжее создание во всем мире! - от души высказался маг и, закинув меня на плечо, вышел из комнаты. Спускаясь по лестницы, я успела оценить все прелести такого способа перемещения, ежесекундно тыкаясь носом в костлявую спину моего носителя. Из школьного курса биологии я еще помнила, что в теле человека более двухсот костей, но по моим подсчетам их у Дамиана, минимум в два раза больше. И теперь я заслуженно собой гордилась тем, что открыла новый, неизвестный науке вид Homomagikys, о чем не преминула сообщить этому самому новому виду. Дамик хмыкнул и с удвоенным (как и его набор костей!) энтузиазмом поспешил спуститься во двор, перепрыгивая на ходу через три, а то и четыре ступеньки сразу. Гордость за открытие испарилась уже после первого прыжка. Я вновь стукнула лбом о жесткую спину, и повторно прикусив язык, замолкла, и изображала хладный труп до самого низа.
  Но во дворе мои мучения не закончились. Насвистывая какую-то песенку, парень поправил меня на плече и пошел дальше, будто так и надо. Когда к голове начала приливать кровь (а я очень надеюсь, что это была она), я приподнялась, и уперевшись локтями в спину друга, устроила голову на сцепленных в замок руках. Жидкость позорно отхлынула, плескаясь где-то на уровне груди, и жить стало легче. Однако маг был явно не доволен, что его поклажа изогнулась на манер реторты, изображая перегонный аппарат, и все пытался почесать спину у меня под локтем. На такое безобразие я показательно громко щелкала зубами, и попытки выпрямить меня прекратились.
  - А куда мы едем? - спросила я, разглядывая стены дворцового коридора.
  -Как куда, к королю.
  На это заявление я отреагировала на удивление спокойно...
  - Живо спусти меня на землю! - вопила я, брыкаясь ногами. - Не поеду я к королю!!! Не заставите!! Я этикета не знаю, меня убьют!
  -Угомонись, чего ты развопилась, будто я тебя вурдалаку на обед несу. Никто тебя не съест, с тобой просто поговорят. Там будешь только ты и королевский советник, минимум народу. Меня это не успокоило, но пытаться вмазать магу в челюсть пяткой я перестала. Приняв мое молчание за согласие, мы потопали дальше. Сгрузив меня возле огромных двустворчатых дверей, обитых пластинами позолоченного железа, которые открылись при нашем приближении, Дамик подтолкнул меня в спину и поспешно ретировался с места скорого побоища.
  Как только я вошла в зал, створки так же тихо закрылись за моей спиной. 'Как ловушка захлопнулась,' - почему-то подумала я, наблюдая за процессом запирания глупой мышки в тронном зале. Я запоздало сообразила, что, наверно, стоять тылом к королю неприлично. Медленно, не делая резких движений, я обернулась к трону, чтобы тут же выпасть в осадок.
  Зал был не то чтобы большой, но светлый и уютный, если сей эпитет может быть отнесен к данному помещению. Высокие сводчатые потолки, подпираемые толстыми колоннами теплого песочного оттенка, стены, обитые деревянными панелями с изображением каких-то битв и огромные витражные окна, оживляющие помещение разноцветными зайчиками, беспрепятственно резвящимися на начищенном до блеска паркете. У дальней стены виднелось возвышение, на котором были установлены два трона. Один по больше и массивнее, другой чуть меньше и изящнее. Над постаментом был закреплен бардовый балдахин с золотой тесьмой по краю. Такого же цвета дорожка начиналась у моих ног, и алой лентой вилась до самого подножия монаршего трона.
  В зале, вопреки моим надеждам, народу было завались (вот и верь после этого Дамиану!). Вдоль стан выстроились стражи в блестящих доспехах с пиками наперевес, а у возвышения толпился весь Совет Магов, возглавляемый мужчиной в темно-синей мантии и на редкость величественной ха... лицом.
  Но больше всего меня поверг в шок мужчина, восседавший на троне. Несмотря на, несомненно, не молодой возраст, король отличался довольно мощной фигурой, светло русыми волосами и пронзительно синими глазами, аккуратно подстриженной небольшой бородкой и кустистыми бровями. Я чуть не обмерла на месте. Это же вылитый Шон Бен! Даже не удивлюсь, если он медленно встанет со своего трона (при детальном рассмотрении не железного и не состоящего из сотни мечей, сплавленных дыханием дракона воедино) и, обведя всех хмурым взглядом, возвестит: 'Зима близко'! А ведь зима в действительности была близко, так как от переживания от меня по полу начали расползаться 'щупальца' поземки.
  'Шон Бен', упакованный, как и полагается средневековому королю, в камзол и рейтузы светло бежевого цвета, заправленные в сапоги, был так же снабжен алой мантией и золотой короной с рубином, а так же подпоясан перевязью с мечом. 'Настоящий король' - с уважением подумала я, наблюдая за тем, как он немного подался вперед, обращаясь ко мне, и судя по недовольному ропоту магов, уже не в первый раз. Ой!
  - Простите? - переспросила я, задумчиво изучая снежные узоры на ковровой дорожке.
  Смотрелось, кстати, очень красиво.
  - Я говорю, подойди ближе, не бойся, - с усмешкой повторил король, вновь откидываясь на спинку трона.
  Я сделала несколько неуверенных шагов и остановилась, вопросительно покосившись на монарха. Тот иронично выгнул бровь и поманил меня пальцем. От такой вольности со стороны властного монарха я опешила и растерянно огляделась по сторонам. Совет магов, состоящий в большинстве своем из умудренных жизнью, почтенных старце, прятал улыбки в густых бородах. Остальная часть, в силу возраста лишенная столь удобного мохнатого прикрытия, сцеживали смешки в кулаки, а некоторые в открытую улыбались. Обидевшись, я приблизилась к королю, на расстояние нескольких метров и замерла, испытывающе глядя на короля. Тот перестал подманивать, и теперь разглядывал меня с не меньшим интересом, чем я пару минут назад. Повисла недолгая пауза. Если честно, то меня так и подмывала как-нибудь разрядить обстановку. Например, в голове всплыло глупое желание, под столь пристальным взором, как в фильмах ужасов взять, и облизать свой глаз раздвоенным языком, чтобы так сказать ввергнуть наблюдателя в состояние шока, а потом мило-мило улыбаться, как ни в чем не бывало.
  -Да-а-а-а, - все-таки протянул король, после моего тщательного осмотра, и тяжело вздохнул, дав короткий приказ, после которого вся охрана в зале, будто испарилась. - И что же мне с тобой делать, чудо заморское?
  - Любить, кормить и никому не отдавать, - не подумав ляпнула я, и тут же обмерла от страха. Но мужчина только расхохотался и от избытка чувств стукнул рукой по деревянному подлокотнику, отчего я аж подпрыгнула. Отсмеявшись он подпер кулаком щеку и вновь обратился ко мне.
  - Извини, но я женат...
  Мой мозг напрочь отказался работать в таких условиях. По-моему короли себя так не ведут, и не паясничают, может он хочет, чтобы я его чем-нибудь оскорбила, чтобы потом со спокойной совестью повесить. Он ведь сам сказал, что не знает, что со мной делать.
  -Итак, у тебя есть ко мне вопросы? - уточнил король.
  - Да, - после минутной паузы спросила я. - Вы можете отправить меня домой?
  Мужчина отрицательно покачал головой, с сочувствием глядя на меня. Я закусила губу. Что ж, попытка так сказать, не пытка. Вроде уже даже смирилась с этим миром, и с тем, что мне никто помогать не станет. Бесплатный сыр...
  - Зачем я здесь?
  Король склонил голову на бок.
  - Чтобы провести обряд осушения, - и взгляд кристально чистый, как у меня, когда я лгу.
  -Обряд прошел, я могу теперь вернуться к себе в деревню? - уточнила я, заранее зная ответ.
  - Реналдо, позволишь? - вмешался в разговор глава ордена магов, прежде чем я успела получить ответ. Его величество безразлично пожал плечами и откинулся на спинку трона, предоставляя слово магу.
  - Детка, - начал мужчина. - Вид, к которому, несомненно, принадлежишь ты, не вполне изучен. В мире существует на данный момент всего три особи, включая тебя. Один является кронпринцем темных эльфов, вторая недавно отметила свой трехлетний день рождения в городе, принадлежащем драконьим полукровкам. Как ты сама понимаешь, у нас нет возможности наблюдать за ними, но есть ты...
  - Вы хотите проводить на мне эксперименты?
  Маг поморщился, будто съел килограмм лимонов, не закусывая, но быстро взял себя в руки.
  - Я бы попросил не перебивать меня, - мне стало стыдно, но не настолько, чтобы я не потребовала ответа на свой вопрос, ведь от него зависела все-таки моя жизнь. Тем временем Рематиан продолжил. - Мы не собираемся выкачивать тебе кровь или разбирать на составляющие, нам всего лишь нужно понять природу твоей силы и то, как она работает. Мы проведем ряд магических манипуляций с твоей аурой и физической оболочкой. На основе всего, что мы узнаем в процессе наблюдения, возможно, нам удастся удалить твой дар, если можно так сказать. Но я подозреваю, что это будет не возможно, поэтому самое максимально, что мы сможем предложить - это полная блокировка всех проявлений силы. Ну, ты поможешь нам, девочка?
  Не возможно было понять, правду он говорит или нет. Мне до дрожи не нравился этот мужчина. И я не понимала с чем это связано, может, дело было в его темно серых глазах, которые прожигали меня насквозь, отчего воздух застывал в легких, на полпути к выходу. Отбросив странное оцепенение, я задумалась, а почему собственно и нет? Я не знаю, какая им от этого всего будет выгода, но если побочным эффектом этих исследований станет возвращение мне возможности спокойно жить в обществе людей, то можно и рискнуть. К тому же, судя по напряженному взгляду короля, если я отвечу отказом, то меня живой отсюда не выпустят...
  - Вы сможете вернуть мне мой нормальный облик?
  - О чем ты, дитя моё? - искренне удивился маг. - Это и есть твой настоящий облик.
  -Но раньше он был, как бы это сказать, более человечным?
  - То был временный облик, со времени появления твоей полной силы, надобность в нем отпадает, так как считается, что теперь ты сама можешь за себя постоять, и нет необходимости маскироваться под другие расы. Возможно, когда мы тебя заблокируем, ты станешь более менее похожа на себя прежнюю, но не сейчас, - от его насмешливой улыбочки по спине пробежал холодок страха... и похоже эти слова были отнюдь не метафорой.
  - Что мне нужно делать?
  - Всего лишь пожить в замке пару недель, максимум несколько месяцев. Тебя проводят в другую комнату. Жить ты будешь в той башне, где проходил обряд, во избежание, так сказать конфузов. Её уже привели в порядок мои коллеги и обустроили всем необходимым. Твоя сумка и вещи уже там. Если ты понадобишься, за тобой придут, - маг молча кивнул королю, передавая слово.
  - Ты можешь идти, мы более не задерживаем тебя, - монарх тепло улыбнулся.
  Я сделала неумелый реверанс и вышла из зала. ***
  -Ужасное зрелище, - брезгливо поморщился Роналдо, когда за девушкой закрылись двери. - Надо было сказать, чтобы не попадалась на глаза придворным, иначе они разорятся на нюхательных солях.
  -Я приставлю к ней надзирателей, Ваше Величество, - поклонился маг.
  - Рематиан, было правдой все то, что ты тут ей сказал?
  - Конечно, не вижу смысла врать, правда ведь намного убедительней. Я просто кое-что не договорил...
  - Не сомневаюсь, и что же?
  - Я знаю и как вернуть ей облик, и как научить контролю над силой, но...
  - Блажен, кто ведает... - протянул король, с усмешкой глядя на старого интригана. Как бы маг не молодился, но магия со всей ее мощью не может отсрочить неизбежное.
  - Так и есть. Нам ни к чему, чтобы она училась.
  - В таком случае вся ответственность ложится на тебя, - Роналдо поднялся с трона. - На сегодня мы, думаю, закончили. Все могут быть свободны.
  
  ***
  
  Я мучилась бездельем, сидя на подоконнике небольшого стрельчатого окна у себя в комнате и без особого энтузиазма рассматривала уже порядком опостылевший пейзаж внутреннего двора. Прищурившись, я посмотрела на солнце и горестно вздохнула. До ежедневного визита магов еще оставалась куча времени. Солнце только встало несколько часов назад, а общество 'великих волшебников' вызывало меня уже после полудня. То ли только просыпались в это время, то ли просто вспоминали во время обеда, когда им подносили бокал охлажденного вина. Уже две недели прошло с тех пор, как меня переселили в башню. И каждый день до безобразия четко повторял предыдущий. С утра заглядывал Дамик, интересовался моим здоровьем, душевным состоянием и ходом обследования, потом кивал и убегал по своим делам. А после полудня мной несколько часов занимались маги, беря на пробы кровь, волосы, заставляя нацеплять какие-то амулеты и артефакты неизвестного назначения, после этого с умным видом записывали все в свиток, не говоря мне ни слова. Иногда в меня заливали разные зелья и смотрели на реакцию. А ближе к вечеру я забредала в библиотеку и сидела там до полуночи, пытаясь найти хоть какие-то сведения о меж пространственных телепортах или еще каких-нибудь великих магических штуках, способных вернуть меня в привычную реальность. Пока мои поиски не увенчались успехом, так же как и общение с обитателями данного террариума.
  Как я и предполагала, местные меня невзлюбили. Мало того, они всячески избегали возможности столкнуться со мной. Поначалу меня это даже веселило, но уже через несколько дней изрядно надоело выпрыгивать из-за угла с воплями: 'Я съем твои мозги'. Да и что греха таить, отловили меня за одной из таких выходок и высказали своё категорическое 'Фе', пригрозив карцером, если такое еще повторится. В принципе я так и не поняла, что именно повторится: мои зомби-похождения или моя поимка. Тем не менее рисковать больше не стала, и теперь вместо того, чтобы выпрыгивать из-за угла без предупреждения я заранее начинала завывать и скрести когтями по стене, выплывая на суд людской в белом саване, являющемся аналогом ночнушки. Надо ли говорить, что выходила я на такие прогулки вечером и ночью? Или, что стражники не оценили новой шутки? В конечном итоге меня посадили на сутки в темницу, после чего резко расхотелось шутить, да и вообще попадаться на глаза кому-либо. Мне категорически не хватало общения хоть с кем-нибудь. Придворные хотя бы просто падали в обморок, а слуги могли и кинуть тем, что было под рукой. Такое, если быть честной, было-то всего один раз, когда я пошла попить водички на ночь, и схлопотала сковородкой по голове, которой в меня швырнула застуканная в кладовке служанка. Так или иначе, впечатлений мне хватило, чтобы впредь брать с собой с вечера в комнату большой глиняный кувшин...так, на всякий случай.
  Спустившись с окна, я отряхнула тканевые брючки, подпоясанные по привычке куском веревки, и направилась вон из башни. Нечего сидеть на месте, когда меня ждут великие дела!
  Великие дела пришлось отложить, так как за дверью я нос к носу встретилась с компанией из пяти человек, и, судя по их лицам, ждать чего-то хорошего не приходится. Одного из них я узнала и тут же попыталась захлопнуть дверь, но мне не позволили, мягко, но настойчиво оттеснив от входа. Затравлено оглядевшись по сторонам, я вытянула руки вперед и замогильным голосом сказала свое фирменное: 'Я съем ваши мозги'. Мужчины недоуменно переглянулись, и моя надежда обратить их в бегство позорно сбежала сама, напуганная слаженным хохотом. Видимо всклокоченное чудо-юдо с испуганным взглядом не вязалось у них с образом страшного и кровожадного упыря. Я, кстати, нашла в библиотеке очень много научной литературы, в том числе и справочник по нежити, а так же учебник по расам и полный сборник похабных песен всех народов. Но мне кажется, эти мужчины не уйдут, если я перечислю двенадцать способов умерщвления вурдалаков или спою орочьи частушки, а потом еще и прочту лекцию об особенностях древне эльфийских культов. На этой грустной мысли я и остановилась, наблюдая, как пятеро мужчин профессионально зажимают меня в кольцо. Вперед вышел мой знакомый и протянул руку. Средневековый аналог приветливой улыбки не привел меня в восторг, а даже наоборот, я сделала шаг назад, и для надежности спрятала руки за спину, сцепив их в замок. Улыбка Шрама стала еще шире, грозясь разорвать лицо на две неравноценные части.
  - Не бойся, мы не причиним тебе вреда.
  - Ага, а сейчас вы возьметесь за руки и будете водить вокруг меня хоровод? - скептически поинтересовалась я, пытаясь найти пути к отступлению.
  - Нет, нам нужна твоя помощь, - хмыкнул Шрам.
  - Какая?
  - Мы скажем, если ты обещаешь не кидаться сосульками и не превращать нас в снеговиков.
  Я пожала плечами и предупредила, что не контролирую свои 'сосульки', и что они появляются, только когда я нервничаю. Так же пришлось прозрачно намекнуть, что у меня клаустрофобия, и явно сужающееся кольцо может её спровоцировать. Шрам все понял и отозвал своих приятелей. Видимо он у них за главного, атаман в шайке, ну-ну.
  - Так какая помощь вам нужна и с чего вы взяли, что я буду вам помогать? - спросила я, скрестив руки на груди. И действительно, с чего они взяли? Неужели я похожа на мать Терезу?
  Как ни странно, но бригада занервничала.
  - Помнишь, ты сняла с меня ошейник? - зашел издалека атаман.
  - Вы хотите, чтобы я его склеила?
  - Нет, - серьезно произнес Шрам, глядя на меня исподлобья. - Мы хотим, чтобы ты сняла их со всех.
  Вся моя напускная бравость испарилась, я с недоумением смотрела на пятерых взрослых мужчин, которые вглядывались в моё лицо с... надеждой!?
  - А зачем это вам? - глупо хлопая глазами, спросила я.
  - Мы все, из Обратного и хотим домой. Там нас ждут семьи, а пока эти чертовы железяки на нас, мы не сможем и шагу ступить с королевского двора без дозволения Хозяина, - последнее слово он презрительно сплюнул.
  Я растерялась еще больше. Из подземного города? Но как они тут оказались? Суда по тому, что я успела выяснить, они могли быть бандитами, раз уж их окольцевали. А если они из Обратного, значит пытались поднять восстание. Имею ли я право решать?
  - Если вас клеймили, значит вы преступники. И не прирежете ли вы мне горло после того, как я вас освобожу? Первое знакомство с тобой может служить тому подтверждением.
  - Ты хотела рассказать проклятому магу о том, что сняла с меня ошейник! Я разозлился, и не успел тебе ничего объяснить, - с сожалением произнес Шрам, затравленно глядя на меня.
  - Не может считаться преступлением защита своего дома и семьи, - вмешался молодой парень, стоящий слева от Шрама. Он посмотрел мне в глаза в упор и спросил.
  - У тебя ведь есть семья, не так ли? Ты можешь нас понять?
  Шах и мат. Я поморщилась, понимая, что они меня поймали.
  -Да, у меня есть семья, но как я могу вам верить? Вы могли это придумать, чтобы надавить на меня?
  Парни переглянулись и заржали. Ну что я опять такого сказала? Вроде не просила снова содержание их черепной коробки.
  -Если бы мы хотели тебе зла, то ты давно была бы мертва и без нашего вмешательства, - хмыкнул Шрам многозначительно подвигав бровями.
  - Что вы хотите этим сказать? - я внутренне напряглась.
  Мужчина с интересом наблюдал за ледяной дорожкой, расползающейся от моих ног. Он небрежно пожал плечами:
  -Ничего особенного, просто с первого дня пребывания здесь тебя раз пять пытаются отравить ежедневно.
  - Что?! - вскрикнула я. Вот дура, конечно мои шалости не могли не аукнуться мне, но в таком случае почему же я жива? 'Если бы мы хотели...'
  - Вы избавляете мою еду от ядов?
  Мужчины переглянулись и заулыбались. Я тяжело вздохнула и смерила их хмурым взглядом. Ну что ж, теперь, похоже, я должна им. С другой стороны они же не просят меня вскрыть дворцовую сокровищницу.
  - А эта штука правда живая? - раздался голос за моей спиной. Я тут же оглянулась, чтобы увидеть, как один из окруживших меня с любопытством тыкает носком сапога в лед на полу. Внезапно ледяная щупальца оторвалась от пола и злобно зашипела на своего обидчика. Тот отшатнулся и ошарашенно уставился на меня. Я в свою очередь так же офигевше уставилась на него.
  -Хм, Карт, я бы не советовал... - прервал молчание Шрам, задумчиво разглядывая формирующуюся изо льда прозрачную фигуру.
  Я не слышала их, во все глаза рассматривая живую ласку, недовольно шипящую на мужчин. Она выгнула спинку и топорщила свою шерсть... а была ли она у нее? Зверек повернул ко мне треугольную головку, когда я глубоко вздохнула, и начал что-то стрекотать, пощелкивая зубками. Просто немая сцена: толпа мужиков с уважением и опаской поглядывающих на меня, ледяное чудо-юдо, укоризненно что-то щебечущее мне, и я, как елочка посреди комнаты отрешенно-обреченно разглядываю весь этот балаган. Бедное дерево, и как оно все это терпит на протяжении зимних праздников...
  -Да-а-а, - задумчиво протянул Шрам. Все, включая меня и ласку, как по команде уставились на него, в надежде на то, что он как самый умный все решит. - Ну мы пошли, потом как-нибудь зайдем и поговорим.
  Вся шпана быстренько ретировалась с места событий, будто так и надо. Вот тебе и смелые мужчины. Прежде чем скрыться за дверью Шрам обернулся и пригвоздил меня к полу суровым взглядом:
  -Подумай, детка, над тем, о чём мы говорили. И позже жду от тебя соответствующих выводов.
  И он тихо прикрыл за собой дверь. Я растерянно повернулась к своей новой живности. Ледяная ласка презрительно фыркнула и рассыпалась снежинками с таким видом, будто ей хвост грязным сапогом зажала. С минуту постояв на месте, я встряхнулась и попыталась вспомнить, куда шла до того, как меня почтил своим присутствием цирк шапито.
  Ничего конкретного не припомнив, я решила просто прогуляться, чтобы привести мысли в порядок и устаканить всю полученную информацию. А подумать было о чем. Дворцовые переходы встретили меня мельтешением слуг и их воплями, при моем появлении. Не замечая никого и ничего, брела я в каком-то зомбированном состоянии, совершенно не глядя по сторонам и не контролируя направления перемещений...
  Значит меня пытались отравить, ну что ж вполне логично, особенно если учесть мои ночные похождения по коридорам. С другой стороны я не понимала, зачем это кому-то нужно. На чужих кавалеров я не претендовала, сплетен не переносила, косточки не перемывала и в постель к власть имущим не запрыгивала, да я даже элементарно ни с кем не разговаривала и даже старалась на глаза меньше показываться. Говорят яд - это оружие истинной леди, но тут возникает еще больше вопросов. Неужели ныне здравствующая королева (которую, кстати сказать, я ни разу не видела) решила, что я новая экзотическая игрушка её мужа, но ведь это абсурд! Еще можно предположить, что отравить меня пытаются местные маги, не шибко обрадованные моим пребыванием здесь, но опять же это не логично. Они ежедневно поят меня различными зельями и препаратами, о составе которых я не имею никакого понятия. Чего уж проще подсыпать туда какой-нибудь мерзопакостной дряни длительного действия, которая начнет действовать, скажем к вечеру, а найдя с утра мой хладный трупик, никто бы ничего не доказал.
  Получалась полнейшая ерунда и несуразится, либо я просто чего -то не учла, либо...либо Шрам соврал?! От этой мысли я даже остановилась, напугав вышедшую мне на встречу служанку, та с перепугу выронила корзину с бельем и рванула прочь, вопя во все горло. Я задумчиво поддела носком сапога корзину, сложила в неё разбросанное по коридору бельё и направилась дальше, стремясь скрыться с места преступления, пока не явилась моя 'любимая' стража с благодарностью за содеянное.
  Значит Шрам солгал мне, или же сам подсыпал яд, который, возможно, не подействовал не меня, а когда понял, что идея не удалась, преподнес это с пользой для себя...
  И вот так вот, нагнетая хмурые мысли, я сама не заметила, как спускалась все ниже и ниже по дворцовой лестнице. Очнулась я только, когда моему лбу встретилось на пути что-то твердое и явно деревянное, иначе будь это какой другой материал, мне бы не поздоровилось. Обреченно потирая пострадавшую часть тела, на которую, вопреки всеобщему мнению, я и собираю все удары судьбы, а не на ту, что пониже спины, хотя видят боги и ей в жизни досталось.
  Моё препятствие, как я и предполагала, было деревянным и являлось дверью, а вот куда она вела было не понятно. Подергала - заперто. Огляделась вокруг - пусто. Вокруг паутина, ни одного факела или светильника. Похоже в этой части замка давно никого не было, судя по толстому слою пыли, на котором отчетливо виднелись мои следы. И как же меня занесло-то сюда, ума не приложу.
  - Было бы, что прикладывать, - раздался насмешливый голос за спиной. Я обернулась, чтобы тут же шарахнуться в сторону, но не устояла, на внезапно подогнувшихся ногах, и чуть было повторно не приложилась об дверь.
  - Осторожно, последние отобьешь!
  Поток затхлого воздуха ударил меня в спину, возвращая в вертикальное положение, однако сильно это не поспособствовало делу, так как я элементарно и не культурно плюхнулась на пол, даже не обратив внимания на протестующий против такого обращения копчик.
  Передо мной стоял довольно молодой с виду мужчина, с невероятной улыбкой, освещающей его лицо подобно солнышку и предоставляющей всеобщему вниманию великолепную ямочку на щеке. Плотное, но гибкое тело, высокий рост, идеальная осанка и острые уши... и, стоп, уши?!...это же эльф! Стройный, подтянутый и ПРОЗРАЧНЫЙ! Мало того, что передо мной стоял мифический персонаж из сказок, да он еще был и недопустимо и необратимо мертв. Что же это за не справедливость, я даже разочарованно застонала. Такой красавец и не живой. Краски его лица будто потухли, совершенно непонятно было ни какого цвета его глаза или одежда.
  - Ох и долго я пытался тебя сюда привести, девочка. Все не мог до твоего разума достучаться, это сколько же можно постоянно о чем-то думать?! И ладно бы еще об одном думала, я бы зацепился за эту мысль и с помощью неё уж перенаправил, так нет же. У тебя мысли как жуки расползаются...
  - Тараканы, - поправила я, с открытым ртом рассматривая дальний конец коридора сквозь своего собеседника.
  - Что тараканы? - подозрительно прищурившись, переспросил эльф.
  - Мысли мои как тараканы, мне мой молодой человек так говорил. А еще любил в минуты моего молчания подходить и тихо спрашивать: 'Тараканы, вы что там, сдохли что ли?' - эльф фыркнул, старательно удерживая на лице грозное выражение. Но проиграв, звонко рассмеялся, и еще сильнее засветился мягким желтоватым светом.
  - Нет, ты очень забавный зверек. А что такое светодиод?
  Я недоуменно хлопнула глазами, откуда он знает такое слово?
  - Так ты сама только что меня так назвала.
  - Когда это? - неужели этот призрак мысли читает? Каюсь, когда он засмеялся, я как раз подумала, что за такой светодиодный светильник у нас бы денег не пожалели.
  - Да не то, что бы читали... еще раз обзовешь меня лужей киселя... - возмутился эльф, чуть ногой не топнув в праведном гневе. - Что за невоспитанная нынче молодежь...кто хрыч старый?! Я?! Мужчина взял себя в руки.
  - Прости, больше не буду лезть тебе в голову. Просто я так давно ни с кем не общался, а когда ты начала по коридорам слуг пугать мне интересно стало, вот я выследил твои мысли. Я пожала плечами и улыбнулась. Разве можно винить его, ему же скучно наверно так все время одному болтаться. Милый он хоть и старый наверно, да и загробная жизнь не способствует улучшению характера. Призрак кашлянул, что дало повод заподозрить его в новом вмешательстве в плавный поток моих 'тараканов'.
  - Все-все, больше не буду. Просто ты заглушки совсем не ставишь и мысли все на лице написаны, тебя так легко читать, даже усилия прилагать не требуется. А то в замке все экранов на себя навешают, пока их вскроешь, уже и не надо будет. Твои же как ветерок, везде слышно и чувствуются. Я так давно ничего не чувствовал.
  -Да чего уж там. Меня Рика зовут.
  -Ох и что ж это я, тебя в бескультурье упрекаю, а сам даже не представился Алагосʼэль Бэлкроу, принц дроу.
  - Дроу? - восхитилась я, - А кожа у тебя какого цвета? А волосы? А глаза? А клыки длинные? А какой магией владеешь? А под землей живете? А гномов видели?
  Вопросы сыпались из меня, как из рога изобилия, бомбардируя ошалевшего от такого напора, эльфа. Он встряхнул головой и сделал пару шагов назад, видимо ища пути к отступлению, но вспомнил, что по идее старший и авторитетный. Гаркнул так, что я по неволе тут же захлопнулась, тем не менее с мольбой глядя на эльфа. Тот заглянул в мои преданные глаза и устало потер рукой лицо, опустившись на пол напротив меня.
  - Что же мне с тобой делать?
  - У короля спроси...те, он похоже уже разобрался, а то я скажу, а окажется что и вы женаты, - обиженно буркнула я, под устало грустным взглядом.
  - На ты, мы же уже познакомились и я не женат...был, - он рассеянно выводил в пыли символы, призрачным пальцем. Мы какое-то время молчали. Я корила себя в том, что напомнила этому, в сущности, несчастному существу о том, что он не является живым. Ну почему я не могла промолчать? Обидела человека ни за что. Все-таки прав был папа, язык мой - враг мой. А этот еще, сидит грустит, нет бы наорал или по шее надовал. Алагос хмыкнул и одним движением стер свои записи.
  - Как у тебя все складно получается, я еще и виноват оказался.
  Прям от сердца отлегло, улыбается.
  -А зачем ты меня сюда привел? - перевела я тему, вспомнив, что сижу на полу в подвале.
  - Помочь тебе хочу, - серьезно произнес эльф. - Когда я еще жив был, у меня был двоюрный брат, и он в сущности своей был элементалем как и ты. Я вырос с ним, понимал его и часто помогал, поэтому и тебе помочь смогу.
  - Тебе-то какая с этого польза? - удивилась я.
  - А может это моё предназначение, кто знает, - он хитро подмигнул мне, но тут же тяжело вздохнул. - Да и если быть честным, сил нет смотреть, как эти изверги над тобой издеваются и лапшу вешают, а ты и уши развесила. Молоденькая ты еще, а уже одинокая.
  - Спасибо, дедушка, - растроганно произнесла я, состроив самую умильную рожицу, что в принципе было совсем не трудно, с моими-то глазами на пол лица. Эльф поперхнулся вздохом и укоризненно погрозил мне пальцем, вскоре не выдержав и рассмеявшись.
  - Похоже наше общение будет о-о-очень забавным. Так что, будем учится?
  - Будем.
  И понеслось...
  
   Глава 5.
  - Будем учится, будем учится...Мучится будем! И кто меня за язык-то тянул?!
  - Бес, не иначе, - поддакнул дроу, с улыбкой наблюдая за моими стараниями. Смешно ему, сидит себе в кресле и в ус не дует. А есть ли у эльфов усы?
  - Нету, не растет у нас растительность на лице, не отвлекайся, - перебил он меня.
  - А как же брови? - вякнула я, за что сразу схлопотала подзатыльник. Вот и как он это делает? Вроде и прозрачный, и сквозь стены ходит, к предметам прикасаться и то не может, а как ученице своей нерадивой 'подмогнуть' в обучении, так это он всегда за. Я встряхнулась от еще одной не болезненной, но, тем не менее, обидной затрещины и сосредоточилась на своем задании. Отражение в зеркале сердито нахмурилось и убрало довольно длинную челку с лица. Моим наипервейшим желанием было вернуть себе более очеловеченный вид, к тому же с каждым днем дела обстояли все хуже и хуже.
  Это началось месяц назад, когда я впервые познакомилась со своим не совсем живым учителем. Мы засиделись до вечера, как раз когда запаниковали маги, не обнаружившие меня в башне, и поднявшие кипеш на весь замок. Алагос нехотя признался, что убрал меня из зоны видимости 'старых маразматиков и интриганов', и после моего громкого и долгого, по его меркам, возмущения, длившегося всего минуты три. Недовольно поморщившись, он обещал найти меня завтра, и исчез. Вскоре после его отбытия передо мной материализовать толпа недовольных и слегка помятых магов. Они хмуро оглядели меня, и принялись выспрашивать, что я тут делаю, как сюда попала и т.д. Я честно отвесила, что шла-шла, задумалась и вот пришла, а потом заблудилась и не смогла вернуться назад. Кто-то из мужчин спросил, почему я не пошла назад по следам, отчетливо отпечатанным в пыли подземных коридоров. Нарисовав на лице удивление, я спросила, что неужто так можно делать и как это я сама не догадалась. После этого вопроса слегка напряженные маги полностью расслабились и начали посмеиваться, снисходительно поглядывая на меня. Один лишь Рематиан, к моему неудовольствию, входящий в состав поисковой комиссии, недовольно сверлил взглядом. 'Ни слову не поверил,' - поняла я, делая в памяти зарубку, держаться от него подальше.
  - Ну что ж, на сегодня я отменяю все дела. Девушка наверняка устала и перенервничала, блуждая тут в одиночестве. Так что, милорды, все свободны, - Рематиан улыбался, однако в глазах не было и тени веселости. Он внимательно пригляделся к одинокой цепочке следов, которая с потрохами выдавала то, что никуда я больше не ходила и выхода не искала. С не меньшим вниманием он пригляделся к вытоптанной площадке и все это, не отрываясь от своей сладкой как патока, речи. Я поежилась, неприятный мужчина, и как же хорошо, что призраки не оставляют следов... На следующее утро после произошедшего я взвизгнула так, что вновь примчалась вся магическая дворцовая элита. Они ввалились в дверь, даже не постучавшись, да и мне в тот момент было не до церемоний. Увидев меня, маги напрочь позабыли все свои неотложные дела и кинулись меня рассматривать. Оказалось, что вопреки мнению Рематиана, мой облик еще не был окончательным для элементаля, и что-то послужила толчком к дальнейшим изменениям, или же просто пришло время. Вдоволь наигравшись и насмотревшись, маги степенно удалились к себе, обсуждая неожиданность хода эксперимента.
  Я же залезла под одеяла и проплакала весь день. Вот такую красивую, опухшую и зареванную меня ближе к ночи нашел Алагос. Каким-то немыслимым образом ему удалось выковырнуть меня из постели, и, разглядев меня при свете, нахмурился. Все тело покрывали пока еще мелкие синие чешуйки, которые в будущем грозили многими житейскими трудностями да и эстетическими неприятностями. Без лишних слов меня усадили обратно на кровать и завернули в одеяло. Сам дроу уселся на стул и вперил в меня задумчивый взгляд, когда я немного успокоилась и перестала хлюпать носом, то заерзала под взглядом задумчивых призрачных глаз. Заговорил эльф неожиданно, не отрываясь от меня.
  - Я знаю не все, но и это будет намного больше чем знают или делают вид, что знают человеческие маги. Но прежде чем я расскажу тебе, скажи мне, кто ты? Ты не знаешь самого элементарного для элементаля, хотя уже не маленькая и твой вид оберегался и обучался самыми талантливыми представителями всех рас.
  - Я - человек, но из другого мира. Там у себя потеряла сознание, а тут очнулась в гробу на деревенском кладбище, - я не видела смысла скрывать то, что не является тайной ни для одного человека в этом дворце. А то, где я очутилась по прибытии, вообще не имеет ни скрытого важного смысла, ни значения, но похоже я ошиблась. Дроу удивленно округлил глаза и пару раз моргнул, а потом как то рассеянно кивнул каким-то своим мыслям.
  - Это многое объясняет, Иная.
  -Что объясняет? Какая, Иная? - совершенно запуталась я. Ну допустим Иной у них называют попаданок, но как моя принадлежность к другому миру влияет на изменения во внешности...а вдруг?
  Алагос улыбнулся, читая мои мысли, крупными буквами написанные на моем лице.
  - Да, элементали пришли к нам из другого мира. Жалкая горсть выживших. Остатки некогда великого, как они сами говорили, народа, покинувшего свой умирающий мир, в поисках пристанища. Их небесное светило остывало и сделать ничего было нельзя. Самые сильные из их магов создали односторонний разовый портал, и, отдав за его активацию свои жизни, отправили выживших в другой мир. Элемы, так они себя называли, прибыли сюда слабые. В основном это были женщины и дети, но было и некоторое количество стариков, которых уважительно звали Памятью. Они поселились в горах, пугливые, не общительные, странные и не похожие на других, они вырубали на корню любые попытки к завязыванию хоть каких-нибудь отношений. На много веков все забыли о них, сами же элемы о себе не напоминали, ни с кем не враждовали. Мир жил и развивался своим чередом, но...
   Однажды молодой дракон попал в грозу и рухнул в ущелье. Поисковый отряд прочесал все горы вдоль и поперек, не обнаружив и малейших следов, которые могли указать на место крушения и дальнейшую судьбу парня. Его семья очень горевала, ведь их мальчик еще ни разу в жизни не перекидывался в двуногое существо.
  Я недоуменно моргнула, не понимая о чем говорит эльф. Разве драконы не имеют свой особый облик в человеческой ипостаси. Какие-нибудь двухметровые красавцы с золотыми глазами и харизматичной внешностью Хью Джекмана. А женщины стройные, прекрасный и совершенные. Об этих сомнениях я и уточнила у рассказчика, который долго ржал на харизматичностью и двухметровостью. Немного отсмеявшись, он пояснил для особо необразованных особ.
  - Понимаешь, такого понятия как дракон-человек, не существует. Драконы существа магические и их истинным обликом является тело огромной крылатой рептилии, но особенность их магии такова, что они могут становится другим существом даже на клеточном уровне, но только одним. Когда дракончик достигает определенного возраста, то сам выбирает, каким будет его очеловеченная версия. Для этого требуется хотя бы один представитель той расы, в которую желает перекинутся дракон. Так сказать пример для подражания. Превращаясь, скажем, в эльфа, дракон сканирует ауру и все биоритмы наблюдаемого, а так же выпивает немного крови. После этого обряда дракон погружался в летаргический сон ровно на месяц, а по истечению этого срока из кокона магических нитей выходил эльф, дроу или человек с полностью индивидуальной внешностью, а не как ты думаешь копия того, с кого снимали параметры. Все драконы предпочитают жить в горах или в жерлах вулканов, где держат свои кладки. Когда же приходит время изменения, они прилетают на окраину города и просят того или иного представителя рас помочь им в этом.
  - А бывают такие, кто ни разу в жизни не перекидывался?
  - Да, такие есть, но наукой доказано, что при отсутствии второй ипостаси дар дракона не раскрывается в полной мере, к тому же они более агрессивны. Поэтому одноипостасные живут в отдалении от своих сородичей и в основном это личный выбор каждого. Поняла?
  Я понятливо закивала и попросила продолжить ту историю про раненого дракона. Алагос, какое-то время молчал, видимо собираясь с мыслями, ведь я все-таки сбила его с мысли своими вопросами, прыгая с одной темы на другую. Эльф вздохнул, потер переносицу и продолжил:
  - Спустя несколько лет в одной из пещер драконов появился молодой человек, хотя человеком его можно было назвать с большой натяжкой. Темно бардовая кожа, ярко рыжие волосы, подобные языкам пламени и красные как кровь глаза. Драконы заволновались и попытались выгнать незнакомца, но тот лишь расхохотался и перекинулся в того самого пропавшего дракона. Когда радости и восторги от воссоединения семейства поутихли, сородичи принялись выяснять, что же это за вид такой представляет собой его вторая ипостась, тогда то драконы и вспомнили про элемов.
  Карагус, так звали того дракона, поведал о народе, спасшем и выходившем его после неудачного полета в горах. Элемов был не много, жили они под землей и в пещерах. Когда молодого дракона выходили, он узнал, что спасителей его преследует ужасное горе. Они вырождаются. Прибыв в наш мир эти необычные существа поняли одну ужасную вещь, они полностью не совместимы ни с одной из наших разумных рас. Детей от такого брака ни разу ни рождалось, поэтому элемы и спрятались ото всех, не желая конфликтов, которые могли подкосить их итак не высокую численность. На тот момент их насчитывалось не более сотни, что непомерно мало. За время пребывания среди элемов Карагус проникся симпатией к этому народу, и в один прекрасный день он перекинулся, выбрав для своей второй ипостаси образ элема. Те с радостью приняли его в свою общину, дракон даже влюбился в одну из их девушек. Сыграли свадьбу, так как молодые были по уши влюблены и никого и ничего вокруг не видели. И какого было удивление всех элемов, когда через год у молодых родился ребенок. Счастью старейшин не было предела. Карагус отправили к драконам, чтобы он рассказал все, что узнал. Драконы охотно использовали новые образы забавных существ с необычной силой и внешним видом. Не всегда, перекидываемые в элемов влюблялись в представителей этой расы, даже можно сказать, что их были единицы, но это никого не волновало, все были слишком счастливы. Элемы, что не вымирают, потому, как дети от союза дракона и элема могли рожать не только от себе подобных. А драконам нравились их новые тела, здоровые, сильные и необычайно красивые. Так драконы стали спасением элемов, но они же и послужили причиной их гибели и частичного изменения. Постепенно кровь элемов разбавилась настолько, что ни одного истинного в нашем мире не осталось. Конечно еще есть драконы, у которых вторая ипостась элем, но их мало и они очень старые. Тут и вступают на арену те, кого сегодня мы зовем элементалями. Это, как ты уж догадалась, очень дальние потомки элемов и драконов. Элементали имеют облик элемов, но с большим количеством нюансов, привнесенных в ваш облик драконьей кровью. До периода полового созревания они ни чем ни отличаются от тех, среди кого живут и родились. Когда же пора приходи их внешность меняется и в элементалях просыпается дар их предков, а именно способность управлять стихией, но это не совсем правильное определение. Элементаль с древнего языка переводится как 'часть стихии', 'часть элемента'. Говорят, огненные элемы могли жить в пламени огня, а водные растворятся в любой жидкости и перемещаться таким образом. Нынешние же элементали не способны на такие немыслимые вещи, хотя кто знает, возможно, для дара элемов не имеет значение густота крови, а только её наличие. Никто так и не понимает по какому признаку и почему у того или иного человека проявляется дар элемов, хоть и понятно, что для этого нужно, чтобы в предках был элем, но случается это очень редко. На сегодняшний день, если считать с тобой, у нас три элементаля. Ты - ледяной потомок элема, мой брат и кронпринц дроу Эридиан - водяной, и принцесса дражби Малика ветряная. Вот в общем-то и все, что я знаю. Довольна?
  - Нет, - мотнула я головой, хотя признаться честно, история меня восхитила, но оставалось много неясного. - Кто такие дражби, и как получилось, что я стала элементалем, я же из другого мира.
  - Вот неуёмное создание, - буркнул эльф, но я видела, что ему интересно и приятно поговорить хоть с кем-то, ведь он так долго молчал...Моя мама называла такое явление словесной диареей. - Дражби, если дословно, то ДРАконы Без Ипостасьи. Если мать дракон, а отец нет, то рождается дракон, не способный к обороту никогда в жизнь, это никак на него не влияет, хотя бы потому, что дар у него итак слабый из-за кровосмешения. Если отцом является дракон, то ребенок не способен к обороту в обратную сторону, но кровь драконьего племени сильна, и проявляется в виде магических или незначительных анатомических изменений. Что касается тебя, то я без понятия, как ты стала элементалем, может у тебя в роду драконы. Так, все, молчи, ни слова, я уже устал. Скоро рассвет, иди спать, завтра помучаешь меня еще. Спать!
  ...Вот так и исчезло моё спокойное существование. Днем я несколько часов мучилась под пытками магов, а потом где-нибудь запиралась и занималась с Алагосом. Он пытался хоть как-то объяснить мне на словах, что и каким образом делал его брат, чтобы достичь нужного эффекта. Так как сам он никогда не пробовал это делать и описывал свои ощущения и наблюдение, то изучение шло с баааальшим скрипом, но все же шло. Моя чешуя отросла очень значительно и начала твердеть , но я теперь могла так сказать убирать ее. Это была не видимость и не иллюзия, а частичная трансформация. С остальной пугающей атрибутикой было сложнее. Клыки отказывались принимать нормальный размер, глаза по прежнему прятали от меня и белок и зрачок(стеснялись наверно), а волосы не становились русыми. Сейчас же я сидела перед большим зрекалом с высунутым языком и старалась сделать из двух половинок одну. Этот дроу, чтоб ему не развеяться, в шутку предложил потренироваться с той частью тела, что пониже спины.
  - У меня уже язык болит, - пожаловалась я.
  - Меньше болтать будешь! - назидательно ответил на мой скулеж злобный дроу.
  Вперившись в зеркало я уставилась на свое отражение, потом закрыла глаза и представила, как два кончика срастаются в один, язык обдало холодом, я обрадованно вперилась в зеркало и разочарованно завыла. Дроу заинтригованно подался вперед и, узрев причину собачьего концерта, схватился за живот и захохотал. Я зло прищурила глаза, и тут же спрятала язык за зубами, старательно его согревая. Две половинки таки стали одной, правда не так как надо, они элементарно смерзлись, отчего конечность онемела.
  Алагос все еще всхлипывал, утирая призрачные слезы, и бормотал сквозь смех, расслышать было проблематично, получалось что-то на подобии: 'Ахахах...в одну... ахахахах.... вот ты сморозила...АХАХАХАХХ... сморозила!...ахахахахах...умора...ахахаххаах...а если бы тренировалась на задн...ахахахахха'
  Язык начал оттаивать, постепенно вновь возвращая возможность им шевелить. Я пару раз причмокну, провела им по зубам и недоверчиво замерла. Сунула пальцы в рот и ощупала свою ЦЕЛУЮ часть тела! Схватив, намучившийся за сегодня орган, я выволокла его на свет божий.
  - Смотли! У меня полусилось! - завопила я, подскакивая к своему учитель.
  Призрак только- только переставший ржать, посмотрел на меня и, хрюкнув, сполз со стула на пол.
  Похоже у него истерика, подумала я, разглядывая скошенными, на нос глазами свой родной и целый язык.
  Отсмеявшись, Ал распластался на полу в позе морской звезда. Я присела на корточки, понятливо разглядывая полупрозрачную фигуру.
  - Давно так не смеялся?
  - Ни разу с того момента, как перестал быть ребенком, - счастливая улыбка послужила ответом. - Весь этот этикет, обязанность держать лицо в любой ситуации, а тут хочешь валяйся, хочешь хохочи над неумехой ученицей ради этого стоило...- он запнулся.
  - Нет, дорогой учитель, ради этого не стоило умирать, - хмыкнула я, вздохнув, но тут же перевела тему. - Чему дальше учиться будем? Слушай, а я в принципе вполне так довольна своим видом. Принцип вполне понятен, могу и сама потренироваться в свободное от всего время. Может к способностям перейдем? Мне надоело все морозить...особенно живых существ.
  Эльф перевернулся на живот и задумчиво положил голову на сцепленные в замок руки, прикрыв глаза.
  Я не прерывала его размышлений, лишь старательно вглядывалась в черты лица, стараясь угадать его решения.
  - Давай начнем с того, что маги и здесь тебя обманули. Просто твои возможности не поддаются контролю как обычные. Вот скажи мне, когда начинает замерзать все вокруг тебя? - он открыл глаза.
  - Когда мне страшно или я волнуюсь.
  - В том то и дело, что твои силы замешаны на твоих эмоциях. Магический резерв у элементалей находится слишком близко с аурой, поэтому разумом влиять на него невозможно, только контроль над собственными эмоциями.
  - Тогда мир в опасность и маги меня не обманули. Мои силы не поддаются контролю, - я нервно хихикнула и вытянула ножки, которые начали затекать от долгого пребывания в скрюченном состоянии.
  Дроу хмыкнул и загадочно улыбнулся.
  - Ты права, ты ведь и улыбки сдержать не можешь, а когда о чем-то думаешь, все на лице написано, даже телепатом быть не надо. Но тебя никто не заставляет меняться. Я говорю только о тех эмоциях, которые вызывают всплески, ты же не устраиваешь снегопад, когда стесняешься или не обрастаешь сосульками при смехе. Будем с тобой учится обуздывать страх, восторг, отчаяние и тому подобные сильные штучки.
  - А как? - заинтересовалась я. - Медитировать будем? Или в транс впадать? Хотя нет, в транс не надо, а то орет на меня кто-то, чувствую, что на пределе, и тут ка-а-а-а-к впаду посреди ссоры в транс. Еще за припадок примут, сразу сожгут на костре.
  - Нет, транса не будем, - улыбнулся дроу, видимо представляя описанный мной процесс. Потом как-то уж слишком по-кошачьи фыркнул и встряхнул головой. - Такого счастья нам точно не надо. Мы просто преобразуем твои возможности, так сказать переведем бурю в мирное русло. -
   Хм, как же ты себе это представляешь, я же буду не в стабильном состоянии, чтобы контролировать процесс, а...
  - Рика! - в дверь постучали. Я испуганно глянула на дверь, потом на учителя, которого, к счастью, и след простыл. Глубоко вздохнув, чтобы унять учащенное сердцебиение, я недовольно глянула на заиндевевшие штаны и погрозила в темноту пальцем, пробурчав:
   - Вот тебе и контроль с мирным руслом, хорошо хоть теплообмен наладили с тобой.
  Стук повторился. Натянув на лицо хмурое выражение, я позволила войти. Дверь немного приоткрылась и в ней тут же нарисовалась лохматая голова моего друга.
  - Привет, Дамик, - улыбнулась я. - Ты чего там встал, как не родной. Иди сюда! Я тебе сейчас такое покажу!
  - Я тебя искал везде. А ты с кем болтала, я голоса слышал? - он прикрыл за собой двери и плюхнулся на ковер рядом со мной, пряма на то место, где лежал Алагос.
   Я не растерялась, так как уже давно придумала энное количество отмазок на случай вот таких вопросов. Поэтому пожала плечами и с самым обиженным выражение лица пожаловалась на то, что огромный талмуд свалился на маленькую бедную меня, придавив ножку. Но под мои вдохновенные завывания и претензии противная книжка не реагировала, и даже не устыдилась своего поступка. На душе остался противный липкий осадок от того, что пришлось врать другу, но так было надо, ведь хоть и нечаянно, но он мог выдать магам мою маленькую тайну по имени Алагос.
  Как ни странно, но Дамиан проглотил мою ложь, и даже посмеялся над моей непутевостью. Он одним щелчком отправил талмуд на свое место.
  Я проводила книжку восхищенным взглядом:
  - Класс, а теперь верни ее мне. Я ее пол дня пыталась достать, чуть с лестницы не навернулась.
  Маг обиженно засопел, но уже менее пафосно доставил книжку в мои объятия, напоследок шлепнув меня ею, отчего я опрокинулась на спину.
  - Ах так да?
  - Я тоже скучал, вредина, - улыбнулся парень, стаскивая с меня книгу, которая наверняка в прошлой жизни была о-о-очень крупным быком.
  - Ты чего пришел-то? Неужто варенье закончилось? - привычно придралась я, скрывая смущение, вызванное его словами.
  - Да вот вырвался наконец от этих извергов старых, они совсем очумели. Замучили до смерти, даже чайку попить некогда. У меня твоя банка до сих пор непочатая стоит. - он тяжело вздохнул.
  - Ути мой бедненький, совсем злые дяденьки моего мальчика переутомили. Давай их отлупим?
  Маг покрутил пальцем виска, но потом рассмеялся, на моё рассерженное пыхтение. Он задумчиво побарабанил ногтями по коленки, задумчиво гладя на меня, потом встрепенулся.
  - Я чего пришел-то, хотел тебе штуку одну показать. Недавно в подвале нашёл, думаю тебе понравится, пойдем?
  - Что, сейчас что ли? - тем не менее я подала ему руку, в ставая с пола.
  - А ты занята? - вроде как обиделся маг. - Я как лучше хотел, к тебе бежал.
  - Ну все, не дави на психику, идем уже.
  Когда я закрывала за собой дверь в библиотеку, то увидела обеспокоенное лицо Ала. 'Я скоро вернусь,' - прошептала одними губами и подмигнула. Ш
  ли мы почему-то в тишине, как я не пыталась разговорить друга, тот отделывался скупыми фразами, а потом и вовсе принялся игнорировать вопросы.
  - На обиженных воду возят, - буркнула я, подстраиваясь под размашистые шаги Дамика. - Я между прочем научилась чешую убирать, а то она так отросла и топорщится при движении. Я ведь столько рубашек порвала, пока не научилась трансформироваться. С одеванием то проблем не возникало, как никак она в одном направлении растет, а как стягивать с себя начинаю, так она цепляется и прям рваться начинает. Штаны одни так на ленточки порвала, а уж как я намаялась когда гребень расти начал. Представляешь? У меня на спине шипы вдоль позвоночника появились, миленькие такие, синенькие, как ногти. Я их конечно тоже убирать научилась, но прикинь какая вещь полезная. Полезет какой мужик обниматься, а я бац и шипы выпущу! Дамик, ты меня слушаешь или я с призраком говорю? Мы куда идем- то? Далеко еще? Ну Дамик, ну не будь букой. Мне просто лень идти было, вот я и уперлась.
  Своей болтовней я ничего не добилась. Маг все так же молча шел, изредка оборачиваясь, видимо ожидал слежки. Значит нашел что-то запрещенное и явно интересное. Мысленно потирая ручки, я тоже огляделась. Но в коридорах было пусто.
  Дамиан остановился возле сплошной стены, на которой после некоторых манипуляций проступили контуры арки. Любопытство взыграло ни на шутку и я сунула нос в проход. По ту сторону оказалось небольшое помещения, посреди которого стоял тот самый артефакт, который я заморозила чуть больше года назад, только сегодня он пульсировал странным бардовым светом, придавая зловещее освещение комнате. Возле одной из стен стоял стол, а рядом пристроились несколько кресел с высокими, повернутыми к входу, спинками.
  - Странное место, а что тут делают? - спросила я.
  - Это мы сейчас и узнаем, - донесся голос со стороны кресел. С них один за другим начали подниматься маги, во главе которых, конечно же, был Рематиан.
  - Ой, - пискнула я. - Дамик, нашли твое тайное место.
  - Она ваша, - прозвучал голос друга за спиной. Я тут же обернулась, изумленно распахнув глаза. - Что это значит?
  - Это значит, милая моя, что ты допрыгалась.
  Ласково потрепал меня по голове...кто?...друг ли?
  -Привяжите ее к камню, только стукните чем-нибудь, чтоб не верещала. - прозвучал приказ Рематиана.
  
  
  ********
  
  
  - Ты что творишь?! Как?! Как человек без способностей стал магическим созданием в твоем мире?! Или тебе закон сохранения совсем ни о чем не говорит?! -
  Да успокойся, Зарун, ты вопишь как гарпия. Это же мой мир, да и так лучше. Ты же своего парня наделил способностями, а я что не могу? - Демиург сидела на подоконнике и методично полировала итак идеальные ноготки, совершенно не обращая внимания на мечущегося по комнате мужчину.
  В моем случае все соблюдено, я перекинул парня в тело, которое уже обладало силой, а то, что своими выходками он разбудил кровь огненного элементаля, так это уже не мое вмешательство. Он сам наворотил, теперь пожинает плоды. Но ты перенесла ВСЮ её, а не душу. Откуда сила взялась, на Земле никогда не было элемов. Скажи еще спасибо, я не убил тебя за то, в какое место ты ее перекинула. Это надо было додуматься дитя урбанизации закинуть в гроб, а если бы она задохнулась? Ты вообще чем думаешь.
  - Так весело же было, особенно когда ее старик святой водой поливал, вот умора, - красавица пристально оглядело дело рук своих и ногти поменяли цвет на ярко красный, удовлетворенно хмыкнув, девушка развеяла пилочку и закинула ногу на ногу. - И вообще, я в дела твоего игрока не лезу, и ты к моему не лезь. Что хочу, то и делаю, а по поводу силы, так во время переброски выброс сильный бы, ну я его перехватила и модернизировала куколку. Такая милашка получилась, все людишки шарахаются, - девушка рассмеялась.
  - Выброс? - удивился мужчина и замер, задумавшись.
  В это мгновение послышался мелодичный перезвон и посреди помещения открылся меж пространственный портал. Демиурги переглянулись.
  - Ах ты тварь продажная! - рев появился в комнате раньше, чем его обладатель.
  Мириам вздрогнула и постаралась вжаться в то место, на котором сидела. Из портала вылетел метеоритом разъяренный мужчина с невероятным цветом волос, отливающем всеми цветами радуги. На его руках образовались когти, в мгновение ока сжавшиеся вокруг тонкой женской шеи.
  - Ты убила её! Ты мелочная эгоистичная дрянь!
  - Станор, успокойся, - откинул взбесившегося демиурга Зарун, закрывая собой испуганную напарницу. - Ты не в себе, остановись!
  Мужчина зарычал, обнажая внушительный арсенал клыков. В узких вертикальных зрачках плескалось бешенство. Мгновенье демиурги сверлили друг друга взглядами, но постепенно самообладание вернулось к тому, кого назвали Станором. Он гордо вздернул подбородок и поправил сбившуюся рубаху.
  - Я требую дуэли Чести!
  - Кого убила Мириам? - прервал его Зарун.
  - Она убила мою Шеорен, - его голос дрогнул. - Она её уничтожила!
  - Никого я не убивала. Она же умерла пять веков назад! - пискнула девушка, выглядывая из-за плеча своего защитника.
  - Твоя новая игрушка была беременна, но во время пространственного перехода ребенок погиб! - рычание вырвалось из глотки мужчины. - Ты лишила ее права на реинкарнацию, использовав жизненную силу на изменение девчонки!
  - Тот энергетический выброс, - охнула девушка, прикрыв рот ладошкой.
  - Верни её! Немедленно! - вновь разъярился мужчина.
  - Успокойся, друг. Как ты себе это представляешь? Год без интима и тут ребенок? Что ей ветром надуло? Потребуй клятву, что она вернет энергию, потраченную на изменение девочки. И возьми обещание, что при первой же возможности, твоя Шеорен возродится. Наша игра предусматривает соединение её будущих родителей вновь.
  Станор задумался, пристально глядя на двух демиургов, стоящих напротив.
  - Хорошо, но учтите. Я Станор - покровитель элемов и оставляю за собой право вмешиваться в вашу игру. Договор?
  - Договор, - раздался слаженный хор.
  Удовлетворенно кивнув, демиург исчез за аркой портала.
  - Кажется наша игра выходит из-под контроля.
  - Что ты имеешь в виду? - удивился Зарун.
  - Они собираются ее уничтожить...
  
  ***
  
  Самое мерзкое и отвратительно в жизни - это предательство. То, чего я боялась больше всего в жизни, помимо боли. Как же можно так бездушно играть чувствами людей, а после этого не испытывать не капли раскаяния.
  Вырубать меня не стали, просто схватили и начали привязывать к камню, который сегодня играл роль жертвенного алтаря. Сопротивляться я даже не думала, какой в этом смысл, когда в помещении собрались пятеро сильнейших магов этого королевства. Мои способности, который в момент сильного стресса как всегда вырвались на свободу, мгновенно впитались в артефакт, усилив его свечение. После этого я впала в какую-то апатию, будто со стороны наблюдая за происходящим.
  В четыре руки меня оперативно распяли не алтаре. Тугие веревки больно врезались в кожу, немного отрезвив, но не столько, чтобы до меня начал доходить весь ужас происходящего. Я смотрела в, ставшие за последнее время, такие родные карие глаза и пыталась найти в них объяснение, но его там не было, как и не было раскаяния или вины. Черты лица Дамиана будто заострились, а на губах играла ехидная усмешка, довольного своими деяниями человека. Он что-то говорил мне, но я не слушала, широко распахнув глаза, из которых текли беззвучные слезы, застывающие ледяной коркой на моих щеках.
  К реальности вернула острая боль в правой руке. Я повернула голову, чтобы рассмотреть, что там творится. Один из магов сосредоточенно вырезал острием кинжала руны на моей ладони. Дернувшись как можно сильнее, я добилась того, что стилет соскользнул и оцарапал один из пальцев, но рисунок мага был нарушен, отчего я удостоилась гневного взгляда. Недобро усмехнувшись я напряглась и дернула второй рукой, чтобы услышать злобное шипение с другой стороны.
  За свою самонадеянность я дорого поплатилась, кто-то с силой потянул меня за волосы, отчего слезы брызнули из глаз. Стиснув зубы, я наткнулась на сладко-приторную улыбочку 'друга'.
  - За что? - шепотом спросила я.
  Маг удивленно приподнял брови.
  - За силу, конечно. Ты думаешь, мне интересно было милого дурачка изображать, да если бы не просьба отца, я бы ни за что не согласился столько времени на тебя тратить.
  - Отца? - не поняла я.
  - Ну да, я лорд Дамиан Дерлосский, сын Лорда Рематиана Дерлосского, - и гаденько так усмехнулся.
  - Чему я удивляюсь, еще одна ложь. И все ради моей силы, которую я итак отдала бы, стоило лишь попросить.
  Дамиан нежно, как маленького ребенка погладил меня по голове:
  -Глупенькая маленькая девочка, ты не можешь отдать нам силу, ты и есть сама сила, так что придется разрушать не только телесную оболочку, но и душу разорвать на кусочки, чтобы забрать по максимуму. Ох и намучались мы с тобой, пока смогли формулу и ритуал составить, да и отвары, которые ты пила из дорогостоящих и редких компонентов созданы. Это же такая кропотливая работа, ослабить функции и иммунную систему первоначально идеального существа. Ты же просто идеальна, девочка моя, ты не волнуйся, больно будет долго, но твои страдания не напрасны, я потом аккуратно заморожу части твоего тела, ведь надо будет их потом изучить, - он все гладил и гладил меня по волосам, дергая и причиняя боль каждым движением, и с его лица не сходила безумная улыбка.
  У меня все похолодело внутри, да он же ненормальный! Псих!
  - Срежьте с нее рубашку и брюки, нужно будет начертить знаки над сердцем и на животе, и вогнать пару кристаллов между третьим и четвертым ребрами, - четко и спокойно отдавал приказы придворный маг.
  - Я не хочу умирать. Вы, вы не посмеете!
  - Заткните её! - поморщился один из магов. - Что за...
  Стены внезапно дрогнули и в воздухе почувствовался запах озона, а маги вскинули руки, что-то завывая на своем непонятном языке. Веревки начали извиваться, внезапно опали, высвободив из плена мои конечности. Я дернулась вперед, надеясь вскочить с жертвенника, но как оказалось меня по прежнему удерживали цепкие пальцы Дамиана, впившись в волосы, почти у самых корней.
  Маги отбивались от чего то невидимого мне, но по видимому видимого им. Дамик вскрикнул и разжал руки, схватившись за лицо. Я скатилась с камня, больно ударившись головой.
  -Беги, малышка. Беги и не оглядывайся, - раздался едва различимы шепот. Сердце отчаянно забилось в груди. Алагос! Он меня не бросил!
  - Мерзкий дух! - завопил маг и с его пальцев сорвалась молния. Я пригнулась и быстро быстро поползла на коленка к выходу, шипя от дикой боли
  В ладони и колени впивались осколки камня и разбитых магических фонарей, которые Алагос разбил в первые минуты, видимо, чтобы дезориентировать магов. Выход из помещения заслоняло трое мужчин, размахивающих руками, с которых не переставая сыпались разнообразные заклятия. Я лавировала, пытаясь остаться незамеченной и не попасться никому под ноги. Один из магов, загораживающих дверь выкрикнул заклятие на шипящем языке и ухватил светящейся рукой край призрачного одеяния. Не знаю как ему это удалось, но Ал дернулся как от удара током. Его тело перестало светится и начало наливаться красками. Стальные волосы диковинным плащом упали на плечи, кожа стала пепельно-серой, из груди с хрипом вырвался вздох. Он на мгновение обернулся ко мне и клыкасто улыбнулся, в руках его материализовались парные клинки, которыми он тут же отбил чье-то заклинание. Я замерла, прижавшись спиной к стене, и даже старалась не дышать, чтобы не привлекать к себе внимание.
  - Как же я люблю быть живым! - счастливо вскрикнул мой друг, один за одним парируя магические атаки противника. - Мелкая, ты чего там депресуешь, помоги учителю, или сваливай, пока на орехи не получила. Ну что, человечки, призрака мы не боимся, а с боевым дроу кишки слиплись драться?!
  'Да у него от счастья крыша съехала,' - подумала я, выпуская страх наружу. Пол мгновенно заледенел, выведя магов из равновесия, но тут же вновь исчез, впитавшись в артефакт. Тот раскалился уже до такой степень, что смотреть на него было больно, но похоже это волновало только меня, так как сражающаяся половина даже не обращала внимания на то, что каждое их заклятие не достигает цели, а растворяется в ненасытной утробе алтаря. Одним из клинков Алагос достал горло, нападающего на него мага. Тот осел на пол, обдав брызгами крови всех, находящихся рядом. Рематиан старался держаться подальше от взбешенного дроу, найдя укрытие за спинами товарищей, и что то бормотал себе под нос.
  - Алагос, сзади! - крикнула я, вскакивая с пола. Тело несло меня вперед, не обращая ни на что внимание. Дамиан подкрался к Алу сзади, с кинжалом в руке. Я прыгнула, всем весом наваливаясь на этого гада. Маг не устоял, упал и покатился вместе со мной. Остановило наше бешеное вращение стена. Дамиан навалился сверху, приставив кинжал к моему горлу.
  - Эй, дроу, тебе какая часть девчонки нужна? - поинтересовался парень.
  Алагос быстро обернулся, со злостью уставившись на нож.
  - Опусти оружие, или я вскрою ей глотку.
  - Нет, - пискнула я, но рот закрыла грубая ладонь, не давая возможности предупредить учителя об опасности.
  Не было не вскрика, ни возгласа. Эльф удивленно смотрел на дыру у себя в груди, из которой торчала закованная в светящуюся браню рука Рематиана.
  Тело дроу внезапно растворилось в воздухе, оставив вновь бестелесный дух, так же прошитый насквозь.
  - Прости, Ри, заигрался, - улыбнулся Ал и дух начал исчезать. Я с широко распахнутыми от ужаса глазами наблюдала за тем, как светящееся облачко, бывшее раньше моим наставником, втягивается тонкой струйкой в раскалённый до бела артефакт.
  - В темницу ее, потом закончим, а то надо убрать за этой отрыжкой демиург. И откуда у нас эльф в замке? - он брезгливо тряхнул рукой.
   Что же я натворила?!
  
  ****
  
  - Таким образом эти земли перестают давать нам прибыль. Или придется урезать их содержание, или направить дополнительные силовые ресурсы... Алагос сцедил зевок в кулак, чем заслужил неодобрительный взгляд от дяди, и тычок в бок, от кузена.
  - Ты еще усни, и на пол упади, - прошипел на ухо последний.
  - А что, такого послы еще не видели, - вдохновился дроу, прикидывая, далеко ли лететь со ступеней королевского помоста и не сломает ли он чего-нибудь себе, или охране, кинувшейся спасать сиятельное высочество. Представив эту кашу малу, Ал, хмыкнул, тут же переведя взгляд в окно, по которому стучали капли осеннего дождя. На улице наверно жуть как холодно, а холод он не любил, еще со своей предыдущей жизни...
  -Ал, у тебя камзол горит! - вновь привлек его внимание голос брата. Дроу перевел взгляд на руку, и правда, край камзола воспламенился. С независимым видом мужчина накрыл ладонью пламя, втягивая его в себя. И показательно кашлянул, делая вид, что ничего сверхинтересного не произошло.
  - Хватит гадюку изображать, все ухо мне ядом заплевал, - шепотом отозвался эльф. Эридиан обиженно фыркнул.
  - Мне до твоей невесты еще расти и расти, - съязвил он.
  Дроу выдохнул сквозь стиснутые зубы. Проклятые интриги. Проклятая страна. Проклятый мир. Ему не нужна была безмозглая эльфийка, не нужен был дядя со своей заботой о том, что род его брата прервется. Ему нужна была его женщина, которую забрали заигравшиеся демиурги.
  - Эй, мститель, у тебя штаны горят, - заржал брат.
  - Ваше высочество, вы горите! - вскрикнул советник отца, стоящий рядом с ним. По правую руку.
  -Кронпринц изволит шутить, - скучающим тоном ответил Алагос. - Запас моих праздничных костюмов сокращается с каждым мероприятием.
  - Что? - возмутился Эридиан, не имеющий никакого отношения к самовозгоранию брюк.
  - Ваши высочества! - раздался раскатистый голос Шалуа.
  - Да ваше величество? - хором откликнулись принцы.
  - Прошу не превращать мое заседание в фарс...снова! - для большей убедительности обоим был отвешен ментальный подзатыльник.
  - Как скажите, ваше величество, - поклонились братья.
  - И это еще не все, наши северные границы... Хриплый стон прервал речь посла. Тот удивленно распахнул глаза. - Алагос, я же просил! - взревел король, но тут же осекся.
  Его племянник медленно оседал на пол, теряя материальность...
  
  ...Как же я люблю быть живым...
  ...Алагос, сзади...
  ...Прости, Ри, заигрался...
  ...Полные ужаса голубые глаза, на нереально белом лице...малышка..
  
  -Ал! Дыши мерзавец! Отец, у него пробиты легкие и повреждено сердце!
  - Все вон отсюда! Лекаря и придворного мага!
  - Дыши, сукин сын, ты не имеешь права умирать!
  - Маму не тронь, - просипел Алагос.
  Кронпринц облегченно вздохнул и плюхнулся на царственную задницу, рядом с братом.
  - Дышать можешь?
  -Нет, но лекаря дождусь.
  
  Тусклый свет за решеткой темницы стал настолько привычен за эти несколько дней, а может недель, или месяцев? Я совершенно потеряла счет времени в этой холодной, сырой и промозглой темнице, в которую меня заточили. Думаете как принцессу, чтобы спасти и уберечь? Скорее как подопытного кролика, чтобы не сбежал. Каждый раз, заглядывая в мою скромную обитель, маги удивленно вскидывали брови. Как, ты еще жива? И новый день приносил бесконечную всепоглощающую боль. Мне вскрывали вены, выворачивали суставы, сдирали кожу, но я чувствовала это все как через вату, потому что душа болела в сотни раз сильнее... Алагос...я потеряла единственное существо в этом ненормальном мире, которое желало мне добра. Лишь я виновата в том, что алтарь поглотил его душу, и теперь каждый вздох отдавался мучительной болью. Я не плакала, не молила о пощаде, не рвала на себе волосы, я просто наблюдала как раз за разом маги все глубже вгрызаются в мое тело в поисках ответов, которые их волнуют. Пару раз на такие оргии заходил Его Величество. Со скучающим видом поинтересовался, как проходит исследование и так же тихо покинул комнату, пожелав Рематиану удачи.
  Я ненавидела их всех каждой частичкой души за то, что они сотворили с моей жизнью. В одну из пыток Дамиану удалось ненадолго вывести меня из апатии, он медленно и со вкусом рассказывал, как сгорала деревня, ставшая моим последним приютом. Как кричали люди, запертые в своих домах, и плакали дети, задыхающиеся от дыма. Ничтожества! Все глубже и глубже приходилось погружаться в себя, чтобы не ощущать, не слышать и не видеть. В той комнате, в которой проходили ежедневные мучения жутко пахло горелой плотью, а на языке чувствовался металлический запах крови. Магия, видимо, покинула меня, или просто пряталась от магов где-то далеко.
   К алтарю меня больше не привязывали, для этих целей притащили огромный стол, но находился он рядом с артефактом, чтобы блокировать меня. Не помню кормят ли меня, не знаю поят ли, все время в камере я нахожусь в беспамятстве, плавно покачиваясь в объятиях всепрощающей тьмы. Иногда во мне вскипает ярость, быстро подавляемая каким то из успокаивающих или усыпляющих заклятий, и тогда злоба уходит, вновь возвращая меня к безразличию.
  В очередной раз выплывая из беспамятства, я услышала пока еще тихие шаги и голоса в коридоре.
  - Нельзя больше это использовать. Скоро успокаивающие заклятия перестанут действовать и мы с ней не справимся, она разнесет все, что только можно.
  - Вливайте наркотики, уже не помещают. Что с артефактом?
  Голоса приближались, в одном из них каким-то краем сознания я узнала Дамиана.
  - Он отказывается подчиняться, похоже этот ушастый твареныш что-то с ним сделал.
  - Поосторожнее в выражениях, на неделе прибудет темноэльфийская делегация и за такие выражения тебе язык отрежут.
  Дверной засов со скрипом вышел из пазов и дверь открылась.
  - Солнышко, вставай! Новый день настал, - весело пропел Дамиан, склоняясь над моим ложе из соломы. - Ты сегодня необычайно хороша, детка.
  Он расплылся в фальшивой насквозь, как и его натура, улыбочке.
  - Как спала, радость моя?
  Я молча отвернулась к окну. Зачем напрягаться и что-то отвечать, итак сил нет, а еще на него тратить. Мое измученное тело окутала магия и подняла над землей.
  - Надеюсь, лорд не будет против, если она пару раз по дороге стукнется головой о стену или на ступеньки упадет. Дамы, они такие не аккуратные.
  Кто-то из магов захихикал, но я уже не слушала, а молила лишь об одном: сломать себе шею, после его очередной шутки, чтобы прервать эту глупую шутку, в которую превратили мою жизнь.
  
  - Тук-тук, тук-тук.
  Легкий стук молоточка вырвал меня из тьмы забытья, заменившей сон. Я сидела в углу, облокотившись на холодную стену и обхватив себя руками. Мрак подземелья не мешал видеть все, что происходило в моем 'жилище'. Откуда этот звук?
  - Тук-тук, тук- тук- тук.
  Небольшая квадратная плита пола начала с треском раскачиваться, поднимаясь в верх. Вот она выбралась из лунки на всю толщину и отъехала в сторону, скрипя о каменную крошку. В получившемся отверстии показался пучок оранжевой то ли шерсти, то ли соломы.
  - Есть кто?
  Глухой бас, хоть и говорили явно шепотом, разнесся по камере громким эхом.
  Я молчала, ожидая дальнейшего развития событий.
  Вслед, как оказалось, за макушкой в лазе показалась голова целиком, щедро заросшая бородой и пышными усами, заплетенными в две косицы. Далее посетитель пытался протиснуть, наверняка, не маленькие плечи, судя по тому, что он что-то приглушенно рычал и фыркал, не продвигаясь при этом ни на сантиметр. В груди защипало, и я закашлялась. Незнакомец замер, прекращая попытки пробраться внутрь камеры и прищурился.
  - Руда и самоцветы, да это не оружейная и не кладовая! Видимо на тридцатом участке не туда повернул! Ты кто?
  - Не знаю, - шепнула я и снова зашлась диким кашлем, отчего силы быстро истаяли, и я потеряла сознание.
  
  6 глава
  
  
  -Очнись! Да проснись же ты наконец, не время бездельничать! - громким шепотом возвращал меня в себя мужской голос. - Три десятка ржавых молотков, проснись, девочка!
  - Не трясите меня, пожалуйста, - негромко попросила я, но тряска тут же прекратилась. Глаза открывались тяжело, будто в них песка насыпали. Послышался удар об пол и тяжелый вздох.
  - Ну и напугала ты меня, гвозди и наковальни! Ты как падать начала, так я к тебе рванул, аж в эту дырку пролез как змея, ума не приложу, как обратно спускаться, инструменты-то там. Может как удастся соседнюю плитку раскачать, хотя я эту час подкапывал.
  Размышления о чужом несчастье вытащили меня из моего кокона. Ситуация была настолько нелепой, что вызывала лишь улыбку. Может я все- таки сошла с ума и это мои галлюцинации. Скосив глаза на бурчащего мужчину, я поняла одно, что моя фантазия шибко похожа на гнома. Он сидел на полу рядом с моей лежанкой и раздраженно дергал себя за бороду, которая в отличии от усов, в косу не была заплетена, а лишь схватывалась примерно на середине длинны простеньким зажимом. На голове у него была какая- то странная металлическая конструкция, которая при ближайшем рассмотрении напомнила маску сварщика.
  - А это чтобы песок и щебень в глаза не сыпались? - задала я уж совсем странный в этой ситуации вопрос. Гном аж крякнул от удивления и в ответ спросил еще более абсурдную вещь.
  - Ну дык, да... а почему щебень?
  - Так гравий это природный рыхлый материал, получившийся в результате выветривания или естественного разрушения горных пород, а вы киркой работаете?
  "Глюк" озадаченно кивнул.
  - Ну вот, а искусственно сделанный - это щебень, - мне стало дико смешно наблюдать за задумчивой реакцией гостя. Маразм крепчал! Сижу в темнице и объясняю гному разницу между щебнем и гравием. Может ему рассказать пропорции составления цементной смеси, хотя вряд ли он знает что это. Тем временем мой визитер пришел к каким-то выводам и активнее начал мучать растительность на лице, грозно нахмурив брови.
  - Вы меня спасать пришли? - уточнила я. - А конь богатырский где, или вы с ослом как Шрэк?
  - Часто пытают? - уточнил гном, а на лице ни капли иронии. - Тебя за что, посадили-то? Убила что ли кого?
  - Нет, просто я редкая и на мне экспериментируют, - призналась я. - А вы можете забрать меня отсюда?
  Гном провел рукой по бороде, что-то прикидывая. Я замерла, не смея надеяться на избавление от этих нескончаемых пыток. Мужчина тяжело вздохнул и как-то сочувственно глянул на меня. От этого взгляда только проснувшаяся надежда, разбилась на мельчайшие осколки, усыпая острым крошевом истерзанную душу. Наверно все эти мысли все-таки отразились на моем лице, отчего гном возмущенно стукнул кулаком по полу, да так, что, казалось, стены затряслись.
  - Да что ж вы люди-то, пессимисты такие? Как обещание давать, когда обещание гнома оно покрепче стали, а сам-то не уверен, что выбраться смогу. Ну!
  От его грозного взгляда из-под густых бровей и командного "Ну!", сразу полегчало.
  - А вы меня опустите в лаз, и я вам подам инструменты.
  От моего гениального предложения собеседник не кинулся со словами "спасительница", а лишь махнул рукой.
  - Да ты и шага сделать не сможешь, куда там мою кирку поднять.
  - Я смогу. Пожалуйста, я не могу тут больше оставаться!
  - Ты сырость тут не разводи, - возмутился гном. - И без сопливых скользко. Ну давай посмотрим...хоть к стене не приковали и на том спасибо.
  Я шмыгнула носом и тихо ойкнула от боли, когда сильные руки осторожно приподняли меня.
  - Ничего, терпи. Вот спустимся, я тебя покормлю, а то мои гвозди и то тяжелее, - приговаривал он опуская меня в лаз.
  Не успев поджать не слушавшуюся ногу я больно стукнулась коленкой. Мужчина нагнулся, опуская меня ниже в темный проход.
  - Рукой пощупай, там ступеньки. Какая ближе, на такую и посажу. Ну?
  Я поводила рукой в темноте, пока ладошкой не нащупала край земляной ступени.
  - Левее немного.
  Руки разжались над указанной целью и я оказалась сидячей на земле, щурясь на неяркий огонёк где-то внизу.
  - Живая? Ничего не поломала?
  - Живая, - улыбнулась я, задирая голову, чтобы увидеть лишь серый расплывчатый силуэт.
  - Нечего мышей считать. Справа от тебя ящик стоит, а рядом с ним кирка моя. Подай мне ее. Ох, ржавые подковы, она ж тяжелая, - разволновался гном, наблюдая за моими потугами, по поднятию на вытянутых руках орудия труда. - Аккуратней, голову не проломи. Конец острый, в глаз попадешь!
  Я в очередной раз уронила кирку рядом с собой. Руки тряслись, перед глазами плавали темные пятна, а в груди что-то хлюпало, грозясь новым приступом кашля, от которого я обычно теряю сознание.
  -А говорила сильная, - пробурчал гном.
  От его слов я разозлилась, да что это такое?! Мне шанс дан спастись, а из-за своей немощности я могу этого самого шанса лишиться. Да лучше этой киркой убиться, чем вновь попасть в лапы магам-маньякам. Внутри все забурлило, отдаваясь в руках знакомым покалыванием пальцев. Я злорадно улыбнулась. Похоже гнома я спасу, но вот пожалеет ли стихия меня. С ревом взметнулся ледяной смерч, подхватывая с земли ящик с инструментами, кирку и вознося это богатство вверх.
  "Главное, чтобы голову убрать успел, а то ведь убьется," - мелькнула мысль, прежде чем я вновь потеряла сознание.
  
  
  Мне снился парк. Обычный осенний парк. Такой есть в любом городе. И лавочка, которая есть в каждом парке. Но там были двое, которых найдешь не в каждом городе, и не в каждом парке...
  - О чем ты думаешь?
  Девушка улыбнулась и склонила голову на бок, загадочно улыбаясь.
  - А тебе зачем? Это же мои мысли...
  - Хочу знать о чем ты думаешь. Каждую твою мысль, - отвечает парень, с нежностью глядя на вредную, невозможную, но такую любимую.
  Девушка сморщила носик, но вдруг внезапно расслабилась и посмотрела вверх.
  - Смотри, листопад. Как красиво! - в голубых глазах недетская радость.
  Он притягивает за талию Её и шепчет на ушко:
  - Не увиливай от вопроса.
  - Какого? - невинно хлопая ресничками, переспросила она.
  - Балда, - усмехнулся парень и откинулся на лавочке, заложив руки за голову и прикрыв глаза.
  - Я думаю о том, что я, наверно, слишком сильно люблю тебя.
  Он почувствовал на заросшей небольшой щетиной щеке, невесомые прикосновения чутких пальцев. Поймав руку за запястье, Он принялся целовать тонкие пальчики.
  - А ты о чем думаешь? - спросила Она.
  Он улыбнулся.
  - О том, что бог все-таки есть. Раз встретил тебя на своем пути.
  - Только знать бы еще за какие грехи...
  Они засмеялись и потянулись друг к другу за поцелуем.
  
  
  Сознание возвращалось медленно. Я то проваливалась в сон, то снова выплывала на поверхность. И все же я смогла прийти в себя.
  - Кашу будешь? - уточнил мужской голос.
  - Буду, - на автомате ответила я и тут же резко села, не понимая откуда голос, и откуда в моей камере каша.
  Голова тут же закружилась и я упала обратно, крепко зажмурившись, чтобы не травмировать от отвыкшие от яркого света глаза.Первой мыслью было: где я нахожусь. Но потом я вспомнила, попытку сбежать. Интересно, получилось?
  - Ну, так вставай, чай не немощная, чтобы тебя кормили. У меня дед и тот сам ест, хотя ему раз в пять больше годов чем мне.
  Наверно все-таки получилось, с улыбкой подумала я и начала аккуратно подниматься, вначале переворачиваясь на бок. Гном удовлетворённо хмыкнул и продолжил возится у небольшого костра разведенного в паре шагов от меня. Интересно, а где он топлива набрал для огня?
  - Это отмерший мох, его здесь много,- упс, похоже вопрос я задала вслух. - Давай, двигайся к огню, есть будем, а потом пойдем домой.
  - У меня теперь нету дома, огорченно произнесла я, накинув на плечи свободный край плаща, на котором сидела.
  Мне сунули в руки искусно вырезанную из какого-то, похожего на кость материала, миску с дымящейся кашей и ложку.
  -Накось, потом поговорим. Еда она тишь любит, - благодушно рыкнул гном, придвигая к себе поближе котелок целиком, и вооружившись, больше похожим на половник, инструментом для приема пище принялся молча уплетать варево, смакуя каждую порцию, отправляемую в рот.
  Вид с аппетитом жующего спутника поднял настроение и я тоже запустила ложку в миску. Каша оказалась перловая с кусочками мяса, которые я так и оставила на дне тарелки. Желудок просто не принимал такого количества тяжелой пищи после долгого голодания. Мой маневр не прошел не замеченным. Мне погрозили ложкой, сурово глядя из-под нахмуренных бровей:
  - Ну-ка не балуй! Доедай все, что положили!
  - Не могу больше,- честно призналась я, опасливо косясь на 'чайную ложечку'.
  -Через не могу, - уже более доброжелательно предупредил гном. - Тут свиней нет, так что доедать некому. Кушай, силу нельзя оставлять, вона ты какая тощая. С руку мою в ширину будешь.
  Через силу я впихнула в себя остаток, тщательно пережевывая каждый кусочек, под одобрительным взглядом спутника. Когда последняя ложка нашего пиршества исчезла из тарелки, мне подали кружку с каким то горячим напитком, который обжигающей лавиной пронесся по телу, согревая и придавая сил.
  - Ну, как зовут-то тебя?
  - Рика, - улыбнулась я, отпивая еще глоток.
  - А меня Дравелдиздегиль из дома Криствов, - представился гном, но увидев мои увеличившиеся в размере глаза, захохотал. - Но ты можешь звать меня Дизелем. Сладковатый отвар резко поменял маршрут и потек носом, отчего я тут же закашлялась. Гном- топливо! Интересно что им заправляют...так, это что за мысли о креокамере?! Кыш-кыш, залетная!
  - Спасибо, это честь, - улыбнулась я, справившись с питьем. Гном фыркнул в бороду.
  - Да глупость говоришь, не честь это. Это упрощенное имя для людских умов, - и Дизель наглядно продемонстрировал степень человеческого совершенства мышления, звучно постучав по лбу могучим кулаком. Я рассмеялась, вновь расплескав многострадальное питье. У меня отобрали кружку, сказав что хватит ребенку алкоголя, согрелась и достаточно. Брови изумленно вскинулись, так меня тут алкоголем отпаивают, вот почему ручки-то дрожат.
  - А теперь спи, вижу переборщил с грогом, все у вас у людей как не у людей! - гном досадливо хлопнул себя по колену рукой, отчего кружка во второй руке всколыхнулась и выплюнула содержимое на ногу хозяину. Я захихикала, наблюдая расстроенно обескураженное лицо Дизеля.
  -Спи! - рыкнул он, и я завалилась на плащ, тихонько посмеиваясь и разглядывая из-под полуопущенных ресниц бурчащего на каком-то рычащем языке гнома.
  Спустя пару мгновений я впервые за долгое время уснула, с желанием утром проснуться и жить дальше.
  
  Гном смотрел на улыбающуюся во сне девушку, задумчиво дергая себя за усы. Что делать дальше он уже придумал, ведь не бывает такого, чтобы у подгорного жителя и не было идей!
  'Совсем молоденькая', - с грустью подумал гном. Он не стал говорить ей, что они находятся здесь уже почти неделю, что пришлось долго отбиваться от человеческих магов, прибежавших на шум, что шпионскую штольню, через которую он проник в верхний город, и которую с таким трудом рыл несколько лет, пришлось завалить. Он умолчал и о том, что отпел ее своей силой буквально с того света, а ужасные раны открылись все разом после магического выброса, почти целиком высосавшего ауру. Дизель устало глянул на свои руки. Они мелко подрагивали. Четыре дня! Четыре дня он сплетал и питал обрывки, которые остались от неприкосновенного энергетического запаса любого живого существа.
  Привалившись спиной к холодному камню и устроив на коленях верную секиру, Дравелдиздегиль старший сын дома Криствов уснул крепким сном здорового человека. Элементали должны жить, тем более такие маленькие и не виновные в том, что кому-то нужна их сила. Элемы земли никогда не обижали подгорный народ, а очень любили и помогали. Эта девочка не земляная, но это не делает ее хуже сородичей. Гномы никогда не отвечают злом на добро. С этими мыслями Дизель и уснул.
  
  Темноэльфийская столица Нэром.
  
  -Как вы себя чувствуете, ваше высочество? - больше для проформы уточнил дворцовый лекарь, устраивая травяной компресс на лбу пациента. Алагос недовольно поморщился, скосив глаза на мокрую тряпку, сползающую на лицо, отчего давно остывший отвар раздражал роговицу, вызывая нестерпимый зуд. Когда компресс в очередной раз сполз, принц не выдержал и сдернул его с себя, резко сев на постели.
  - Вон,- прошипел он. Побледневший лекарь, часто кланяясь, попятился к выходу. Но не успел он развернуться, как дверь резко распахнулась, опрокинув несчастного на пол. Но посетитель даже не удостоил взглядом пострадавшего.
  -Дорогой, как ты себя чувствуешь?! Я так переживала, так плакала!
  Говорливый смерч в одно мгновение пересек комнату и повис на шее, отчего не до конца затянувшаяся рана дала о себе знать, прострелив левый бок, казалось бы до кончиков волос. Дроу скрипнул зубами.
  - Милый, тебе больно?! - еще громче запричитала эльфийка, даже не думая отлепляться от жениха, чтобы хоть как-то облегчить его страдания.
  - Дериалея, отпусти меня, - рявкнул Ал, устав бороться с клещом в виде 'возлюбленной' невесты. Девушка от неожиданности разжала объятья, но далеко не отошла, а присела на краешек кровати, с наигранным смущением потупив взор.
  - Прости, я так рада, что ты жив. Мне как сказали, что ты ранен, я даже чувств лишилась, - залепетала девушка, заправляя пепельный локон, выбившийся из идеальной прически, за острое ушко. Пухлые губки, подчеркнутые нежно розовой помадой сложились в невинную улыбку. Алагос обернулся покрывалом и молча направился в гардеробную. Что уж скрывать, его невеста хороша и даже очень, длинные белые волосы, широко распахнутые зеленые глаза в обрамлении пушистых ресниц, точеное личико, длинные ноги и изгибы юного тела, способные лишить покоя любого, даже самого черствого мужчину. Помимо красоты, дроу обладала не дюжим умом, никак не вязавшимся с образом невинной простушки, который она демонстрировала перед своим нареченным. В этой эльфийской головке был спрятан мощный процессор, позволяющей Дериалеи плести интриги, ловчее паука и держать в своих руках все сплетни королевского двора, ловка используя их в угоду себе. Властная, сильная, уверенная в себе эльфийка, по мнению дяди была достойной ему партией, они были обручены почти уже два года, но Алагос не спешил вести нареченную к алтарю и всячески отбрыкивался от навязанного брака. Ведь брак для дроу, это не штамп в паспорте, это слияние душ, хоть и в большинстве случаев частичное, но тем не менее... В этом мире не существует разводов, а веской причиной расторжения брака является только смерть. Алагос в какой-то степени уважал Лею, но скорее как персонажа книги, или исторических хроник. Он просто не представлял, как можно прожить жизнь с женщиной, чьего истинного лица не видел, наверно, никто из ныне живущих.
   К тому же все чаще ему снилась другая, та, ради кого он пошёл на сделку с демиургом. Та, ради которой рискнул растворится в вечности без права возрождения, отстаивая новое тело, которое долгое время отторгало его как паразита. И та, которую, к священному ужасу, он начал забывать. Он уже почти не мог вспомнить ее лица, цвета глаз и бархата кожи. В память сохранились лишь нежность женских рук и те чувства, что вызывала в нем её улыбка. А еще запах, то единственное, что он надеялся не забыть никогда. Запах, сводящий с ума, отключающий разум и пробуждающий инстинкты, старые как мир: защищать и обладать. Когда-то, он еще это помнил, запахи не представляли для него особого значения, но когда в сердце поселилась он, все перестало иметь значение. Мир разделился на до и после... Он не мог её забыть! Он не должен... но как же быть? Бегать по миру и обнюхивать каждую женщину, что попадется ему на глаза? Это же совершенное безумие! Была одна зацепка, ведь всего на мгновение, когда он потерял власть над телом, он слышал голос, свой голос зовущий девушку - Рика. Так в этом мире звали ее, как он не старался, но лица не мог вспомнить, возможно, виной всему болевой шок.
  Иногда, глядя на свое нынешнее положение в обществе, на свою невесту, в голове возникала подлая мыслишка. А надо ли ему её искать? Кем он был в дома? Обычным мальчишкой с кучей амбиций, с желанием быть кем-то большим, таких как он сотни, даже тысячи. Здесь он важен, он принц, хоть и не наследный, но у него есть власть, есть магический дар, который безумно редкий даже в этом, наводненном магией, мире. Он по праву займет место рядом со своим братом, как советник и доверенное лицо. Есть связи, золото и возможности, но у совести был Её голос. Потерять любимую просто так? Он ведь не ради удовольствия стремился к богатству, он желал построить дом, дом для своей девочки, чтобы после долгого дня его встречали с улыбкой и заботой. Чтобы она ни в чем не нуждалась и была счастлива. Тогда в кого он превращается здесь?
  - Милый, - заискивающе проворковала Лея. - Ты так молчалив, наверно устал, позволь я помогу тебе расслабиться.
  - Нет, - прозвучал грозный рык и треск материи. С отвращением Принц откинул порванную в ярости рубашку. - Убирайся, я не намерен терпеть твои выходки, Дериалея. И не строй из себя невинную овечку, мы оба прекрасно знаем, что невинностью тут даже не пахнет. Мужчина вышел из гардеробной, запахивая полы темно зеленого камзола, но тут заметил лекаря, все еще жмущегося к стене возле выхода.
  - Ты еще здесь? - один взгляд и белая сутана со знаком принадлежности к гильдии лекарей, задымилась по краям. Дроу побледнел и мигом испарился из комнаты. Алагос перевел тяжелый взгляд на девушку, все еще сидящую на краю ложа. Та не отрываясь смотрела на жениха, но, видимо не увидев того, чего хотела она нахмурилась. Идеальное лицо прочертила кривоватая усмешка, совершенно не шедшая ей. Лея легко поднялась и направилась к выходу, бросив через плечо.
  - Ты можешь говорить все что угодно, мой принц, но от меня тебе никуда не деться... Наш монарх через месяц назначил дату свадьбы.
  И вышла, прикрыв дверь.
  С силой Ал впечатал кулак в стену, которая слегка треснула под напором нечеловеческой силы. С какой-то странной смесью ярости и спокойствия он смотрел на рубиновые капли, стекающие по белой стене, и думал, что власть ему не нужна.
  
  -А можно мне посмотреть?
  - Нет, - десятый раз терпеливо ответил Дизель.
  - Почему?
  - Сломаешь, - так же спокойно ответил гном, ныряя в правое ответвление подземного коридора.
  - Не правда,- возмутилась я и, не вписавшись в поворот, стукнулась лбом об один из свисающих сверху сталактитов. - Ой!
  Впереди послышался смешок.
  - Рика, не отставай.
  -Бегу, - крикнула я и резво припустила за гномом, но не рассчитала скорость и врезалась в, почему-то остановившегося, Дизеля.
   Меня поймали, осторожно поставили на землю. Я улыбнулась, а гном тяжело вздохнул и с упреком посмотрел на меня. Взгляд я скорее почувствовала, нежели увидела, так как от столкновения с неуклюжей девицей Дизель уронил факел, и тот потух.
  - Ржавые подковы, - пробурчал он, подбирая факел и похлопал себя по карманам в поисках огнива.
  - Оно в правом кармане куртки, - подсказала я.
  - О-о-о, и вправду, спасибо, егоза... но все равно нет.
  Я скуксилась, наблюдая за высечением искры. Злой гном, а еще упрямый как стадо баранов. Нет, даже бараны не такие упрямые. А еще у этого образчика подземной расы очень тяжелый характер. Он был тих, категоричен во всем, что касалось опровержения его мнения и имел дурную привычку чесать спину киркой. Я ничего не имела против этого до тех пор, пока один раз забыв, что я иду сзади он решил в очередной раз почесаться, из-за чего я чуть не лишилась носа, хорошо споткнулась за секунду до этого. Извинятся передо мной не стали, лишь задумчиво дернули себя за бороду и сказали, чтобы под ноги смотрела. А так же я третий день выпрашиваю посмотреть его резной гребешок, сделанный из того же материала, что и походная утварь. Меня так привлекала эта вещь, хотя я видела ее всего один раз и то мельком, когда гном с вечера заплетал бороду в косу, предварительно расчесав сто раз (я считала!).
  - Ну почему!? - в сотый раз возмутилась я.
  -Сломаешь, ложку то сломала.
  - Но я нечаянно.
  - И эту, того, нечаянно, - припечатал гном, но поглядев в отблесках вновь зажжённого факела на мое опечаленное лицо, похлопал меня по плечу и сообщил, что сама сделаю не хуже. Меня чуть не припечатало к стене тоннеля и неизвестно от чего больше, то ли от тяжелой бронированной руки гнома, то ли от известия, что придется вытачивать гребень.
  
  - А это интересно?
  - Очень, - заверили меня с энтузиазмом. - Вот придем - я тебя в гранильный цех отведу к нашим женщинам, или в резной, мастерицы такие вещи делаю.
  - На экскурсию? - удивилась я, цепляясь за ремень кожаных брюк гнома, чтобы больше не теряться и не пересчитать тщательно взлелеянной частью тела выступающие углы. - А кто делал этот коридор?
  К моему удивлению каменный туннель не был грубо обтесан, стены аккуратные, я бы даже сказала гладкие, будто кто-то под высокой температурой просто взял и расплавил камень. Интересно, а они уже изобрели огнемет?
  - Дядюшка Дизель, а как такие стены ровные получились?
  - Как ты сказала? - удивился гном, на ходу оборачиваясь.
  - А что такое? - я прикрыла рот ладошкой. - Простите, больше не буду.
  - Да не смущайся, племяшка, - гном подмигнул и хохотнул, когда я еще больше покраснела. - Значит так. Стены мне помогал обрабатывать мой хороший друг. Я тебя с ним познакомлю, только ты его не обижай, да и не пугайся сама, он еще довольно молодой, горячий и стеснительный.
  - Укусить может? - уточнила я. Крутя головой по сторонам.
  - Ты чем слушаешь? Я говорю, что обожжет от волнения.
  Глаза чуть не вылезли из орбит. Его друг воспламеняется? Сразу представился лысый гномик из старого диснеевского мультика, с робкой улыбкой мальчика-одуванчика протягивающий своей возлюбленной букет ромашек, и на определенной стадии смущения его окружает пламя, вырастают рога и копыта и он с сумасшедшим хохотом бежит сжигать дома и воровать младенцев. Бррр! Вот это картина, интересно а у гномов есть психиатры?
  -... и с разведение проблемы, кладки гибнут, от жары личинки гибнут.
  - Гномы личинками размножаются? - глаза чуть из орбит не выпали. Вот это номер, а в книжках о таком не писали.
  - Три десятка ржавых молотков, зря я не попал киркой, когда забылся! Может хоть слушать научилась бы. Какие гномы, нормально мы размножаемся, - рыкнул Дизель, сплюнув в сердцах. - Нет, ну это надо! Вывести из себя железного гнома!
  Мы шли по коридору, сопровождаемые гневным бухтением и порыкиванием гнома. Я молчала, осознавая, что провинилась. Нет, ну он сказал друга? Сказал, откуда мне было знать, что речь не о гноме идет, а о каком-то животном. Мир то магический. Если я могу все замораживать, где гарантии того, что гномы не могут все воспламенять. Может у них элементаль огня есть, или как он может называться?
  Вспышек гнева Дизеля я не боялась, за те несколько недель, что мы пробыли в пещере, пока шло выздоровление, Дизель взрывался чуть ли не каждый день. Причем как он меня убеждал, гномы - самая спокойная раса и вывести их из себя невозможно. А вспыхивал-то по пустякам. Один раз я спросила, зачем они отращивают бороду, ведь у горна ее можно подпалить. На что до глубина души обиженный гном, разорался, что существуют шапочки, пропитанные специальным раствором против возгорания, которые мужчины одевают перед работой. А сбрить бороду - позор для гнома. Потом я поинтересовалась, правда ли, что женщины гномов бородатые и их никто не видит, потому что от мужчин в толпе не отличишь (а что? Книжные каноны так просто из головы не выкуришь). За это на меня орать не стали, просто Дизель развернулся и ушел на весь день. Пришлось самой возиться самой с костром и едой.
  Вечером хмурый и пыльный гном вернулся, молча съел свою порцию каши и завалился спать. На утро я его растормошила и испуганно пролепетала, что похоже рядом есть кто-то еще. Гном хмуро поинтересовался причиной выводов, на что я рассказала, что пока ходила за водой, то нашла, появившийся будто из не откуда, боковой туннель, которого раньше не было. Дизель выслушал и сказал, что это он вчера вырубил. На вопрос зачем, он пожал плечами и сказал, что лучше так, чем меня прибить за обиду, нанесенную всему гномьему роду. Я задумчиво кивнула и больше с вопросами не лезла. Как говорится, своя шкура дороже. А в один из вечеров Дизель закопался в свою сумку почти по пояс, а, вынырнув, протянул мне металлическую статуэтку, примерно с ладонь величиной. Из камня была выточена фигурка девушки. Пышнотелая, но не толстая, с длинными волосами, покрытые рыжей эмалью, голубые глаза из драгоценного камня и добрая улыбка. Я с восхищением разглядывала произведение искусства, поражаясь красотой незнакомки. Когда мои восторги поутихли, гном осторожно забрал ее у меня и завернул в кусочек ткани и бережно уложил в футляр с замочком.
  - Это моя матушка. Она умерла, рожая мне мертвую сестренку, - сказал Дизель, и я не нашла в себе силы что-то сказать в ответ. Мне лишь было очень стыдно за свой болтливый язык. После этого гном продолжал возмущаться, но к его чести нужно сказать, что руки он на меня ни разу не поднял. И в конечном итоге все-таки разъяснял то, что было не понятно.
  
  - Мой друг не гном. Он подземный тарл. Это такие животные, похожи на больших червей, только пушистые и имеют способность воспламенять покровы тела. Поэтому любят холод, и кладки свои содержат в более холодных пещерах, не приближаясь к ним, на протяжении развития личинки, чтобы не травмировать своим жаром. Мы смотрим за их потомством, за это они с нами работают, помогая разрабатывать шахты. Только в рудные месторождения мы их не пускаем, жилы поплавить могут.
  - Так ты меня не просто так ведешь в свой город? - хмуро поинтересовалась я после минутной паузы.
  - Да, - убийственно честно ответил. - Я бы тебя итак забрал оттуда, но когда понял, что ты элементаль и твоя стихия холод решил во что бы то ни стало вытащить. Мы недавно нашли жилу хороших изумрудов, но она как на зло проходила почти вплотную с инкубатором личинок. Решили рискнуть и начать разработку, за что и поплатились. Циркуляция холодного воздуха была нарушена, все пещеры начали неравномерно то нагреваться, то охлаждаться и больше половины кладки уже погибло. Тарлы нервничают и отказываются нам помогать. Если не остудить личинки, то все они погибнут. Поэтому нам нужна твоя помощь. К сожалению то, что я тебе сейчас рассказываю - информация двухмесячной давности. Что происходит там сейчас, я не имею никакого понятия, может спасать уже некого, и мы зря спешим.
  Дизель замолчал, продолжая идти. Я лишь сильнее вцепилась в ремень его брюк, чтобы не потеряться.
  Значит опять обман. Хотя чего я удивляюсь. Всем нужна моя сила, просто кто-то берет ее напрямую, а кто-то выманивает обманом. Возможно, мне грех жаловаться, меня все-таки спасли, вылечили и накормили, но не выйдет ли так, что пойдя с гномом я попаду в такой переплет, что камера мне покажется раем. Я молчала. Дизель так же не проронил ни звука.
  С другой стороны я итак рискнула, доверившись гному, так разве меняет суть то, что в моей помощи нуждаются, причем очень сильно. И тут я чуть в голос не расхохоталась, если бы меня хотели убить, то ауру латать точно не стали...
   Да, я сначала не понимала, почему мне плохо и по ночам я задыхаюсь, и почему рыжий гном с каждым днем все больше седеет. Просто в одну из ночей я проснулась от шума рядом и приоткрыла глаза, дабы не выдавать пробуждения.
  Я лежала рядом с костром, а по другую сторону сидел Дизель, перед ним были разложены какие-то мешочки и он по очереди зачерпывал содержимое из каждого и бросал в огонь. Все действия сопровождались странным гулом, но увидев, как открывается и закрывается рот гнома поняла, что это он воспроизводит этот гортанный басовитый звук. Стараясь не делать резких движения, я повернула голову на бок, чтобы лучше видеть происходящее. Гул усилился и все пространство надо мной вспыхнуло голубым светом. Когда вспышка света перестала резать глаза, а внезапные слезы сошли на нет, от удивления я охнула, забыв про конспирацию.
  Свет окружал меня шелковым рваным одеялом, но не облегал тело, а парил не расстоянии вытянутой руки, колыхаясь, как лопнувший воздушный шарик и грозно щерился темными провалами, неравномерно разбросанными по всей поверхности.
  - Не шевелись! Иначе одно неверное движение и мы вместе умрем.
  Тихий рык заставил вздрогнуть, но я послушно замерла, меня просто-напросто сковал страх. Тем временем над костром начало формироваться огромное облако дыма. Дизель сосредоточено наблюдал за ростом облака, а потом резко выбросил вперед руку и оторвал кусок от дымы, будто он был материален. Гном обошел костер и приблизился ко мне, что происходило надо мной я не видела, так как голова была повернута на бок, а от постоянного наблюдения боковым зрением начали болеть глаза. Одно я знала точно - тот голубой купол резко натянулся. Гном раз за разом отрывал сгустки от облака и по видимому заделывал ими прорехи. Не знаю сколько времени прошло, но постепенно дым начал таять, а потом и вовсе пропал, будто Дизель исчерпал его. 'Покрывало' вновь опало и утратило свет. Гном грузно свалился рядом со мной, тяжело дыша. Я так перепугалась, что забыла про запрет на движение и тут же подползла к гному. Тот хрипел, его борода вымокла от пота, обильно текущего по лицу, а глаза пытались сфокусироваться.
  - Дядюшка! - взвизгнула я, не в силах сдержать эмоции. - Что мне сделать? Я могу помочь тебе?
  - Фляжка.
  Вскочив, выпутавшись из плаща, кинулась к его спальному месту, но ноги внезапно отказали и я шлепнулась, но быстро сориентировалась и поползла. Фляга лежала недалеко от секиры. Я приволокла ее и аккуратно напоила гнома, придерживая за голову. Дизель пил жадно, захлебываясь так, что половина воды расплескалась, но вскоре он отвернулся и я убрала сосуд от него. Свернув руликом свой плащ, я подложила ему под голову. Дизель стал дышать спокойнее и вскоре я поняла, что он уснул. Накрыв его его же плащом, я легла рядом, прибывая в полусне, прислушиваясь, не станет ли ему хуже. От моей нервозности температура воздуха заметно понизилась, а огонь в костре подозрительно затрещал. Тяжело вздохнув, я осторожно встала, ноги подрагивали, но держали. Это меня порадовало. Приободрённая я смирилась с тем, что уснуть не получится и подкинула топлива в огонь. Потом вспомнила про мешочки и с опаской завязала как следует каждый из них, но передвигать не стала. После, захватив флягу я сбегала в грот за водой, попутно тщательно вымыв руки. Набрав воды, я вернулась и задумалась. А вдруг порошок то и впрямь ядовит, а Дизель не успел его смыть. Достав из мешка свой наряд, в котором пребывала в тюрьме, порвала его на тряпочки и тщательно отмыла руки гнома. Тот даже не подумал проснуться. После я вновь метнулась к источнику, захватив на этот раз еще и котелок. Поставив воду кипятиться на огне, я сожгла тряпочки, которыми отмывала руки. Пришлось правда отшатнуться, так как в ответ пламя плюнуло в меня сгустком дыма и моя аура, а это похоже была она, на мгновение вновь проявилась, радуя глаз уменьшившимся количеством прорех.
  Эта ночь завершилась приготовлением мной каши. Сварив немного жидковатую похлебку с маленькими кусочками вяленого мяса, я уселась ждать пробуждения Дизеля. Ждать пришлось не долго. Он внезапно резко сел и начал озираться.
  - Кашу будешь? - уточнила я, чуть ли не давясь хохотом. Судя по внешнему виду гном был в порядке. Он сфокусировал взгляд на мне и прищурился.
  -С мясом?
  Я кивнула.
  - А не отравлено?
  Я насупилась и сложила руки на груди. Гном хехекнул и снял котелок с огня, поставив перед собой на землю.
  - А ложка где?
  - Нету, - буркнула я. - Руками кушай.
  - Так жиденькая какая-то и мяска пожалела, - не обратил он внимания на моё бурчание. Я запыхтела гневным ёжиком и полезла в мешок искать ложку. Та нашлась, но когда я попыталась ее извлечь, она за что-то зацепилась и как-то подозрительно хрустнула. Уши в момент вспыхнули от досады, а от гнома это не укрылось. Горестно вздохнув, он отнял у меня мешок и сам закапался в него, попутно качая головой и цокая языком...
  Я набрала побольше воздуха в легкие и медленно выдохнула.
  - Долго еще до дома?
  Дизель вздрогнул.
  - Ты поможешь?
  -Ну не могу же я платить злом за добро, - кисло ухмыльнулась я. - Только я не умею контролировать свои силы и пока не научусь нам придется таскать личинки из одной пещеры в другую, по мере остывания первой.
  - Рика...
  - Не говори ничего, я расстроилась, а когда я расстроена - все вокруг замерзает. Вот придем в будущий инкубатор и будешь меня расстраивать, чтобы я охлаждала пещеру.
   Гном развернулся, ощутимо дернув меня за руку, потому что отпустить ремень я не успела. Дизель положил мне руку на плечо так, что я ухнула, больно стукнувшись коленками об пол. Не успела я возмутиться, как Дизель опустился на одно колена напротив меня и начал говорить хорошо поставленным голосом.
  - Я - Дравелдиздегиль из дома Криствов принимаю Рику в свой клан, нарекаю названной племянницей, клянусь обеспечить защиту рода и прийти на зов в любое время дня и ночи. Наречение на новой луне. Призываю горы в свидетели! Вокруг громыхнуло. Я прибывало в полном ступоре. А гном, как ни в чем не бывало, поднялся на ноги, отряхнул брюки и убил меня следующей фразой:
  - Давай быстрее, а то не успеем к новой луне, тогда меня дед по голове погладит, но молотком.
  -Что это было?
  -А это, - гном махнул рукой, будто ничего сверхважного не произошло. - Стандартный ритуал принятия в клан. Зато ты теперь ты на полном серьезе можешь звать меня дядюшкой и никто тебе слова поперек не посмеет сказать.
  -Почему? - глупо хлопая глазами, спросила я.
  - Да-а-а. Все потом. А сейчас пошли. До стоянки еще пара переходов, а скоро темнеть начнет.
  Как гном по времени ориентируется под землей, и почему в пещере должно темнеть я не понимала совершенно. Однако я послушно встала с земли, отряхнулась и вцепилась в пояс гнома. Так мы продолжили путь до стоянки. И точно так же спокойно и без происшествий прошли еще три дня пути по шахте. Дизель ничего мне не объяснял, да и я с вопросами не лезла, так как видела - по мере приближения к цели, гном все сильнее хмурился и уходил в себя. Причину такого поведения я понимала. Он очень беспокоился о судьбе умирающего потомства тарлов. Даже по поводу уменьшения времени на сон я не протестовала, а послушно вставала, когда разбудят.
  Всю дорогу я времени зря не теряла, а шла и пыталась вспомнить все уроки и наставления Алагоса, чтобы хоть как-то справится со своей силой. Но так или иначе все сводилось к тому, чтобы контролировать свои эмоции, что порождало еще кучу вопросов, которые к сожалению задать было уже не кому. В моем понимании контроль эмоций - это способность вызывать в душе те или иные эмоциональные всплески и понять какой из них как скажется на моей силе. Такими экспериментами я и занималась. Самым сильным толчком для образования льда служил страх, и много сил для его появления не требовалось. Стоило вспомнить хоть один из дней под пытками магов, как за нашей спиной проход заваливало не хилое количество сугробов. То что объемы магического льда я контролировать не могла, меня пока не волновала. Ведь мне нужно было заморозить пещеру на достаточно большой срок, чтобы сохранить кладку живой в холоде и это первостепенная задача, а уж с контролем я разберусь как-нибудь потом, когда время будет. С этими мыслями я перестала мучать уставший организм и больше с магией по дороге не баловалась. Ведь физические силы от общения со стихией таяли быстрее, чем от утомительной постоянной ходьбы.
  Как оказалось магичить я перестала вовремя, за очередным поворотам, которым казалось бы нет конца, нашему вниманию предстали каменные ворота с маленьким смотровым окошком. Дизель не сбавляя шага направился к воротам и решительно ( то есть со всей могучей дури) постучал кулаком в одну из створок. Те дрогнули, но устояли. Я лишь с округленными от удивления глазами стояла и смотрела за всем происходящим.
  Ворота были не просто вырезаны из камня. Они были очень красиво отделаны по периметру. Если присмотреться, то такое ощущение, что проем украсили огромной новогодней пушистой гирляндой, а потом превратили ее в камень. Огромное количество острых как игла каменных сосулек топорщились во все стороны и издалека казались мягкими. А сами вороты изукрашены резьбой, рунами и вкраплениями полудрагоценных камней.
  -Ого, а как вы мишуру каменную вырезали? - восхищенно протянула я и потянулась к одной из сосулек. Но меня прервало шипение. Я недоуменно глянула на Дизеля, но тот молча отдернул меня от двери.
  Каменная гирлянда зашевелилась и оторвалась от проема, одним концом свешиваясь к нам. Огромные фасетчатые глаза уставились на меня явно не с добрыми намерениями, и что самое интересное к глазам прилагались устрашающего вида жвала, внимания которым я уделила намного больше. Нервно сглотнув, я сделала шаг назад. Голова последовала за мной, пощелкивая своими 'челюстями'.
  - Мерд, это Дизель, - вышел вперед гном, привлекая к себе внимание стража. А то, что это страж, не было никаких сомнений. По мере движения шерсть, которую я приняла за барельеф, освобождалась от пыли и приобретала темно-синий цвет с редкими рыжими вкраплениями. Послышалась серия громких щелчков и повизгиваний. После чего гусеничка целиком отлепилась от места своей дислокации и приблизилась к нам, гипнотизирую взглядом гнома.
  - Да, - спустя некоторое время ответил гном. - А она поможет.
  Ох, зря он это сказал. О-о-очень зря. Мне итак стоило огромного труда не драпануть от близости этого существа с криками своего будильника: 'А-а-а-а-а-а, демоны! Де-мо-ны!' А когда оно вновь начало ко мне приближаться, передо мной вообще стена изо льда выросла. Тарл, а это по видимо был он (ну по крайней мере на описание похож), озадачено просвистел что-то, склонил голову на бок, а потом полез на эту стену и сделал то, что в очередной раз за день повергло меня в ступор. Он начал откусывать куски от моей защиты и чуть ли не с урчанием стал заглатывать их, помогая себе жвалами. От этого зрелища к горлу подступила тошнота, как представлю, что на месте этого льда мола была быть я. Тут моя фантазия разыгралась, благо от обморока меня отвлек Дизель.
  -Пойдем, и не балуй Мерда угощениями, а то он за тобой будет везде ходить, а у него служба.
  -К-к-ка-ак это угощениями? - слегка заикаясь спросила я, бочком придвигаясь к Дизелю. Тот посмеивался надо мной, но комментировать действия насмерть перепуганного элементаля не стал. Лишь схватил за руку и потащил к смотровому окошку в обход занятого едой стража. Как оказалось, то было уже открыто и в него с любопытством наблюдала за нами вполне человеческая голова. Я вздохнула с облегчением и поняла, что второго монстра за сегодня не переживу.
  Мужчина за дверью и Дизель переговаривались на языке, которого я не понимаю, причем довольно эмоционально переговаривались, попутно жестикулирую. Я на этот раз снова осталась не удел. Скромно стоя в сторонке, я иногда с опаской поглядывала на стража. Но тот, казалось, забыл о нашем существовании с чавканьем поедая мой наколдованный лед.
  -Ладно, проходите. Я сообщу Главе, - на вполне понятном языке ответил мужчина и створки ворот дрогнули, впуская нас в подземный город.
  
  Глава 7
  
  На миг, когда ворота открылись на всю ширь, я просто ослепла. За то время, что я прибывала под землей, совершенно отвыкла от яркого солнечного света. Я внезапно широко распахнула глаза, наплевав на боль, тут действительно было солнце. Огромное, желтое и сияющее он парило под сводами пещеры, радуя всех его обитателей ровным светом. Немного отойдя от шока, я перевела взгляд ниже. Вот тебе и нижний город, вот тебе и место для отбросов общества.
  Профукали коронованный индюки под своим носом огромную хорошо развитую цивилизацию. Если не знать, что мы находимся под сотнями метров породы, можно сказать, что я попала в небольшой, но милый сердцу средневековый городок. И он мне нравился намного больше, чем тот, который жил своей жизнью на поверхности. Никаких огромных особняков, никакой позолоты и вычурности. Все пространство заставляют небольшие каменные домики, они так же как и стены тоннеля будто вылеплены из камня. Нет ни одной щели, которая говорила бы о стыке каменных блоков. Совершенно монолитные сооружения с рядами окон и дверей. Окошки были забраны деревянными ставнями, представляющими собой целое произведение плотничного искусства. В общем глаза мои разбежались и отказывались собираться в кучку. Кое где дама были выкрашены яркие и сочные цвета, а некоторые блистали вкраплениями различных руд и весело подмигивали мне солнечными бликами. Все улочки, которые удалось отсюда разглядеть, были сложены из плотно подогнанных каменных плит, так же имеющих в своем составе разноцветные примеси. Сам город располагался как-будто в чаше.
  -Ого, - наверно неприлично было стоять, разинув рот, но я не могла ничего с собой поделать. Зрелище было поистине завораживающем.
  - Ай, - тут же взвизгнула я, когда почувствовала, как что-то сжало мой плечо. Отпрыгнув на насколько метров, я развернулась, чтобы увидеть перед собой недавнего знакомого, с которым вообще бы в здравом уме сама знакомиться не стала. Тело среагировало раньше меня, увидев жвала в опасной близости от себя, я взмахнула руками и, как и в прошлый раз, передо мной выросла куча сосулек.
  Тарл довольно загудел, откинул заднюю часть тела назад, вцепился лапками в одну из самых здоровых сосулек и потянул. Ледяной вырост треснул у основания и целиком и полностью оказался во власти голодного гурмана. Тот уселся буквой S и с энтузиазмом вгрызся в лакомство. От ворот послышался не просто смех, а гогот. Я злобно просверлила парочку взглядом. Отперевшись о створку задыхался от смеха довольно высокий, по сравнению с Дизелем человек. Собственно из-за роста и определилась его расовая принадлежность. Мужчина был бледен, темноволос и голубоглаз. Одет был в обычные холщевые брюки и рубашку со шнуровкой на груди. Ткань немного выцвела, но судя по всему прочности не потеряла. Дизель доставал незнакомцу до плеч, но гном был раза в три шире. Хотя про соотношение в росте я говорила на глазок, так как чем громче ржал человек, тем ниже он нагибался, хватаясь за живот. Дизель так же басовито хохотал, сложив руки на груди.
  - Чего смешного- то? - надулась я.
  - Нет ну вы даете... ха-ха-ха.... А тарл то...ха-ха... вот выдал. Сразу видиму просек...ха-ха-ха.
  Я злилась, приглядывая за Мердом, ни минуты не сомневаясь, что как только он управится с этой порцией, то снова попробует меня напугать.
  - Дизель! Мы же спешили к инкубатору, - попыталась привести я его в чувство. Как ни странно это подействовало, но не только на гнома, который стал предельно серьезен. От своей еды оторвался и тарл, что-то прострекотав вопросительно (по крайней мере мне показалось, что вопросительно).
  Гном махнул рукой и щелкнул пальцами. Страж тут же откинул обглоданную ледышку, плюхнулся на все лапки, поднял голову и громко на одной ноте загудел. И ему откликнулись десятки таких же голосов со всех сторон города.
  - Три десятка ржавых молотков, - выругался гном и в несколько прыжков оказался рядом со мной. Он схватил маня за руку и потащил в одну из улочек, которая начиналась как раз у ворот, в которые мы вошли, а за спиной все пел и пел тарл.
  - Что случилось? - удивилась я, пытаясь поспеть за разогнавшимся гномом, а не полоскаться как белье. Вот это все-таки силища у Дизеля.
  - Этот Мерд только что сообщил всем, что ты пришла спасать их потомство.
  - И что? Ой, - вскрикнула я, когда из-за угла на пути нашего следования высунулась фасетчатоглазая морда, величиной со среднестатистический холодильник моего мира, только на этот раз шкура встречного мутантика радовала ярко салатовым. Естественно я испугалась, но скорее от неожиданности, и перед тарлом вырос букет сосулек. Тот заурчал и озадачено склонил голову на бок.
  Дизель еще больше прибавил шагу, но на этот раз хмурился, а не улыбался.
  - А то, - огрызнулся он. - Что сейчас приползут знакомится все, кто слышал зов.
  - Мамочки, - пискнула я, представив масштаб бедствия. - Я же устану быстрее, чем мы доберемся до места назначения.
  - Вот именно, - выпалил гном, на бегу сворачивая в очередную улочку. - Так что рот закрыла, дышишь и смотришь под ноги, а не по сторонам, чтобы не пугаться.
  Я послушно уткнулась взглядом вниз и дальше мы бежали молча, лишь иногда нас сопровождал клекот, что свидетельствовало о том, что тарлы все-таки ползли за нами. Но так как я их не видела и сосредоточила все внимания на том, чтобы не помереть во время бега, то по дороге мы больше никого не кормили. Спустя какое-то время бег замедлился, потому, что мы начали подниматься в горку.
  - Теперь лестница, - я ничего не ответила, так как в боку жутко кололо, а легкие просто разрывались.
  - Терпи, немного осталось. Мы должна успеть.
  - Много их, - все таки выпалила я на бегу и тут же споткнулась, пересчитав пару ступенек коленями. Дизель вздернул меня за шкирец как котенка и на прицепе потащил дальше.
  - Шесть, - ответил он, когда я уже не ждала ответа. - Умирают каждый час.
  От этого заявления у меня волосы дыбом встали от ужаса и открылось не знаю какое по счету дыхание. Мы перепрыгивали через несколько ступенек. В общем на верхнюю площадку вы влетели как ураган.
  Трое гномов и столько же людей удивленно смотрели на нас, видимо мы прервали их разговор. Все шестеро были в серых туниках до колен, испачканных чем то. Дизель рванул к одному из гномов.
  - В каком секторе? - выпалил он вместо приветствия.
  - Ты без льда, - удрученно отметил седой гном, к которому обращался Дизель, и чуть ли не заплакал.
  - Сектор! - зарычал мой дядюшка, за грудки встряхнув знакомого. Я от такого поворота немного испугалась, что уж говорить о гноме. Тот вытаращился на Дизеля, как будто впервые увидел и прохрипел:
  - В третьем.
  Дядя тут же выпустил свою жертву, снова схватил меня и потащил. Мне помощь была не нужна, я буквально летела следом, почти не чувствуя ног. Мы петляли по коридорам, иногда из прилежащих пещер кто-то выглядывал и окликал Дизеля, но тот не реагировал, лишь с упрямством крейсера пробивался вперед.
  Внезапно он затормозил, отчего я почти упала, но была схвачена и в буквальном смысле внесена в пещере. Кроме нас здесь присутствовало несколько человек, но Дизель рыкнул так, что их в мгновение вымело отсюда. Сцена как из фильма чужие, личинки белые и безволосые, сантиметров тридцать в длину, лежали в лужицах зеленой жидкости, а на их тельцах болтались ошметки прозрачной пленки, которая наверняка раньше была защитной оболочкой. И что самое жуткое
  - признаков жизни никто из них не подавал.
  - Нет! - взвыл Дизель падая на колени и шаря руками по полу. - Рика! Сюда!
  Я рванула к нему на пятой скорости, чтобы через мгновение очутится в таком же положение рядом. Перед Дизелем лежало шесть, больше похожих на большие фасолинки личинок, они шевелились и оболочка начинала трескаться.
  -Рика! Сделай что-нибудь! Они умирают!
  - Для них не опасно, если они заледенеют?
  Гном помотал головой.
  - Уйди, иначе ты тоже замерзнешь.
  - Нет, быстрее.
  Времени не было, поэтому я просто опрокинула гнома на пол, прикрыв собой и выпустила всю панику наружу. Все вокруг завыло, застонало, внутри маленькой пещеры кружился буран. Я как учил меня Ал, прикрыла глаза и расслабилась, отвлекаясь от снежных плетей, которые с огромной силой стегали меня по спине. В то же мгновение, как мне удалось расслабиться, боль во всем теле исчезла, а ураган воспринимался как что-то далекое и не причиняющее вреда. Не знаю сколько времени мы так провели, вой стихии убаюкивал, и вскоре сам собой стих. Я тут же уловила этот момент и подняла голову, чтобы стукнуться затылком обо что-то твердое.
  Оглядевшись, я поняла, что вокруг нас вырос ледяной панцирь, внутри которого было не то что бы тепло, но не холодно. Пару раз пнув пяткой назад, успеха не добилась, зато дядюшка вытянул руку и ударил по льду. Тот треснул, а после серии ударов вообще осыпался на нас вместе со снегом, которого намело на его поверхности. Откопавшись, мы огляделись.
  Все пространство вокруг нас было заметено снегом, примерно по колено Дизелю.
  - Боже, я же их наверно убила! - испугалась я.
  - Нет, ты их спасла, - с улыбкой разгребая руками снег передо мной.
  Как только он закончил, я увидела во льду пять личинок, намертво вмороженных в толстый слой льда. Они светились мягким голубоватым светом и не шевелились в своей скорлупе.
  - Рика! - Дизель сгреб меня в охапку. - Ты спасла их! Да я... Да ты... Рика. Задыхаясь от радости вопил гном, мотая меня в объятьях как куклу. А меня внезапно замутило, причем так сильно, что голова пошла кругом.
  - Рика? - испугался гном, выпуская меня. Я рухнула на колени и меня вырвало и рвало до тех пор, пока от вкуса желчи не стало горько во рту. Дизель сидел все это время рядо ми гладил меня по голове. -Ржавые болты и гайки! Рикочка, все будет хорошо, все у тебя будет хорошо.
  - Почему только у меня? - отдышавшись, спросила я.
  - Потому что я на своего деда наорал, а он между прочим вождь клана.
  - Ой... а что нам за это будет?
  - Воспитывать будет, а как узнает, что я тебя в клан без его дозволения ввел, так как того... эх, воспитает молотом по маковке, - в подтверждении своих слов Дизель почесал маковку. Я нервно хихикнула, представив картину воспитания.
  - А как он узнает, что ты меня в клан ввел? Давай не скажем ему?
  - Да он по любому узнает, я же горы того... в свидетели призвал, а дед мой шаман. Так что это дело времени...
  - Что дело времени? - поинтересовался голос от входа. Мы с Дизелем синхронно вздрогнули, а гном даже сглотнул. Я вновь хихикнула. Комичнее ситуации не придумаешь.
  - Уж не то ли, что я наконец обзавелся внучкой, а не еще одним каменным лбом, который в хозяйстве пригодится только для капания шахт, да трепания нервов. Н-ка подойди сюда, внученька.
  Я поднялась из сугроба, но отчего-то повело в сторону. Дизель поймал меня и помог добраться до моего новоявленного деда.
  -Так...отмыть, накормить и уложить спать, а то больно бледная и худющая. Так, внучек, - последнее слово глава гномьего клана как-то особенно выделил. - Ее дом еще пару часов лепить будут, веди пока к моей Норе.
  - Ик, - выдала я. - Какой дом? Как лепить?
  -Как к Норе? - не менее ошеломленно поинтересовался Дизель, с каким-то сочувствие поглядывая на меня.
  -Да, - задумчиво поглаживая седую бороду согласился шаман. - К Норе нельзя, нечё ребенка пугать раньше времени. Пусть обвыкнется, психикой окрепнет...
  Мне внезапно стало еще хуже, и закралось смутное подозрение, что Нора это у них аналог пыточных дел мастера, или барабашка, которой непослушных деток пугают. Неужели это страшнее тарлов, и тут я задумалась, причем основательно. Да так что пропустила момент, когда ко мне обратились. Выплыв из своих раздумий я увидела две пары глаз, выжидательно уставившихся на меня.
  -Что?
  - О чем ты так старательно думаешь?
  Слова с языка сорвались быстрее, чем пришло в голову их осознание:
  -А тетя Нора насколько страшнее тарлов?
  Оба гнома уподобились выше упомянутым существам. В том плане, что глаза у них увеличились раза в два, правда фасетчатыми от этого не стали.
  - Та-а-ак, - протянул дядюшка.
  -Да-а-а, - подтвердил дедушка, и глубокомысленно изрек. - К Норе, пусть сама увидит кто страшнее, только пусть сначала ромашки попьет... - меня внимательно оглядели и поправились,- пару кружечек.
  
  Сказать честно, первые пару дней у гномов прошли как в тумане... И закралось внезапное подозрение, что попаданка я дефектная. Начать хотя бы с того, что обычно девушек приводят во дворцы, дают балы в их честь, закручивают вокруг интриги, устраивают Армагеддоны и их обслуживает куча служанок. Меня же отправили на исправительные работы к гномам в шахты. Всю жизнь считала себя немного ленивым человеком, и любила много поваляться и подумать о чем либо, но жизнь в нижнем городе показала, что я очень ленивым была человеком, а лень у подгорного народа приравнивается к болезни. К сожалению об этом я сразу не догадалась. Начнем-ка мы с начала. Когда меня под конвоем с пятилитровой кружкой настоя ромашки непонятно откуда взявшейся вели на помывку к норе, меня потряхивало от переживания, причем сколько я не пыталась себя успокоить, сочувствующий взгляд Дизеля напрочь разбивал мое хрупкое равновесие.
  Я ожидала чего угодно, но когда дверь совершенно нормального и обычного домика, открыла милая, стройная девушка вполне человеческого вида...я даже немного растерялась и глянула на новоприобретённого деда. Тот царственно кивнул, то ли мне то ли девушки, я как то не поняла... Но видимо все-таки девушке, так как та удивленно распахнула карие глаза, радостно взвизгнула, и крикнула:
  -Баба Нора! К вам Дизель пришел, - и не дождавшись ответа, рванула прочь от нас, только пятки засверкали.
  Я нервно отхлебнула из кружки. И кажется не зря. Из недр дома донеслось приглашение войти и шум. Намертво присосавшись к кружке, я отказалась идти внутрь, надежно врастая в плиты мостовой. Меня подхватили под руки с обеих сторон и заволокли в дом. За то, что не отобрали успокоительное я была благодарна.
  Через маленькую прихожую, которую я даже рассмотреть не успела, гномы втащили меня в огромную кухню. В лицо тут же пахнуло жаром и огромным количеством запахов. На больших плитах, которых имелось аж три штуки, что-то жарилось, скворчало, варилось и пыхтело, в очаге, занимавшем пол стены, стоял здоровенный казан, в котором судя по всему тоже шел процесс готовки. Между всем этим безобразием быстро лавировала объемная, но не толстая фигура гномихи, тщательно помешивая деревянной лопаткой кусочки мяса в сковородке, она даже не обратила на нас внимания. Постояв пару минут без движения, гномы прочистили горло. Ноль реакции. Я поболтала ногами в воздухе и прихлебывая, прикончила отвар. На душе как-то полегчало. Не может женщина, с такой любовью готовившая, быть монстром... ну на все сто процентов.
  - А вы муки туда с водичкой добавьте, и подливка гуще будет, - брякнула я, совершенно разомлев от тепла и вкусных запахов.
  - Что? - повернулась к нам женщина, отрываясь от готовки.
  Мои родственнички дернулись, и дед шепотом спросил у дяди:
  - Ты чавой ей налил туда, лоб бронированный?
  - Так ромашки? - удивился Дизель.
  - На спирту что ли настоянную?
  - Что натворила? - попросила гномиха, уперев руки в боки.
  Я испуганно посмотрела на пустую кружку и расстроилась.
  - Тарлов последнюю кладку спасла! - гордо ответил Дизель.
  - А ко мне то тогда зачем? - искренне удивилась женщина.
  - Так покормить, - неуверенно предложила я.
  - Так дите голодное?! - возмутила она.
  -Драгоценная, у нас дел много,- признался глава клана, с такой любовью глядя на женщину, что я сразу поняла - к моей очередной родственнице привели. К бабушке наверно. И тут меня накрыло осознание...
  - Ваше величество, а как вас зовут? - запинаясь и покраснев от неловкости ситуации спросила я, когда меня в четыре руки усадили на каменную лавку, застеленную теплым покрывалом.
  Трое гномов как по команде уставились на меня, от чего цветом лица я мимикрировала под свеклу. Шаман задумчиво потеребил свою бороду и выдал:
  -Зови меня дедом, а от имени моего язык сломаешь, - и подмигнул.
  Свекла явно не могла со мной соперничать и удалилась....в борщ.
  - Каким это дедом? - уточнила гномиха, подозрительно меня разглядывая с ног до головы, как МРТ сделала.
  -Вы чего племяшку смущаете. В клан я ее взял. Так что радуйся баб Нор, дождалась ты наконец внучку...или правнучку.
  - Да как же ж это? Внучка? Девочка мне? Неужели в этом мире мужчин, мне наконец сделали подарок в виде внученьки!?
  Женщина тут же всполошилась, взгляд лучился таким счастьем, что мне стало не по себе. Она сноровисто накрывала стол, попутно сунув в руки моим провожатым по объемному свертку, видимо с едой, и вытолкала из дому, громко хлопнув дверью. Я аж подпрыгнула на лавке, вместе с посудой, стоявшей на столе.
  Нора вернулась в кухню, отложила поварешку, с которой не разлучалась до этого и присела рядом со мной, испытывающе глядя в глаза. Я наконец то смогла ее рассмотреть. Тугая темно русая коса, была кольцом уложена вокруг головы, темно-серые внимательные глаза и руки, немного морщинистые, но аккуратные и немного испачканные в муке. С улыбкой наблюдая за моими исследованиями, она не мешала, в ответ изучая меня.
  -Дай мне руку, родная, - тихо попросила она и я не раздумывая протянула ей свою почему-то подрагивающую ладошку.
  Воздух вдруг вспыхнул и я вновь наблюдала свою ауру, но на этот раз, не вызванную колдовским дымом. Женщина нахмурила брови, неодобрительно осматривая рваные дыры. И сделала совершенно неожиданное, она второй рукой, самым кончиком пальцев провела по краям разрыва и те потянулись друг к другу. Во все глаза я наблюдала за тем, как нежно и ловко эта маленькая женщина убирала все бреши моей души, как только последняя сомкнулась краями, видение угасло.
  Пару раз моргнув, я недоуменно взглянула на женщину, ожидая ее падения от изнеможения, но та лишь лукаво улыбнулась и подмигнула, отчего я смутилась, опустив глаза. И в это мгновение мой мир рухнул, я неверяще смотрела на свою кожу, совершенно нормальную без синивы, на нежно розовые ногти, и ноги внезапно подкосились, если бы в это мгновение я не сидела, то рухнула бы на пол. Трясущимися от волнения руками я подтянула к глазам прядь отросших волос. Они оказались русыми, не единой седой прядки.
  - Как? - охрипшим голосом спросила я. - Зеркало...у вас есть зеркало?
  Все еще улыбаясь гномиха указала на дверной проем:
  - На входе.
  На негнущихся ногах я вышла из кухни, казалось, даже не дыша. Дойдя до огромного зеркала я вздрогнула, медленно изучая черты лица, знакомые мне с детства: голубые глаза со зрачком, немного бледные губы, сейчас резче обычного очерченные скулы, высокий лоб под густой челкой, и совершенно нормальные зубы. Ни чешуи, ни клыков, ни когтей, ни раздвоенного языка. Картину портила усталость во взгляде, темные круги под глазами, ввалившиеся за время проведенное в темнице щеки. И стало очень больно от того, что по всему телу стали явственно видны все шрамы, оставшиеся от пыток, а было их много. Меня будто окутывала сеть из выступающих бугорков разной степени свежести. Но это была я, я прежняя без следов магии, и если бы не странная одежда на мне, можно было бы зажмуриться и представить, что я дома... Резкий всплеск магии заставил отвлечься, зеркало заиндевело, по краям теряя четкость отражения, и из зеркальной поверхности на меня вновь смотрело не человечески синее море боли. По щека потекли слезы, застывая холодной коркой. Я упала на колени и горько зарыдала. Зачем она это сделала? Зачем дала надежду, что все можно изменить? К чему мне ранящие воспоминания, в мире, где кроме боли и тоски меня ни что не ждало.
  На плечи легли теплые руки, заставив задрать голову вверх.
  Нора стояла рядом, с грустью гладя меня по волосам.
  - Не плач, теперь у тебя есть семья, чтобы залечить душу, а тело соберем заново и избавим от шрамов. Пойдем, а то все остыло.
   В тот день было много разговоров, я рассказала про свой мир, про то, что случилось в этом. Нора меня не перебивала, только хмурилась, когда я начала рассказ про предательство мага и пребывание в темнице, когда же речь дошла до моего спасения, хмурая складочка меж ее бровей разгладилась, во время описания действий Дизеля, она долго смеялась, утирая слезы передником. Меня накормили и отправили спать на второй этаж. В четыре руки мы застелили кровать, которая вкусно пахла травами и отмыли меня от грязи, было не ловко, но когда мне принялись мыть голову я пискнула от боли и благополучно заткнулась, перестав оказываться от помощи. Обтеревшись мягким полотенцем, я завернулась в одеяло и крепко уснула, еще до того, как голова успела коснуться подушки. В эту ночь мне снился мой дом, за окном, через которое я смотрела на происходящим, сидела моя семья. Они ужинали. Папа пихнул брата по спине, чтобы то выпрямился и не сутулился, младший не успел сунуть вилку в рот и от толчка испачкал нос в картошке, грянул смех, в котором участвовало все семейство. Мне было больно, я пыталась прорваться к ним, стуча кулаками по стеклу, кричала, плакала и звала их, но меня никто не услыша...
  Утро началось поздно, и это было моей первой ошибкой. Потянувшись до хруста во всем теле я огляделась, через ставни в комнату проникали яркие лучики света и раскрашивали помещение полосами, отчего она стала похожа на зебру. На ощупь найдя свои вещи, которые к моему вящему удивлению оказались чистыми и приятно пахли ромашкой, я быстренько оделась и спустилась вниз. На входе в кухню я услышала голоса, что-то оживленно обсуждающие, но стоило мне зайти, как голоса стихли.
  За столом восседали вождь с женой, Дизель и еще один седой гном, очень похожий на моего новоявленного деда. Они хмуро смотрели на меня, а Нора тут же подскочила с места и обеспокоенно заглянула мне в лицо:
  -Деточка, как ты себя чувствуешь? Ничего не беспокоит?
  -Нет, - с улыбкой ответила я, не понимая в чем дело. - Все отлично! Я так выспалась!
  Гномы нахмурились еще больше, а Дизель с размаху саданул кулаком по столу.
  - А я-то старый дурак не заметил симптомов раньше, ведь должен был!
  - Не вини себя внучек, ты не виноват, во время угрозе жизни, болезнь отступает, но теперь с успокоением обстановки, вновь протянула жадные лапы к нашей девочке, - с жалостливым лицом успокоила Нора гнома.
  Моя улыбка начала сползать с лица, а в душу закралось подозрение:
  -Какая болезнь?
  - Не говори ничего, дитя, - женщина ободряюще сжала мне ладошку.
  - Крепитесь, - изрек молчавший до этого гном. - Эта пакость неосознанно влияет на организм, убивая его, но лечению поддается, хорошо, что вовремя спохватились. Надежда еще есть!
  - Да какая болезнь?! - взвилась я, всерьез напуганная их словами. - Здорова я!
  Меня же Дизель лечил, по частям собирал!
  - Я же говорил, не осознанно, - скорбно подтвердил гном.
  Нора всхлипнула и начала заламывать руки, причитая о несправедливости судьбы. Мужчины молча смотрели на меня, как на покойника.
  - Лень, девочка, вы молодые чаще всего от нее страдаете. Эта болезнь всегда ищет наиболее слабых и уязвленных.
  Моя челюсть с громким стуком упала на пол, а глаза спешили вывалится из орбит.
  -Это что, шутка?! - просипела я. - Не смешно! Я уж думала, что серьезное, а вы меня разыгрываете с утра пораньше.
  Гномы скорбно вздохнули, а Нора украдкой утирала слезы краем фартука.
  - Лечить будем, - припечатал незнакомый гном, в упор глядя на вождя.
  Тот кивнул, сделав глоток отвара из кружки, испустил вздох полный неземной печали.
  - Делай что нужно, мы не можем допустить распространения болезни по деревне.
  Я все еще стояла и не понимала, то ли мне плакать, то ли смеяться. Настолько извращенного чувства юмора за гномами не замечалось ранее, и судя по завыванием жены вождя, вполне себе правдоподобным, это все не шутки и гномы вполне серьезны.
  - Хлипенькая она, - заметил Дизель. - Плохо, быстро не вылечить тяжелым трудом.
  -Но...-хотела возмутится я.
  -Ничего, мы будем долго выводить, не усердствуя, чтобы не померла при лечении.
  - А...-попытала возразить.
  -И куда мою девочку? - влезла Нора.
  - На разработку шахт, пару дней поможет стены расширять, кирка она всяко лечит. Потом передышка, то бишь неделя в гранильном, и на сортировке минералов, потом опять в шахты. Там глядишь полегчает, можно будет в инкубатор новый, чтобы морозила, да за личинками следила. Посмотрим что получится, если болезнь не уйдет, то снова по порядку шахты-цех-шахты. Ужо мы эту дрянь то выведем! - для достоверности мужчина потряс внушительным кулаком.
  Гномы одобрительно загалдели, на их лицах читалась надежда и вера в лучшее будущее.
  А мне как-то резко стало не хорошо, последнее, что я увидела, это обеспокоенно лицо Дизеля, и после крика Норы: 'Да неужто опоздали с лечением?!', окончательно потеряла сознание.
  
  ***
  -С восьмым марта!
  - Это синяя роза, - искренняя улыбка на девичьим лице. - Мой любимый цвет!
  - Моя любовь иссякнет, когда она завянет!
  - Она же стеклянная!
  - Вот именно!- победно провозгласил Он, сжав любимую в объятьях. - И никуда тебе от меня не деться!
  - Глупый, я никуда тебя не отпущу, - шепчет Она, потянувшись за поцелуем....
  Резко сев, Алагос за озирался, пытаясь понять где он. Шум ветра в кронах деревьев и пение цикад, заставило вспомнить о ночной остановке.
  - Не спится? - уточнил Эридиан, со своей лежанки по другую сторону тлеющего костра.
  Ал потер лицо руками, проигнорировав вопрос. Тело немного затекло от сна на земли и мужчина помял плече, возвращая чувствительность онемевшей конечности.
  - Его сиятельство не может спать вне шелковых простыней, - ехидно уточнил брат.
  - Долго нам еще до этого города? - вновь пропустив шпильку брата поинтересовался дроу, слегка дунув на угли, те мигнули и вновь разгорелись.
  - Дней шесть, не больше. Нашим наз'рак нужно отдохнуть. Они итак пять дней мчались без продыха. Ты куда-то спешишь?
  -Нет,- не моргнув глазом соврал Алагос. Как он может объяснить, что все его чувства кричат о том, что нужно торопится, что сидя здесь он теряет бесценное время. Все существо противится остановкам и глупой, никчемной суете, которая только и делает, что отнимает время! Мужчина старался не срываться на окружающих, и не выдавать своего беспокойства, в следствии чего замкнулся в себе, чем ничуть не удивил, сопровождающий их охранный эскорт, и только брат, очень чутко чувствовал перемены его настроения и всячески изводил, строя догадки такого поведения. Это продолжалось до тех пор, пока прибывая в прекрасном расположении духа кронпринц, не предположил, что причина спешки это желание брата скорее вернуться к трепетно любимой возлюбленной и соединиться с ней узами брака. Не успех докончить эту патетическую речь, наследник темных эльфов выбитый из седла струей огня, улетел в кусты. Нападение на святая святых темноэльфийской империи сопровождающие восприняли с изрядной долей пофигизма. Поток пламени разбился о воздушную броню Эридиана, лишь слегка подпалив ресницы, а во время полеты принц сгруппировался и приземлился как кот на четыре конечности, злорадно скалясь в сторону брата. Алагос ничуть не расстроился, он иронично приподнял левую бровь, внимательно глядя под ноги наследника. Тот почуял подвох и опустил взгляд.
  Дальнейшая дорога сопровождалась уже более частыми но менее безобидными издевками, к тому же следующие два дня кронпринц периодически почесывал, то руки в неожиданно появившихся на них перчатках, то ноги, скрытые сапогами из плотной кожи, хотя жара стояла приличная. А причиной было лишь то, что ожоги от крапивы не поддаются магическому исцелению.
  -Ты куда? - окликнул Рид, уходящего от костра брата.
  - Пойду пристрелю кого-нибудь, при подпитке мясом наши наз'рак быстрее наберут силу. Экран снимешь?
  -Угу, себя не подстрели, - усмехнулся дроу, скрывая тем самым волнение. - Ал, почему ты так спешишь?
  Его брат, повел плечом, будто отмахнувшись от вопроса и неожиданно резко обернулся, задумчиво глядя на Рида.
  - А синие розы есть?
  - Что? - растерялся наследник. - Ну вроде у светлых были, они даже вроде не вянут никогда, если их правильно срезать.
  Мужчина как-то странно улыбнулся и не оборачиваясь больше, направился в сторону леса. Эридиан вздрогнул, когда Алагос беспрепятственно вышел из так и не снятого защитного заклинания. Отдача от внезапно лопнувшего купола кинулась на спящих эльфов, поднимая тучу пыли. Кронпринц в одно мгновение выставил руки перед собой, поймал слегка отпружинившие ладони воздушную волну и оттолкнул в противоположную от лагеря сторону.
  - Что-то не так, повелитель? - раздался над ухом тихий голос начальника охраны.
  - Все нормально, я тренируюсь, - ответил Рид, ленивым движением стряхивая с кончиков пальцев пыль, будто капли воды.
  Эльф бесшумно поклонился и растворился в теплом ночном воздухе.
  - Цветы раньше волновали тебя не больше, чем меня порывы ветра...
  Эльф бесшумно поклонился и растворился в теплом ночном воздухе.
  А вот королю Роналдо было ни до цветов, ни до ветров, больше его волновала делегация темных эльфов, которую слава Демиургам, его люди смогли задержать на пару недель, пока не утряслась ситуация с девчонкой, так не кстати сбежавшей из темницы. Сумасшедший гном, плевал на уровень силы, нападавших на него магов, убив пятнадцать человек, трое из которых были старейшинами ковена, и разнес все подземелье, орудуя своей чертовой киркой. Одно хорошо, судя по выбросу магии, которую засекли выжившие волшебники, девчонка умерла. Выжала себя до суха, пытаясь спасти гнома. Эти рыжие варвары! Еще с ними проблем не хватало! Король с силой сжал подлокотники кресла, еще бы темные не узнали о гибели их собрата, хотя Рематиан утверждал, что дроу итак был мертв...
  - Его Высочество кронпринц дроу Эридианʼ аль Самин и Его Высочество Алагосʼэль Бэлкроу!
  Двери отворились, пропуская двух мужчин, в сопровождении около трех десятков воинов, облаченных в парадные доспехи.
  Принцы остановились в нескольких метрах от трона и склонили головы, выказывая почтение равному. Роналдо с интересом разглядывал гостей.
  - Я кронпринц дроу, приветствую Вас от лица всех дроу, - вышел вперед молодой дроу. Его ярко алые глаза не выражали никаких эмоций, голос сух, движения точны и изящны, не допускающие ни малейшего отклонения от этикета, подтянутая стройная фигура затянутая в костюм, цвета запекшейся крови прекрасно оттенял серую кожу, а длинные волосы сдерживал только тяжелый обруч из черненного серебра с крупным рубином в центре. Назвать кронпринца юнцом язык не поворачивался, а облачение в родовых цветах его дома просто подавляло, нервируя. В особенности рубин, казавшийся третьим глазом. Роналдо нехотя поднялся с трона и с приветственной улыбкой кивнув гостям.
  - Я король Роналдо Третий Верденторский рад приветствовать дорогих гостей в своем дворце..
  -Не верь...- пронесся шепот по замку.
  Никто не услышал его, кроме Алагоса, стоящего на три шага позади своего брата. Мужчина вздрогнул от ощущения, пронизавшего его холода, и еще пристальней всмотрелся в свиту человеческого короля, ища взглядом того, кто следил за ним.
  Возле трона стоял главный придворный маг королевства, а за его спиной выстроился весь Совет, в том числе и молодой парень, показавшийся эльфу чем то знакомый. Поймав взгляд темноэльфийского принца, молодой человек побледнел и охнул. Рематиан едва уловимо шевельнул кончиком пальцев и тот застыл вновь с каменным выражение лица. Все эти манипуляции не скрылись от внимания Алагоса. Он не слушал обмен любезностями между братом и человеческим королем, он не отрываясь разглядывал лицо Главы Ордена, и чем дольше тем более хищная улыбка озаряла лицо эльфа.
  Его узнали, и это Рематиан понял сразу, поймав взгляд недобро прищуренных глаз, в это же мгновенье мага окатила волна безудержного жара, невидимого, но от того не менее смертоносного. Защитный купол прогнулся и сжался, защищая хозяина. А тот пытался понять, как собственноручно убитый им дроу, мог выжить. Да и выглядел он по-другому, волосы были серые и длинные как у кронпринца, глаза цвета стали, а фигура была гибче и стройнее. Этот же щеголял черным ежиком коротких волос, а в зеленых глазах полыхало море огня, по-видимому еле сдерживаемого. Шире в плечах, а черты лица стали грубее. Разве можно измениться на столько, за такой короткий срок?
  Присели, положили, держим руками и ме-е-едленно поднимаем, а затем бах!И опять сначала...
  Ну, в принципе кто бы сомневался, что в шахтах я стала частым гостем, и 'лечусь' здесь уже не первый круг. После того, как меня привели в чувство, сразу же потащили на новое место дислокации, боясь того, что болезнь прогрессирует. Наверно я зря надеялась на легкую работу, мне всучили тяжеленую кирку, нацепили на голову что-то на подобии каски и повели в самую гущу событий. Работа в этом месте ни на минуту не останавливалась, пока меня представляли окружающим гномам. Те лишь подвинулись, освобождая мне место возле стены. Правда после первого же пробного удара, стало и весело, и грустно, так как кончик кирки во время моего замаха подцепил бороду сзади стоящего пожилого гнома, следящего за моей работой, и чуть с корнем ее не выдрала. Когда каменные своды перестали содрогаться от громких нецензурных воплей, в которых из знакомого мне почему-то иногда проскальзывали названия инструментов и непременно упоминались ржавые гвозди, меня за шкирку перетащили в самый дальний угол, где никто не работал. Нарисовали на стене мелом крестик и как душевнобольной указали на него пальцем, сказали, причем по слогам: 'Бей сю-да' и благополучно свалили.
  Я как послушная девочка закивала, отчего каска сползла на нос, и попыталась вновь поднять кирку. Та была тяжелая, а после первого резкого замаха руки загудели и отказались двигать 'ненужную железяку'. Немного постояв и почесав верхушку головного убора, я приложила ладошки к крестику и камень, вымороженный моей магией, начал сам осыпаться, только пальчиком ковырни, чем я и занялась с энтузиазмом кладоискателя. Потом сорвала парочку ногте, не то чтобы я так трясусь над своим маникюром, но согласитесь приятного мало. Так что поскрипев мозгами, я поднатужившись подняла рабочий инструмент, приставила к стене и начала возить кончиком по поверхности, крошево камня бодренько осыпалось к моим ногам, собираясь песчаной кучкой. Когда эта самая кучка доползла размером мне до середины колен, а в стене образовалась веселенькая узкая дырочка приличной глубины, ко мне пришла инспекция и дружно выдала мне по подзатыльнику, от которого спасла каска (а я думала она от камнепадов!), и коротко объяснили как и почему я не должна была так делать. Оказывается магия, при разработке рудной жилы вредит качеству, выработанного материала. Так как я не стабильно, то меня поставили параллельно пути залегания ценных ископаемых, чтобы я расширяла тоннель, от которого потом мастера будут извлекать запасы. На мой вопрос, почему расширять то нельзя магией, если там впереди у меня руды нет, на что мне тут же ответили, что у меня трудотерапия, и больным нужно руками работать. Сметя в уголок плоды моих творческих трудов, гномы положили мне на плечо кирку, отчего мой хрупкий костяк чуть не перекосило во всех направлениях, они принялись демонстрировать основные приемы замахов, ударов.
   Мужчины с такой легкостью ворочали свои инструменты, что я заподозрила подвох, может у них макет из картона, а мне решили реальную впихнуть. В общем инспекторы так увлеклись, что вместо меня втроем за час вырыли целый коридор глубиной в два моих роста. Я же увлеченно кивала, указывая пальцем на неровности и кривые выступы. Как только прозвенел звонок на обед, гномы устало вытерли лбы и тут как раз поняли, что что-то тут не так.
  И вот тут то мы возвращаемся к тому, с чего начали. Меня оставили без обеда и установили норму до вечера, при не выполнении которой грозит моему детскому организму лишением еще и ужина. Желудок ответил громким урчанием на ультиматум нехороших гномов и намертво приклеился к позвоночнику, не издав более ни звука. А я принялась за упражнения с киркой, так как желудок как хочет, но мне то есть хочется.
   Присели, положили, держим руками и ме-е-едленно поднимаем, а затем бах! И опять сначала...
  В тот день я норму не выполнила, под вечер взмыленная и уставшая и присела возле стенки и мгновенно вырубилась, проснулась утром в доме тетушки Норы. Меня оперативно вытрясли из кровати, сполоснули водичкой, вручили кирку, флягу с ромашкой и отправили на разработку. Есть по-прежнему не давали, лишь пить. К вечеру мне стало безразлична и еда и питьё. Я монотонно долбила стену. Так как кирка была тяжелая, то приходилось исхитряться. Но после долгих попыток я придумала некое подобие схемы. Присаживалась на корточки, затаскивала сие пыточное орудие на плече, держа двумя руками, потом осторожно вставала и наклонялась вперед. Кирка по инерции падала вперед, откалывая кусок от стены...
  К вечеру третьего дня состоялся пир - я выполнила норму первого дня. Все пожимали друг другу руки, а меня хлопали по спине. Нора расчувствовалась и накрыла по такому случаю стол. Гулял весь город. После первого тоста я уснула лицом в тарелке с чем то мягким. Гномы отнесли меня спать в комнату и продолжили веселье.
  На утро меня разбудили позже обычного, что вселило страх. Страхам суждено было сбыться. В шахте все работали молча, морщась от каждого удара киркой и наполняя замкнутое пространство разнообразными оттенками одного запаха - запаха перегара.
  В тот день с нормой ко мне пристали особенно, и стало сразу ясно, что злее похмельного гнома нет на свете существа. Хотя похмелье не освобождает от работы...
  Труднее всего в этой трудотерапии было встать с утра, мышцы за ночь каменели и отказывались работать, а ближе к обеду разогревались, что придавало ложное ощущение прилива сил. Почему ложное? Потому что стоило остановиться, чтобы попить или справить нужду, как руки отказывались далее брать кирку и работать. Поэтому я старалась останавливаться по минимуму, дабы уберечь себя от соблазнов убежать, хотя сил бежать не было тоже. Я никак не могла привыкнуть к такому ритму жизни, каждый день как пытка, а монотонная работа просто отупляла, вгоняя в сонное оцепенение, когда тело работает на автомате. Это заметили многие, поэтому временно сменилось место моего заточения. Меня отправили к женщинам в гранильный цех, посадили за стол, дали кучу увеличительных стекол и высыпали передо мной граненные драгоценные камни и показали как искать дефектные. Первый день прошел как в тумане, да еще и я перепутала корзинки для бракованных и нормальных камешком.
   Жаль только женщины схватились поздно. Они уже пересыпали 'бракованные' в огромный чан к остальным таким же, которые готовили на то, чтобы разбить на более мелкие фракции и использовать либо как дополнительные к основному камню в украшении, либо как напыление на инструменты. Корзину с 'нормальными' отнесли мастерицам и...
  И мне нашли занятие до конца побывки в цехе, хорошо хоть чан с дефектными камнями был полон на четверть, зато я много новых слов услышала от степенных гномих, которых этим самым степенным знать не положена. На следующее утро я полусонная в каске и с киркой притащилась по инерции в шахту, а не в цех, поздоровалась с гномами и поплелась к стене. Гномы так же поздоровались со мной как ни в чем ни бывало, а через пол часа начали оборачиваться, задумчиво почесывая бороды. Спустя еще пол часа за мной пришла разъяренная Тадира, троюродная сестра Дизеля по линии деда, со стороны матери. Меня схватили за руку и потащили на правильное рабочее место.
  Положа руку на сердце, на разработке мне нравилось больше. Там я выматывалась физически и теряла счет дням. Здесь же я не просто его потеряла, я забыла что значит время. Если мне вечером не напоминали о конце рабочего дня, я могла просидеть всю ночь перебирая и сортируя мелкие блестящие камешки. Они царапали гранями пальцы, а глаза слепило от яркого света при котором шла работа. Кажется драгоценности я возненавидела до конца жизни!
  Мой дом был готов еще к четвертому дню, но переезжать мне пока не разрешили, боясь, что я начну лениться, уйдя из под теплого крыла госпожи Норы, приглядывавшей за мной.
  По мне, так это Нора просто боялась, что я буду забывать есть, пить и мыться. В чем-то она была права. На последний день в гранильном (а именно в гранильном я отрабатывала самую последнюю в моем списке повинность) я разобрала наконец-то чан(которого хватило на две смены в цехе) раньше конца смены и меня отпустили, пожелав больше не заходить к ним, если только со связанными руками и на пару минут.
  Совершенно ошалевшая от свободного времени, так неожиданно свалившегося безделья я не знала куда себя деть, да и тело затекло от постоянного сидения в скрюченном состоянии, поэтому я добровольно приняла самое странное желание в своей жизни, я снова пошла в шахту. Взяла кирку и принялась за работу.
  Через некоторое время меня отвлекли странные звуки за спиной. Обернувшись я замерла с открытым ртом. Отвлекшись от своей работы позади меня стояла толпа гномов, украдкой утирая слезы умиления краешкам бороды и с нежностью глядя на меня и бормоча 'своя'. Вот тут меня накрыло осознание, что я чего-то упустила. Глянув на руки, которые покрылись мозолями и загрубели, я поняла что случилось. У меня теперь куча свободного времени, но я не могу сидеть на месте, полностью разбалованный нагрузками организм отказался бездельничать. Волосы встали дыбом, и как это ни прискорбно, но я упала в обморок, услышав напоследок: 'От счастья!' И действительно, почему бы не от счастья?
  
  
Глава 8
  
  Очнуться мне удалось только на утро следующего дня. И начался мой день с крика... А вы бы что сделали, проснувшись по утру в совершенно незнакомой обстановке, а в окно около кровати заглядывает очаровательная пара фасетчатых глаз ярко алого цвета в комплекте со жвалами?
  Вот и я заорала, а еще подушкой кинула, и отползать начала, правда не далеко, буквально рядом...до края кровати.
  На вопли и крики в комнату ворвался Дизель, вооруженным сковородой, с которой на меня заискивающе поглядывала одноглазая яичница, намертво пригоревшая ко дну.
  - Чего вопишь? - уточнил он, убедившись в отсутствии опасности.
  - Что он тут делает?! - заорала я, для достоверности ткнув пальцем в сторону окна.
  Дизель задумчиво подергал себя за бороду и выдал.
  - Ухажер. Девушке в твоем возрасте уже пора собирать поклонников с серенадами и...
  С чем еще должны заявляться ухажеры я не дослушала, так как вторая подушка полетела в гнома. Тот с философским видом отбил ее сковородкой, отчего та вернулась ко мне. Причем не просто ко мне, а прямо к голове потянулась родимая, познакомив ее со всеми прелестями внезапной усталости(проще говоря шмякнуло меня об пол). Лежа на полу в позе морской звезды и с подушкой на лице я чувствовала себя на диво отдохнувшей и как ни странно счастливой. Как мало человеку оказывается надо для счастья.
  Вставать пришлось, так как 'нянюшка' Дизель громко возвестил о готовности завтрака. Поднявшись с пола, я с любопытством огляделась. Если подумать, то притащить меня могли в два места либо к Норе, либо в новый дом. Но поскольку на кухне хозяйствовал гном, то дом тетушки отпадал сразу, значит это мой домик.
  Являл он собой довольно интересное зрелище, так как комната была огромной полусферой, а окна овальные, вытянутые в горизонтальном направлении. Кровать, стоящая под окном, круглая деревянная и по периметру почти на половину защищена спинкой, обитой мягкой тканью. Напротив виднелись огромные шкафы, упирающиеся в самый потолок. Я сунула свой любопытный нос за дверки и убедилась, что верхние полки не такие глубокие, как нижние. А следовательно задняя стенка шкафа была так же закруглена, чтобы вплотную примыкать к странным стенам в этом помещении. Справа от шкафа была стена с огромным количеством разнообразных подвесных полочек, соединенных между собой тоненькими металлическими цепочками, предназначение которых осталось тайной. Слева же стоял небольшой столик с лавочкой и большое, опять же овальное, зеркало, в ажурной раме, оно не крепилось к стене, а упиралось в пол массивной подставкой. Пол же был деревянный и старательно отполированный, а возле кровати имелся огромный песчаного цвета ковер с мягким ворсом. С умилением и не скрываемой радостью я смотрела на окружающее пространство, пытаясь побороть желание хохотать и подпрыгивать от счастья.
   Дверь в комнату приоткрылась и представила моему вниманию странное зрелище. В комнату медленно, но целеустремленно вползала уменьшенная в пятьдесят раз копия тарла. Я изумленно проводила его взглядом до своей кровати, на которую этот наглец забрался по свесившемуся концу покрывалу, попискивая, ухватился 'зубками' за кончик одеяла и потащил к подушке. Только когда кровать оказалась наполовину застелена я сообразила, что это гусеница заправляет мою кровать. От увиденного я впала в ступор, а тарл, дополз до подушек и озадаченно засвистел, видимо не досчитавшись одной из них, поднял верхнюю часть тела и начал вертеть головой. Найдя потерянный экземпляр, он устремился к нему, недовольно потрескивая, как старый советский радиоприемник.
  Я нервно хихикнула. Тарл затормозил и уставился на меня. Так мы и стояли, разглядывая друг друга. Малыш был не больше метра в длину, и толщиной с мой ногу, хотя подозревая, что без шерсти он намного тоньше, кстати шерсть была нежно голубого цвета с редкими белыми пятнышками и белым же пузиком. Глаза были как два горных кусочков хрусталя.
  Не знаю сколько мы так простояли, но 'гусеничка' встрепенулась и поползла за подушкой. Точно так же спокойно я вышла из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь. Ну а что вы хотели? Истерики? Нифига, человек ко всему привыкает, я под пытками магов выжила, в шахте работала. Подумаешь метровый пушистый червяк застилает постель с утра, ну так а гном вообще сковородой как ракеткой в теннис воспользовался!
  Выйдя из комнаты, я очутилась в небольшом коридорчике, слева и напротив меня было по двери. Та что напротив была приоткрыта, и оттуда явно чувствовался запах горелой яичницы. Решив повременить с осмотром второй, сунула свой любопытный нос комнату. Та оказалась кухней с плитой - одна штука, круглым массивным столом - одна штука, окруженным небольшими стульчиками - три штука и окном-иллюминатором - одна штука. Так же имелась куча подвесных полок на стенах и один чудный буфет из темного дерева и длинная поверхность для готовки рядом с плитой из того же материала. По другую сторону от плиты сиротливо стояла раковина с бачком для воды над ней и ковшиком, прикрепленным на петельке сбоку. Смотреть на потолок я даже не стала, итак ежику понятно, что он куполом. У меня вообще сложилась впечатление, что я перехожу из одного мыльного пузыря в другой. Дизель, задумчиво сидящий на одном из стульев с грустным видом разглядывал сковороду перед собой. Я присела напротив, подперев подбородок кулачком и наигранно горестно вздохнула.
   Гном сдвинул брови на переносице и указал пальцем куда-то за спину. За его спиной возвышался тот самый буфет, озорно подмигивая мне слюдяными окошками на дверцах, которые прятали в своих ящиках кусок сыра, завернутого в ткань, свиной окорок, накрытый стеклянным колпаком и тарелку с ароматным хлебом. Рот наполнился слюной. Я перетащила это богатство на стол, порыскала по кухне еще в поисках ножа и чего-нибудь вроде разделочной доски. Нож нашелся в подставке в одной из полок, а доска, представляющая из себя квадратную дощечку без каких либо декоративных излишеств, обнаружилась в ящике под столешницей. Попутно мной было выявлено огромное количество всевозможной утвари и механизмов непонятного предназначения. Под плитой обнаружилась духовка, почему - то глиняная, с длинным желобом внизу и без каких либо механизмов включения. К тому же по бокам имелись прорези, каждая из которых закрывалась отдельным металлическим мини 'люком'. Озадачено почесав лоб, я направилась к столу. Дизель ужу отправил несчастную сковородку в мойку и оперативненько поставил на плиту чайник. Когда он принялся ее включать, я не вынесла мучающего меня любопытства и полезла смотреть. Отпихивать меня не стали, а наоборот отодвинулись для лучшего обзора. Его действия привели меня в ступор, очередной раз за день.
  Местный аналог плиты представлял собой прямоугольную поверхность с шестью круглыми углублениями различного диаметра и степени углубленности, прикрытые крышками с ручками, в правом углу имелась коробочка со странного вида шариками, больше напоминающими шерстяные комочки, а рядом с ними изящная бутыль с носиком и прозрачной жидкостью.
  Заинтригованная я наблюдала, как гном открыл одно из углублений самого большого радиуса, кинул туда пару шариков и добавил несколько капель жидкости, после чего из лунки показалось ровное желтоватое пламя. Мои глаза стали квадратными, что, похоже, совершенно не гармонировало с дизайном этого помещения.
  - Это как? - удивилась я, когда Дизель с гордым видом водрузил на конфорку металлический чайник. - Ты его керосином сбрызнул? А искру почему не видно было? У вас зажигалки что ли есть? Или это магия?
  - Нет там магии, это подшерсток тарлов, обработанный и высушенный особым образом. При контакте с водой и воздухом он воспламеняется и гореть может пару недель, нисколько при этом не уменьшаясь, а что бы его потушить, нужно прервать поступление воздуха. Готовить закончишь, и просто накроешь крышкой, он мгновенно потухнет.
  - Офигеть! А в бутылке вода? Обычная? - я приподняла чайник и убедилась самолично, что шерсть не сгорела, а просто продолжает гореть, даже не давая налета копоти на дно чайника. - А почему от чайника не тушится, там же по идее тоже воздух не поступает.
  Гном хитренько улыбнулся и приподнял чайник повыше, демонстрируя маленькие ножки по всему периметру дна.
  - Вот они мешают прилегать плотно, так что пространство остается. Если же ты не чайник собралась греть, то где-то тут на полках есть комплект решеток для каждой лузы, поняла?
  - Офиге-е-еть, - только и смогла вымолвить я. Дядюшка хмыкнул и открыл загадочную духовку, приглашая нагнуться для продолжения вогнания... или вгоняния? ... меня в культурный шок от таких изысков цивилизации.
  Как оказалось, все очень просто, в канавку на дне наливалась вода и равномерно распределялись шерстяные шарики, на решетку ставили глиняные горшки или что-то еще, что требовалось приготовить, дверца закрывалась на щеколду, а сбоку открывались клапаны. Чем больше их открывалось, тем сильнее жар в печи, так как от объема поступаемого воздуха зависела интенсивность горения 'фительков', как они называются. Вот такая система, а еще мне Дизель по секрету признался, что иногда засовывает в печку Фирона, того самого маленького тарла, предварительно окунув его в ведерко с водой. Кстати, когда нет времени полноценно плиту зажигать, он так же на тарле мяско готовит, побрызгав водичкой на него, и поставив сверху сковородку и обычно все получается. Но сегодня маленькая пушистая 'микроволновка' перенервничала, отчего горела неравномерно и злосчастная яичница подгорела. От такого заявления я, честно говоря, вообще в осадок выпала, причем надолго, представив процесс готовки на тарле.
  Из нирваны меня выдернул голос гнома, который уже соорудил бутерброды и собрался налить чаю. За завтраком я смущенно уточнила, сколько стоит все это оборудование и посуда и вообще все в этом доме, включая сам дом. Гном недоуменно похлопал глазами, а потом успокоил, сказав, что при совершеннолетии любой из жителей получает полностью укомплектованный дом, при постройке и обустройстве которого участвуют почти все мужчины и женщины. В результате выходит быстро и совсем не затратно. И, действительно, неужели цех резчиков по дереву потеряет много, если выдаст один стол для дома. К тому же ученики, заканчивающие свое обучение в той или иной области предоставляют один из результатов своего труда в качестве итогового экзамена. Так что в городе даже имеется излишек всякого рода вещей, дожидающихся своего часа на городских складах, так как экзаменационные проекты на продажу не выставляют.
  Слова Дизеля меня успокоили, и мы продолжили завтрак, в процессе которого мне объяснялся принцип работы тех самых механизмов, коими у меня были забиты шкафы и полочки. Чем больше слушала, тем большим уважением я проникалась к гномам. Это же какие мозги надо иметь, чтобы до такого додуматься. У них же даже солнце было сделано из огромного колочества той самой специально высушенной шерсти, которую смачивали каждый день и следила за тем, чтобы она не расплавила решетку (по описанию большн похожую на друшлак с огромным колличеством клапанов как на моей печке), которой крепилась к своду пещеры. На ночь все клапаны чщательно задраивались, изнутри корридора, проходившего над самодельнам солнецем, полость с мехом закрывалась герметичным колпаком и в течении часа солнце 'потухала'. Раз в три месяца огромный ком выгорал и его таки приходилось менять. А по большим праздником зажигали звезды. Дизель с таким восторгом рассказывал об этом, что мне стало жутко любопытно. С помощью карт звездного неба и огромного колличества расчетов, на куполе были востановлены наиболее крупные созвездия этого мира и работали по тому же принцепу, что и солнце. Шерсть заранее заготавливалась, выкрашивалась в различные цвета и гномы одновременно 'зажигали' все звезды. Те вспыхивали всем спектром доступных цветов и завораживали не хуже северного сияния. Мне до безумия захотелось это увидеть, я даже на стуле заерзала от нетерпения. Гном это заметил и сказал, что если я сейчас быстро доем, то он успееет мне показать как работает ванна и туалет. Запихнув в рот бутерброд целиком, я залила в себя остатки чая и вскочила из-за стола, чуть ли не пританцовывая.
  Гном расхохатался и поманил в коридор и повел ко второй двери, открыв ее, мы очутились в гостинной с небольшим камином, диванчиками, книжными стелажами, и столиками. Ровно напротив камина была был выход на улицу, а рядом дверь на второй этаж. Я недоумевала, как такое может быть. Все оказалось с одной стороны просто, с другой странно. За дверью на второй этаж была лестница, которая по дуге вела на второй этаж, где находилась всего одна комната, так же представляющая собой часть шара. Я в эту комнату влюбилась и осчастливила гнома тем, что спальня переезжает сюда, хоть она и была двойником моей спальни, но нравилась мне гораздо больше, так как мое женское существо чисто из принципа хотело жить повыше, потому что...ну вот потому что.
  Дизель объяснил, что это комната для гостей, которой положено быть отдельно от хозяйских комнат, ибо мало ли... На вопрос: 'Что мало ли?' - тот только подвигал бровями и сделал страшные глаза. До меня не дошел сей сакральный смысл, поэтому я бараном уперлась. Ругались мы долго, в итоге мной был приведен железный аргумент: 'Мой дом, что хочу то и делаю!' Меня обозвали ржавыми гвоздями и собрались сплюнуть, но я погрозила пальцем и сказала, что сам убирать будет. Гном выплеснул все негодование в мою сторону мало понятной тирадой и сдался. От ванны, которых было две, по одной на этаж, я пришла в восторг, причем полный. Огромное углубление в природном камне было покрыто цветной эмалью и даже на ощупь казалось гладким. В нем был слив, а из боковой стенки торчала небольшая пробочка. Наблюдая за моей реакцией, гном вынул пробку, предварительно такой же заткнув слив, и из отверстия полилась вода. Я попробовала и нахмурилась, та была холодной. С хитрым видом 'кран' был вновь закрыт, а из банки рядом с ванной был щипчиками извлечен комок меха и с победным видом брошен в воду. Не прошло и трех минут, как вода стала горячей, а фителек мы отловили специальным половником и засунули в ту же банку. Моему счастью не было предела, казалось еще немного и я лопну от счастья. Будто в ответ на мои мысли вода в ванной покрылась коркой льда.
  -Похоже срок годности фительков в твоем случае укоротится вдвое, - ехидно прокоментировал гном.
  -Упс.
  Дядюшка махнул рукой, мол что возьмешь с убогого, и показал мне санфаянсового друга, который на фоне остальных изобретений как-то проигрывал. Ну каменный трон, сливом впаянный стену, ну холодная сиделка, и смывается опять таки выдергивание пробки из стены. Ничего так в общем, но если честно не так впечатлило. Гном обиделся, что сие гениальное детище инженерной мысли не было оценено мной по достоинству, но быстро чего-то прикинул и с не угасающей улыбкой потащил смотреть внутренний двор моего дома.
  И нет бы мне заподозрить подвох, но увы будущее мне не ведомо. Поэтому я с радостью вывалилась из входной двери во двор.... и заорала так, что незабвенный Витас удавился бы от зависти. Дизель от неожиданности шарахнулся в сторону.
  Да-а-а, ну что тут скажешь, 'дворик' просто шикарен. На самом деле этим словом было сложно назвать то, что я увидела. Столь громким словом дядюшка назвал площадку примерно десять на десять метров, по периметру огороженную изящной кованной решеткой, а уж за решеткой виднелся город с высоты этажа этак 5-6. Но ведь и это можно пережить, вот только моя входная дверь выводила аккурат на узенький балкончик, загородку которого, если бы не Дизель, я бы при спокойненько снесла и ухнула бы вниз. К тому же какой нормальный человек не боится высоты? Заметьте, НОРМАЛЬНЫЙ! Парашютисты и всякого рода джамперы в расчет не берутся!
  Когда воздух в легких закончился, я нервно сглотнула и повернулась к своему дому. Наверно гном что-то такое прочитал на моем лице, так как закрыл уши руками, видимо ожидая еще одно звуковой атаки, и сделал шаг в сторону дома. Но орать я больше не собиралась, так как от увиденного в зобу дыхание сперло. Мой дом представлял собой нагромождение пяти шаров разного диаметра, хаотичного расположения относительно друг друга, и не понятно как отвесно крепившихся к стене пещеры, а по внешнему кругу, сия конфигурация была опоясана 'кишкой', которая похоже изнутри была той самой лестницей. Никаких опор, цепей, поддерживающих и укрепляющих не было видно и в помине. Как то резко поплохело, я вновь перевела взгляд вниз, нервно поправила край ворота рубашки и зареклась когда либо открывать окна в доме. Жуть какая!
  - Это чего? - хрипло спросила я.
  -Чего? - спросил гном, опуская руки.
  - Что это? - повторила я.
  - О-о-о, эта наша новая разработка. Твой дом первый такой, экспириметальный! Там такая технология сложная, всем городом лепили. Там же каркас такой, - гном мечтательно закатил глаза. Мне стало дурно еще больше, а тот продолжал упоенно расхваливать детище абстракционизма, эпохи... шаризма?... скорее маразма. - Мы когда породу расплавили, вставили гигантские меха. Маги, а там их штук сорок было, вплавили каркас, а мы мехами раздували. Когда первый ярус был готов, мы проворонили. В итоге не лопнул конечно, там же сеть энергетическая все держит, но он вес превысил и как пополз вниз, и нас с собой потащил, насилу выровняли. Ломать не стали, жалко было, так что просто ниже перенесли работу, дом сначало выше хотели сделать...
  Мое сердце поползло вслед за первым ярусом. Еще выше?! Врача мне, а лучше ромашки, на спирту.
  -.... Да ты не расстраивайся, как наладим серийное производство, так повыше переселим! Так вот, мы побольше уровней надуть хотели, но побоялись сползет еще ниже. Там наши пространственники намудрили чего-то, гвозди ржавые им в подметку, так что кажется что все комнаты на одном этаже, а то лестниц много делать пришлось бы, а так бац, и в коридоре, бац и в комнате. Ну как? Здорово?!
  Вот смотрит он с такой неподдельной радостью и ждет реакции, а я стою и думаю, если опять в обморок грохнусь, меня поймают, или я свались с этой площадки?
  - Давай покажу как спускаться... - после этих слов я резко перехотела падать. Да, спускаться это хорошо, это очень правильная мысль!
  К сожалению, радовалась я рано. Меня подвели калитке, которая на первый взгляд ничем не отличалась от секций оградки, единственное, что при ближайшем рассмотрении в неё оказалась впаяна изящная ручка в виде закругленного листка, шириной с мою ладонь. Если этот шедевр кузнечного искусства потянуть вверх, то калитка открывалась внутрь, при этом по всей площадке прокатился мелодичный постепенно нарастающий звон колокольчиков, замаскированных под кисти винограда. Каким образом эта гирлянда сообщалась и почему не реагировала на легкий ветерок, гуляющий в пещере, я не рискнула спросить, так как с тоской смотрела на десять лестничных маршей, которые предстояло преодолеть, чтобы добраться до моего дома.
  -Значит гости ко мне редко ходить будут, - подытожила я, захлопывая калитку.
  - Почему это? - удивился Дизель. - Будет много желающих наведаться к тебе, любопытно же на новинку посмотреть, да и тебя проведывать надо. Ты ж маленькая, ни дров нарубить, ни полку к стене прибить.
  - Дизель, а Дизель. Ты же издеваешься, правда? - с надеждой заглянула я ему в глаза, но не нашла там подтверждения своим выводам. Час от часу не легче! Мало того, что живу как белка в дупле, так еще и народу ко мне будет ходить куча, чтобы попялиться на необычную обстановку.
  - Еду то где брать? И чем за нее платить, а то нет у меня денег, - хмуро уточнила я.
  - У нас нет денег, за все, что нам нужно для жизни мы платим работой. А так как ты во время своего лечения не мало наработала, можешь спокойно идти на городской склад и брать то, что тебе нужно. - Гном задумчиво погладил свою бороду, с сомнением глядя на меня.
  - Что? - не выдержала я.
  - Да ты хоть готовить умеешь? А то если что можешь к Норе ходить, ко мне тоже можно, но вечером, в основном я все время мотаюсь где-нибудь. Сегодня меня дед освободил, чтобы я тебе все показал...Рика, ты чего?
  -Ищу чем тебя стукнуть, - рыкнула я, со зверским выражением лица оглядываясь.
  Возле стены сиротливо примостился набор садовых инструментов. Недолго думая, я схватила грабли и пошла на гнома. Тот выпучил глаза, но быстро взял себя в руки, нащупал за спиной ручку калитки и побежал вниз. Я рванула за ним. Пролетев четыре пролета, я остановилась, тяжело дыша. Дизель, смекнув, что погоня отстала, тоже притормозил и выглянул с площадки, находящийся подо мной, опасливо кося наверх глазами.
  - Чего я сказал такого-то?!
  - Чтоб тебе гвоздями подавиться, - рыкнула я, махнув через ограду граблями, силясь зацепить дядюшку инструментом. Тот пригнулся, ощупывая макушку на предмет повреждений. Я вошла в раж, подтянула грабли обратно, навалилась животом на металлический заборчик и попыталась снова подцепить косичку, кокетливо топорщащуюся на затылке Дизеля.
  - Истеричка, - рыкнул гном. - Что ты бесишься?
  - Я как по твоему жила то эти годы?! - рявкнула я. - Готовить он собрался мне! Да я тебя самого на тарле зажарю!
  - Да я ж только спросил, - выдохнул гном, уворачаваясь от моего 'оружия'. - Хорош баловаться, а то зашибешь кого-нибудь!
  - Вот щас тебя зашибу и успокоюсь! А то глянь на него, повыше он меня поселить хотел, а спросить не ага было? Может я высоты боюсь?! - взвизгнула я, отчего лестница начала покрываться инеем. Дизель смекнул, что дело пахнет керосином, извернулся, схватил грабли и прокрутил их, отчего ручка выскользнула у меня из рук. Как только мое взбешенное существо было обезоружено, жертва моего плохого настроения мигом скатилась по лестнице как на горке, потерла пострадавшую часть тела и скрылась среди домов.
  - У меня еще вилы есть! - крикнула я ему вслед, отчего послышалась ругань, все быстрее затихающая.
  Устало усевшись на ступеньку, я подперла кулаками подбородок и уставилась невидящим взглядом поверх крыш домов. Мысли мелькали в голове одна за другой, теребя уставшую от неприкаянности душу. Сколько же можно бегать и суетиться, жизнь в этом мире напоминала мне бесконечное броуновское движение, в котором меня носило, толкало и швыряло в разные стороны словно тряпичную куклу. Не было у меня своего тихого уголка, где можно забиться и спокойно поплакать, где можно вечерами пить чай и ни о чем не переживать в ожидании новой подставы утром нового дня. Сначала появление в гробу, королевский дворец, выбросы, смерти многих людей по моей вине, изменение внешности, переезды из деревни в деревню. Что уж говорить о предательстве человека, которого я считала единственным другом . Про Алагоса вообще не стоит вспоминать...оказывается темные эльфы намного человечнее самих людей. Я не пыталась как-то идеализировать мотивы поступков темного, ему банально было скучно и одиноко в призрачном теле, но он хоть сразу и прямо обозначил свою позицию относительно меня. А во время кризисной ситуации Ал не бросил меня, пытался помочь, за что и пострадал.
  Я обняла колени руками и опустила голову, роняя на светлую ткань рубахи злые слезы. Да что же я за попаданка такая неправильная. Никакой пользы от меня этому миру, одни убытки. Злодеи на части разбирали, людей заморозила, с силой не в ладах. Гном и тот чуть не схлопотал от меня за благое дело, а, казалось бы, в самом деле, что он такого сделал? Дом мне построил, а я... Сердито хлюпнув носом, я с остервенением принялась вытирать слезы. За фигом сюда попала, не понятно! Но жить как-то надо, хоть гномам буду помогать в шахтах, чтобы отблагодарить за то, что они мне дом подарили, надеюсь мой Дом.
  Рядом что-то хрустнуло, и я с удивление огляделась на звук. По лестнице, быстро перебирая лапками, двигался маленький тарл Дизеля, кажется, его Фирон зовут. Присмотревшись, я поняла, что малютка подчищает верхний слой льда, намороженного мной по всей площади лестницы. Он тщательно объедал ступеньку, потом как колбаска, скатывался на следующую, выпрямлялся и продолжал процесс.
  Наблюдая за этим, как ни старалась не смогла сдержать улыбки, ведь все-таки кое-кому я смогла помочь, а именно, шестерым малюткам, спасенным моей магией от смерти. Растрогавшись я схватила тарла на руки и зарылась в его теплый мех, пытаясь унять гадкое пощипывание в носу. Фирон такого святотатства не одобрил и громко вереща, начал извиваться в тщетной попытке вырваться. Но когда у него ничего не вышло, он обмяк в моих руках, вяло попискивая, а потом и вовсе обмотался пушистым шарфом вокруг моих плеч и притих. Когда я смогла собраться и взять себя в руки, то поняла причину такой покладистости. Перестав наматывать сопли на ни в чем не повинного тарла, я оторвалась от его меха и встретилась с прозрачными фасетчатыми глазами, которые задумчиво оглядывали меня, при этом посасывая мои волосы, покрытые небольшим слоем снега. Встряхнув головой, чтобы освободиться от нежданного украшения, чем вызвала не довольное пыхтение, направилась вниз по лестнице, придерживая 'гусеничку' под пушистые бока. Фирон поерзал, цепляясь за одежду лапками и со вздохом устроил голову у меня на плече. Он почти ничего не весил, поэтому дискомфорта я не ощущала, лишь благодарность, что не уполз и остался со мной.
  Когда мы с попутчиком достигли подножия лестницы, я с задумчивым видом почесала его по шерстке:
  - Ты меня к инкубатору не отведешь, а?
  Ответом была гробовая тишина.
  - А за большую и сочную сосульку? - подумав, предложила я, но тем самым не добилась ничего.
  - Ну ладно, - тяжело вздохнула я. - А то у меня ванна целая замерзла с водой, я думала, поможешь...
  Над ухом оживленно запищали и, зацепив жвалами за рубашку, потянули направо. Хмыкнув, я повернулась и не спеша направилась в указанном направлении. Этому миру будет от меня польза, слово попаданки!
  
  Удар об стену сам по себе был не такой сильный, но драгоценные камни, которыми был расшит камзол, больно впились в спину, заставив быстрее отскочить в сторону. На груди дымились остатки некогда кипельно белой рубашки. Еще один огненный шар просвистел над плечом и разбился об стену именно в том месте, где еще секунду назад была его голова. Алагос поморщился и соединил большие и указательные пальцы, выставляя щит, который мгновенно заискрился от незамедлительно ударившего в него заклятия. Пятнадцать черных игл почти на половину увязли в щите, остановившись буквально в сантиметре от кончика нос.
  - Тварь! Отрыжка демиурга! Помет степного вурдалака! - вопил взбешенный призрак, наполовину проявившись над стоящим в центре помещения алтарём, и расшвыривая во все стороны огромное количество разнообразных заклятий и ни мало не беспокоясь о том, что его могли услышать. Зато об этом отлично позаботился его оппонент, еще в самом начале разговора поставив на всю комнату огромный звуконепроницаемый экран. Арсенал нападающего был не то чтобы опасен, в нем не было ни одного смертельного заклинания, но силы в плетении было столько, что одним небольшим огненным комочком можно было размазать голову неудачливого эльфа по стене. Ал подпрыгнул, избегая встречи с воздушной плетью, призванной не столько обездвижить соперника, сколько напрочь отрезать ноги. Похоже эта взбесившаяся душа совсем с катушек соскочила, хотя кто будет рассчитывать свои силы для заклятий, живя в огромном накопителе магической энергии.
  Пробный заряд чистого огня не причинил духу вреда, а просто на просто впитался в гладкую поверхность молочно-белого артефакта. Дроу выругался, поминая всю родню, как ни странно, ни в чем не повинного Эридиана, у которого дела с тонкой материей обстояли не в пример лучше.
  - Прекрати истерику, и давай поговорим как цивилизованные люди, - воскликнул Ал, отбивая огненным щитом парочку особенно резвых молний, одна из которых таки прошла сквозь преграду, потеряв к счастью половину своего заряда, и пробежала по телу, заставив волосы наэлектризоваться и встать дыбом.
  - Прекратить?! Поговорить?! Ты мою жизнь украл! Живешь в моем теле и в ус не дуешь, а я призраком прозябаю в человеческом замке!!! - не унимался призрак, и концентрация магии в воздухе усилилась. - Что ты сделал с моим телом?!
  -Все, мне это надоело, - рыкнул Алагос, поднимаясь с пола, на который его откинула последняя силовая волна, сотрясшая замок, казалось бы, до основания. Огненная стена, пущенная доведенным до белого каления призраком, разогналась за какие то несколько секунд, но внезапно замерла и была со вздохов втянута телом, явив истинный облик своего носителя. Лже-Алагос пошатнулся на миг, оперившись руками о стену одной рукой, а другой сдергивая с шеи раскалившиеся накопители.
  - Не может быть, - ахнул дух, приобретая вполне материальные черты, позаимствовав жар накопителей. Молодой дроу с кипельно белыми волосами длинной до пояса, несмело сделал шаг к своему телу, но вздрогнул, лишь силой воли подавляя вскрик ужаса:
  -Кто ты? - в ужасе прошептал Алагос.
  - Я человек... Алексей, но можешь звать меня Ал, - надтреснутый голос был подобен шипению дров в камине.
  - Человек? Но ты же элементаль!
  -На половину, - хмыкнул Ал, склонив голову на бок, рассматривая разноцветными глазами без зрачков и радужки, своего собеседника.
  - Как это? - удивился Алагос, так же изучая существо, стоящее напротив, испытывая при этом смешанные чувства: брезгливость, ненависть, удивление и жалость.
  Не жалеть этот уродливый гибрид из дроу и элементаля у него не получалось. Светло-серая кожа потемнела и взбугрилась уродливо-алыми пульсирующими венами, по которым казалось не кровь тече,т а лава. Черный ежик волос, отросший примерно на ладонь и сменивший у корней цвет на красный, стоял дыбом и шевелился от малейшего движения, что создавало впечатление движущихся языков пламени. Скулы разошлись еще больше, делая черты лица хищнее, что в купе с двуцветными глазами (один ярко-бардовый, а второй темно-зеленый), и поминутно пульсирующими сосудами на лице создавало чудовищный образ. На длинных пальца мужчины появилась четвертая фаланга, а ногти почернели и загнулись, на манер драконьих когтей. По кромке волос, на тыльной стороне ладоней и на ключице виднелась пурпурная чешуя. Одежду на локтях и позвоночнике прорвали черные как уголь шипы. Меж черных губ, искривлённых в подобии усмешки, скользнул раздвоенный язык.
  -Что, нравлюсь? - прошипел Алексей, прочитав всю гамму эмоций на лице собеседника. - Ты все еще мне завидуешь? Молчишь? Вот что бывает, когда душа, с задатками элементаля попадает из не магического мира, в тот, где магией пропитана сама земля.
  Мужчина безумно расхохотался, заметив, как призрак непроизвольно дернулся назад.
  - Ты Иной? - изумленно округлил глаза эльф, поборов приступ паники, и приблизившись к Алу. Он медленно, стараясь не делать резких движений, обошел элементаля по кругу. Тот с показным безразличием наблюдал за этим действом. - Барелд видел твою трансформацию?
  - Нет, - после минутной паузы ответил Ал, немного расслабившись. - И даже Шалуа я не показывался. Только Эридиан застукал меня в таком обличии.
  Дух вздрогнул и с тоской заглянул в глаза дроу, тот смутился и отвел взгляд.
  - И что он сказал?
  - Пришлось вином отпаивать, и уверять, что я не демон, - хмыкнул Алекс.
  Алагос закатил глаза и насмешливо фыркнул, не сомневаясь, что перед отпаивание кронпринц знатно погонял братца по покоям. Будто прочитав мысли, Ал не сдержался и расхохотался, вспомнив эпизод изгнания демона из тела непутевого кузена, и веселую попойку следом. Призрак улыбнулся краешками губ, при этом глаза его были печальны. Внезапно дверь подземной комнаты содрогнулась и рухнула на пол вместе со всеми охранными контурами и запретками, а на пороги, метая глазами гром и молнии стоял вооруженный до зубов Эридиан' аль Самин.
  - Ал! - гаркнул кронпринц и замер, вытаращившись неприличным для наследника престола образом. - Ага...-задумчиво выдал дроу.
  Немая пауза длилась довольно долго, за это время Алагос с Алексеем успели переглянуться, а Эридиан подобрать свою челюсть с пола и вернуть в череп разбежавшиеся глаза. В конечном итоге ввалившийся эльф смерил задумчивым взглядом внезапно раздвоившихся братьев и вздохнул:
  -Похоже нем нужно серьезно поговорить...
  
  ***
  Спустя пол часа мужчины, закрывшись от прослушивание по максимуму, втроем сидели на алтаре и никто из них не решался заговорить первым. Наконец Ал устало провел ладонью по лицу, будто стараясь стереть свой уродливый облик и тихо заговорил:
  - Это случилось три с половиной года назад. Я ничем ни примечательны студент из абсолютно не магического мира, с планеты с простым названием Земля, возвращался с пар со своей любимой девушкой - Юлей. Мы зашли в магазин... вернее не так. Я зашел, как это по вашему-то, в лавку. Зачем уточнять не буду, факт в том, что Юля осталась на улице. Был я там не долго, а когда вышел её там не было. Я сначала не предал этому значения, еще подумал, мало ли молодо девчонке в голову взбрело, может спрятаться решила, или отошла куда. Я простоял возле лавки около часа, обыскал все вокруг и жутко разозлился, так как было уже не смешно. Набрал ее номер, но телефон оказался вне зоны действия, я заволновался. Позвонил ее брату, но дома Юли тоже не оказалось, она как сквозь землю провалилась. Не помню как добежал до ее дома, меня встретила взволнованная Надежда Владимировна, которой Максим все рассказал. Через пол часа приехал Александр Николаевич, вместе мы обзвонили все больницы и морги, но молодых девушек похожих по описанию туда не поступало. Я вскрыл ее страничку в соц. Сетях и написал всем друзьям, к которым она могла бы обратиться. Напряжение в доме достигло пика, никто не мог поверить, что такое случилось. Александр Николаевич вызвал полицию, приехал наряд и составил заявление о пропаже, хотя они сначала сопротивлялись, намекая на то, что трое суток с пропажи не произошло и возможно девочка просто загулялась или решила так пошутить. После этих слов я было не кинулся на капитана, но отец Юли меня перехватил и выпроводил в комнату. Там еще брат ее сидел на кровати и бездумно таращился в одну точку, он тоже не верил в происходящее, казавшееся дурным сном. Когда я вошел он дернулся и с надеждой уставился на меня, но я молча покачал головой. Макс побледнел. Мы молча сидели, пока на улице не стемнело, и наряд полиции не уехал. Я вышел на кухню, где были ее родители. За столом сидел Александр Николаевич, закрыв лицо руками. Заявление приняли, хотя меня как свидетеля не допрашивали, оставив повестку, явиться в центральное отделение для дачи показаний по делу. Надежда Николаевна предложила остаться на ночь, но я мотнул головой, забрал повестку и ушел.
  Как доехал до дома не помню, перед глазами все как в тумане было, только телефон из рук не выпускал, всю дорогу то звонил, то смотрел не зашла ли она в контакт. Зашел в квартиру, родители перепугались моего выражения лица и попытались заговорить, но я не мог говорить. Просто закрылся в комнате, рухнул на кровать и уснул не раздеваясь. Ночью проснулся как от толчка и долго лежал, глядя в потолок, молясь про себя, чтобы все это оказалось сном, и моя девочка никуда не исчезала. Так и не сумев снова уснуть я вышел на кухню, поставил чайник на плиту и вздрогнул, когда в коридоре скрипнули полы. Ко мне подошла мама и молча обняла. Я не выдержал, по щекам потекли слезы. Не знаю, сколько мы так стояли, но постепенно, сумев взять себя в руки, я отстранился. Мне не нужно было объяснять ничего. Не знаю что сделал Александр Николаевич, но в вечерних новостях показали Юлино фото и объявили о розыске. На следующий день я не пошел в университет, не до этого было. Поехал в полицию, там у меня взяли показания и спустя четыре часа отпустили. Куда идти, я не знал, домой не хотелось, а к Юлиным родителям не посмел. Не знаю почему, но я чувствовал дикую вину перед ними. Пошел в парк, просидел там до вечера, потом наконец поехал домой, по дороге списавшись с Максом и узнав, что нет прогресса в поисках.
  Ночь я не спал, апатия спала, и мне нужно было что-то делать. Едва начал ездить транспорт, я поехал в город и как одержимый оклеивал все объявлениями о пропаже, приставал к прохожим и тыкал им в лицо Юлиной фоткой. Заночевал в сквере на улице... Неделя пролетела как в аду, Юлю не могли найти. Ни на одной камере не засветилась, никто не видел, будто испарилась. Когда ко мне в лайне подсел незнакомый мужчина и спросил, не ищу ли я кого-нибудь, думал растерзаю. Но тот расхохотался, будто подслушав мысли и кинул мне на колени тоненький серебряный браслет. Я не мог его не узнать, ведь сам Юле не новый год подарил и она его никогда не снимала. Пока я приходил в себя, мужик начал говорить такое, от чего у меня волосы дыбом встали.
  Он сказал, что Юля в другом мире, будто бы ее выбрали для участия в игре высшие силы и забрали. А он может отправить к ней меня. Я бы поржал над ним и отправил в психушку, если бы не браслет. Все было не важно, он говорил что-то еще про условия, про то, что отправит меня на три года раньше того времени, когда в мире появится Юля, чтобы я успел привыкнуть, про то, что если не справлюсь с телом, то никогда не смогу возродиться ни в одном из миров. Я пропускал его слова мимо ушей, сжимая в руке цепочку и был согласен со всем, лишь бы вновь вернуть ее, убедиться что жива здорова. Тот заметил мою реакцию, усмехнулся махнул рукой и меня вырубило. Очнулся в незнакомой комнате, вокруг все в дыму, тело рвало на части, а мозг просто кипел, поэтому меня снова выключило. В общем-то все. Когда более менее смог соображать, понял что тот мужчина не шутил и выкинул меня в другой мир. Я сослался на амнезию и строил свою жизнь заново, стараясь выжить и приспособиться.
  Алекс замолчал. Эльфы молча переваривали услышанное. Поводов не верить у них не было, что еще больше усугубляло ситуацию. Они верили, но что с этим теперь делать?
  - Эх, Рику бы сюда, вы бы друг друга по... подожди-ка, - Алагос изумленно уставился на Ала и кажется совершенно потерял дар речи. - Да не может этого быть, таких совпадений не бывает!
  - О чем ты? - уточнил Эридиан.
  -Скажи-ка, Ал, как выглядит твоя Юля? Хотя нет, не говори, я сам скажу: невысокая худенькая блондинка с большими голубыми глазами и не контролируемым словесным поно... запасом? Ты чего глаза выпучил? Значит я прав? Кстати, хочу тебя обрадовать, вы теперь друг друга стоите, у нее чешуя во всех местах, клыки как у пираньи и шипы на спине и локтях. А зовут ее Рика, это сокращенно от Упырика. Она - чистокровный ледяной элементаль.
  - Где она? - внезапно охрипшим голосом спросил Алексей. Полные торжества зеленые глаза потухли, улыбка сползла с лица, и эльф отвел глаза. Коря себя за то, что дарит надежду, которую тут же и убьет.
  - Алагос, только не говори, что эта девочка и стала форс мажором из-за которого наше посольство отсрочили? - уточнил кронпринц, задумчиво поглядывая на призрака. Тот передернул плечами, тяжело вздохнул и будто уменьшился в размере. - И тело ты свое некоторое время назад случаем не перетягивал?
  Ал потер лицо руками и с сожалением признался самому себе, что не очень понимает намеки кронпринца и их переглядываний с Алагосом. Он слишком устал, чтобы думать и пытаться в чем то разобраться. Когда пару недель назад он в тронном зале услышал тихий шепот, комментирующий речь короля, то не особо принял этому значение, так как последние дни пути до столицы почти не спал, подгоняемый неясной тревогой, но и в замке это чувство не пропало, а только усилилось, мешая думать здраво. Будто в голове поселился рой мух, безжалостно гудящих и отбирающих крохи покоя. Да и этот дуратский шепот не давал покоя, а порой некоторые события принимали абсурдно-нелепый характер: то на званном ужине вилка сама собой падала на пол, а когда за ней накланялись, убегала, смешно перебирая зубчиками, как ножками. После падения пятой по счету вилки, усердно приносимой слугами, люди начали коситься, брат запивал улыбку вином, а у самого дроу свело скулы от злости. По ночам под ноги как на зло вечно попадался ночной горшок, внезапно, будто сам выбравшийся из-под кровати, вещи пропадали и находились в совершенно не предназначенных им местах. Оружие не давалось в руки, одежда мялась и рвалась, а после полуночи начинали падать книги с полок. На утро пятого дня принц скрипел зубами, на седьмой сменил цвет глаз на красный, а спустя полторы недели заработал нервный тик попеременной на каждый глаз. Он весь извелся, иногда засыпал прямо советах, ставил на шутника магические ловушки, но так и не поймал никого. Люди, кто искренне, кто лживо, сочувствовали и шептались, мол духу дворца не по нраву чужак, значит недоброе задумал. Эридиан слышал эти слухи и молчал, а брат бесился все сильнее, не желая быть причиной сорванных переговоров, поэтому уже два дня как в тайне ото всех ночевал в конюшне, где была надежда на сон, но не долгая. Так как до зари приходилось вставать и тайком пробираться в свои покои, где как на зло обнаруживался полнейший погром, поэтому зубы он ходил чистить в соседние покои к кронпринцу, опасаясь при чистке зубов обнаружить в коробке с зубным порошком мыла или еще что похуже. Сейчас же становилось ясным, что нарушителем покоя был дух Алагоса, то ли мелко мстивший за свою потустороннюю жизнь, то ли пытающийся дозваться до своего тела, и бесящийся по причине провала. Еще раз потерев виски, пульсирующие тупой ноющей болью, эльф устало посмотрел на призрака:
  - Алагос, просто расскажи, я не в том состоянии, чтобы разговаривать полунамеками.
  Дух смутился, тем самым укрепив уверенность Ала в своей виновности на поприще бессонницы принцы, но быстро взял себя в руки и коротко пересказал все, что знал о своей бестолковой ученице, о том дне, когда не несколько минут удалось стать материальным и о своем заточении в алтаре.
  Кронпринц кивнул, задумчиво разглядывая меч, все еще лежащий на коленях, и повернулся к Алу:
  - Когда, оказав тебе первую помощь, перенесли в покои. Снова потерявшего сознание, лечили несколько часов, после все ушли, а я остался. Твой резерв был на нуле, а при таком состоянии регенерация ни к черту. Пришлось подпитывать понемногу. Пока сидел, то заметил, что твои волосы были длинные и серебряные как до болезни, но по мере заполнения резерва, они стали чернеть и распадаться пеплом буквально на глазах, оставляя длину, которую ты носишь сейчас, а потом произошло совсем уж невероятное. Твое тело на долю секунды расслоилось, внешним слоем шло прежнее более гибкое и поджарое, потом шло более мощное - нынешнее. Дальше я разглядел того, кого никогда в жизни не видел: парень, лет двадцати, на пол головы ниже меня, плотно сложенный с выразительными и слегка широковатыми скулами, упрямым подбородком и прямым носом. Он был явно болен, так ка осунулся, щеки впали, под глазами синяки, а кожа бледная. Как только я сфокусировался на этом образе, картинка сменилась, явив взору полыхнувшую нестерпимым жаром ауру, которая, вы не поверите, чуть не кинулась на меня. Я отшатнулся и все исчезло, но теперь, поглядывая на Ала, с удивление начал отмечать в нем черты того парня, хоть и сотни раз твердил себе, что такого быть не может, и что похоже в нашей семье сумасшествие заразно. О том что видел в тот день, я никому не говорил.
  -Похоже моя душа, резко вырванная из тела, вновь приживалась, - пожал плечами Алекс, передернувшись. - После этого состояние было, как после гномьей бормотухи. Брр, аж вспоминать страшно.
  Эридиан хмыкнул, а Алагос окончательно скис, надеясь что эльфы забыли, о недосказанной истории. Ал внимательно посмотрел на духа и тяжело вздохнул:
  - Не изображай мученика, я уже понял, что ее здесь нет. Что было после твоего слияния с артефактом.
  - Все ты понял, - грустно улыбнулся дух и продолжил.- После слияния я несколько дней боролся за свой рассудок, пытаясь перебороть эту каменюку. Не знаю кто его создал и для чего, но дать бы ему по шее. Когда вынырнул из этой мути, прошла неделя. Становится видимым и влиять на объекты я почти не мог, чем дальше отходил от камня, тем хуже становилось, зато находясь внутри мог наблюдать глазами обитателей замка за всем, что тут происходит. Обыскал все уголки, но с Рикой никто не общался. Пару дней шарил, пока на утро третьего маги ее сами сюда не притащили. Положили на стол рядом с алтарем и принялись препарировать как лягушку, даже не обезболив, а она молчит и смотрит в пространство, даже не плачет, хотя чувствует все. Я бесился, просто слов нет, но сделать ничего не мог, они ритуал проводили какой то, влезь я хоть одному в голову, неизвестно как все пошло бы. Когда Рика спустя час отключилась от боли, они ее заживляли, лечили и волокли в подвал. Тогда уж я по их мозгам пошарил, с садистским удовольствием проламывая щиты, и с ужасом понял, что они поэтапно рушат все связи в ее организме, разрыв которых раз за разом вызывает выброс энергии, наполняющей самих магов. Они собирались разрушить даже душу. От вмешательства духов они хорошо себя закляли, под контроль не брались, но одному из них я смог остановить сердце, хоть и не вылезал из артефакта потом некоторое время, приходя в себя. Так продолжалось около месяцев. Они рвали ее, я пытался прибить их. В тело Рики вселился и отключил ей восприятие, чтобы психика не страдала, и она впала в апатию. За три дня до вашего прибытия, я ощутил слабый магический всплеск и ринулся в подвал. Увидел я только конец событий. Гном, не понятно как оказавшийся в камере Рики огромной секирой крошил магов, подоспевших на тот же всплеск. Он шаман, так что в его мысли я не смог попасть, так что со смертью последнего мага потерял возможность наблюдения... Эльф замялся.
  - Что? - Насторожился Рид, знавший брата с пеленок. Тот замялся и прямо посмотрел в глаза Алу.
  - Она была истощена, всплеск такой силы лишил силы ее душу. Так что я думаю она погибла, защищая этого гнома...
  Алекс резко выдохнул, пытаясь совладать с собой...Она не могла умереть!
  - Ал!
  Это было последнее, что огненный элементаль услышал, прежде чем его сознание накрыла алая пелена ярости и боли.
  ***
  
  -Ты уверен, что так надо? - спросила я Фирона, с умными видом гудящего на одной ноте. - Ну чего ты воешь? Аж зубы сводит! Ты скажи по- человечески!
  Но упрямая гусеница не сбавила ни громкости, ни тональности, только иногда останавливалась, чтобы потянуть меня за волосы, чтобы скорректировать направление движения. Так образом, спустя каких-то двадцать минут я ходила на площади в центре города вокруг мраморного памятника гному, и затыкала уши. Если моя персона отклонялась от заданного кольцевого маршрута, то была зверски издергана за мои бедненькие волосы. А наглая гусеница переросток(или тарл недоросток?) надрывалась, совершенно не слушая обвинений в свой адрес. Проходящие мимо гномы и люди удивленно поглядывали на наш странный дуэт, но не останавливались, а шли дальше по своим делам. Дворовая малышня собралась на площади очень быстро, показывая пальцем и звонко хохоча. Вскоре они присоединились к забавной, по их мнению игре, и кольцевали мы уже паровозиком, создавая непередаваемую какофонию. Эта малолетняя банда разделилась на два фронта: одни подражали гудению тарла, вторые повторяли мои ругательства. Выражаться при детях я постеснялась, так что пришлось ограничиваться ржавыми гвоздями и другим искорёженным металлоломом.
   Спустя пол час я уже молча ходила, как положено, слушая озорные крики детворы и начиная в глубине души подозревать в тарле зачатки человеческого дрессировщика, по крайней мере себя почувствовала цирковой обезьянкой. Так увлекшись не радостными мыслями, я не сразу услышала возгласы удивления, поминания гвоздей отнюдь не детскими голосами, и стихшего Фиртона. Внезапно почва ушла из-под ног, чтобы тут же замениться чем-то пушистым и жутко горячим, причем настолько жарким, что руки закололо, отчего вокруг стало ощутимо прохладнее, и воздух перестал жечь горло. Спустя пару мгновений я осознала себя сидящей на огромном темно-фиолетовом тарле, в окружении пышущей жаром шерсти, не причиняющей мне вреда из-за постоянно вырывающейся из меня магии, и под прицелом трех десятков пар фасетчатых глаз. Пугаться было поздно, так как ничего особо вредного для моего здоровья не наблюдалось, поэтому я с любопытством оглядывала скопление тарлов на центральной площади. Они внимательно наблюдали за мной, пока я устраивалась по удобнее, проверила, могу ли держаться за шерсть без угрозы ожогов, и удовлетворенная наблюдениями так же выжидательно уставилась на них. Тарл, на которого меня посадили, видимо уловил, что истерики как в первый день не наблюдается, что-то громко прогудел и вся процессия двинулась и поползла куда-то. Звук прокатился по всему телу моего сегодняшнего извозчика подобно эху, я вздрогнула и вцепилась руками в шерсть впереди себя, после первого рывка чудо удержалась 'в седле'. Тарл полз достаточно быстро, но ни как его собратья гусеницы изгибаясь, скорее как улитка или сороконожка, перебирая лапками, но все равно было не удобно, так ка массивное тело двигалось рывками, будто задняя часть обгоняла переднюю и ее приходилось одергивать. Из-за этой качки и из-за того, что шерсть была больше метра, ничего впереди себя я не видела, поэтому собралась с мужеством и поползла к голове состава. Было страшно, так как ползла я будто через заросли горящей травы, от соприкосновения с которой поднималось облачко пара, что странно не улетающего, а замирающего на кончиках шерсти и впитывающегося в них. Посмотрев вниз, я заметила, что мягкий подшерсток вспыхивал искорками подо мной, отчего появлялось чувство легкости, а не усталости, как при обычном колдовстве.
  - Вот это компенсатор! - развеселившись, вскрикнула я и рассмеялась. Давно не ощущалось на душе такой радости. Она клубилась где-то внизу живота кипучими пузырьками и, поднимаясь выше, чтобы лопнуть в голове, вызывая приступы дикого веселья. А на краю сознанья слышалась странная песня, окончательно повышая настроение.
  Как будто поняв мое состояние, тарл издал гудок, не обидно, а даже как-то по-дружески, понимающе. Воодушевившись и не переставая подхихикивать, поползла быстрее, чтобы выползти из этих 'зарослей', буквально на лоб тарлу. Там шерсть была намного короче, так что удалось осмотреться. Рядом с нашей ползущей цепочкой бежал запыхавшийся Дизель на пару со своим дедом и что-то кричали. Мне это зрелище показалось донельзя забавным и хохот разобрал с новой силой, за плечом обиженно пискнул Фиртон, придавленный при попытке из положения 'ползком', перебраться в положение 'сидеть ровно на попе'. Про свою личную сирену я как-то позабыла, так что приподнялась, чтобы освободить несчастную гусеничку. Только вместо благодарности получила укус в тщательно взлелеянную часть тела. Как ни странно это выдернуло меня из странного состояния невменяемости, а песня, заглушающая все звуки, утихла, становясь почти не различимой.
  Я удивленно глянула на бегущих гномов и, погладив фиолетового тарла, попросила не на долго остановиться, не сомневаясь, что он меня услышит. Так и получилось, шум, производимый движением тарла стих, а вот песня в голове недовольно поменяла тональность.
  - Рика!- вопили гномы.- Ты в порядке?! Ты не обожглась?! РИКА!!!
  - Я в порядке, - крикнула я и помахала им рукой.
  - Гвозди и наковальни, ты как туда забралась?! Зачем на тарла полезла, дуреха?! - возмущенно заорал шаман.
  - Ничего я не залезала! - обиженно ответила я. - Они сами меня затащили, а куда меня везут не знаю. Магр, ну хоть ты ему скажи!
  И тут я осеклась. Песня в ушах радостно взревела, отчего я схватилась за голову и пару раз пнула тарла пятками, мысленно умоляя говорить тише. Звуковая волна послушно схлынула, извиняясь, а я растерянно смотрела на обеспокоенных гномов.
  - Дизель, он говорит со мной?! - взревела я. - Он поет, и я понимаю! Вот тут поет, - показала я на свою голову.
  Двое переглянулись, а седой дедушка нахмурился.
  - Что он хочет? - после напряженной паузы спросил Гравт.
  Я прислушалась к себе и удивилась.
  - А он не горит про это. Молчит.
  -Рик, езжай с ними, - отмер Дизель. - Они внезапно все из шахт сорвались и уползли. Мы перепугались. Может что серьезное. Тебе там не жарко?
  - Нет, - нахмурилась я.- Но ничего опасного Магр говорит, что все скоро вернутся и чтобы вы не переживали. ИМ всем стыдно, что они ничего не сказали, но вы же их не понимаете и дело важно.
  - Мы проследим. Езжай, - коротко бросил Гравт, оттаскивая внука с пути следования тарла.- Только осторожнее.
  -Хорошо, - улыбнулась я, вздрогнув, когда Магр радостно пополз дальше.
  Всю дорогу он пел мне про гномов, что как жалко ему быть не понятым самыми лучшими друзьями. Не поделиться радостью, не рассказать о бедах, не спеть горам, дающим им жизнь. Я улыбалась и слушала, радуясь тому, что хоть кому-то стало хорошо, от моего присутствия.
  
  -Как ты думаешь, куда они ее повезли, - нахмурился Дизель, провожая взглядом процессию.
  - Судя по всему в инкубатор, если подумать, то малышам пора вылупляться...- задумчиво подергал себя за седой ус Гравтиортол из дома Криствов.
  -Но?- правильно понял интонацию деда гном.
  - Что-то меня смущает в этом во всем. Я тебе не говорил раньше, но элемы создали тарлов.
  Глаза Дизеля недоуменно расширились. Мысли, подобно хорошо смазанным шестеренкам закрутились, подгоняя одна другую, а дед добил своей последней фразой:
  -А с элементалями тарлы не вступали в контакт.
  -Но они же умерли!
  
  
  -Но вы же умерли! - взвизгнула я, перепугано наблюдая за женской фигурой, отделяющейся от стены пещеры.
  Было очень страшно, даже не смотря на радостное пение тарла в голове. Эта компания 'гусеничек' завезла меня в темную и достаточно далекую от города пещеру. Моё тщедушное тельце скинули со спины так резко, что я попой проехала по густой шерсти и шлепнулась, подвернув ногу. Приземление было неожиданным, но еще больше удивила беспардонность, с которой меня впихнули в темное замкнутое пространство, перекрыв мохнатым боком пути к отступлению.
  - Здравствуй, льдинка.
  - Здравствуйте, - отозвалась я, за секунду до осознания, что вроде была тут одна. - Кто тут?
  -Элема, - мне показалось что собеседница, по голосу вроде женщина, улыбнулась. И тут мы возвращаемся к моему визгу и попытке убедить невидимку, что она умерла.
  Кожа ее была темно-оливкового цвет, каштановые волосы заплетены в три тугие косы. Ярко желты глаза без зрачков и радужки весело поблескивали, а полные губы разошлись в озорной улыбке. В руке она держала небольшой камешек, свет от которого и позволил мне рассмотреть девушку. Мой взгляд намертво прилип к ее улыбке, а потом плавно заскользил по идеально гладкой коже, и стало та-а-а-а-ак обидно. Тонкая бровь вопросительно изогнулась.
  - Так не честно, а где чешуя и клыки?
  -Ой, точно льдинка, - девушка прикрыла рот ладошкой и хихикнула. На вид я не дала бы ей и 16 лет, маленькая, хрупкая и тоненькая как тростинка.
  -Шилинии, - окрик эхом прокатился по пещере и заставил девчушку вздрогнуть и прислониться спиной к тарлу, закрывающему бокам выход. Магр блаженно пискнул и замурчал?! От шока я даже не особо испугалась, когда стены начали фосфоресцировать вкраплениями того камня, что был зажат в кулачке моей собеседницы. Пещерка оказалась не такая уж и маленькая, с двухкомнатную квартирку наверно.
  - Мама, - пискнула малявка, пытаясь закопаться в темно-фиолетовый мех. Тембр мурчания увеличился, как и его громкость, а я тихо косела от абсурдности ситуации, когда из стены вышла Точная копия девчушки, только более взрослая, высокая и зеленая, в том смысле, что и волосы и глаза ее имели ярко-изумрудный оттенок. Женщина пробуравила дочь гневным взглядом, но потом повернулась ко мне и улыбнулась. Я чуть не застонала от обиды: и у этой ни клыков, ни прочей атрибутики драконьего потомства.
  - Ты смешная, - развеселилась женщина, видимо ожидающая другой реакции.
  - Обхохочешься, - пробурчала я себе под нос. - Простите за не корректный вопрос, но вы разве не вымерли?
  -Вымерли, - все с той же радостной улыбкой подтвердила незнакомка.
  Я задумалась. Разговор явно не клеился. Что спросить у вымершего исторического персонажа не знала, может она призрак? Вот мне на них везет, может я тогда медиум.
  -Мама, а зачем ее заморозили?
  - Что? - хором удивились мы и вытаращились на мелкую, которая перестала прикидываться партизаном в зарослях, и ткнула в мою сторону пальчиком.
  - Пальцем показывать неприлично, - флегматично заметила я, со странным предчувствие наблюдая за сменой эмоций на лице женщины. Радость уступила место задумчивости, а потом и беспокойству. Старшая элема приблизилась ко мне на расстояние вытянутой руки и склонив голову на бок.
  - Скажи мне милая, давно это с тобой, - тихо спросила она.
  -Что? - настороженно спросила я. - Если вы про лень, то меня уже вылечили. По утрам правда накатывает, но мне сказали это нармально.
  - Да нет же, - женщина раздраженно повела плечом, отчего за ее спиной из земли выползли корни и мгновенно свились в невысокую лавку. Незнакомка присела и похлопала рядом с собой рукой, призывая меня присоединиться. Я отрицательно покачала головой.
  - Я про заморозку. Ты сама это сделала или кто-то помог?
  Я если честно совсем не понимала, о чем она говорит. Какая нафиг заморозка? И что всем им от меня надо? Зачем меня вообще сюда притащили? Чтобы я с элемами поговорила? А оно мне надо? Поговорили со мной уже такие добренькие, сделали участливый вид , а потом чуть на атомы не порвали. А потом гномы тоже сочувствовали, а в итоге кирку в зубы и в шахту. Нетушки, хватит. А то ничему меня жизнь не учит. Небось тоже сейчас послушает жалостливую историю, а потом припашет к чему-нибудь. С тарлами вообще больше не разговариваю, предатели, притащили и заперли с зелеными человечками, а я им личинок спасла между прочим. От накатившей волны раздражения воздух вокруг заискрился, хотя наверно правильней сказать заснежился...
  - На тебе стоит сильная и профессиональная заморозка страха, боли и сильных эмоций, - спокойно просветила меня элема, рассматривая несколько снежинок на своей ладони, которые даже не думали таять.
  - Что? - растерянно похлопала я глазами. - Вы шутите что ли? Никто меня не от чего не морозил.
  -Да неужели? - скептически хмыкнула женщина и поймала мой взгляд.
  Её глаза затягивали, не давая возможности отвести взгляд и тут меня как током прошибло до кончиков волос, перед глазами буквально за секунду пронеслись воспоминания о пытках, подземелье, Алагосе и доме... Я рухнула на колени и меня вывернуло. Голова раскалывалась, хотелось плакать, выть, бить кулаками по земле перед собой и рычать от бессилия. Мерзко, больно, отвратительно тошно и противно...
  - Мама, - укоризненно посмотрела на мать, девчушка.
  - Что мама, ты же видишь, что с ней не возможно разговаривать, она как селедка промороженная. Сейчас немного отойдет и хоть говорить нормально будет, - фыркнула незнакомка.
  - Что это было?
  -Ну судя по обрывком воспоминаний, летающих в воздухе, тебя кто-то заблокировал во время пыток, чтобы ты не сошла с ума от пережитого, а я тебя того, отблокировала, - улыбнулась женщина, но стала в миг серьезной и подала мне руку, - Вставай, льдинка, нам нужно поговорить.
  - О чем? - спросила, утирая слезы, которые к моему удивлению не замерзли.- Ой, а почему?
  Женщина не ответила, схватила меня за руку и потащила на большой скорости к стене, приблизившись к которой беспрепятственно вошла в нее, даже не замедляясь, а вот я заорала и на полном ходу вписалась в твердую поверхность лбом.
  По инерции откинуло назад, но вместо твердого пола я упала в мягкий сугроб и облегченно, набрав горсть снега в руку, приложила к голове и приготовилась ждать, когда в ушах перестанет звенеть. Не знаю сколько времени прошло, но гул начал постепенно затихать, я убрала руку от лица и грустными глазами смотрела на зеленоволосую женщину. Та, скрестив руки на груди, рассержено притоптывала ножкой и хмурилась, напрочь игнорируя мой взгляд.
  -Мама, - вновь укоризненно протянула Шилини, наклонившись надо мной и ощупывая лоб.
  - Я вам Брыль, что ли из 'Чародеев'? - я хлюпнула носом.- Вижу цель, не вижу препятствий, верю в себя?- еще раз шмыгнула.
  - Большая шишка будет, - вынесла вердикт девчушка.
  И тут меня понесло, слезы катились градом, я ревела белугой.
  -О, стихии!- пробормотал кто-то из элемов.
  Истерика набирала обороты, было больно, было обидно, было тоскливо и выть хотелось. Я даже не стала отказывать себе в этом удовольствии и протяжно завыла, уткнувшись носом в сугроб.
  - Папа, а может не надо?
  - Надо, доча, надо.
  Меня выдернули из моего убежища, заткнули нос и залили в рот что-то вонючее. Горло мгновенно обожгло и я закашлялась, в мозгу вдруг будто взрыв произошел и стало так тепло, так спокойно. Я раскрыла глаза и с глупейшей в миру улыбкой протянула:
  - Какой мужчи-и-и-ина.
  -Хм, - выдал этот желтоволосый красавчик, держа меня на вытянутых руках. Его глаза горели как два теплых солнышка, а смуглая кожа, длинный тонкий нос, мужественный подбородок и острые скулы покорили меня в самое сердце.
  - А что вы делаете сегодня вечером, господин, Хм?
  Слева кто-то придушенно хрюкнул.
  - Ой, а какой вы сильный! Вам не тяжело меня так держать? А можно я ваш бицепс потрогаю?
  -Что тут творится?- взвизгнула, появившаяся за спиной мужчины элема.
  - Мама, папа ее первозданным светом напоил! А-ха-ха!
  - Папа?- обижено протянула я.
  -Первозданным? - хором со мной удивилась 'Мама'.
  - Мужчина, поставьте меня на место, я с вами больше не разговариваю, - слегка подергала за рукав ошалевшего мужчину, который с небольшой заминкой, но все-таки опустил меня обратно в сугроб.- И вообще... я вам душу открыла, а Вы - папа.
  Рассерженным енотом, я принялась выкапывать себе нору, бурча под нос, как он меня предал и обидел. Как только убежище было вырыто, и моя попа в нем устроилась, я тут же почувствовала себя в безопасности. Обвиняющим взглядом окинула, присмиревшее семейство и четко начала высказывать претензии.
  - Ты, - ткнула я пальцем в хихикающую малявку.- Пальцем показывать не прилично!
  Задумчиво перевела взгляд на свой указательный палец, изучила обломанный голубоватый ноготь, выставила вместе с указательным еще и мизинец, чтобы самой себе не противоречить ( про пальцЫ народная мудрость умалчивает) и на время выпала из реальности, изучая получившуюся рагулину и пытаясь вспомнить, что же там кричал человек паук, чтобы пульнуть паутиной.
  - Девушка, - вывел меня из прострации мужской голос. Я тут же скоординировала свои действия и направила 'козу' на мужчину.
  -А ты, - укоризненно покачала головой, потом не вынесла растерянного выражения на симпатичном лице и хрюкнула от смеха, но тут же сделала морду кирпичом. - А ты - экспекто патронус!
  Не выдержав, захохотала и ткнулась головой в сугроб, задыхаясь от смеха.
  - Надо это прекратить! - тихо проговорила 'мама'.
  - Да уж, такого я не ожидал. Может усыпим ее? Пока действие зелья не кончится? - пробормотал 'папа'. Я навострила ушки, прекратив хохотать. Как это усыпить? Меня? Но я не хочу спать!
  - Не буду! - завопила я, подскочив со снега... и тут кто-то резко выключил свет.
  
  * * *
  -Ал! А-а-а-а-ал! Очнись!!!!!!!!!!!!
  Знакомый голос ворвался в сознание, назойливой мухой ввинчиваясь в гулкую пустоту, заполняющую душу.
  - Я устал...
  - АЛ! Остановись!
  - Остановиться? Я же ничего не делаю... просто хочу отдохнуть...
  - Ал, ты убьешь всех!
  -Я не хочу убивать! Не трогаю я никого, оставь меня!
  Тут так тихо, так спокойно. Огонь потрескивает, успокаивая.
  Внезапно звук горящего огня начал расти, вскоре превращаясь в настоящий рев, и Ал понял, что вокруг него отнюдь не тишина: крики, звон, вой пламени, глухие удары и вонь паленой плоти.
  Кокон пламени окружал со всех сторон, перекрывая обзор.
  -Остановись!
  Ментальный оклик хлестнул болезненной пощёчиной, разнося приказ старшего по крови. Сила, еще некоторое время боролась со сдерживающим импульсом, но вскоре сдалась и забилась в угол, возвращая бразды правления измученному разуму.
  Ал невидящим взглядом следила за тем, как окружающее его пламя медленно затухает, расслаиваясь, словно цветок лотоса. Когда отгорел последний всплеск огненной магии, дроу пошатнулся и упал на колени.
  - Твою ж мать! - Высказался, упавший напротив него кронпринц, пребывающий в своей полной трансформации. Тело, будто созданное из переплетенных порывов ветра, плавно теряло прозрачность, прозрачно-серые глаза наливались краснотой, появился зрачек. Огромные, бледно голубые кожистые крылья растворились в пропахшем гарью воздухе.
  - Поздравляю с полной трансформацией,- просипел Ал, вымученно улыбаясь.
  - Идиот!- приласкал его брат, утыкаясь головой в мелкое каменное крошево вперемешку с золой, укрывающее ковром поверхность под ногами.
  - Что случилось?
  -Ты разнес пол дворца, смешав его с пылью, - флегматично отозвался дроу.
  - Что? - удивился Ал, пытаясь встать и огляделся.
  Обожженные развалины замка, радостно подтвердили слова кронпринца. То что осталось от здания мало напоминало величественное строение: огромные прожженные в стенах дыры, выбитые окна, просевшая крыша и делегация вооруженных людей, дружелюбно выставивших вперед мечи, двигались навстречу замерших дроу.
  - Много пострадало людей? - уточнил Ал, внимательно следя за группой встречающих.
  - Да нет, - буркнул Рид, - пару магов живьем сгорело изнутри. Наши все живы, остальных прикрыл щитом, так что они подкопченные, но живые.
  - Что с артефактом?
  -Телепортировался при взрыве, куда - без понятия.
  - Хм...а как насчет переговоров?
  -Сам как думаешь? - вскинул бровь эльфийский кронпринц, наконец-то выпрямившись.
  - Валим? - уточнил Алекс.
  - Валим, -печально подтвердил Эридиан, разворачивая вновь появившиеся крылья.- Подбросить?
  - Сам, - отозвался дроу, формируя огненный смерч, окутавший ноги до колен и поднявший хозяина в верх на пару метров.
  - Тебя тоже можно поздравить? - ехидно прокомментировал это действо брат.
  - Вон его поздравь,- кивнул дроу на леветирующего им на встречу придворного мага со всей шайкой помошников.
  Рид скривился и парой мощных взмахов крыльев поравнялся с братом. Они переглянулись, кинули клич своим сопровождающим, чтобы возвращались в Нером, и рванули подальше от города.
  -Интересно, он помнит, что его любимая погибла?- размышлял кронпринц, искоса поглядывая на хмурого Алекса.
  
  Глава 9
  - О-о-о, что ж мне так пло-о-о-охо, кто пустил гномов в мою голову-у-у, - простонала я. Все тело затекло от долгого лежания в одной позе, в голове стучали маленькие молоточки, в глаза будто песка насыпали, во рту же была сахара...так вот оно какое...похмелье...
  - Проснулась значит,- возвестил поблизости недовольный бас.
  - Глаза открывай, бить будем, - подтвердил второй мужской голос.
  -Лежачих не бьют, - буркнула я.
  - Бить не бьют, но лупят знатно, - просветил меня первый.
  - Сгиньте глюки позорные, - взмолилась я.
  - Ты как с дедом разговариваешь! - рявкнули мне на ухо.
  Я тут же подскочила на пол метра из положения лежа, села на чем лежала и резко распахнула глаза, о чем тут же пожалела, узрев перед собой бешено вращающего глазами Гравта.
  -Деда, - обреченно простонала я, плюхнувшись обратно на кровать и постаравшись зарыться головой под подушку, но подушка, как ни странно начала отползать...
  - Это чего? - разинула я рот, наблюдая за четырьмя маленькими тарлами, с попискиванием отползающими от меня. Сбоку послышались сдавленные смешки, принадлежащие, скорее всего гномам.
  - Это ты их вчера вылупила вечером.
  - Правда что ли? Это когда?
  - Да аккурат после того, как создала на главной площади огромную ледяную горку, обстреляла снежками прохожих, и с диким хохотом полетала по городу на ледяной метле, наколдовав себе остроконечную шляпу, горб и длинный нос, - охотно проинформировал меня Дизель, пока я медленно косела от получаемой информации.
  - И именно из-за них, - указал дед на мохнатых 'малышей'. - Я списал с твоего табеля половину наработанного времени, а не всё.
  - А что со мной было-то, от чего меня так расперло? Я ж не пью вообще, - удивилась я, морщась от гулкого гномьего баса, набатом отпечатывающего у меня в мозгу каждое слово.
  - Вот это как раз мы у тебя хотели спросить. Приехала на тарле, глаза в разные стороны, молчишь и только иногда хихикаешь, тыкая пальцем в прохожих и бормоча какую-то белиберду. Сначала подумали - шок, потом после горки, поняли, что не он родимый. Эх, тысяча ржавых молотков, как теперь все разгребать, ума не приложу, - тоскливо вздохнул Дизель, протягивая мне стакан с мутной жидкостью. - Держи, от головы поможет.
  Одним глотком я осушила предложенное лекарство, и звон молоточков в голове начал потихоньку утихать.
  - Ей ремень поможет,- пробормотал Гравт.
  - Но я честно ничего не помню, - заканючила я, чуть ли не со слезами на глазах. - Меня тарлы в пещере заперли, потом девчонка с мамой. Они что-то сделали со мной, я реветь начала, потом мужчина появился, залил мне в рот какой-то 'первозданный свет' и дальше как выключило.
  Гномы переглянулись и задумчиво нахмурились. Шмыгнув носом, огляделась. Лежала я в спальне своего нового дома, по полу вокруг гномов ползали шесть тарлов разных расцветок, попискивая, и периодически слепо натыкаясь друг на друга. Шерсть их была короче в несколько раз, чем у Фиртона, отчего они напоминали гибкие щеточки для обуви, длинной где-то с локоть.
  Над ухом послышался резкий и пронзительный свист, от которого малыши замерли на мгновение, а потом, как по команде, бодренько начали забираться ко мне на кровать. Я повернулась, в щеку тут же ткнулась мохнатая голова и радостно заурчала. Стащив Фирта с плеч, устроила его на коленях и с любопытством наблюдала за действиями малышей, попутно пытаясь вспомнить, каким-таким неземным образом я забыла о процессе их вылупления.
  В установившейся тишине полной неожиданностью стал всхлип. Я с удивлением уставилась на Гравта, который, казалось, смутился своей слабости и быстро вытер выступившие слезы кончиком бороды, взгляд его был так же прикован к тарлам, и столько неверия и радости было в нем, что стало не уютно.
  - Почитай, уже и надежду всякую потеряли... Думали все полягут. Мы теперь должники твои, - тихо проговорил Дизель.
  - Да ладно, - смутилась я. - Ты мне жизнь спас, так что это меньшее, чем я могла отплатить.
  -Ты не понимаешь, - вздохнул Гравт и потер лицо руками. - Они нам своих деток доверили, на нас ответственность лежала, если бы никто из детенышей не выжил, они бы просто ушли. Перестали бы сотрудничать и с нами, и с любыми другими двуногими. Дизель кивнул:
  - Потому что раз предавшему, нет более доверия.
  - Тяжело так жить, - хмыкнула я, почесывая пузико прибалдевшему Фиртону. - Неужели даже второго шанса не будет.
  - Это только у людей так все просто, глупые люди, они надеются до последнего. Но тарлы - не люди.
  - Ага, - поддакнула я. - Они скорее гномы, на половину точно.
  - А на вторую элементали, - задумчиво протянул вождь, ни к кому конкретно не обращаясь.
  От лица тут же отхлынула кровь, я закусила губу. Врать гномам, подарившем мне дом, не хотелось, но и рассказать о той встречи я не могла...наверно. Клятв вроде я никаких не давала, но и элемы наверно не просто так прячутся. Блин, как же хочется им напакостить, нет ну надо же, утащили меня, довели до истерики, да еще и напоили, мне между прочим за это часы работы списали, которые тут в качестве валюты используются. Записываются на специальные карточки именные начальником отделения, в котором ты работаешь. Если нужно что-то купить, тебе просто списывают с карты регламентированное количество часов или минут. Интересные у них товарно-денежные отношения. Вот бы в моем мире такое, работяги были бы заслуженными миллионерами. Карточку эту мне завели, пока от лени лечили, я о ее существовании только по окончании отработки узнала. Что-то мысли не туда ушли...эх, рассказать или не рассказать, вот в чем вопрос...
  Понаблюдав за моими моральными терзаниями, гномы переглянулись, Гравт хмыкнул в бороду, а Дизель успокаивающе потрепал меня по голове:
  - Не переживай, мы итак поняли все. Тебя элементали звали.
  - Элемы, - брякнула я, но тут же шлепнула себя по губам, на что получила еще одно глубокомысленное переглядывание, и поспешила перевести тему. - А как вы догадались.
  - Да уж побольше тебя землю-матушку топчат, ребенок, - раздался женский, полный иронии, голос.
  - Бли-и-ин, - простонала я, утыкаясь носом в густой мех Фирта, лишь бы не видеть зеленоволосую элему, медленно появляющуюся из стены.
  -Что, и меня попросиши исчезнуть, как ты там говорила? Глюки позорные?
  - Ржавые гвозди и наковальни, - ахнул Дизель.
  - Княжна, - приветственно кивнул шаман.
  - Княжна?! - выпалили мы с дядюшкой одновременно.
  - Гравтиортол, - улыбнулась элема.
  Я навострила ушки, ага, опять какие-то тайны...
  - Вы издеваетесь, да? Опять в какой-то квест хотите втянуть? Я никуда не пойду, ничего не буду делать, и мир не буду спасать! - психанула, сложила руки на груди и с невозмутимым выражением лица вперила взгляд в опешивших посетителей, которые кстати сказать тоже быстренька взяли себя в руки и скорчили мордочки кирпичом.
  - А у тебя нет выбора, - вкрадчиво промурлыкала княжна.
  -Есть, - уперлась я.- Я хочу спокойно дожить отпущенный мне век, хочу заниматься любимым делом и быть полезной обществу, в котором живу. Гномы мне нравятся, хоть они и патологические работяги!
  В подтверждении своих слов я вцепилась руками в матрац. Вот хоть корни пущу, но не позволю втянуть меня в еще одно убийственно-общественно полезное приключения. Мир и без меня много лет стоял и дальше в таком темпе простоит.
  - О чем идет речь? - вклинился Дизель.
  -О пророчестве, - ответил хмуро Гравт, поглядывая на элему, та никак не среагировала на мои высказывания.
  -Ну конечно, куда же попаданцу из другого мира без безумного пророчества, вся суть которого в убивании очередного Темного властелина или активации древнего артефакта. Смею вас уведомить, артефакт в человеческом королевстве на меня никак не отреагировал, более того, чуть не сломался при контакте .
  - Причем тут человеческий артефакт? - у женщина аж лицо вытянулось. - Он вообще не древний его мои предки создали для собственных нужд. Да и пророчество не о тебе...
  - Замеча-а-ательно,- саркастически протянула. - Оно еще и не про меня, тогда вообще не понимаю, причем тут я.
  - Потому что нужна твоя помощь, иначе тот, про кого оно, погибнет, - начала заводиться элема, отчего ее изумрудные глаза засветились. Тарл у меня на коленях зашипел и вздыбил шерсть.
  - А мне-то что от этого? Какое мне вообще дело до вашего мира?
  - Ты теперь часть этого мира! - возмутился Гравт. - В конце концов, мой внук тебе жизнь спас!
  - Ах вот вы как запели?! - взревела я.- Во первых, я его об этом не просила, во вторых, если бы не ваш чокнутый мирок с идиотскими законами гостеприимства, которые позволяют резать на часть гостей, моей бы жизни ничего не угрожало. И, в третьих, я Дизелю тоже жизнь спасла! Причем безвозмездно, решив пожертвовать собственной, доконавшей меня до самых печенок! Я здесь убийцей стала! Я уничтожила целую деревню крестьян, которые пытались сжечь меня на костре! И вы пытаетесь пробудить во мне совесть? Да катитесь вы в пропасть со своей моралью, сию же секунду я свалю отсюда и буду жить сама по себе!
  - Выговорилась? - вопросительно выгнула бровь элема.- А теперь приводи себя в порядок, мы идем на аудиенцию к нашему повелителю.
  Я аж задохнулась от возмущения.
  - Да пошли вы к черту! Никуда я не пойду. Княжна смерила меня безразличным взглядом и равнодушно пожала плечами:
  - Тогда у меня просто нет выбора, похоже с тобой замороженной договориться проще.
  - Что?!- заорала, в панике вскочив с кровати, но Фирт моментально обвился вокруг моих ног, отчего я рухнула на пол. Слезы прыснули из глаз. - Вы не посмеете!?
  - Почему же? - один щелчок пальцев и меня накрыла апатия, холодной змеёй свернувшись вокруг сердца. Я совершенно равнодушно посмотрела на свою мучительницу, слезы моментально высохли. - Теперь ты меня выслушаешь?
  Я пожала плечами, отодрала от своих ног пискнувшего Фирта, и поднялась с пола:
  - Смотря что мне за это будет.
  Конец работы с файлом
Оценка: 8.81*6  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"